Мертвое тело гидры полностью погребло под собой и фонтан в центре дворика, и нескольких мертвых тварей – Адамар все-таки смог прорубиться к ее сердцу и вонзить меч по самую рукоять.

Лайра положила руку на чешуйчатый бок чудовища, прощаясь с проглоченной Найвин, но Галанор не почувствовал ничего, в голове крутилась лишь мысль о том, что чем меньше эльфов в отряде, тем труднее будет, и не более… Он с трудом отвел взгляд убитой Лайрой девушки, зная, что ее мертвое, искаженное ужасом лицо будет отныне преследовать его так же, как и лица детей, унесенных морским народом.

– Айлас? – Адамар, потоптавшись по одной из отрубленных голов, подошел к лучнику, но тот даже не заметил: так и стоял, стиснув лук и глядя невидящим взглядом в коридор, из которого недавно донесся взрыв.

Адамар вздохнул и вышел, отпихнув Галанора с Лайрой. Коридор был весь разворочен, стены оплавлены, а посреди этого хаоса – останки тела и сломанный обгоревший лук. Значит, Элион тоже мертв.

Галанор положил Айласу руку на плечо и молча сжал, выражая сочувствие. Двое лучников дружили вот уже три века и годами тренировались для этой миссии.

– Это что за магия? – спросил пораженный Адамар.

Галанор осмотрел блестящие, как стекло, стены.

– Это не магия. Это Маллиат…

Остальные вопросительно обернулись.

– Но почему Маллиат на нас напал? – спросила Лайра. – Он не убил нас на пляже, выходит, принцесса получила приглашение.

– Значит, есть и другие чары. Найдя трупы, маги втихую активировали магическую защиту, поэтому открылись порталы и Маллиат бросился нас разыскивать. Раз мы атаковали магов в открытую, вся школа обратилась против нас.

– Ты нас в западню завел! – зарычал Адамар, всегда готовый обвинять Галанора.

Если бы они не потеряли только что двоих бойцов, Галанор с огромным удовольствием снес бы ему голову. Но, увы, пусть он и не доверял Адамару, умения здоровяка еще могли пригодиться в поисках Тома Древних.

– Идем дальше, – велел Галанор, первым выйдя в раскаленный коридор под защитой заклинания от язычков пламени, бегающих по стенам, и капель лавы с потолка.

Дойдя до Элиона, он замедлил шаг. Вот что принесет новая война. Маги Корканата доказали, что не сдадутся без боя и многих заберут с собой.

– Ну давай уже! – Гидеон не мог больше пялиться в коридор, охраняя Эбигейл, изучавшую каждый дюйм двери мастера Тибита.

– Вообще-то это не то же самое что ткнуть палочкой в дверь и велеть ей открыться, – огрызнулась Эбигейл.

Нервы у обоих были на пределе: сперва убитые маги, потом огненное дыхание Маллиата… За последний час они несколько раз едва не погибли и теперь вздрагивали от каждого шороха и тени.

Кто-то выкрикнул вдалеке заклинание молнии, послышался хлопок, крики, удары стали о дерево…

Гидеон наложил на коридор ледяные чары: если чужаки сюда дойдут, подбежать быстро, как тот лучник, уже не смогут.

Загрохотали, разбиваясь о магические щиты, огненные шары, зашипели плавящиеся стены. Все ближе и ближе…

– Как ты думаешь, кто они? – спросила Эбигейл, прислушиваясь, не вибрирует ли палочка.

– Не знаю, – Гидеон взял посох поудобнее. – Но они точно обладают магией, иначе не зашли бы так далеко.

– Черная рука? – сосредоточенно предложила Эбигейл.

Гидеон задумался. Конечно, и это возможно: несколько веков назад темные волшебники объединились в загадочный орден. Известно о них было очень мало, зато слухов и легенд о тайных сражениях с Черной рукой ходило много. Кто знает, может, им надоело, что за ними охотятся маги Корканата, и они решили нанести ответный удар?

– Я так не думаю. – Гидеон вздрогнул от очередного взрыва. – Они, кажется, предпочитают оружие, а не магию, и ни палочек, ни посохов у них нет.

– Получилось! – гордо объявила Эбигейл. На темном дубе двери замерцали, проявляясь, светящиеся голубым и зеленым слова.

– Что это? – спросил Гидеон, чувствуя, что ничего у них не получилось.

– Дверь открывается кодовым словом, – убитым голосом отозвалась Эбигейл.

– Что?!

– Я нашла подсказку и велела защитным чарам показать ее. Слушай, – Эбигейл откашлялась. – «Я царь, я базилевс, величайший среди своих братьев, нет никого меня сильней. Мои когти – источник вечной боли, мой взгляд – сама смерть. Если переживешь нашу встречу, я останусь с тобой навечно, но не забывай, кому ты обязан своей силой».

Гидеон принялся перебирать в уме весь Палантинский бестиарий, но не мог вспомнить ни одного чудовища, подходящего под описание. Звук стрел, вонзающихся в плоть, становился все ближе, какой-то учитель вбежал в коридор, крича от боли, и упал. На груди у него догорали остатки мантии.

– «Я базилевс»! Ну конечно! – радостно вскричала Эбигейл и уверенно обернулась к двери. – Василиск.

Светящиеся буквы исчезли, сами собой разошлись железные засовы на двери.

– Ура!

– Внутрь быстрее! – Не теряя времени, Гидеон втолкнул ее в кабинет мастера Тибита и, захлопнув дверь, вновь наложил на нее защитные чары, запечатавшие замок.

Наконец-то у них с Эбигейл появилось время переглянуться… и крепко обняться. Сколько раз за эти десять лет они помогали друг другу, полагались друг на друга, но сегодняшний день… такого им не приходилось переживать еще никогда.

– Книга! – Эбигейл стиснула руки Гидеона и бросила взгляд на витрину в углу комнаты. – Но как нам ее защитить?

– Если мастер Тибит не обманывал, трогать ее нельзя. – Гидеон огляделся в поисках вдохновения. Кажется, Тибит проводил сразу несколько экспериментов одновременно, но каких – было совершенно непонятно.

За дверью раздались голоса. Эбигейл ахнула и зажала рот рукой. Значит, лед чужаков даже не замедлил…

– Что будем делать? – прошептала Эбигейл.

Гидеон вместо ответа продолжал обыскивать комнату, только на этот раз в поисках убежища. Обычно перед лицом опасности его разум начинал работать быстрее… и вот теперь сложил два и два. Он схватил Эбигейл за руку и потащил ее к большому платяному шкафу, стоявшему напротив Тома Древних. Сдернув с крючка мантии и побросав их на дно шкафа, он подтолкнул Эбигейл внутрь, даже не задумываясь, сколько времени понадобится ворам, чтобы открыть дверь.

– Залезай!

Эбигейл послушно залезла в шкаф, держа палочку наготове. Гидеон направил посох на Том Древних.

– Эбори.

Он специально проговорил заклинание вслух, давая ему дополнительную силу и не заботясь, сколько магической энергии на него потратит. Книга, вместе с витриной, немедленно исчезла, сделавшись невидимой.

Довольный, Гидеон велел посоху уменьшиться и тоже залез в шкаф, оставив маленькую щелочку, чтобы наблюдать за происходящим в комнате.

Долго ждать не пришлось. Дверь с грохотом сорвалась с петель и влетела в комнату, брызнуло во все стороны стекло вперемешку с разноцветными жидкостями из колб, рухнули алхимические столы, полетели щепки. Шкаф опасно задрожал, и Эбигейл с Гидеоном оставалось только застыть, прижавшись друг к другу. Почему эти чужаки такие сильные?! Заклинание должно было отразить удар, направить его на атакующих, но как они смогли так легко его снять?

Гидеон неудобно вывернул шею, выглядывая в щель. Уверенной походкой в комнату вошли четверо – так ходят только убийцы, которые никого не боятся! На всех были темные плащи, но капюшоны воры опустили, открыв красивые лица с высокими скулами и правильными чертами. У троих были длинные волосы, на вид мягче шелка, и только у одного – лысина и две косички.

Единственное, что портило вошедших, – пятна крови, покрывавшие их с ног до головы.

Темноволосая женщина сказала что-то на идеальном эльфийском.

– Только человеческий, – предупредил мужчина с каштановыми волосами. – Пока рано себя выдавать. Найди книгу, тот человек сказал, что она здесь.

Гидеон замер, сердце его застучало как сумасшедшее. Он пригляделся к чужакам внимательнее… и челюсть у него отвисла. Острые уши!

Эльфы!

По тому, как Эбигейл вцепилась в его руку, он понял, что она тоже заметила.

Эльфы разбрелись по кабинету, осматривая вещи мастера Тибита, и на Гидеона постепенно начала наваливаться усталость – слишком долго приходилось поддерживать заклятие невидимости. Он призвал магию, накопленную в кристаллах посоха, но пот так и тек по лицу, а костяшки пальцев побелели.

Держаться. Надо держаться.

Галанор пинками раскидал разбросанные доски, проверяя, не под ними ли книга.

Поиски ничего не дали. Казалось, Тома Древних тут никогда и не было, но Галанор знал, что это очередные человеческие уловки. Маг сказал им правду, в этом сомнений не было.

Еще одна дверь привлекла внимание Галанора – невозможно было игнорировать магию, вплетенную в дерево. Он вспомнил карту и понял, что это проход в комнату с винтовой лестницей, ведущей к некоему отверстию. Он подошел к двери… и спиной почувствовал чужое давящее присутствие – Адамар подошел чуть ли не вплотную, разглядывая содержимое небольшого комода. Шестое чувство, развившееся за века тренировок, кричало Галанору, что что-то не так, даже волоски на шее встали дыбом.

А ведь Адамара им навязали.

С тех пор как они покинули Айду, этот здоровяк относился к Галанору презрительно, норовя унизить на каждом шагу. А советники, пропихнувшие его, заботились только о том, как бы забраться повыше…

Что, если другая семья решила убить Галанора и вывести стремительно продвигающихся вперед Ревири из игры?

Галанор отошел от двери, стараясь не поворачиваться к Адамару спиной. Стоит им найти книгу, и он наверняка ударит.

– Она здесь! – воскликнул вдруг Айлас, указывая в пустой угол. Косясь на Адамара, Галанор подошел к нему.

– Я чувствую средоточие магической энергии, – объявил Айлас и снял чары.

Том Древних в стеклянной витрине появился не сразу, а словно вынырнул из тумана. Плотный кожаный переплет книги побледнел от времени, страницы пожелтели. Стоило Галанору увидеть ее, как все мысли о предательстве Адамара испарились. Они наконец вернутся домой, и вернутся с победой! Впрочем, даже не победа радовала Галанора, а желание забыть земли людей как страшный сон и стереть из памяти лица убитых им невинных.

– Чего мы ждем? – Горе сделало Айласа нетерпеливым… и он немедленно за это поплатился. Он слишком быстро потянулся к витрине, и Галанор успел только вскрикнуть, предупреждая его.

Слишком поздно.

Наложенные на книгу защитные чары были безжалостны. Они убивали каждого, кто откроет витрину.

Айлас застыл в ужасе… нет, не застыл. Замерз. Стекло в его руках превратилось в лед, иней пополз по кончикам пальцев, и в мгновение ока он весь, до мозга костей, превратился в ледяного истукана.

– Помо… гите… – прошептали его побелевшие губы.

Но эльфы лишь отошли подальше, опасаясь, что чары могут перекинуться на них. Айлас упал на колени и тут же примерз к полу, так и не выпустив подернувшееся инеем стекло.

– Помогите… – выдохнул он в последний раз и замер. Лед покрыл его с головой.

В абсолютной тишине тело пошатнулось и упало, разлетевшись на тысячи осколков.

Еще одна смерть.

Галанор присел на корточки, несмело подобрал осколок, напоминавший лицо Айласа. И снова никаких чувств от смерти очередного убийцы. Жаль только, что смерть эта была мучительной. Очевидно, она должна была послужить уроком всем, кто захочет попытаться забрать Том.

– Ты решил нас всех в могилу свести, Галанор? – Адамар угрожающе навис над ним. Шестое чувство кричало, что нужно немедленно действовать.

Галанор незаметно положил ладонь на рукоять меча. Не успеет Адамар ничего понять, как клинок войдет ему между ребер…

Знакомый звук острия, входящего в плоть, раздался вдруг у него за спиной. Галанор, ничего не понимая, обернулся, готовый к битве, но Адамар и не думал нападать: он смотрел вниз, булькая текущей изо рта кровью.

Галанор проследил за его взглядом и увидел торчащее из груди здоровяка острие скимитара, алое от крови. Адамар вскинул голову, удивленный, разъяренный… понявший, что смерть неизбежна и несправедлива.

Клинок выскользнул из его спины, и Адамар повалился лицом в ледяные останки Айласа. За спиной у него, даже не думая отереть скимитар от крови соплеменника, стояла Лайра. Значит, она почувствовала опасность и решила спасти Галанора любой ценой… Он вздохнул, признавая порочность такого пути, но все же улыбнулся Лайре тепло и благодарно.

Лайра улыбнулась в ответ. Но улыбка эта тут же исчезла, как огонек свечи на ветру. Галанор не успел понять, что происходит, когда Лайра выставила ладонь и магическим ударом швырнула его через всю комнату.

Книгу нашли. Гидеон от усталости едва мог стоять на ногах, но не мог оторваться от происходящего.

При виде лучника, разлетающегося на куски, Эбигейл вжалась лицом в плечо Гидеона. Ему и самому неприятно было за этим наблюдать, но дальше началось что-то странное: эльфийка убила лысого и швырнула своего командира в стену, словно совсем забыв о книге.

Гидеон с Эбигейл переглянулись, им в голову пришла одна и та же мысль. Теперь их двое против двоих… а может, и против одного.

Это заставило Гидеона задуматься: он готов был даже убить, чтобы защитить их с Эбигейл… но смог бы он сделать то же самое ради книги? Если они потеряют Том Древних, могут погибнуть и другие. Кому под силу удержать Маллиата? И зачем эльфам вообще это нужно?

– Лайра… – Эльф, которого остальные называли Галанором, шатаясь, поднялся на ноги. По его бледному лицу стекала алая струйка крови. – Но почему? Я не понимаю.

– И хорошо, что не понимаешь, – высокомерно ответила Лайра, обходя тело лысого эльфа. – Мы слишком долго это планировали, дольше, чем твой драгоценный повелитель придумывал, как отобрать Иллиан у людей. Вы и не должны были ничего понять, не должны были ничего узнать.

«Мы планировали?» Галанор попятился к двери, ведущей в другую комнату.

– Мы вездесущи. Мы держим совет с твоим королем. Мы среди вас. Мы знаем все ваши тайны. – Она рассмеялась так радостно, что у Гидеона кровь застыла в жилах. – «Звезда Палдоры на небо дневное взойдет, долгожданная»!

Гидеон никогда не слышал этого выражения, а вот Галанор, судя по его ошарашенному лицу, прекрасно его знал.

– Почему ты вспомнила эти слова?

– Ну же, милый, – соблазнительно проворковала Лайра. – Эхо Судьбы тебе известно не хуже, чем мне. Через несколько дней звезда Палдоры впервые явит себя днем, и Валанис сбросит оковы… Таково пророчество.

Галанор воззрился на нее в ужасе.

– Так ты служишь темному владыке?

– Служить кому-то иному – глупо.

– С тех пор, как было произнесено пророчество, звезда Палдоры являлась девять раз. Почему ты уверена, что в этот раз все будет иначе? – прорычал Галанор. Его ужас быстро обернулся гневом.

– В этом проблема всего эльфийского рода: мы потеряли веру. – Не дождавшись ответа, Лайра метнула в противника маленький нож.

Галанор этого не ожидал: нож вонзился ему в плечо, отбросив к запертой двери.

Гидеон окончательно перестал понимать, что происходит, и мог только смотреть, как эльфы сражаются на мечах – так быстро, что взгляд едва успевал за их движениями. И все же имя Валанис отзывалось в памяти… Он шепотом повторил его Эбигейл.

– Темная война, – прошептала она в ответ. – Эльфы воевали друг с другом.

Гидеон кивнул, вспоминая. Валанис развязал войну, да… хотя причины упорно не хотели вспоминаться. Эльфийская война тысячелетней давности не входила в список его любимых тем.

Бой эльфов был так быстр и грациозен, что напоминал скорее танец, чем смертельную битву. Впрочем, трудно было понять, кто побеждает: в сражениях на мечах Гидеон тоже не разбирался.

Он вновь взглянул на книгу. Нужно было защитить ее от эльфов. Кто бы из них ни выжил в этой дуэли, лучше не будет: один хотел помочь сородичам, мечтающим завоевать Иллиан, другая – отдать Том Древних Валанису, который, очевидно, был злодеем.

Гидеон хотел было предложить план, но жизнь внесла свои коррективы: им с Эбигейл пришлось выскочить из шкафа, спасаясь от шального огненного шара. Шкаф разлетелся на куски, деревяшки засыпали ледяную крошку, оставшуюся от замерзшего лучника.

Глаза слезились, но Гидеон все же заметил, что эльфы прекратили сражаться.

– Надо забрать книгу! – Эбигейл вскочила на ноги, направила палочку на книгу, пытаясь заклинанием поднять ее в воздух… но ничего не вышло.

Гидеон в ужасе заметил, как Лайра подняла руку, как острейшая сосулька вылетела из ее ладони… Почему-то сперва он услышал звук, с которым лед вонзается в плоть, услышал вскрик… и лишь потом увидел сосульку, торчащую из груди Эбигейл.

Не дыша, он ринулся вперед и подхватил падающую Эбби. Том Древних шлепнулся рядом.

Гидеон не знал, что сказать, знал только, что Эбби сейчас умрет и с этим ничего нельзя поделать. Беспомощность ранила сильнее, чем любой клинок.

Весь мир исчез, исчез далекий лязг мечей. Осталась только Эбби, ее рыжие локоны, рассыпавшиеся по его коленям, голубые глаза, глядящие на него с такой тоской… Он не мог смотреть на сосульку, торчащую из ее груди, на то, как белая кожа с каждым мгновением бледнеет…

Эбигейл погладила его по щеке мягкой рукой, зная, что другого шанса не будет. Гидеон крепко стиснул ее ладонь, в ужасе от того, как быстро ее покидало тепло. От одной мысли о том, что Эбби никогда больше не улыбнется ему, слезы сами потекли из глаз.

Рука Эбигейл обмякла, выскользнув из его руки, жизнь в глазах погасла.

Эбби ушла. Навсегда.

Гидеон замер, обнимая ее, пытаясь понять, осознать, что происходит. Эльфы продолжали свой танец, сея хаос в и без того разгромленном кабинете. Он сжал Эбби крепко-крепко, словно любовь смогла бы вернуть ее к жизни…

– Неважно, чего ты добьешься сегодня! – послышался голос Лайры, словно издалека. Подняв голову, Гидеон увидел, что она стоит перед эльфом на коленях, побежденная. – Валанис восстанет вновь и сотворит мир, угодный богам…

Взмах клинка буквально пресек ее речь.

Гидеон нежно поцеловал Эбигейл в лоб. Кажется, голова Лайры откатилась в его сторону, но ему было все равно. Только тишина отрезвила его немного. Он был в кабинете мастера Тибита один: Галанор исчез, а с ним и книга.

Горе вспыхнуло яростью, требовавшей выхода. Пусть Лайра мертва, этот Галанор тоже виновен! Гидеон забрал у Эбигейл палочку, туго затянул на бедре ножны, закинул за спину посох.

Эльф заплатит за все.

Галанор выбежал под дождь на высокую стену Корканата. Ветер пытался сбросить его вниз, капли били словно ледышки, но предательство Лайры и убийство ни в чем не повинной девочки било куда больнее.

Он закричал, не в силах сдерживать внутри этот клубок печали и гнева. Да, король хотел раз и навсегда обезвредить Валаниса, но кто же знал, что его воины среди них!

Назревала война, только не между людьми и эльфами. Как долго темный владыка дергал за ниточки? Неужели вся эта миссия была подстроена его последователями?

Лица погибших проносились перед его мысленным взором, и среди них – лицо юного мага, в отчаянии обнимавшего мертвое тело подруги. Неужели его, Галанора, предназначение в том, чтобы причинять страдания?

Гигантские крылья захлопали в ночном небе, но разглядеть дракона среди дождя и туч было невозможно. Галанор бросил взгляд на Том Древних, парящий рядом под защищающим от дождя заклинанием. Он подтянул книгу поближе и велел страницам переворачиваться – дотрагиваться до них было опасно.

Нужно действовать быстро, пока Маллиат не напал.

Благодаря отличным знаниям древнего языка, нужное заклинание он нашел быстро, оставалось только сжечь страницы и донести до дракона королевское предложение…

Но Галанор медлил.

Правильно ли он поступает? Даже в эти последние мгновения он сомневался…

Но дракон сделал выбор за него: шум крыльев приближался, и Галанор подумал, что неважно, как он поступит после освобождения Маллиата. Важнее всего снять с дракона чары. Возможно, это будет единственная хорошая вещь, которую он сделает за все время вдали от Айды.

Что-то похожее на молнию ударило Галанора в плечо, обожгло и сбило с ног. Книга упала рядом, страницы беспомощно распахнулись.

– Эльф! – раздался позади разъяренный крик.

Галанор поднялся, разминая обожженное магией плечо. Юный маг, только что потерявший подругу, стоял под дождем, высоко вскинув посох. Галанор ни разу еще не видел в человеческих глазах столько огня и решимости. Этот мужчина… нет, юноша, готов был сражаться с превосходящим его по силе врагом, совершенно не заботясь о собственной жизни.

– Назад! – заорал Галанор, перекрикивая дождь. Но маг не послушался, а побежал на него, держа посох словно копье. Высоко прыгнув, он попытался ударить Галанора в голову, но тот увернулся. Каждое движение мага было для него совершенно очевидно и ожидаемо, но ни разу он не атаковал в ответ, лишь уходил от ударов. Пару раз юноша пытался швырнуть в него огненный шар или сгусток энергии, но и их развеять было легче легкого.

Вдруг стена содрогнулась, и, вместо того чтобы нанести следующий удар, маг застыл, глядя куда-то ему за спину. Галанор знал этот взгляд: восхищение и ужас одновременно.

Маллиат явился.

Галанор быстро обернулся и увидел огромную драконью голову, склонившуюся над ним. Четыре изогнутых рога торчали во лбу словно корона, пурпурные глаза с вертикальным зрачком смотрели в упор. Дракон изогнул шею, как змея, готовая напасть, раскрыл перепончатые крылья с сиреневым отливом. Четыре лапы в черном панцире, будто в броне, оканчивались когтями такой остроты, что пронзали камень стены, гигантский черный хвост с похожим на наконечник стрелы шипом гипнотически покачивался…

Медленно, очень медленно Галанор отступил, забыв про мага. Маллиат открыл пасть, раздвоенный язык мелькнул между его острых, словно мечи, клыков. Он готов был дохнуть огнем и испепелить незваного гостя, ждал лишь, когда маг отойдет.

Остался лишь один выход, но спасет ли его это, Галанор не знал. И просто швырнул огненный шар в Том Древних, поджигая страницы.

Стена вновь задрожала – так, что ни одному двуногому было не удержаться. Впервые за тысячу лет Маллиат Безгласный издал рык, нечто среднее между криком радости и болезненным воплем.

Древние знаки, до того скрытые, вспыхнули на его черной чешуе, переливаясь фиолетовым, и начали исчезать. Маллиат заметался, словно от боли, терзая когтями и без того рушащуюся стену.

Удивительно, но даже в этом хаосе юный маг нашел в себе храбрость и силы атаковать, теперь уже вооружившись и посохом, и волшебной палочкой. Теперь Галанору приходилось отражать удары, балансируя на рушащейся стене. Не раз и не два оба пригибались, чтобы не попасть под крыло, и перепрыгивали через камни, но магу было все равно: он нападал яростно, полностью забывшись. И зря, потому что стена явно рушилась, а Маллиат явно собирался улететь.

Галанор быстро понял, что единственный способ выжить – зацепиться за дракона, и неважно, куда того занесет.

– Беги! – бросил он магу последнее предупреждение и, легко взбежав по огромной чешуйчатой лапе, схватился за шип, торчащий из драконьей спины. К его великому удивлению, человек побежал за ним, однако скорости ему не хватило: Маллиат взлетел, оттолкнувшись задними лапами от стены так, что она обрушилась окончательно.

Галанор хотел отвернуться, чтобы не видеть очередную смерть очередного юного существа, но маг снова его удивил – и решительностью, и удачливостью: в последнюю секунду он прыгнул и схватился за шип на хвосте Маллиата.

Корканат стремительно отдалялся, и вскоре вокруг осталось лишь небо да непривычный звук – хлопанье могучих крыльев.