Амир.

 

Когда эти двое забрались внутрь, он обменялся с Дэни многозначительным взглядом.

Легко не будет.

Девчонка, назвавшаяся Алисé, была идеальна. Именно то сочетание невинности и жажды свободы, которое так любят зрители. Особенно когда видят контраст «до и после» — как её сломали. Сейчас она выглядела милым, но диким жеребёнком, которого предстояло объездить. Потом от неё останутся руины.

Отличный материал.

— Откуда ты знаешь «Де Виль»? — спросил её парень.

Голос у него был радостный, облегчённый — наконец-то не нужно тащиться пешком, — и это вызвало у Амира усмешку.

В отличие от Алисé, с ним проблем не возникнет. Этого простодушного идиота можно вырубить как ребёнка. А вот Алисé — из тех девушек, которые до утра отплясывают в клубах, но ни на секунду не спускают глаз со своего бокала, чтобы туда никто не подмешал клофелин.

При нормальных обстоятельствах она, скорее всего, вообще бы не села в фургон — настолько была осторожна. Какая удача, что он действительно знал «Отель де Виль». Амир постоянно выискивал жуткие заброшенные места, подходящие для съёмок. И «Де Виль» давно значился в его списке. Вокруг этого отеля клубились мрачные легенды, но почти никто, казалось, не знал о нём и тем более не бывал там.

А кто-то, судя по всему, прикладывал нечеловеческие усилия, чтобы вычистить из сети любое, даже крошечное упоминание. Правда, хватало этого лишь на несколько дней — потом зловещие истории всплывали снова, — но Нико и Алисé, очевидно, попали как раз в мёртвый промежуток.

Не повезло им. Повезло нам.

— «Де Виль»? — подхватил Амир вопрос Нико. — Его тут многие знают, но мало кто хочет об этом говорить.

— Почему?

— Ну, жуткие истории, которые вокруг него ходят, — не лучшая реклама для здешних мест.

— Какие жуткие истории? Что-то связанное с пациентами? — спросила Алисé, не отрывая взгляда от бокового окна.

Если бы недоверие было веществом, её голос был бы чистейшим концентратом.

— Да, говорят, «Де Виль» только притворялся отелем. На самом деле это якобы была клиника. И в ней проводились чудовищные эксперименты.

— Какие эксперименты? Что-нибудь извращённое? — со смехом спросила Дэни с переднего сиденья.

Её это, похоже, забавляло. А вот Алисé рядом с Амиром сжималась всё сильнее — он чувствовал это кожей.

— Жена главврача была, по всей видимости, безумна, и муж хотел избавить её от галлюцинаций.

— Он был мозгоправом? — уточнила Дэни.

— Да, только без таблеток и разговорной терапии.

— А как тогда?

Амир на мгновение приподнял обе ладони:

— Я могу лишь пересказать то, что слышал.

— Ну и?

— Врач хотел глубже изучить её психическое состояние, понять природу её странных видений.

— Каким образом? — спросил Нико.

— Похоже, он искал противоядие. И ради этого стал привозить в свой отель других безумцев.

— Не понимаю, — сказал Майк.

Ну разумеется, откуда ему понять, если вся кровь, необходимая мозгу для логического мышления, у него сосредоточена исключительно в мышцах.

— Говорят, он работал над чем-то вроде вакцины — против галлюцинаций. Вводил её пациентам прямо в глаз, чтобы сделать их невосприимчивыми к видениям.

— И получилось? — возбуждённо спросила Дэни.

— Скорее нет. Говорят, пациенты умирали в страшных мучениях. Их крики якобы слышны в здании до сих пор. Жену свою врач тоже спасти не сумел. От горя он и сам сошёл с ума.

— Дай угадаю, — весело сказал Нико, — её призрак до сих пор бродит по этому отелю, так?

— Не совсем. Говорят, что женщина на самом деле вовсе не была одержима видениями. Демон, которого она видела, существовал в действительности. И до сих пор обитает в отеле. Очевидцы утверждают, что видели красный клубящийся туман, который поглощает всё на своём пути.

Амир покосился на Алисé. Она что-то пробормотала. Ему послышалось — «Кровавый туман»?

— Ну и история, — протянул Майк и включил поворотник после того, как Амир жестом показал, что нужно свернуть на ближайшем съезде.

В зеркале заднего вида было прекрасно видно, как Майка возбуждает мысль использовать «Де Виль» в качестве локации для съёмок. И он был прав. Там наверняка будет в тысячу раз лучше, чем в их фургоне на какой-нибудь лесной просёлочной дороге.

Террор-порно в декорациях заброшенной легенды.

Амир и сам толком не понимал, почему до сих пор не наведался туда. Вероятно, его подспудно задевала эта история с «инъекцией в глаз». С тех пор как он однажды видел, как маленьким мальчишкам срезали роговицу с глаз, он был в этом отношении… чувствителен.

Он посмотрел на Алисé. После упоминания красного демона она сжалась ещё сильнее, хотя, казалось бы, дальше некуда.

Что ж, с ней будет непросто.

Впрочем, просто не бывало никогда — если подумать. Тем более что Алисé, когда фургон добрался до конца узкой подъездной дороги и отель наконец предстал перед ними, впилась зубами в собственную ладонь, чтобы подавить короткий, но мучительный крик.

---

 

Отправить