Подвиг этого уроженца Орла опровергает старинную пословицу, утверждающую, что один в поле не воин. Последним днем своей жизни, днем 17 июля 1941-го, старший сержант-артиллерист доказал обратное.

О Николае Владимировиче Сиротинине известно немногое. Родился он в 7 марта 1921 г. в городе Орле в большой семье паровозного машиниста, проживавшей по адресу улица Добролюбова, 32. Работал токарем в родном Орле на заводе «Текмаш». 5 октября 1940-го был призван в Красную армию, служил сначала в 55-м стрелковом полку в Полоцке, затем был переведен в артиллерию 409-го стрелкового полка 137-й стрелковой дивизии. В первый же день войны старший сержант Сиротинин был ранен во время авиационного налета. Но ранение оказалось неопасным, и вскоре Николай снова попал на фронт, наводчиком 76,2-миллиметрового орудия.

17 июля 1941 г. недалеко от белорусского городка Кричев Сиротинин получил боевую задачу — прикрыть отход советских войск. Пушку замаскировали рядом с колхозной конюшней, на холмистом ржаном поле, направив ствол в сторону моста через реку Добрость, через который должна была направляться вражеская бронетехника. Вторым номером при орудии остался сам командир батареи. Командир и боец мужественно вступили в неравный бой с наступавшей 4-й танковой дивизией вермахта.

Первый же немецкий танк, появившийся на мосту, Николай поджег метким выстрелом. Второй снаряд уничтожил бронетранспортер, замыкавший колонну. Путь немецкой технике был прегражден надежно. Противник наудачу открыл ответный огонь, командир батареи получил ранение и, поскольку боевая задача была выполнена, принял решение отходить с позиции. Но Сиротинин отказался покидать орудие и продолжил вести бой уже в одиночестве.

Когда два танка предприняли попытку убрать горящую головную машину с моста, старший сержант подбил и их. Несколько БТРов попытались преодолеть водную преграду вброд, но забуксовали на топком берегу. Через несколько минут эти вражеские машины тоже дымно горели.

Сначала ошеломленные немцы решили, что против них ведет бой как минимум батарея. Когда через два с половиной часа боя они смогли наконец приблизиться к замаскированной советской пушке, у Николая оставалось только три снаряда из шестидесяти. На предложение сдаться старший сержант ответил огнем в упор из личного оружия — мосинского карабина.

Всего в ходе беспримерного боя Николай Сиротинин в одиночку уничтожил 11 танков, 7 бронемашин, 57 офицеров и солдат противника.

В тот же день обер-лейтенант вермахта Хенфельд сделал в дневнике такую запись: «17 июля 1941 г. Сокольничи, близ Кричева. Вечером хоронили неизвестного русского солдата. Он один стоял у пушки, долго расстреливал колонну танков и пехоту, так и погиб. Все удивлялись его храбрости. Оберст перед могилой говорил, что если бы все солдаты фюрера дрались, как этот русский, то завоевали бы весь мир. Три раза стреляли залпами из винтовок. Все-таки он русский, нужно ли такое преклонение?»

Как выяснилось впоследствии, никакого особенного «преклонения» от своих земляков Николай Сиротинин так и не дождался. После публикаций о его подвиге, появившихся в 1958–1960 гг., его посмертно наградили орденом Отечественной войны 1-й степени. А на том месте, где со славой погиб старший сержант, задержавший целую дивизию, в 1967-м установили более чем скромный памятник. Похоронен герой в братской могиле в Кричеве. Его имя носит улица в этом белорусском городе, школа в деревне Сокольничи.