Глава 4
Ночной разговор
Дежурный сержант постучал в дверь кабинета, когда Никитин заканчивал изучение материалов по всем убитым.
— Товарищ следователь, — сказал сержант, — внизу вас ждет девушка. Уже третий час сидит. Говорит, что по личному делу.
Никитин поднял голову от документов. На часах было почти девять вечера.
— Кто она?
— Краснова Варвара. Та, что утром приходила.
— А она не сказала, зачем пришла?
— Сказала, что это не по делу об убийстве. Что-то другое. Но ждать будет, сколько нужно.
Никитин отложил бумаги. Любопытно — что могло привести дочь убитого спекулянта в отделение вечером?
— Проводите ее сюда.
Варвара вошла в кабинет, выглядя несколько смущенной. Сегодня она была одета проще — темное пальто, шерстяной платок, но все равно выделялась среди обычных посетителей милиции своей утонченностью.
— Добрый вечер, Аркадий Петрович, — поздоровалась она, садясь на стул. — Извините, что отвлекаю так поздно.
— Ничего страшного. Я все равно работаю. — Никитин отодвинул папки. — Что случилось? Вспомнили что-то важное об отце?
— Нет, дело совсем в другом. — Варвара слегка покраснела. — Я пришла по служебному вопросу. Вернее, по общественному.
— Слушаю.
— Видите ли, я работаю в детской библиотеке. И каждую субботу мы проводим встречи с интересными людьми. Приглашаем рассказать о своей профессии — врачей, учителей, инженеров. Дети очень любят такие встречи.
Никитин начал понимать, к чему идет разговор.
— И вы хотите пригласить меня?
— Да, если вы не против. Рассказать о работе следователя, о том, как раскрываются преступления. Конечно, ничего страшного, только то, что можно детям. — Варвара заговорила быстрее, явно волнуясь. — Понимаете, многие дети мечтают стать милиционерами, но представляют это только по фильмам. А тут настоящий следователь, который…
— Который что? — усмехнулся Никитин.
— Который прошел войну, расследует сложные дела, помогает людям. — Варвара посмотрела на него серьезно. — Я сегодня весь день думала о нашем разговоре. Вы производите впечатление человека, который не остановится, пока не найдет правду.
— Надеюсь, вы правы.
— Так вы согласны? Встреча в эту субботу, в три часа дня.
Никитин задумался. Обычно он избегал подобных мероприятий, но что-то в просьбе Варвары тронуло его. Может быть, искренность, с которой она говорила о детях. А может быть, просто хотелось отвлечься от мрачных мыслей об убийствах.
— Хорошо, — сказал он. — Попробую выкроить время.
— Правда? — Варвара просияла. — Это замечательно! Дети будут в восторге.
— Только не обещайте им слишком много. Я не очень хорошо умею говорить с детьми.
— Ничего, они сами наговорят. Главное — отвечать на вопросы.
Никитин посмотрел на часы. Половина десятого — поздно для девушки быть на улице одной.
— Варвара Валерьевна, позвольте проводить вас домой. Поздно уже.
— Спасибо, но не стоит вас беспокоить. Покровка недалеко.
— Все равно провожу. После всего, что происходит в городе, девушкам опасно ходить одним по вечерам.
Варвара не стала спорить. Никитин надел пальто, взял трость и фуражку. Они вышли из здания отделения в морозную мартовскую ночь.
На улице было тихо и пустынно. Редкие прохожие спешили по своим делам, не задерживаясь. Фонари бросали желтые круги света на заснеженные тротуары. Никитин шел медленно, опираясь на трость, Варвара подстраивалась под его шаг.
— Аркадий Петрович, — сказала она после долгого молчания, — а вы женаты?
— Нет, — коротко ответил он.
— Совсем не женились или…
— Была невеста. Погибла в сорок втором, во время эвакуации. Поезд разбомбили.
— Простите, не хотела расстраивать.
— Ничего. Давно уже.
Они шли по Мясницкой, мимо темных витрин магазинов и закрытых кафе. Где-то вдали слышался стук колес трамвая.
— А вы? — спросил Никитин. — Замужем не были?
— Нет. Откуда жених? Все женихи погибли.
— Понятно.
— Мне кажется, наше поколение вообще не очень везучее в личном плане, — задумчиво сказала Варвара. — Война всех разбросала, многих забрала. Кто выжил, тот часто не может найти свое место.
— Возможно.
— Вот и я работаю с детьми, читаю им книжки, устраиваю встречи. Как будто пытаюсь дать им то, чего не было у нас, — спокойное детство.
Никитин посмотрел на нее. В свете фонаря лицо Варвары казалось очень молодым, почти детским. Но глаза были взрослыми, с той особой печалью, которая была у многих их поколения.
— Благородное дело, — сказал он.
— А вы? Почему выбрали работу следователя?
— Случайно. После госпиталя предложили — сказали, что нужны люди с жизненным опытом. Попробовал — понравилось.
— Что именно понравилось?
— Возможность докопаться до истины. Поставить точку в запутанной истории.
Они дошли до дома номер семнадцать на Покровке. Старый особняк с облупившейся штукатуркой и темными окнами.
— Вот я и дома, — сказала Варвара. — Спасибо, что проводили.
— Не за что.
Она достала ключи, но не спешила открывать дверь.
— Аркадий Петрович, — сказала она неожиданно, — а не хотите подняться попить чаю? Согреться? На улице холодно, а идти вам далеко.
Никитин колебался. С одной стороны, поздно уже. С другой — в его пустом кабинете ждала только холодная постель и мрачные мысли об убийствах.
— Если не затруднит, — сказал он.
— Конечно, не затруднит. Наоборот, приятно будет с кем-то поговорить.
Они поднялись на второй этаж. Варвара открыла дверь в небольшую, но уютную комнату. Никитин огляделся — книжные полки до потолка, письменный стол у окна, диван с пледом, маленький столик с самоваром.
— Присаживайтесь, — сказала Варвара, снимая пальто. — Я сейчас чай поставлю.
Никитин сел на диван, положив трость рядом. Комната была теплой и уютной — полная противоположность его казенному кабинету. Пахло книгами и какими-то женскими духами.
— Красивая комната, — сказал он.
— Спасибо. Хозяйка разрешила обставить по своему вкусу. — Варвара возилась с самоваром. — Она старая учительница, очень интеллигентная женщина. Сейчас в доме отдыха, вернется только к лету.
— Значит, живете одна?
— Да. Привыкла уже.
Она поставила на столик чашки, сахарницу, баранки. Никитин наблюдал за ее движениями — быстрыми, но аккуратными. Чувствовалось, что она привыкла обслуживать себя сама.
— Аркадий Петрович, — сказала она, наливая чай, — а можно нескромный вопрос?
— Попробуйте.
— Вы действительно найдете убийц моего отца?
— Найду.
— Даже если это будет опасно?
Никитин посмотрел на нее внимательно. В голосе звучала не только личная заинтересованность, но и что-то еще.
— Почему вы спрашиваете?
— Просто… просто у меня такое чувство, что это дело непростое. Что за ним стоит что-то большое.
— Откуда такие мысли?
— Не знаю. Интуиция, может быть. — Варвара села напротив него. — Отец последнее время был очень напряженным. Говорил, что в городе появились люди, которые хотят прибрать к рукам все темные делишки торгашей. Что скоро маленьким торговцам придется либо подчиниться, либо уйти из игры.
— Он говорил, кто эти люди?
— Нет. Только о том, что у них военная выучка и что с ними лучше не связываться.
Никитин отложил чашку. Еще одно подтверждение его теории.
— Варвара Валерьевна, почему вы мне это рассказываете только сейчас?
— Утром я была в шоке. Думала только об отце. А сейчас, когда немного успокоилась, вспомнила его слова. — Она посмотрела на него серьезно. — Аркадий Петрович, будьте осторожны. Мне кажется, эти люди не остановятся ни перед чем.
— Не беспокойтесь. Я осторожен.
— Обещаете?
— Обещаю.
Они пили чай, говорили о войне, о книгах, о том, как меняется город. Никитин давно не чувствовал себя так спокойно. Теплая комната, мягкий свет лампы, приятная собеседница — все это создавало ощущение покоя, которого так не хватало в последние недели.
— Мне пора, — сказал он наконец, посмотрев на часы. Было уже за полночь.
— Конечно. Спасибо, что составили компанию.
— Это вам спасибо. Давно не проводил такой приятный вечер.
Варвара проводила его до двери.
— До субботы, — сказала она. — Не забудьте про встречу с детьми.
— Не забуду.
— И, Аркадий Петрович… берегите себя.
На улице снова повалил снег. Никитин медленно брел по пустым улицам, думая о прошедшем вечере. Варвара произвела на него сильное впечатление — умная, деликатная, красивая. Давно он не встречал таких женщин.
Но главное — информация, которую она сообщила. Значит, его подозрения подтверждались. В городе действительно появилась организованная группа, которая пыталась взять под контроль теневую торговлю. И эта группа имела военную выучку.
Вернувшись в отделение, Никитин сел за стол. Теперь он был еще больше уверен, что имеет дело с профессиональными военными. Завтра он начнет проверять эту теорию.
Но сейчас, засыпая на диване, он думал не об убийствах, а о Варваре. О ее улыбке, о том, как она наливала чай, о том, как заботливо укутывала его шарфом перед выходом на улицу.
Может быть, жизнь еще подарит ему что-то хорошее. Может быть, не все потеряно.
