Меркарис восхищался своим идеальным телом – совершенством, которого не каждый мог достичь. Тем, как напрягаются мышцы на плоском животе, как пот стекает по мощной груди, как четко и ритмично он вбивается в женщину, лежащую под ним! Как там ее… а, неважно.

Думал он, впрочем, не только об этом. Прежде чем начать ночные «упражнения», он получил сообщение через провидец, который всегда носил с собой.

Голос Алидира Ялатанила, холодный, будто сталь клинка, прорезал эфир, захватив все внимание Меркариса.

– У твоего повелителя есть задание, – проговорил искаженный образ Алидира.

– Жизнью служу Валанису! – ответил Меркарис, зная, что приказ от любого члена Длани нужно принимать словно от самого повелителя.

– И неплохо служишь. Нападение на Золотой форт меня впечатлило. Не ожидал, что ты сможешь проникнуть так далеко.

– Мои шпионы доложили, что на следующий же день Том Древних перевезли в Корканат, – гордо прибавил Меркарис.

– Это мне известно, – равнодушно ответил Алидир. – Я посылаю в Велию аракеша для исполнения второй части плана. Ты ему поможешь.

Тон его не оставлял пространства для возражения.

– Как я должен послужить господину? – спросил Меркарис.

– Принцесса Рейна путешествует с двумя эльфийскими компаньонами. Это усложняет работу убийцы. Ты прекрасно показал себя в Калибане, Меркарис. Во владении магией ты превосходишь любого человека, даже магикара.

Воспоминания о Калибане наполнили Меркариса гордостью. Разумеется, жалким книжным червям из Корканата и не снились его знания! А став для господина идеальным оружием, Меркарис получил и королевскую власть, подобной которой не видел Иллиан. Все благодаря великому Валанису.

– Убей Мьоригана Мьорго, – продолжил Алидир и, вероятно, чтобы немного сбить с Меркариса спесь, пустился в объяснения. – Мьориган искусен в магии, он станет для тебя серьезнейшим в жизни испытанием. Но знай, хорошо послужив Длани, ты умилостивишь Валаниса.

– Я все сделаю, мой повелитель.

Меркарис вынырнул из воспоминаний и отбросил истощенную женщину на другой край кровати. Она немедленно уснула, а ему было не до сна: следовало все тщательно обдумать.

Час он провел в медитации, вспоминая уроки, давным-давно полученные в Калибане. Единственный из людей, попавший к озеру Найюса и впитавший все тайны магического мира. Сила, данная ему… нет, сила, которую он заслужил, помогла ему свергнуть с трона родителей и убрать с дороги сестру. Разве это не справедливо? Родичи его были слабы и недостойны трона: все, что они могли, – засунуть способного к магии сына в Корканат, растратив его таланты.

Теперь же он правил всем севером и служил великой цели, которую родители не могли даже представить.

Меркарис открыл глаза, удовлетворенно взглянул на три кристалла, мягко светившиеся на полу. Сосредоточенной в них магической силы должно было хватить для битвы.

Он собрал кристаллы, извлек из сундука темные одежды, но прежде, чем успел закрыть лицо темной повязкой, женщина заворочалась в постели. Увидев черную фигуру с длинными кинжалами на каждом бедре, она вскрикнула.

– Ш-ш… – Меркарис прижал палец к невольно растянувшимся в жестокой ухмылке губам.

Он подошел к кровати и взял женщину за горло, сжал с силой, недоступной простым людям. Она забулькала, извиваясь и открывая рот как рыба, выброшенная на берег. Меркарис вынес ее на балкон, любуясь лесом мачт над Штормовым портом.

– Знай, быстрая смерть – это подарок. Тебе повезло избежать грядущих страданий и мук.

По ее искаженному ужасом лицу было понятно, что услышала она лишь про быструю и неизбежную смерть. И поняла, что ничего не сможет сделать.

Меркарис швырнул ее через перила и вернулся в комнату – не тратить же время на всякую мелочь. Вместо этого он надел наручи, покрытые древними рунами, что придавали рукам невиданную скорость.

Нырнув в сундук с одеждой, он открыл потайное отделение и бережно, даже с некоторым трепетом, извлек узкую шкатулку с предплечье длиной. Один вид содержимого вызвал у него нежную улыбку: волшебная палочка, которую он сам изготовил в сердце Калибана. Вокруг черного дерева вилась изящная сильвировая нить, на рукоять пошла кость кентавра, которого он лично загнал ради этого. В руке Меркариса палочка была смертоноснее любого клинка.

В дверь тихонько постучали – пришли его люди. Меркарис призвал магию, наполнившую все его существо, и взмахнул палочкой в сторону двери, впуская отряд неприметных темных фигур – лишь глаза блестели на замотанных тканью лицах. Меркарис доверял им, его личным убийцам. За годы каждый из них сполна доказал свою верность, послушно уничтожая врагов и не задавая вопросов.

Словно мрачные жнецы, они прошли по коридорам дворца, отправляя всех, кому не посчастливилось попасться на пути, в загробный мир.

Крыло, в котором разместили эльфов, найти было несложно: коридор заполнили стражники. Меркарис взмахом палочки погасил все свечи и факелы, скрывая убийц во тьме. Убрать стражников получилось практически бесшумно: голыми руками и метательными ножами, но за дверью Меркарис почувствовал магическую ауру, и по его коже побежали мурашки. Годы в Калибане научили его ощущать магических существ. Мьориган, без сомнения, был мастером, как и говорил Алидир, но это лишь разожгло желание короля испытать собственные силы.

Доверив своим людям остальное, он коснулся волшебной палочкой двери Мьоригана и открыл ее, не забыв заглушить скрипучие дверные петли. Древний язык заменил в его натренированном разуме родной, пользоваться магией сделалось так же естественно, как дышать: без лишних мыслей, без промедления. Он почувствовал себя могущественным, словно эльф.

Большую часть жизни он пытался овладеть магией, и лишь уроки Валаниса помогли обрести мудрость. Маги Корканата за века обленились, выискивая новые способы использования магии, вместо того чтобы учиться пониманию.

Он вошел тихо, но не крадучись, осмотрелся, внимательно вглядываясь в тени. Комнату наполняла тьма, двери балкона были закрыты, заглушая вой ветра и шум дождя. Меркарису в этой тишине собственное дыхание казалось громким, словно драконье.

Хлопнула вдруг дверь за спиной, свечи и лампы зажглись как по команде. Стоило моргнуть, как перед ним из ниоткуда вырос Мьориган Мьорго.

– Ты думал, что сможешь незаметно подкрасться к эльфу? Какая дерзость. – Длинные серые одежды и идеально прямые черные волосы Мьоригана делали его похожим на грозную статую.

Меркарис улыбнулся, хоть враг и не смог бы увидеть эту улыбку за черной повязкой. Этот бой наконец докажет, что он достоин Валаниса.

– Не бойтесь, мастер. Я просто хотел смотреть вам в глаза, творя историю.

– Историю? – удивленно переспросил Мьориган.

– Впервые за тысячу лет я, человек, убью эльфа!

– Посмотрим… – Мьориган вскинул руку и швырнул в него огненный шар.