Глава 24
Морские пещеры Пелопоннеса

Проснулся я на своей большой постели вместе со своими двумя невестами. Черт возьми, как же хорошо просыпаться в таком окружении. Полуобнаженные, мирно сопящие красавицы по обе стороны от меня явно провоцировали на веселое начало утра. Чем я немедленно воспользовался. Возражать ни Варвара, ни Наоми не собирались, и мы весело провели час времени во взаимных бурных ласках. Полностью удовлетворенные друг другом, вместе приняли душ, после чего девушки отправились к себе наводить «марафет».

Встретились мы уже за завтраком, где к нам присоединились Исидо, Виль, Гвоздев и Шемякин.

После того, как первый голод все утолили, мои верные слуги перешли к расспросам.

— Вы вчера очень коротко рассказали, господин, о происшествии с Николаем Скуратовым, — начал Шемякин.

— А чего о нем рассказывать? — пожал я плечами, — лучше пусть Павел расскажет о том, приходило ли приглашение от Николая Скуратова на празднование его дня рождения?

— Господин! — в голосе моего главы дипломатического отдела было праведное негодование, — я каждое утро просматриваю корреспонденцию. Ее сортируют два наших секретаря и все письма, в том числе и приходящие по электронной почте на сайт Рода, и в социальную сеть, постоянно мониторятся.

— То есть ты хочешь сказать, что тебе даже никто не звонил от Скуратовых? — моему удивлению не было предела.

— Конечно же, нет, господин! Если бы мне позвонили, я бы сразу доложил вам! — Тогда не понимаю, какой смысл Николаю врать?

— Мне тоже это непонятно, господин, — признался Гвоздев.

— Возможно, кто-то специально провоцирует его на конфликт с вами, — вдруг добавил Шемякин, — и делает это очень грамотно. Характер Николая Скуратова всем известен. Если он вбил себе что-то в голову или ему помог кто-то это сделать, этот молодой человек будет переть как танк, пока его либо не остановит отец, либо, в данном случае, не остановит шпага…

— Знаю я, кто этот провокатор… — поморщилась Годунова, — брат мой, скорее всего.

— А разве он дружен с Николаем? — удивленно посмотрел на нее Шемякин.

— Судя по всему, теперь подружился, — хмуро заметила Варвара.

— Как мне кажется, — заметил я, — ничего страшного не случилось. Отец ему никогда не разрешит дуэль.

— Господин, — печально покачал головой Гвоздев, переглянувшись с Шемякиным, — Николаю Скуратову никто не указ, и тем более отец. А вот если вы его покалечите в дуэли или, не дай Бог, убьете, то наживете себе смертельного врага. Это он сейчас относится к вам как к рядовой помехе, которая путается с императором. Вам ни в коем случае нельзя вступать с ним в конфликт.

— Да я же сказал ему, что без разрешения отца не буду устраивать смертельную дуэль, а на учебной Арене ничего страшного не произойдет.

— Это вы правильно сделали, господин, — кивнул Гвоздев, — Скуратов, естественно, не даст такого разрешения, но, вполне возможно, его сынок придумает какую-нибудь каверзу. От него можно всего ожидать.

— Ну, для каверз, — улыбнулся я, — у меня Виль имеется.

Моя телохранительница с серьезным видом кивнула.

— Все равно, мы усилим охрану, — задумчиво произнес Шемякин, — и не только вас, но и ваших невест…

— Это еще зачем? — нахмурился Исидо, — странно все у вас в России. Что может Николай Скуратов сделать? Похитить Наоми? Не думаю, что кому-то нужен дипломатический скандал.

— Как бы вам объяснить, — после небольшой паузы ответил ему Гвоздев, — Николай — неадекватный человек. Вероятно, с психическими отклонениями. Скрыть такое, увы, не возможно. Если бы не отец, он бы давно загремел в психиатрическую клинику. Он привык, что ему все сходит с рук. Это может привести к дипломатическому скандалу. Но даже если Николая показательно поместят в «психушку», где докажут, что он не мог контролировать свои действия, ничего не изменится… пока Алексей Скуратов у власти, все может случиться.

— Да… — покачал головой японец, — похоже, надо привозить из Японии телохранителя.

— Это еще зачем? — теперь уже вскинулась Наоми, — сами справимся.

— Нет, сестра, Акиру привезу обязательно… Тогда мы будем спокойны.

— Не надо Акиру…

Чего это Наоми побледнела? Кто такая Акира?

Последнюю фразу я произнес вслух.

— Познакомишься, — скупо улыбнулась Наоми, — тут проще один раз увидеть, чем рассказывать.

— Она была нашей телохранительницей до того, как мы в Академию отправились, — пояснила Наоми, — суровая женщина.

— Суровая женщина, — передразнил ее Исидо, — эта женщина — одна из лучших куноити Японии. Нашему роду просто повезло. И чувствую, что действительно стоит ее привезти сюда.

— Давай сначала с отцом обсудим, — заметила Наоми, — тогда и решим.

Исидо только пожал плечами.

— Забыл предупредить, — посмотрел я на Гвоздева и Шемякина. Трубецкой в следующее воскресенье хочет у нас собрание устроить…

— Уже знаем, господин, — сообщил мне Гвоздев, — он связался сегодня утром со мной. Все подготовим.

На этом деловые разговоры закончились, и оставшееся время до отлета в Академию мы провели вместе: я, Исидо и мои невесты. Оторвался лишь один раз. На разгор по плантелу с императором. Тот кстати тоже скептически отреагировал на саму возможность подобной дуэли, но попросил держать в курсе если не дай бог что-то изменится. Ну а по возвращении в коттедж, вновь погрузился в привычную атмосферу «учеба-игра-учеба-игра». Но теперь стало сложнее с учебой. Слава Богам, экзамен в первом семестре был только один, но зато какой. Общая магия.

По остальным предусмотрены только зачеты, за которые я не переживал. А вот понедельник и вторник для меня оказались настоящим сумасшествием. После уроков ко мне приходила Пожарская и… нет, не поверите, мы до шести вечера занимались только этой паршивой Общей магией. А после я забирался в капсулу и путешествовал по «Мифам и Легендам», где мы медленно, но верно приближались к Пелопоннесу. Кстати Николай затих. По крайней мере, никаких намеков на дуэль, которой он мне угрожал, не было. В моей группе пару дней эта тема была одной из самых популярных, но всего пару дней, после чего народ дружно согласился с тем что Скуратов никогда не разрешит эту дуэль.

Весь кошмар с экзаменом закончился в среду, когда у нас на двух последних занятиях по Общей магии Татищева его и устроила. Причем, из трех часов занятий, два часа шел сам экзамен, который, к моей огромной радости, оказался письменным, а потом мы толпились, как идиоты, около аудитории целый час, пока она проверяла работы. Даже вызвала несколько несчастных, чтобы определить списывали они или нет и закидать дополнительными вопросами. Меня эта стезя миновала, и я очень гордился полученной честной четверкой. И большая заслуга в этом была именно Пожарской. О чем я и сообщил в цветистых выражениях Диане. Та даже смутилась, но то, что ей было приятно, заметно невооруженным глазом.

А вечером, в этот же день, мы, наконец, добрались до Пелопоннеса. Это звучное название носила небольшая деревушка из двух десятков домов и таверны в центре. Располагалась она на самом берегу моря. Но самым странным было то, что вход в Подводные Пещеры Пелопоннеса оказался закрытым. Мало того, что он представлял собой огромные железные ворота, вмурованные прямо в скалу километрах в трех от воды, так еще и все наши попытки открыть их были бесполезными.

— Ничего не понимаю, — зло произнес Геракл, — что тут вообще происходит? Эти ворота ведут в морские пещеры. Там находится Храм Посейдона. У нас квест. А тут ворота не открываются, да еще и никаких системных сообщений нет.

На это справедливое возмущение ответ ему никто дать не смог. Но сокрушенное молчание вдруг нарушил хриплый старческий голос.

— Вы куда, молодые люди, попасть хотите?

Резко развернувшись, мы увидели стоящего в пяти шагах от нас колоритного старичка. Нет, не выглядел он сгорбленным и шамкающим. Наоборот. Представительный, с осанкой явно бывшего военного и холодными голубыми глазами. Окладистая седая борода и аккуратно, словно у парикмахера, уложенные седые волосы. И, естественно, с массивным белым посохом, украшенным замысловатыми узорами.

Сократ.

Уровень 70.

Философ.

— А вы кто? — спросил я и понял, что задал глупый вопрос. Ожидал получить советующий ответ, но…

— Я философ Сократ. А вы те, кто хочет попасть в морские пещеры?

— Да, — кивнул я, — можете помочь?

Вторую часть вопроса философ проигнорировал.

— А зачем вам нужно в морские пещеры? Это очень опасное место! — его глаза как-то оценивающе осматривали нас.

— В Храм Посейдона нам нужно, — я решил, что раз тут стоит старик 70-го уровня с таким именем, то есть причина.

— Хм, — погладил бороду Сократ, — люблю честных и прямых людей.

— Пытаемся открыть ворота, — пожаловался Геракл, — но не знаем, как это сделать.

— Единственная истинная мудрость — в осознании, что мы, по сути, ничего не знаем, — кивнул наш собеседник, — Назначение философии не в умозрительных догадках и построениях картины мира, а в раскрытии того, как людям следует жить, чем руководствоваться, как оказывать воздействие на других и на самого себя. Повседневная жизнь человека — это искусство. Основное познание должно быть направлено на себя, на деятельность своей души по поиску истины и смысла жизни.

Я не совсем уловил смысл этой фразы. Покосившись на своих спутников, понял, что они испытывали схожие чувства.

— Так вы нам поможете? — решил все-таки попробовать перейти к решению более конкретных проблем.

— Кто хочет — ищет способ, кто не хочет — ищет причину. Захочешь — найдешь время, не захочешь — найдешь причину! — провозгласил седовласый господин, заумные фразы которого меня уже начали утомлять.

— Отец, можешь прямо сказать, а? — видимо, Аврора совсем потеряла терпение, — я понимаю, что ты философ, невероятно начитанный и невероятно умный, но помоги нам открыть ворота!

— Могу, — кивнул тот, — только за это вам придется заплатить. Слова не правильные не кормят, кормят правильные слова!

Внимание:

Философ Сократ оценил вас и готов помочь открыть ворота в морские пещеры Пелопоннеса за 5000 драхм с каждого, кто хочет пройти в них.

Вы согласны?

Да/нет.

— Вот это да! — восхитился Орфей, — ты черной икрой с устрицами, наверно, питаешься и мраморной говядиной закусываешь?

— Не знаю, о чем ты, юный поэт, говоришь, — покачал головой тот, — Голод — лучшая приправа к пище!

— Ну а…

— Орфей, помолчи, — остановила его Аврора, — не зли старика. Сбрасываемся. У всех деньги есть. Переглянувшись, все кивнули. Я тоже расстался с пятью тысячами золотых, которые исчезли из моего инвентаря после нажатия кнопки «да».

— Правильно. Деньги приходят и уходят, а мудрость всегда с тобой остается.

Произнеся это, он подошел к воротам и несколько раз стукнул в них своим посохом. Раздался громкий скрип и массивные створки открылись.

— И за это заплачено столько денег? — все не унимался Орфей, несмотря на шиканье остальных.

— Ты чем-то недоволен, юноша? — прищурившись, посмотрел на него Сократ.

— Да ты — старый обманщик, — презрительно фыркнул Орфей, — давно меня так не разводили. Я…

Философ почал головой и просто ткнул своим посохом говорливого игрока. В следующую минуту на глазах изумленных соратников Орфей растаял, оставив после себя кокон.

— Э… — только и смог выдавить я.

— Не переживайте, молодые люди, — хмыкнул Сократ, — знаю, что вы бессмертные и воскресаете, но ваш невоспитанный друг сможет сделать это только завтра. Понимаю, что можете подождать до завтра, но я не могу оставить без внимания необъяснимое хамство и бесцеремонность. Поэтому, либо вы сейчас продолжаете путь без своего наглого спутника, либо ворота закроются, а завтра я могу не захотеть их открыть. Хотя, если увеличить плату за открытие раз в пять… — он ехидно посмотрел на меня.

— Нет, мы пойдем, — поспешил успокоить я Сократа, забирая кокон.

— Идите! Но помните! Смерть может быть величайшим из всех человеческих благ.

Замечательное пожелание, ничего не скажешь…

Мы поспешили отойти подальше от странного философа. Морские пещеры оказались весьма скромными. Морскими они, наверно, назывались только из-за близости моря, так как внутри оказались абсолютно сухими. Огромный зал, усыпанный живописно разбросанными по земле камнями. В метрах тридцати возвышался тот самый Храм Посейдона, о чем говорила фигура бородатого старика с трезубцем на фронтоне. А так можно было давать задания на нахождение отличий этого храма от того же Храма Зевса. Кроме скульптуры никаких не нашлось. Привязавшись, мы отправились на поиски третьего ключа.

Вы вошли в Храм Посейдона.

Защита от Магии Воды +5.

Защита от Магии Огня — 5.

Храм встретил нас тишиной и прохладой. Кстати, в нем было на удивление чисто, да и выглядел тот зал, в котором мы оказались, весьма нарядно. Пол выложен цветной плиткой. И по всей площади разбросаны небольшие прямоугольные бассейны.

Мы построились так, как нам было привычно, и двинулись вперед. Но едва сделали несколько шагов, как вода в бассейнах начала бурлить, и из них стали выбираться странные твари.

Истинная Медуза Горгона.

Уровень 40.

Я вовремя вспомнил, что мы с Медузой Горгоной встречались, но это было в самом начале игры. Запомнилась как она, так и ее мелкие соратницы. Прекрасное человеческое лицо, стройное, практически полностью обнаженное тело, но портящие картину красные глаза, змеи, шипевшие в распущенных волосах и сверкающая чешуя, покрывавшая тело ниже поясницы. Ну и, конечно, острые стальные когти на пальцах. Истинная Медуза Горгона фигурой походила на обычную, но вот лицо… Ничего красивого в нем не было! Какое-то зеленое, искаженное странной кривой улыбкой. И здесь их было много. Я, по крайней мере, насчитал с десяток. И, в отличии обычных Медуз, эти «красавицы» имели четыре руки. И в каждой была зажата тонкая длинная сабля. Мало того, выяснилось, что эти твари еще и очень быстро передвигаются.

Но наши «танки» встретили Медуз во всеоружии. Обнаружился и еще один неприятный «сюрприз» — эти твари все были бойцами ближнего боя. Не успел первый десяток схватиться с нашими «танками», как из бассейнов выбрался еще один. Тут мы их накрыли дальним огнем. Огненные шары, стрелы, молнии….

Из второй линии врагов уцелело всего пятеро, а вот наши два «танка», оставшиеся после гибели Орфея, начали пятиться под усиленным натиском десяти врагов. Хотя, тут помогли мантикоры Кассандры, которые, пикируя на Медуз, словно надоедливые мухи мешали им, отвлекая от схватки. Рубилово было отчаянное, особенно когда появилась третья волна из еще десяти Медуз. Радовало, что они шли не сразу, а спустя какое-то время. И поэтому, когда третья волна добралась до «танков», противников из первой и второй осталось всего пять-шесть…

Поняв, что третья волна оказалась последней, мы все, за исключением Кассандры и Асклепия, бросились в ближний бой. Наша помощь оказалась весьма своевременной. Все вместе, при помощи воздушной поддержки питомцев Кассандры, оттеснили врагов и, в конце концов, добили их. Мы не потеряли никого из отряда, но бутылок с маной и жизнью эта битва сожрала несчетное количество. Слишком живучими оказались противники.

— Тяжеловато, — заметил Геракл, когда, собрав оказавшийся не особо прибыльным лут, отправились дальше к виднеющимся в конце зала дверям. Пройдя между бассейнами, в которых вода теперь стала кроваво-красной, вошли в двери и оказались в следующем зале. И вот тут я завис. Это был какой-то сюрреализм. Перед нами раскинулось большое озеро. На ровной водной глади в сетчатой разметке покачивались корабли. Нет. Это были не настоящие корабли. Создавалось впечатление, что перед нами выстроилась какая-то игрушечная флотилия, если судить по миниатюрным размерам. Сами корабли в мерцающих белым цветом ячейках походили на своих настоящих собратьев. Я невольно залюбовался. В верхнем углу ячеек было что-то написано… Я присмотрелся. Латинские буквы и цифры. До боли это напоминало… Перед флотилией возвышалась высокая стена воды, деля озеро на две половины и полностью закрывая обзор второй части.

— Какого…? — пробормотала Таис, — это же морской бой!

— Чего? — дружно повернулись мы к ней.

— Вы не знаете такой игры? — удивилась та, — правила такие: расставляешь корабли в клетках. Потом называешь клетку противника. Либо — «мимо», либо «ранен», либо «убит». Только там по палубам считают, а тут, похоже, по мачтам и размерам.

Я присмотрелся. Действительно. Четырех, трех, двух, одномачтовые корабли занимали созданное количество клеток согласно своей парусности.

— Да это бред какой-то! — взмутилась Аврора, — мы в компьютерной виртуальной игре или в какой-то бредовой детской. Я могу понять шахматы… но это…

— Похоже, твое возмущение тут совершенно напрасно, — невесело заметила Кассандра, — даже если с тобой согласиться. Но что-то мне подсказывает — придется нам играть в «морской бой».

— А мне нравится, — вдруг заметила Эвридика, — прикольно выглядит.

— А где сообщения системные…

— Приветствую вас, уважаемые гости моего Храма.

Я уставился на буквально соткавшийся пред нами призрак, как две капли воды похожий на каменную фигуру Посейдона на фронтоне храма.

Призрак-аватар бога Посейдона.

Уровень????

— Давно не принимал я в Храме гостей, — признался призрак, — думаю, вы пришли за ключом Вечности?

— За ним, — не стал скрывать я наши намерения.

— Ясно. Если он так вам нужен, берите, конечно… — призрак сделал длинную театральную паузу, — но сначала вы должны выиграть у меня в мою любимую игру…

Внимание, игроки.

Призрак — аватар бога Посейдона предлагает вам сыграть в «Морской бой».

В случае выигрыша, вы получите Третий Ключ Вечности.

В случае проигрыша, вы погибнете, но воскреснете пред Храмом (без потери своих вещей) и сможете попытать удачу в другой раз.

Принять да/нет.

Мы переглянулись и приняли квест.

Внимание!

Вы должны выбрать одного игрока.

Тут все взгляды сошлись на Таис.

— Чего вы на меня уставились? — удивилась та.

— Ты первой угадала, что это за игра. Тебе в нее и играть, — сообщил ей Геракл.

— Да не вопрос, — хмыкнула Варвара и вышла вперед.

Внимание!

Вы выбрали игрока Таис!

— Отлично! — радостно улыбнулся призрак, — да начнется игра.

С этими словами, он пролетел сквозь водную завесу и исчез. Таис, тем временем, прикрыла глаза и замахала перед собой руками. Судя по тому, что корабли пришли в движение, она расставляла их. Позже, я вспомнил эту игру. Действительно, она детская. Я в нее практически не играл, но видел, понимал принцип. А теперь она словно ожила. Повинуясь командам что-то шептавшей себе под нос Таис, корабли стреляли огненными шарами, улетавшими за преграду. А с другой стороны летели такие же шары, которые бомбардировали корабли Годуновой.

Бой продолжался минут двадцать. За это время мне стало понятно, что мы побеждаем. Не знаю, сколько Варвара потопила кораблей противника, но стреляла она гораздо чаще. И вот закономерный результат.

Поздравляем!

Вы выиграли в «Морской бой».

Опыт + 3000.

Золото + 5000.

Довольная Таис сразу попала в дружеские объятия присутствующих.

— А вы молодцы, — вновь появился перед нами призрак, когда Варвара, наконец, освободилась из объятий, — не думаю, что мы еще встретимся, но мне вы понравились.

После этих слов он растаял, а вместе с ним растаяли и корабли, и водная преграда. Перед нами теперь простиралась спокойная и темная вода озера. В воздухе появился нужный ключ. На этот раз я не стал долго думать, а просто подошел и спокойно взял его.

Поздравляем! Вы выполнили задание «Третий Ключ вечности».

Опыт + 8000.

Золото + 10000.

Характеристики +2.

Вернитесь к Гипериону для окончательного завершения квеста.

Задерживаться мы долго не стали, и сразу двинулись на выход. От Храма телепортировались в город и, не мешкая, отправились к Гипериону. Тот встретил нас перед домом. Гиперион был весел, пьян и деловито развешивал большие стеклянные шары из стоявшего рядом ящика на пушистую елку во дворе своего дома.

— Друзья! — радостно воскликнул он, — знаю о вашем успехе. Остался всего один ключ! Но задание вы получите уже после Нового Года. Сейчас же давайте забудем о проблемах и просто расслабимся. Кстати, я вам приготовил подарки…

Персонаж Гиперион дарит вам бутылку шампанского.

Судя по унылым лицам нашей группы, подарки явно никто не оценил.

— А почему мы сейчас не можем взять квест? — все-таки поинтересовался я.

— Знаете… — понизил голос Гиперион, — скажу по секрету, вы вырвались сильно вперед по сравнению с другой группой. Там, — он потыкал указательным пальцем в небо, — решили немного уравнять шансы. Сами понимаете, боги — такие непостоянные существа. Поэтому, после Нового года жду. Естественно, не надо приходить сразу после него. Я обычно пять — шесть дней пью, потом дня четыре отхожу… Дней через шесть приходите!

Произнеся эти слова, он продолжил наряжать елку, совершенно забыв о нашем присутствии.

Пока мы дошли до рынка, традиционного нашего места встречи, по-моему, каждый счел своим долгом высказаться по поводу поведения Гипериона. Если бы от бранных слов был какой-то эффект, думаю Гиперион его ощутил даже на расстоянии. Но это лишь слова, поэтому, дойдя до рынка, мы просто вышли из игры. Хотя перед этим выяснили, что завтра в игру никто особо не собирается. В результате оказалось, что кто-то на новогодние праздники уезжает на курорт, кто-то занят. Поэтому решили собраться уже в первый день после окончания новогодних праздников. В принципе для взятия задания на продолжение квеста не нужно было присутствия всех. Договорились, что кто первый появится, тот и возьмет.

На следующий день, когда я собирался в Академию, внезапно раздался звонок. Взяв плантел, я с удивлением увидел, что мне звонит Гвоздев. Странно. Обычно в такое время он никогда не звонил.

— Да.

— Извините, господин, за столь несвоевременный звонок. Но хотел вас предупредить. Пришел официальный вызов на дуэль. От Николая Скуратова. Его отец дал разрешение! Господин? Вы меня слышите?

 

Конец восьмого тома

Отправить