Войти в систему
Войти с помощью соц. сетей:
Ваш песенный вопрос очень правильно поставлен, товарищи! Мы сейчас имеем две разнонаправленные тенденции, которые, как я надеюсь, скомпенсируют друг друга. О них и поговорим.
Когда-то весь мир был аграрным. А потом он вступил в промышленную стадию развития, что и послужило началом демографическому переходу, то есть запустило тот самый фазовый переход, который занимает пару-тройку сотен лет, и внутри которого мы живем. В результате этого перехода произошло две вещи – падение рождаемости и уход от аграрности в том смысле, что теперь в развитом мире 2–4 % населения, занятых в сельском хозяйстве, легко обеспечивают всех остальных едой. Ням-ням.
То же самое по мере перехода к миру постиндустриальному происходит и с промышленностью – недалек тот час, когда 2–4 % населения, занятых в непосредственном роботизированном производстве всего, смогут обеспечить всех всем. Этот факт одновременно и радует (коммунистов) и внушает опасения (реалистам).
Коммунисты говорят: «Вот как у нас получится коммунизм, оказывается! Маркс-то прав оказался, но чуток по-другому все случится! Не люди, а роботы будут обеспечивать нас промышленными товарами, производить других роботов и чинить их».
Это говорится на полном серьезе, я такое от леваков слышал не раз. Мол, раз издержки по производству товаров народного потребления станут минимальными, отчего бы тогда не раздавать все даром? Воздух же бесплатно мы получаем! А интернет подешевел уже просто почти до незаметности!
Что на это сказать убогим?
Воздух никто не производит. А вот вода в кране уже не бесплатная. И интернет, хоть и дешев, но обеспечивается чьим-то трудом. И с чего бы инвесторам, вложившим свои средства в роботизированный комплекс по производству ложек-вилок или автомобилей, раздавать эти автомобили даром разным мудакам?
С коммунистами ясно: дебилы. А вот опасения реалистов куда серьезнее глупых мечтаний коммуноидов: «А чем занять оставшееся население, если 2 % людей обеспечат всех остальных товарами?»
Частично я ответил на это в основном тексте книги, написав про сферу услуг и про то, что люди сами найдут себе новую занятость, не надо им только мешать советами. Слава богу, страна Советов кончилась, доказав свою несостоятельность – экономические трупы жить не могут, а СССР был экономическим зомби изначально.
У футурологов есть разные умозрительные предложения, как занять лишних людей, но, возможно, та самая встречная противоположная тенденция этот вопрос снимет с повестки дня – существуют неиллюзорные опасения, что в скором времени перед цивилизацией во весь рост встанет вопрос не избытка рабочей силы, а как раз ее фатального недостатка. Формат и объем этой книги не позволяет в подробностях погружаться в этот вопрос, поэтому лишь обозначу проблему вкратце.
Основная экономическая заноза завтрашнего дня, о которой уже пишутся целые книги, состоит в том, что сейчас выходит на пенсию многочисленное поколение послевоенных бэби-бумеров, которое когда-то обеспечило экономический рост в мире своей многочисленностью. А на их место заступать уже практически некому – молодежи нет. И если раньше на одного пенсионера приходилось несколько обеспечивающих его работающих, то теперь на одного работающего будет приходиться несколько пенсионеров. И некоторые авторы в этой связи предсказывают нам очень нелегкие времена.
Известный американский аналитик Питер Зейхан, долгое время проработавший в компании стратегической разведки «Stratfor», написал целую книгу «Конец мира – это только начало», посвященную этому вопросу.
«Технологии будут в беспорядке, – пишет Зейхан. – Серверные фермы, смартфоны и программное обеспечение не возникают по волшебству. Они являются конечным результатом тысяч параллельных и часто не связанных между собой тенденций. В целом, здоровый и растущий технологический сектор требует наличия обширного рынка для получения доходов и стимулирования развития, огромного количества квалифицированной рабочей силы…»
И правда, всю историю человечества экономика привыкла работать в растущем режиме, точнее, в режиме растущей численности населения. Это для нее естественный режим функционирования. И как будет чувствовать себя экономика в условиях коллапсирующего рынка, в котором численность населения падает, непонятно. А в развитых странах этот коллапс сегодня имеет вид начавшегося преобладания пенсионеров над работающей молодежью. Даже накопившие за свою жизнь немалый капиталец состоятельные американские старики не могут поддерживать экономику так, как это делают молодые, потому что старики меньше тратят. У них уже все есть – дом, машины, бытовая техника… Это молодым надо строить жизнь – залезать в ипотеку, кредиты за авто, и словно белка в колесе десятилетиями раскручивать маховик экономики, выплачивая проценты и тело кредита. Если кредиторов меньше, банкам и экономике хуже.
Зейхан предполагает, что вскоре начнутся процессы антиглобализации, то есть регионализации, вспыхнут региональные войны и всякое там пиратство, которое закроет мировое судоходство. Правда, на вопрос, кто будет воевать в условиях дефицита молодежи и тестостерона, автор не отвечает.
Я же полагаю, что у нас до пиковой отметки в десять миллиардов человек найдутся в Африке, на Ближнем Востоке и в Индии еще миллиарды резервных людей, готовых тяжело работать – хотя бы для того, чтобы прокормить своих африканских родителей, оставшихся на родине. И потому у цивилизации есть еще временной промежуток, за который систему можно будет переформатировать, убрав из нее детскую болезнь левизны. А это можно сделать, только убив бюрократическую опеку и дав свободу. Больной не должен налёживать пролежни в кровати. Хочешь жить – двигайся!
Плюс новые технологии, на которые мы пока еще можем рассчитывать, учитывая грядущий рост численности населения и, соответственно, ученых. Разумеется, только в случае, если удастся преодолеть кризис образования, связанный с DEI, и наладить процесс «отбора гениев» с целью максимальной реализации человеческого потенциала.
Войти с помощью соц. сетей: