Роман, полностью названный в переводе с французского «Записки учителя фехтования, или Восемнадцать месяцев в Санкт-Петербурге»), был издан в 1840 году одновременно во Франции и Бельгии на французском языке, быстро став в этих странах популярным, а затем был переведен на английский язык, выдержав в Европе несколько десятков изданий, часть которых сотрудники российских посольств и консульств как образцы «крамольной литературы» отправляли в Санкт-Петербург.

В тексте романа упоминается, что французский учитель фехтования Грезье отдал автору тексты своих записок, которые он делал, проживая (вернее будет сказать – работая) в Российской империи. В этих самых мемуарах фехтовальщик описывал, как его учениками стали будущие декабристы. Один из них – граф Анненков, жених приятельницы Грезье, Луизы. После разгрома мятежа декабристов их отправляют в Сибирь, и вслед за своим любимым, графом Анненковым, в сибирские просторы отправляется Луиза. Эта самая любовная история потом обыгрывалась не раз авторами как документальных, так и художественных произведений, была показана в кинофильмах. Об этом подробнее рассказывается в следующем разделе.

Александр Дюма в черкеске и папахе во время путешествия по Кавказу. Вторая половина XIX века

Но не менее интересен сам реальный Огюстен Гризье – известный в Европе теоретик и практик фехтования, ставший благодаря Александру Дюма героем популярного романа. Гризье родился 26 ноября 1791 года в семье коммерсантов, с детства увлекся фехтованием, в 1814–1815 годах служил во французской Национальной гвардии, во время наполеоновских Ста дней был ранен в правую руку, но это не помешало ему совершенствовать фехтовальное мастерство. Выйдя в отставку (возможно, из-за своих бонапартистских взглядов), Гризье часто выступал во Франции и других странах с показательными боями и преподавал фехтование, но, видимо, заработки были небольшими. Затем он уехал в Российскую империю, причем о дате его приезда историки до сих пор спорят – упоминается как 1819 год, так и 1822-й. В своем опубликованном позже труде Гризье неоднократно писал, что он пробыл в России десять лет.

Вскоре после приезда в столицу Российской империи фехтовальщик устроил первое открытое показательное выступление, проведенное в присутствии представителей высшего света. В Москве Гризье с успехом организовал и провел в императорском Кремлевском театре открытые спортивные бои. После этого фехтовальщик подал Александру I прошение о зачислении его на государственную службу (видимо, одних частных уроков ему было с точки зрения финансов мало). Император его удовлетворил, и Гризье получил должность преподавателя фехтования с чином капитана в Главном военно-инженерном училище.

Среди его многочисленных российских знакомых и тех, кого он тренировал, были не только будущие известные декабристы (среди них – Иван Анненков), но и А. С. Пушкин, который занимался фехтованием. Узнав уже на родине о роковой дуэли, Гризье (не нуждавшийся в одобрении российской цензуры!) написал: «Дуэль знаменитого поэта Пушкина с его шурином – одно из самых бедственных событий такого рода, известных истории. Жена и дети Пушкина остались лишенными средств к существованию. Щедрость и благожелательность императора вырвали из несомненной нищеты эту пораженную горем семью».

Вернувшись из России в Париж, Гризье продолжил преподавание и дописал свой большой труд «Фехтование и дуэль», представлявший собой фундаментальную работу по фехтованию. В этом тексте Гризье не только красноречиво выразил благодарность гостеприимной России, где он провел несколько лет, обучая гвардейских офицеров и гражданских лиц, но и посвятил свою книгу Николаю I. И поэтому в 1837 году Гризье отправил рукопись через посольство российскому императору, с которым прежде был лично знаком. Через пять лет, уже после выхода книги, Николай I выразил милость автору, передав в качестве своей благодарности через российское посольство в Париже бриллиантовый перстень. Так что ничего недозволенного в текстах самого Гризье для российских властей не было, в том числе – никаких историй про обучавшихся у него декабристов. Но ведь роман «Учитель фехтования» написал Дюма-старший, а не его друг-фехтовальщик.

В Российской империи «Учитель фехтования» после выхода за рубежом был сразу запрещен Николаем I в связи с описанием в нем декабристского восстания, поэтому в столицу находившиеся за границей сотрудники МИДа присылали начальству те самые «крамольные» экземпляры – не иначе как свидетельства вражеских происков. Позже, побывав в России (прибыв в июне 1858 года, уже после смерти Николая I) и написав «Путевые впечатления. В России», Дюма красноречиво вспоминал, что ему рассказала княгиня Трубецкая, подруга императрицы, о том, как читали в империи его роман:

«Николай вошел в комнату, когда я читала Императрице книгу. Я быстро спрятала книгу. Император приблизился и спросил Императрицу:

– Вы читали?

– Да, Государь.

– Хотите, я вам скажу, что вы читали?

Императрица молчала.

– Вы читали роман Дюма “Учитель фехтования”.

– Каким образом вы знаете это, Государь?

– Ну вот! Об этом нетрудно догадаться. Это последний роман, который я запретил».

Да, тогда эту книгу читали на французском. Надо упомянуть, что на русском языке роман Дюма был впервые напечатан в 1925 году и уже подредактированным советскими цензорами, яростно обличавшими царизм. А вот в описании своего путешествия Дюма рассказал о встрече в Нижнем Новгороде с реальными прототипами романа – декабристом И. А. Анненковым и его женой, француженкой Полиной, произошедшей в доме местного губернатора А. Н. Муравьева.

Но постепенно интерес к этому роману Дюма (в котором якобы мелькало выражение «под развесистой клюквой»), не ставшему таким популярным, как «Три мушкетера» и «Граф Монте-Кристо», иссяк, и полностью на русский язык он был переведен и выпущен уже в начале 1920-х годов.