Амир.

 

Амир не гордился тем, что совершил. Тогда, в Румынии. В шестнадцать лет.

Он спасся от людей в чёрной машине скорой помощи лишь потому, что пообещал доставлять им других. Уличных детей — таких же, как он сам. Из Фоешти, самой безнадёжной дыры на сербско-румынской границе.

Он заманивал их тем же способом, на который когда-то попался сам. Бездомный ребёнок мало кому доверял на улице, но медики скорой помощи почти не вызывали подозрений. Они всегда оказывались рядом, когда становилось совсем невмоготу — когда надышишься клеем до беспамятства или когда очередной клиент изобьёт до полусмерти. И помогали бесплатно, без лишних вопросов.

К ним охотно садились в машину, когда на улице стоял холод и нужно было что-то от боли. В такие минуты никто не обращал внимания на мелочи вроде снятого номерного знака или отсутствующего регистрационного номера на лобовом стекле. Нужда была так велика, что тревогу из-за чёрной окраски кареты скорой подавляли мгновенно, стоило заботливым мужчинам и женщинам с приветливой улыбкой распахнуть задние двери.

Даже в самых страшных кошмарах дети не могли вообразить, что им хотят не помочь, а забрать их органы.

Нет, Амир не гордился своим прошлым. Но и то, чем он зарабатывал на жизнь сейчас, не позволяло ему по утрам смотреть в зеркало без угрызений совести.

Какая ирония судьбы.

Двадцать лет прошло с тех дней, которые он — в отличие от большинства своих жертв — пережил, что само по себе граничило с чудом. Теперь он снимал снафф-фильмы для даркнета. Его вдохновляли так называемые torture-porn-фильмы вроде «Хостела» или «Пилы». С одной лишь разницей: он делал ставку не на наигранные эмоции, а на подлинные.

Настоящее отчаяние. Настоящие истязания. Настоящие казни.

«Террор-порно» — так он называл им же придуманный жанр, зрителям которого прежде всего хотелось видеть, сколько боли способен вынести человек, прежде чем начнёт молить о собственной смерти. Поэтому с пытками не торопились, каждый раз изобретая новые мучительные методы.

Тема следующего фильма: пайка, сварка, склеивание.

И точно так же, как фальшивые санитары в те далёкие годы, Амир использовал для своего грязного ремесла переоборудованный фургон.

«Кино для взрослых» со случайными «добровольцами», подобранными на просёлочной дороге, — теми, кто оказался достаточно глуп, чтобы сесть в старый «фольксваген»-микроавтобус, выглядевший так, будто его хозяин пересмотрел слэшеров.

И определённо перекурил травы — это уж точно, — подумал Амир, глядя вперёд на Майка и Дани. Главных действующих лиц всех фильмов.

Случайные жертвы менялись от серии к серии, но эта неравная парочка присутствовала в каждом эпизоде. Майк — бритоголовый бодибилдер-недоучка, перекачавший грудь в ущерб спине, отчего давно обзавёлся сутулостью. За рулём он напоминал быка, перед которым размахивают красной тряпкой.

Дани, напротив, была такой хрупкой, что могла бы одеваться в детских отделах. Она носила — совершенно не по погоде, учитывая грозовой фронт, навстречу которому они ехали, — тёмную короткую юбку, крупноячеистые сетчатые колготки, толстые шерстяные носки, торчащие высоко над щиколотками, и тёмную футболку с черепами.

Впрочем, недооценивать Дани из-за её внешности было бы серьёзной ошибкой. Многие совершали её — те, кто не принимал её всерьёз из-за небрежной причёски, из которой давным-давно вымылся фиолетовый оттенок, или потешался над перевёрнутыми крестами — дешёвой бижутерией, болтавшейся на проколотых ушах.

В действительности именно Дани была мозгом всего «предприятия». Он, Амир, лишь прокладывал маршруты, выводя их к известным парковкам и тайным дорогам, где в поздний час с высокой вероятностью скапливался отчаявшийся человеческий мусор. Дани же управляла финансами, вкладывала деньги в биржевые фонды и оплатила тот самый «фольксваген», в котором они сейчас неспешно тарахтели по федеральной трассе B2, неподалёку от польской границы.

В поисках нового «материала».

Вместо ярких цветов, символов любви или знаков мира, которыми подобные машины со времён хиппи и «Власти цветов» любили украшать по сей день, этот старый «булли» щеголял кроваво-красным бампером — остальной кузов был выкрашен в матовый чёрный. По нему граффити — довольно неуклюже — были нанесены культовые персонажи ужасов. Клоун Пеннивайз, Джейсон Вурхиз в своей фирменной хоккейной маске, Призрачное Лицо из серии «Крик» и даже два гремлина, нахально восседавших на крыльях машины.

Прямо под лобовым стеклом красовалось обожжённое, изуродованное шрамами лицо кошмарного убийцы из серии «Кошмар на улице Вязов» — Фредди Крюгера.

Смехотворно — по сравнению с истинным назначением этого «булли».

— Эй, свежее мясо! — весёлый возглас Дани вырвал его из раздумий.

Амир подался вперёд со своего места на среднем сиденье. В этот самый миг хлынул дождь.

— Если это не божий промысел! — рассмеялся Майк.

Дворник размазывал грязные разводы по лобовому стеклу, и Амир с трудом разглядел парочку на обочине.

Судя по всему — удачный улов. Они шли пешком, без машины, в местности, где прогуливаться было решительно незачем.

— Камера готова? — спросила Дани.

Амир включил экшн-камеры, спрятанные в вентиляционных решётках, и кивнул.

— Ну что ж, приступим, — сказал Майк, обогнал парочку и остановился на обочине впереди них.

---

 

Отправить