Да, конечно, хронология начала правления императоров вымышлена – источники дают ее так, чтобы отодвинуть возникновение династии в невообразимую древность и таким образом показать непоколебимость устоев. Но как бы то ни было, сейчас в Японии правит 126-й император, Нарухито. Цифра весьма солидная, не правда ли?

Конечно, многое поменялось за века. Абсолютная монархия стала конституционной. Император, как принято говорить, правит, но не управляет – реальная власть находится в руках премьер-министра, как, например, и в Британии, но ограничения еще серьезнее. Фактически сейчас японский император, формально оставаясь главой государства, выполняет лишь церемониальные функции. И да, в 40-е годы прошлого века император даже вынужден был признать, что он не бог. На первый взгляд – исторический курьез, однако реальный факт: и в просвещенном XX веке, по крайней мере в первой его половине, отрицание божественной сути императора и его власти было государственной изменой. Но обо всем по порядку.

Издревле и по сей день император символизирует единство народа, сейчас это даже закреплено в первой статье Конституции (поистине, Восток – дело тонкое). И с приходом каждого нового императора начинается новая эпоха, разве что раньше название ей выбирал он лично, а теперь это делает специально собранная группа ученых и политиков.

Эпоха заканчивается, когда на трон вступает преемник.

Церемониальная императорская корона

Смена названия эпох в период правления одного императора не приветствуется – это признак нестабильности, неуверенности в завтрашнем дне. А стабильность – один из столпов менталитета восточных людей. Не случайно в Китае, на который в значительной степени был ориентирован весь Азиатско-Тихоокеанский регион, настоящим бедствием считалось жить в эпоху перемен, а пожелание жить в нее приравнивалось к проклятию.

Однако переименование допустимо, и цель его определенно магическая – переломить ход событий, если они приняли неблагоприятный оборот. Например, в случае неурожая, эпидемии или нападения врагов.

Реже поводом для «перезапуска» календаря служило позитивное событие.

Император Го-Дайго, правивший в первой половине XIV в.

Официально император и по сей день титулуется тэнно – «небесный хозяин», «небесный владыка». Слово китайского происхождения, а отсылка к легендам об основании правящей династии более чем очевидна. Есть и японский вариант – сумэра микото, дословно «правящий хозяин», однако второе слово, как мы уже видели на примере переводов имен богов, может означать «божество». Вера в то, что император защищает свой народ, потому что ему благоволят его божественные предки, продержалась вплоть до первой половины XX века, несмотря на довольно продолжительные ослабления власти династии (например, в период владычества сёгунов). Строго говоря, он не совсем человек, он полубог. Иными словами – обладатель сверхчеловеческих способностей. Культ императора связан с культом его предков и в целом согласуется с культом предков – покровителей семьи (а в данном случае – покровителей народа и в каком-то смысле большой семьи). Этим обосновывалось соединение функций политического правителя и своего рода верховного жреца, имевшего, как никто другой, право общаться с богами, обращаться к ним напрямую. Более того, сам он, как существо не вполне земное – воплощение Полярной звезды. Визуально, как отметили еще древние астрологи, кажется, что небо вращается вокруг нее, так и страна должна ориентироваться на своего правителя.

Да, в определенные периоды это способствовало процессам интеграции. Но когда имперские амбиции выходили за всякие разумные пределы, это же миропонимание рождало исторические феномены, которые ужасали мир. Например, в годы Второй мировой войны древние легенды активно эксплуатировались, чтобы внушить солдатам, что, погибая за императора, они получают хорошую посмертную судьбу. А сомнение в этом, равно как и в божественной сущности императора, жестоко каралось тюремным заключением, а порой и смертью и, конечно же, серьезнейшим общественным осуждением – все члены семьи виновного в таком «преступлении» становились изгоями, лишались работы, возможности учиться.

Эти особенности массового сознания блестяще показаны в десятитомной, сопоставимой по количеству героев и охвату событий с эпопеей, манге Кэйдзи Накадзавы «Босоногий Гэн». Она невероятно популярна на протяжении десятилетий, несколько раз экранизировалась (анимационные и игровые фильмы). И что ценно, достоверна и в целом, и в деталях, ведь основана на автобиографии самого художника – выжившего ребенка из Хиросимы. В манге показано, как семья Гэна подвергается порицанию за пацифизм отца, как один из старших братьев главного героя попадает в камикадзе и получает шанс «искупить вину» своей семьи и, наконец, какое облегчение испытывают простые люди, когда 15 августа 1945 года император Хирохито впервые напрямую обратился к народу Японии.

Апофеозом этой веры, похожей на безумие, стало формирование отрядов камикадзе – летчиков-смертников, которые главным образом были ориентированы на уничтожение кораблей антигитлеровской коалиции. Первая составляющая этого слова нам хорошо знакома. Ками – божество. Полностью же слово можно перевести как «божественный ветер».

У камикадзе есть своя легенда, разумеется связанная с богами. А точнее, как это характерно для японцев, демонстрирующая связь между миром богов и миром людей, которому они покровительствуют. Реальная историческая основа такова. В XIII веке монгольская орда под началом хана Хубилая предприняла попытку завоевать Японию. Но тайфун дважды уничтожал корабли на подходе к берегам Страны восходящего солнца. Далее начинается миф: тайфун был проявлением воли богов. Он получил название «Камикадзе». Эта легенда была взята за идейную основу страшной тактики, возникшей в конце Второй мировой войны, когда Япония начала терпеть поражение за поражением.

О крепости веры в божественность императора и посмертное воздаяние говорит простой факт: добровольцев, желающих вступить в ряды камикадзе, было в три раза больше, чем самолетов. И такого рода смерть старательно идеализировалась даже на уровне символики – в качестве символа был избран цветок хризантемы, а перед вылетом проводился пафосный ритуал. Как следствие, многие камикадзе восприняли капитуляцию как личную трагедию, а некоторые из них подняли самолеты в небо, чтобы больше никогда не вернуться на землю. Да, изначально вера в божественность императора была прогрессивной, позволив сформировать единое государство (а это невозможно без общей идеологии), но со временем она стала оказывать деформирующее влияние на картину мира. Это, по прошествии недолгого времени, осознали сами японцы – и хорошо показали в фильме 1970 года «Последний камикадзе».

Так называемый Урожайный зал в Токийском императорском дворце – напоминание о том, что император считается потомком богов урожая и отвечает за благосостояние подданных

Впрочем, вернемся к тем временам, когда постулат о божественности императора еще не вызывал сомнений и когда, согласно старинным источникам, мир богов и мир людей активно взаимодействовали как раз-таки благодаря императорам, которым боги транслировали свою волю.