— Прости, мой мальчик. Я устроил с тобой весь этот «катченг» единственно чтобы выиграть время! — воскликнул он, обращаясь ко мне.

Затем добавил с поистине жалким видом:

— Рози выбросила мои голубенькие!

— Твои двадцатиевровые купюры? — уточнил Жером.

— Ха-ха. Очень смешно. — Фирлакен закатил глаза. — Вы ведь наверняка заметили, какая моя Рози эко-фанатичка. Всё только био, йога, веганство — и, боже упаси, никакой официальной медицины.

Сердцу не прикажешь, как говорится.

— Вместо врача она ходит к шаманам и целителям. Можете себе представить, как мне влетело, когда она сегодня утром обнаружила мои тайные лекарства в микроволновке в подвальной мастерской.

Я был ещё слишком ошарашен неожиданным поворотом, который приняла наша встреча с момента исчезновения Рози из библиотеки, — чтобы хоть отдалённо уразуметь, что именно пытался нам поведать хозяин дома.

Андреас Альбрехт, впрочем, уже достаточно пришёл в себя, чтобы задавать более или менее осмысленные вопросы:

— Ты прячешь лекарства в микроволновке?

— Излучение! — воскликнул Фирлакен. — Я исходил из того, что к этой адской машине Рози ни за что не притронется. Но сегодня она решила выкинуть коробку. Ну и выкинула. Вместе с моими таблетками. Посему мне срочно нужны новые.

— Погодите-ка, — оживился Андреас Альбрехт, — значит, никакого брачного танца не будет?

Это был единственный вопрос, который интересовал и меня тоже.

— Да плевать на фаллический балаган! — рявкнул на него Фирлакен. — От него толку ноль. Мне нужны мои голубенькие!

— А, виагра! — наконец дошло до Анны и Эльзы одновременно.

— Нет, леденцы от кашля, одноклеточные. Разумеется, виагра. Иначе сегодня ничего не выйдет. А часики-то тикают! — Он выразительно постучал по воображаемым наручным часам.

— А это непременно должно случиться именно в эти выходные? — спросил Константин и тут же поймал на себе грозный отцовский взгляд.

— Я говорю не о напольных часах в фойе. Я говорю о биологических часах Рози. Они бьют громче колокольни. И без голубеньких я пропал!

Моё замешательство улеглось ровно настолько, чтобы в голове смогла пронестись одна — стремительная и совершенно электрическая — мысль.

Секундочку…

Я подавил рефлекторный порыв поднять руку, как в школе. С энтузиазмом двоечника, который наконец-то знает правильный ответ, я выпалил в пространство библиотеки:

— У меня есть с собой!

— Правда?

Нет, разумеется нет. Но ты только что преподнёс мне выход из этого сумасшедшего дома на серебряном блюде.

— Я мигом сбегаю наверх в свою комнату и принесу их вам, господин Фирлакен.

---

 

Отправить