О разумном невмешательстве и роевом интеллекте

Главный тезис этой книги состоит в том, что всякое разумное вмешательство в сложную систему к добру не приводит. Откуда же тогда упование на искусственный интеллект, которому мы передадим эстафету разума? И будет ли такой разум все-таки обладать сознанием?

Вопрос про сознание – очень непростой, в отличие от первого утверждения в данной тираде, которое элементарно. Поэтому начнем с легонького.

Существует знаменитая австрийская экономическая школа, которую представляют Ротбард, Хайек, Мизес и другие великаны, написавшие отличные книги про экономическую свободу, ни одну из которых я не читал, но всей молодежи настоятельно рекомендую. Я их не читал, потому что и так знаю о необходимости экономической свободы и токсине социализма. А молодежи рекомендую, поскольку нельзя же рекомендовать только себя! Скромность – мое второе имя… И вот недавно совершенно случайно я услышал в Ютубе, как один из пользователей процитировал Хайека. Смысл цитаты состоял в том, что никакое управление экономикой не заменит экономической свободы, потому что мы не знаем и принципиально не можем предсказать, какие именно новинки выбросит на рынок человеческая изобретательность и что будет востребовано непредсказуемыми людьми. Я даже огорчился слегка. Какой удар со стороны классика! Ведь, по сути, это именно тот тезис, что я продвигаю в данной книге, только чуть по-другому формулирую.

В сотый раз повторю: природа шире разума. Разум лишь один из инструментов эволюции. Он просто катализатор процессов. И не нужно его абсолютизировать, полагая, что он – вершина эволюции. Неуниверсальность разума видна на следующих примерах…

Возьмем несколько вещей – скотоводство, аграрные технологии, технические сооружения, мосты, транспортная логистика. Все это – составные части цивилизации. И потому все они представляются нам порождением именно разума. Более того, на основании овладения сельскохозяйственными технологиями, антропологи и философы делают далеко идущие выводы о том, что «неолитическая революция расширила горизонты человеческого планирования». Мол, раньше человек был прост – что нашел, то и съел. А тут нужно планировать свои действия и их результат на полгода – год вперед, весной сеять, летом обрабатывать, осенью собирать, запасать на зиму, оставлять семена на весенний сев, а не всё зимой сжирать. Вон как расширились прогностические способности хомо сапиенс!

Но слепая и глупая безмозглая природа изобрела все вышеперечисленное без всякого разума. Скотоводство и аграрность есть у муравьев, у которых мозг – меньше макового зернышка. Муравьи пасут и доят тлей, строят для них убежища, а на зиму загоняют в муравейник. Муравьи выращивают грибы. Причем они занимаются сельским хозяйством в самом прямом смысле этого слова – сеют на определенную глубину, удобряют посевы специально приносимой снаружи листвой, которую сначала ферментируют, собирают урожай и сохраняют его в специальных вентилируемых камерах. Они вывели особую породу грибов (как мы селекционировали культурные растения), каковые грибы нигде больше в природе, кроме муравейников не растут. А когда новое семейство муравьев вместе с молодой королевой-самкой отделяется и уходит на иное место жительства из старого муравейника, они уносят с собой споры этих грибов, без которых на новом месте просто погибли бы, ибо питаются только ими.

Муравьи занимаются сельским хозяйством уже 50 миллионов лет (мы – 10 тысяч), причем они здорово эволюционировали за последние 20 миллионов – теперь их грибные плантации не в пример совершеннее и обширнее, чем это было 20 миллионов лет назад. Грибы и муравьи живут в симбиотическом единстве. Как и мы с вами живем в симбиотическом единстве с домашним скотом и домашними растениями, без которых нам кирдык, а также в симбиотическом единстве с микробиомом нашего кишечника, без которого нам тоже кирдык. С двух сторон обложили нелюди!

А еще муравьи умеют делать мосты… А термиты вообще охренели, они наблатыкались строить работающие технические аппараты! Вы наверняка на картинках видели термитник – такое высокое сооружение из щепок, глины и песка, скрепленных слюной. Многие думают, что термиты в термитниках и живут. Нет. Термиты живут под землей. А термитник представляет собой охладитель, этакую трубу-градирню или охладительную башню, которая в жарком пустынном климате позволяет сохранить в подземных ходах и камерах термитов прохладу, пригодную для их жизни.

Если бы инженеру надо было спроектировать такой охладитель, он бы сделал это без труда, если бы, конечно, имел соответствующий диплом. Но термиты сделали это не только без диплома, но и без особых мозгов. Вернее, не термиты, а эволюция.

Но у термитов и муравьев хотя бы есть мозг и нервная система. А вот у слизевиков нет ни мозга, ни нервной системы, а «разумное» поведение и память почему-то есть, они решают задачи и помнят ответы. Два слова об этих странных созданиях…

Слизевики – это очень странные гибридные существа, произошедшие от разных биологических таксонов. Про слизевиков в Википедии честно написано, что их «классификация еще окончательно не разработана». Слизевик – это не растение, не животное, и не гриб, хотя размножается спорами. Представляет собой клеточную слизь из одной огромной многоядерной клетки, видимой невооруженным глазом, или группы таких клеток. Размером слизевик может быть с монету. Ползает, как амеба. Эксперименты, проведенные со слизевиками, показывают, что они успешно решают инженерно-логистические задачи. Например, находят быстро выход из лабиринта. А слизевики, которых поселили на карте Японии, прямо в Токио, предварительно положив в окружающие города вкусное питание, своим плазмодием воспроизвели на этой карте схему железных дорог региона, верно определив таким образом оптимальные пути между разными пунктами. А это непростая комбинаторная задача, которую решают проектировщики железных дорог, поскольку соединение каждого городка с каждым – это, конечно, для пассажиров очень удобно, но слишком расточительно для железнодорожников. Нужен компромисс. И безмозглая слизь его находит без компьютера. Но слизь нас не очень интересует, она тут просто для примера изобретательности природы, а вот совокупный интеллект муравьев – штука, которая нуждается в нашем внимании.

Один из мирмекологов, Генрик де Файн Лихт произнес по поводу муравьиной жизни весьма характерную фразу: «можно подумать, что королева, кормилицы, рабочие муравьи, личинки и грибы все соединены в одну интерактивную сеть». Точно! И не «можно подумать», а именно так! Про создания, которые живут колониями, говорят, что у них есть роевой интеллект, то есть нечто такое, что не сводится к одному муравьишке, а является свойством сообщества в целом. Суть в том, что единицы роя обмениваются друг с другом информацией и потому могут осуществлять сложную совместную деятельность.

Наш с вами разум, по сути, тот же роевой интеллект, основанный на нейронах, каждый из которых представляет собой отдельное живое существо. И эти живые клетки, которые кушают и какают, обмениваются друг с другом информацией с помощью кабелей аксонов и контактных площадок синапсов. Все это функционирующее вместе клеточное единство (в которое нужно включить и клетки тела, поскольку они питают мозг кислородом, едой и информацией) мы и называем разумным созданием. При этом ни одна из клеток мозга не является самостоятельно мыслящей. Но каким-то образом все это нагромождение умудряется думать, разуметь и вдобавок обладать сознанием.

И ничего ненаучного нет в предположении о том, что какой-то формой отражения реальности (сознанием) может обладать и муравейник в целом. Почему нет, если сознанием обладает совокупность клеток мозга? При этом, как вы наверняка заметили, я развожу по разные стороны ринга интеллект (разум) и сознание, отсюда и слово «вдобавок» в конце предыдущего абзаца.

Компьютер, обыгрывающий Каспарова в шахматы, безусловно занимается интеллектуальной работой, но сознанием он при этом не обладает, поскольку действует по заранее прописанным алгоритмам, ничего от себя не добавляя. Это просто электронный арифмометр. У компьютера, даже сверхсложного, нет никакого отражения реальности потому, что он критически не взаимодействует с окружающей средой, то есть не борется за выживание, ему на себя вообще наплевать. По-видимому, именно погружение в среду с активными попытками сохранить свою выделенность из среды и рождает феномен активного отражения, то есть сознание.

И если роевым интеллектом обладает рой обменивающихся информацией муравьев, взаимодействующих со средой… если таковым интеллектом обладает скопище нейронов, обменивающихся информацией и включенное в среду через тело… то почему роевым интеллектом не может обладать социум в целом? Он ведь тоже состоит из отдельных живых организмов, которые активно обмениваются информацией и включены с среду – техносферу и биосферу. Этот самый роевой интеллект принадлежит не отдельному Вождю, Папе, Отцу нации или Партии. Он принадлежит всей общности в целом, как мышление принадлежит всему мозгу во всей его демократической совокупности. И не надо его угнетать, навязывая «раковые» предпочтения группы отдельных клеток целому, всему организму.

В роевом интеллекте нет ничего таинственного, под ним в науке понимают всего-навсего коллективное поведение. Такое согласованное когерентное поведение наблюдается в скопищах молекул, клеток, рыб, нейронов, людей. Роевой интеллект может решать более сложные задачи, чем его отдельные члены. Этот принцип давно взяли на вооружение в робототехнике.

Так вот, когерентность может спасти рой (чаще), а может его убить (реже). Ошибки роевого интеллекта природе известны. Муравьи иногда начинают ходить по кругу, пока не умрут от истощения, поэтому такие хороводы мирмекологи называют кругами смерти (один из естествоиспытателей однажды наблюдал такой смертельный круг из миллионов муравьев диаметром в 365 метров!). Мы знаем, как может быть опасна толпа для отдельного человека. А история учит нас, какие ужасы претерпевали страны, поддавшиеся какой-нибудь «роевой идеологии». Но в целом социальное поведение эволюционно выгодно, иначе его бы просто не было.

Что же касается передачи эстафеты разума Искусственному интеллекту, о чем шла речь в книге, могу только повторить свой ответ, данный ранее: нужный нам для передачи эстафеты ИИ совершенно не будет похож на сегодняшние «мертвые» суперкомпьютеры и даже нейросети, его нужно будет включить в среду настолько же глубоко, насколько глубоко зависим от нее мы. Кроме того, пока даже сами принципы функционирования такого ИИ не вполне ясны. Возможно, здесь потребуется иная физика и более фундаментальное понимание феномена сознания.