На Университетской набережной Санкт-Петер-бурга есть интересные скульптуры – две маленькие бронзовые фигурки животных, но животных необычных. Их туловища напоминают львиные, однако за спинами развеваются орлиные крылья. Это грифоны, удивительные мифологические существа, история которых насчитывает многие века. Они часто встречаются в архитектуре Петербурга – и не только его, но и других городов в самых разных странах.

Венцеслав Холлар. Грифон. XVII в. Библиотека редких книг Томаса Фишера . Торонто, Канада

Считается, что слово «грифон» (γρύψ) пришло в русский язык из греческого. По одной из версий, оно означает «крючконосый», по другой – через греческую форму восходит к ивритскому כְּרֻבִים‎ («херувим»), по третьей версии, происхождение термина связывают с аккадским karabu («благословенный»), откуда произошли и некоторые образы херувимов и крылатых существ в ближневосточной мифологии. Грифон действительно фантастический – начать с того, что у него двойственная природа: грифон представляет собой симбиоз льва и орла, царя зверей и царя птиц. Поэтому нет ничего удивительного в том, что в Средние века его считали наиболее могущественным и величественным из всех живых существ. Грифон внушал одновременно и восторг, и трепет, поскольку его двойственная натура проявлялась и в его характере: он мог быть как добрым, так и злым, как выступать в качестве положительного персонажа, защитника и покровителя, так и представать монстром, несущим разрушения. Эти полуптицы-полузвери объединяют землю и небо, символизируя власть над тем и другим. Также они олицетворяют силу, смелость, бдительность.

Бронзовый грифон. Университетская набережная реки Невы. Санкт-Петербург, Россия

О грифонах известно с глубокой древности. Их изображения находили на фресках, датированных позднеминойским периодом (XVII–XII вв. до н. э.). Сегодня исследователи предполагают, что образ легендарного льва с орлиными крыльями и птичьим клювом мог возникнуть под влиянием найденных скифами окаменелостей протоцератопсов – растительноядных динозавров, обитавших на Земле более 70 миллионов лет назад и сходных с грифонами в описании, хоть и весьма приблизительно. У протоцератопсов тоже имелся птичий клюв, они тоже были внушительного размера. Древним скифам было невдомек о существовании динозавров, вероятно, огромные непонятные кости пугали их, и потому неудивительно, что в головах скифов возник образ гигантской птицы-льва. Кем еще могло быть это таинственное существо, если не стражем скифских сокровищ?

Грифонов описывают как крупных животных, чьи размеры превосходили несколько метров, с белоснежными или золотистыми крыльями (иногда черными). Почему расцветка оперения могла различаться? Все просто: дело в том, что грифонов никто никогда не видел вблизи и вживую, их описывали со слов людей, которые якобы их встречали, а человеческая фантазия безгранична, равно как и слухи. От народа к народу белые перья грифона могли темнеть, а само животное – расти в размерах или, наоборот, уменьшаться. Главное, впрочем, оставалось неизменным: острые крепкие когти, крылья, размах которых превышал общий размер самого грифона, и пронзительные золотые глаза.

Петербург полон тайн и загадок, и чего только в нем не отыщешь! Вот и башня, которая, согласно городской легенде, исполняет желания, там тоже имеется. Она расположена на седьмой линии Васильевского острова, в доме под номером 18, и известна как Башня грифонов. В прежние времена, в XIX столетии, этот дом принадлежал семейству Вильгельма Пеля (1820–1903), известного в Петербурге аптекаря. Аптека в нем и находилась, а при ней – мастерские по изготовлению лекарств, лаборатории и даже доходный дом. Башни, венчающей одну из лабораторий во дворе-колодце, на доме изначально не было, она появилась после перестройки Пелем. Внешне она напоминает замковую башню, а потому вокруг нее возникло множество самых разных слухов. Например, петербуржцы верят в то, что башню охраняют грифоны, поэтому-то она так и называется.

Согласно легенде, в лаборатории, находящейся в этой башне, Вильгельм Пель пытался преобразовать ртуть в золото, и грифоны стерегли башню, чтобы никто не узнал его секрет: ведь задуманное аптекарю удалось, мало того, попутно он отыскал и некую формулу счастья. Именно благодаря этой загадочной формуле жители соседних с аптекой Пеля домов внезапно становились богатыми и счастливыми. Со смертью Пеля, если верить этой версии легенды, грифоны тоже исчезли.

Другая легенда утверждает, что грифоны охраняют свою башню до сих пор, но увидеть их нельзя, потому что они невидимы. Они боятся солнечного света и потому появляются снаружи лишь ночью, когда город спит. Спустя век они продолжают стеречь лабораторию Пеля, следя, чтобы секрет его формулы счастья не попал к посторонним.

Третья легенда гласит, что Пель даже разводил грифонов в подвале своей аптеки, и якобы до сих пор по ночам можно услышать хлопанье крыльев, если пройти рядом с восемнадцатым домом. Неслучайно балконы доходного дома архитектора Александра Христофоровича Пеля (1809–1902), дальнего родственника Вильгельма, украшены именно мифическими крылатыми львами.

В середине 1990-х годов на Башне грифонов было установлено гигантское яйцо в картонном гнезде, а все кирпичи, из которых сложена башня, пронумерованы. Благодаря этому у Башни грифонов появилось еще одно название – Цифровая башня. Несколько раз вандалы сбрасывали яйцо на землю, но его возвращали на место, пока оно не было окончательно утеряно. Цифрами же башню продолжают расписывать до сих пор.

Поскольку грифон присутствует в мифологиях множества разных стран и его описания разнятся, исследователи разработали даже своеобразную классификацию грифонов, разделив их по видам. Согласно этой классификации выделяется шесть видов грифонов.

1. Самый популярный и наиболее распространенный так и называется – классический. У этого вида голова и передние лапы орла, а тело и задние лапы льва.

2. Второй вид, опиникус, отличается от классического грифона тем, что все четыре лапы у него львиные, а на месте хвоста иногда изображается змея.

3. Иеракосфинкс – третья разновидность, присущая египетской мифологии. Египтяне считали, что грифон – это такой своеобразный сфинкс, у которого тело львиное, а голова как у сокола.

4. Четвертый вид грифонов называется минойским. Такие грифоны выглядят как опиникусы с одним существенным отличием – они всегда ярко раскрашены, а на голове у них изображаются павлиньи узоры. Кроме того, минойских грифонов легко узнать по их воинственности – это самые агрессивные грифоны из всех.

5. Аксекс – пятый вид мифической птицы-льва. Этот египетский сфинкс внешне выглядит почти как опиникус, только все четыре лапы у него не львиные, а орлиные.

6. Наконец, шестая разновидность называется кейсонг. Грифоны этого вида похожи на классических, только у них совсем нет крыльев. Чаще всего кейсонги встречаются в геральдике.

Кстати, в геральдике же имеется и так называемый морской грифон (в классификацию он не входит): не только бескрылый, но еще и с рыбьим хвостом вместо львиного. Грифонов часто изображали на гербах как олицетворение могущества, силы и даже в качестве символа Иисуса Христа.

Согласно легендам, грифоны жили в Монголии и Китае, в горах Тянь-Шаня и на Алтае, а также в пустыне Гоби. Последнее роднит их с протоцератопсами, ведь останки древних ископаемых именно в Гоби и были найдены. Считалось, что грифоны охраняют золото богов, в частности сокровища Аполлона, которые защищали от гиперборейцев, аримаспов и других мифических племен, желавших завладеть им. От других животных грифонов отличала невероятная сила. Считалось, что один грифон был сильнее, чем сотня львов или орлов. Он запросто мог схватить на бегу мчащуюся во весь опор лошадь и взмыть с ней в лапах в небо. Также эти существа наделялись проницательностью и мудростью, а еще – способностью видеть прошлый жизненный путь человека. Стоило только тому оказаться перед грифоном, как птица-лев тут же узнавала все, что этот человек совершил в жизни, как хорошее, так и плохое, и сообразно этим поступкам грифон мог наградить или наказать. И то и другое всегда происходило по справедливости, потому что справедливость была третьей главной чертой в характеристике грифона.

Жан Огюст Доминик Энгр. Руджеро спасает Анжелику. 1819 г. Лувр. Париж, Франция

Родиной грифонов принято считать Грецию, поскольку первые письменные упоминания о данных существах пришли именно оттуда. В 675 году до н. э. древнегреческий ученый Аристей Проконесский (ок. VII в. до н. э.) в своей работе «Аримаспея» рассказал о существовании невиданных доселе животных – не то зверей, не то птиц. Он якобы сам ходил в Скифию, чтобы увидеть храм Аполлона, и там-то от самих скифов и услышал удивительную историю о борьбе одноглазых аримаспов с охраняющими божественное золото грифонами. Позднее Аристея цитировал в своей «Истории» Геродот, а уже затем их подхватили Эсхил (ок. 525 до н. э. – 456 или 455 до н. э.), Плиний Старший (между 22 и 24 годами н. э. – 79 н. э.). Весть о грифонах быстро распространилась по миру, и стали появляться все новые подробности и легенды. Именно благодаря Геродоту функция стражей прочно закрепилась за грифонами не то что на долгие годы – на долгие столетия.

В культурах разных народов роль грифонов воспринималась по-разному. Египтяне, например, считали, что грифон является воплощением бога Гора, который обладал двойственной природой – был и человеком-фараоном, и богом с головой сокола. Они относились к грифонам исключительно положительно и воспринимали их как справедливых и добродушных животных. В китайской мифологии грифоны были тесно переплетены с драконами, но образ грифона не был однозначно положительным. Греки считали, что грифоны являются помощниками самого Зевса благодаря их исключительной мудрости и высокому интеллекту, какого нет ни у каких других животных. Также они полагали, что грифон символизирует борьбу духа и плоти, или физического и духовного. В Древнем Риме грифонов, ко всему прочему, наделили такими чертами характера, как повышенная горделивость и благородство, а также именно римляне впервые стали использовать изображения грифонов на одежде, гербах и оружии. Некоторые народы верили, что грифоны являются хранителями древних знаний и мудрости, которыми делятся только с достойными людьми, дурного же человека грифон может ослепить и вырвать ему язык. А вот скифы к грифонам относились крайне враждебно. Для них это были звери жестокие, мстительные и опасные, которые способны были до конца дней преследовать человека.