Глава 8

"Скарабей" выехал из тоннеля прямо посреди австрийской военной базы.

Как мы сюда попали? Да легко! С ветерком доехали, можно сказать. А вылезли прямо из-под ангара, как черти из табакерки. Австрийцы, похоже, в штаны наложили от неожиданности.

Боря, лихо вывернув руль, тут же направил машину в сторону ближайшего ангара, как будто собирался просто припарковаться у супермаркета.

— Ну что, шеф, куда дальше? — весело спросил он, не обращая внимания на удивлённые, а затем и испуганные лица австрийских военных, которые, как болванчики, стояли в сторонке.

— Дальше — веселье, Боря, — ответил я, активируя свой Дар.

Земля вокруг задрожала, отзываясь на зов Архитектора. Вокруг нас начали появляться трещины, которые паутиной расползались во все стороны, превращая поверхность военной базы в подобие шахматной доски.

Австрийские солдаты, всё ещё не до конца понимая, что происходит, начали переминаться с ноги на ногу, как будто им вдруг стало неудобно стоять. Некоторых это "неудобство" так напугало, что они даже бросились врассыпную.

И тут земля под ними начала проваливаться.

— А-а-а! — заорали австрийцы, падая в ямы, которые тут же "закрывались" сверху, как капканы.

Скала, Лис, Буран, Шмель, Малой и остальные гвардейцы, выскочив из машин, мгновенно рассредоточились по периметру.

— Работаем быстро и аккуратно! — скомандовал Скала.

Лис с улыбкой вытащил из ножен два огромных клинка, заставляя их сиять, и, танцуя, метнулся к ближайшей группе солдат. Его движения были молниеносными — размытое пятно в темноте. Отблески света, свист рассекаемого воздуха и — глухой звук падающих тел.

Буран активировал свой Дар Молнии. Электрические разряды ударили в группу австрийцев, пытавшихся спрятаться за танком. Они извивались, вспыхивали, а затем… бац! — и за дымящейся техникой осталась кучка корчившихся от боли и оглушённых, но ещё живых солдат.

Другие гвардейцы тоже не теряли времени даром — пулемёты застрочили, ракеты полетели во все стороны, а плазменные пушки выжигали всё на своём пути, превращая противников в горящие факелы.

Никакая совесть нас при этом не мучила. Во-первых, как выяснилось, с этих позиций нас не раз обстреливали. А во-вторых, эти ребята недавно хотели три наших деревни сжечь. Так что жалеть их никто не собирался.

— Чистим базу, пока не нагрянуло подкрепление! — рявкнул Скала, перезаряжая автомат.

Я тем временем сосредоточился на главной задаче. Дар Архитектора позволял мне не только разрушать, но и создавать. А мне нужен был проход — прямо в подземные бункеры базы.

Я опустил ладонь на землю и представил, как массивные слои бетона и стали расходятся, открывая дорогу. Земля снова задрожала, и я начал "перекачивать" ресурсы. Титан, медь, редкие минералы — всё это моя магия вытягивала из недр австрийской базы, преобразовывая в стандартные слитки, которые големы-погрузчики аккуратно укладывали в багажники автомобилей.

Внезапно позади нас раздался грохот — это одна из ангарных дверей со скрипом распахнулась, и оттуда выкатился какой-то здоровенный танк.

— Вижу цель! — сообщил по рации Шмель, вскидывая гранатомёт "Молния".

Громкий выстрел — и танк охватило белое пламя.

Я, с удовольствием наблюдая за тем, как мои ребята "развлекаются", продолжал работу, скидывая в туннель трофеи: системы ПВО, оружие, боеприпасы. Всё, что могло пригодиться.

Австрийские военные, застигнутые врасплох, тоже пытались отбиваться. Они стреляли из всего, что у них было — автоматов, пулемётов, гранатомётов. Но их оружие было бессильно против защиты "Джаггернаутов". Пули отскакивали от брони, ракеты взрывались в воздухе, а огненные шары, выпущенные Одарёнными, лишь ненадолго опаляли чёрный металл, не причиняя никакого вреда.

Очень быстро австро-венгры, осознав, что против такой силы они бессильны, начали сдаваться. Мои гвардейцы связывали их, отбирали оружие и отводили в сторону.

Скала, увидев, что я уже закончил с "погрузкой", подошёл ко мне.

— Теодор, — сказал он, — что делать с пленными? Их же тут — целая куча.

— Всех пленных — в тоннель, — ответил я, обводя взглядом поле боя, где мои гвардейцы уже закончили "уборку" и теперь перемещались между грудами техники, выискивая что-то ценное. — Заберём их с собой, когда будем уходить.

Внезапно в воздухе послышался шум вертолётных лопастей. Это было плохой новостью — прибывало подкрепление.

Я тут же использовал свой Дар, чтобы убрать все следы нашего присутствия. Засыпал ямы, восстановил повреждения, "затёр" следы от колёс. Через некоторое время база выглядела так, как будто мы здесь никогда и не были.

Когда последний гвардеец скрылся в тоннеле, я закрыл за ним проход, оставляя австрийцев гадать, был ли этот кошмар наяву или же им всем просто приснился дурной сон.

Повернувшись к Скале, я сказал:

— Ну что, дядя Кирь, валим отсюда?

Он неуверенно пожал плечами и кивнул на груды трофеев вокруг:

— А кто всё это добро потащит?

Я усмехнулся, сел на корточки и приложил ладонь к земле. Из-под неё тут же стали медленно вылезать големы — сначала просто грязные валуны, затем они стали превращаться в массивных, похожих на ходячие крепости созданий, сделанных из камня. Они молча приступили к делу, поднимая технику, контейнеры с боеприпасами и оружие.

— Големы справятся, — сказал я. — Мы можем спокойно уезжать.

— Может, мне остаться? — вдруг предложил один из гвардейцев, молодой, но уже опытный боец по прозвищу Беркут. — Ну, чтоб проконтролировать, всё ли доставят куда надо…

Я хохотнул.

— Беркут, они могут целый город перенести и ничего не потерять. Даже если бы я попросил их разобрать эту базу на винтики, они бы сделали это аккуратнее, чем лучшие инженеры. Так что расслабься, садись в машину.

* * *

Военная база

Республика Австро-Венгрия

Генерал Шварцкопф, заместитель министра обороны Австро-Венгерской Республики, с отвращением сплюнул на мокрую после дождя землю. Эта грязь, липкая и вонючая, казалась ему символом всего того дерьма, в которое они влипли с этим Лихтенштейном.

Он прошёлся по разгромленной военной базе, с недоумением разглядывая вокруг царивший хаос: взорванная техника, разрушенные здания, искорёженные остовы ангаров — всё это напоминало постапокалиптический пейзаж из какого-нибудь фильма-катастрофы.

— Шайсэ! — пробормотал он, поправляя свою безупречную фуражку с золотым орлом. — Этого ещё не хватало!

Он подошёл к майору, который встречал его на посадочной площадке. Вид у того был, мягко говоря, помятый. Глаза — красные, фуражка — сдвинута набекрень, а сам он нервно покуривал, время от времени сплёвывая на землю.

— Докладывайте, — рявкнул Шварцкопф. — Сколько потерь?

— Господин генерал, наши потери… гм… значительные, — начал майор, заикаясь. — По предварительным данным… около пятисот человек убитыми… Ещё триста — вероятно, пленные…

— Пленные?! — Шварцкопф вскинул брови. — Какие ещё, к чёрту, пленные?!

— Так точно, господин генерал, пленные. Но… это странно. Они… они как будто… растворились в воздухе. Мы не можем их найти. Ни следа.

— Растворились?! — Шварцкопф не верил своим ушам. — Вы что, издеваетесь?! Триста человек просто пропали без вести?! Это какой-то бред!

Он в ярости схватил майора за грудки и встряхнул его, как тряпичную куклу.

— Ты что, совсем идиот?! Будешь мне сказки про призраков рассказывать?!

— Но, господин генерал… — пролепетал майор, — …это правда. Наши разведчики прочесали всю местность. Но… ни одного следа. Ни пленных, ни тел…

Шварцкопф отмахнулся от бредившего майора и подошёл к ближайшему танку, который был разрублен пополам, как будто гигантским мечом. Он присел на корточки, с недоумением разглядывая ровный, словно лазерный срез, не оставляющий никаких сомнений — это не взрыв, не разрыв снаряда, а именно срез.

Шварцкопф нахмурился всё сильнее. Он был далеко не глуп и прекрасно понимал: такие вещи просто так не случаются. Кто-то напал на базу, разгромил её подчистую, утащил с собой пленных — и при этом не оставил ни следа?

Так не бывает.

Он медленно поднялся, с досадой хлопнув перчатками по ладоням.

— Где разведка? — спросил он у всё ещё ошарашенного майора.

— Уже на месте, господин генерал! — тот мгновенно вытянулся по стойке "смирно". — Они обыскали каждый квадратный метр. Никаких следов отступления. Никаких транспортных средств. Ни-че-го.

— Дроны? Спутниковые снимки?

— Проверяем, господин генерал.

Шварцкопф раздражённо передёрнул плечами.

— Бред какой-то.

Он окинул взглядом разорённую базу. Даже если предположить, что это была какая-то сверхсекретная диверсионная группа, уничтожить столько техники, забрать сотни пленных и при этом не оставить НИ ОДНОГО следа — физически невозможно.

— Связь с местными радарами?

— Ничего, господин генерал. Никто не видел, чтобы сюда кто-то прилетал или улетал.

Шварцкопф сжал челюсти. Он чувствовал, как внутри него закипает бессильная ярость. Всё это выглядело так, будто кто-то просто телепортировался прямо в центр базы, устроил резню, а потом исчез, прихватив с собой почти половину гарнизона.

— Что, чёрт возьми, здесь произошло? — пробормотал он, оглядываясь. — Они что, телепортировались сюда и обратно?!

Майор промолчал. Он не знал, что ответить. Потому что у него не было объяснения. Как и у генерала Шварцкопфа.

* * *

Мы с Борей, измотанные после "поездки" в Австро-Венгрию, решили немного отдохнуть. Устроились на импровизированной веранде, которую я соорудил из подручных материалов, и с удовольствием потягивали прохладный лимонад.

— Ну и денёк, — протянул Боря, блаженно откинувшись на спинку кресла. — Австрияки эти… Они, наверное, до сих пор не могут понять, что там произошло.

Я рассмеялся, глядя как гвардейцы, радостно улюлюкая, разгружали трофеи, привезённые с австрийской военной базы. Големы-погрузчики, не отставая от них, сновали туда-сюда, таская ящики с оружием, боеприпасами и артефактами.

— Ага. Придут в себя, начнут считать потери… и обалдеют. У них там, наверное, уже истерика начинается. Системы ПВО пропали, оружие, боеприпасы… Да ещё и пленные куда-то делись!

Мы с Борей переглянулись и снова рассмеялись.

— Ну и натаскали мы добра, однако, — усмехнулся подошедший к нам Скала, с улыбкой разглядывая груды трофеев. — Теодор, ты теперь можешь вооружить всю армию Лихтенштейна! Да ещё и на продажу останется!

— Всё, что нужно для обороны княжества, дядя Кирь.

— И не только для обороны, — подмигнул Скала. — С таким арсеналом мы можем хоть всю Европу завоевать!

— Ну, на Европу у меня пока планов нет, — усмехнулся я. — Но если кто-то захочет помериться с нами… гхм… силами, то мы всегда готовы.

— Кстати, Теодор, а что делать с пленными? — спросил Скала, кивая в сторону группы австрийских солдат, которых мои гвардейцы уже свезли сюда и усадили прямо на землю.

Их было около трёхсот человек — грязные, помятые, с лицами, выражающими всю гамму чувств: от растерянности до ужаса.

— С пленными? — я задумался. — Ну, надо их куда-то деть. Не можем же мы их просто так отпустить.

— Может, обменяем их на наших? — предложил Скала. — У Австро-Венгрии, наверное, ещё есть пленные лихтенштейнцы.

— Хм… — протянул я. — А это неплохая идея. Только вот… боюсь, австрийцы не согласятся на обмен один к одному.

Скала, услышав это, рассмеялся.

— Да пусть хоть хрен к носу пришьют, если не согласятся! — воскликнул он. — У нас сейчас такой козырь в рукаве, что…

— Ладно, — махнул рукой я. — Даже если так, за каждого мирного жителя я готов отдавать двоих солдат.

— Хорошо, — кивнул Скала. — Тогда я займусь этим вопросом.

— Да, да, — я вздохнул. — А я пока пойду строить тюрьму.

* * *

Через час на окраине Кладбища Самоубийц были готовы два этажа башни. Внутри — пустые камеры, соединённые коридорами. Стены — из особо прочного армированного бетона. Решётки на окнах — из титанового сплава. Двери — металлические, с системой автоматической блокировки.

Я назвал её "Вавилонская Башня".

— Теодор, — Скала подошёл ко мне, с интересом разглядывая здание. — Впечатляет. Но зачем так много места? У нас же не так много пленных.

— Планирую сделать здесь не просто тюрьму, а настоящий исправительно-трудовой лагерь. Пусть отрабатывают свой хлеб.

— Хм… Звучит заманчиво. Только вот работы тут ещё — непочатый край. Ты же только два этажа построил. А хотел вроде как сотню.

— Девяносто восемь, дядя Кирь, — поправил я его.

Затем я изучил систему ПВО, которую мы стырили. Нужно было понять, какие именно технологии использовались при её создании, прикинуть, какие материалы понадобятся для работы, как всё это будет функционировать.

Проблема заключалась в том, что я не знал, какие именно здания лучше всего подходят для размещения ПВО. У меня в прошлом мире таких проблем не возникало, ведь мои защитные орудия были разбросаны по разным платформам, которые, при необходимости, могли быстро перемещаться на нужную позицию.

Затем я перешёл к следующему вопросу — производству боеприпасов для ПВО. С этим делом всё было гораздо сложнее. Технологий для производства таких боеприпасов в Лихтенштейне просто не существовало. Всё, что было у армии — это устаревшие ракеты, которые, по сравнению с современными разработками Австро-Венгрии, выглядели как деревянные копья рядом с плазменными пушками.

Я понимал, что придётся создавать всё с нуля. Разрабатывать новые станки, искать подходящие материалы, проводить испытания.

"Не проблема, — подумал я. — В конце концов, я — Архитектор. Я могу создать всё, что угодно. Даже резину найдём, чем заменить. Вопрос только в том, как всё это замерить и под какую систему подстроить…"

Нужно будет поручить графу Волынскому заняться этим вопросом.

* * *

Заброшенный склад

Граница Швейцарии и Австро-Венгрии

Леос лежал на кровати, скрючившись, как червяк на раскалённой сковородке. Его тело сотрясала крупная дрожь, а изо рта вырывались нечленораздельные стоны. Боль… Она была везде. В каждой мышце, в каждом суставе, в каждой клеточке его проклятого тела.

— Сука… — прохрипел он, пытаясь хоть как-то пошевелиться. — Что за… хрень…

Он попробовал приподняться на локте, но тут же свалился обратно, сдавленно застонав.

— А-а-а… — он снова застонал, царапая ногтями пол. — Отцепись от меня, тварь!

Но металлическая сколопендра прочно вцепилась в него жвалами и всеми своими лапами. Леос даже пробовал оторвать её с помощью Теней, но безуспешно. Сколопендра, словно приклеенная, держалась намертво.

Леос уже перепробовал всё, что только можно — алкоголь, болеутоляющие, даже курил какую-то дрянь, которую ему притащил Клаус. Но ничего не помогало. Теневой экстракт, который он, как последний наркоман, вливал в себя пузырьками, помог ему выбраться с той злополучной военной базы и добраться до условленного места. Но теперь даже это почти не помогало.

— Сука… — простонал он, переворачиваясь на другой бок. — …Как же это больно!

Ощущение было такое, будто ему в позвоночник вонзили раскалённый лом.

Леос, с отвращением попытался дотянуться до спины, но безуспешно.

— Клаус! — позвал он.

Через несколько секунд в комнату вошёл его верный помощник.

— Что такое, Леос? — спросил он.

— Зеркало дай.

Клаус, не задавая лишних вопросов, снял со стены небольшое грязное зеркало и протянул ему.

С трудом сфокусировав взгляд, Леос начал рассматривать чудовище, присосавшееся к нему.

— Как мне снять эту хрень?! — заорал он.

— Я не знаю, Леос, — пожал плечами Клаус. — Я раньше такого никогда не видел.

Он взял со стола нож и попытался в очередной раз проткнуть сколопендру. Но лезвие, ударившись о её броню, лишь соскользнуло, не причинив ей никакого вреда.

— Сука! — заорал Леос. — Да как же её снять?!

— Леос, успокойся, — сказал Клаус. — Мы что-нибудь придумаем.

— Придумаем?! — Леос, услышав это, резко обернулся к нему. — Да что тут, блин, придумывать?! Эта тварь жрёт меня изнутри! Я чувствую, как она своими когтями впивается в мою плоть! Как её сраный яд растекается по моим венам!

Он схватил Клауса за грудки.

— Найди мне кого-нибудь! Врача! Целителя! Артефактора! Хоть кого-нибудь, кто сможет снять эту чёртову тварь с моей спины!

Клаус вырвался из хватки Леоса и пошёл к выходу.

Когда он скрылся за дверью, Леос с отчаянием опустился на кровать. Обезболивающее уже отпускало, и боль становилась всё сильнее, а сколопендра, эта чёртова металлическая тварь, словно издеваясь, вонзилась в него ещё глубже.

С трудом сдерживая стоны, он ещё раз пытался разглядеть её в зеркале.

Внезапно он заметил нечто блестящее на спине этого металлического чудовища. Это была небольшая пластина с гравировкой. Превозмогая боль, Леос попытался прочесть надпись. И тут у него потемнело в глазах.

На пластине было написано: "С любовью от Вавилонского, мудила!"

* * *

Я открыл глаза. Вокруг — белая пустота. Ни стен, ни пола, ни потолка. Только бесконечное белое пространство, заполненное тихим шёпотом.

Я попытался пошевелиться, но тело будто налилось свинцом. Я не мог ни руки поднять, ни ноги согнуть. Парализовало?

Шёпот усилился. Теперь он был похож на бормотание множества голосов, сливающихся в один неразборчивый гул.

— Проснись… человек… опасность… стражи… бдим… просил… сам… — доносились до меня обрывки фраз.

Я напрягся, пытаясь понять, что происходит. В голове всплыли обрывки воспоминаний. Мастерская… Големы… Рельсы… Я работал над новой партией големов, а потом… потом, видимо, уснул прямо за столом.

И тут до меня дошло. Это Духи Гор! Древние сущности, обитающие в недрах земли. Они пытались связаться со мной! Предупредить об опасности!

В голове калейдоскопом замелькали образы.

И тут же резко я открыл глаза, вернувшись в реальность в мастерской в моей усадьбе.

Посмотрел на часы. Три часа ночи.

Я поднялся наверх, в гостиную, а оттуда в небольшую комнату, где Борис обычно отдыхал после работы. Тихонько постучал в дверь.

— Боря! — позвал я. — Просыпайся! У нас ЧП!

Через несколько секунд дверь со скрипом открылась, и на пороге показался Боря, сонный и растерянный. Он был одет в футболку и спортивные штаны, а его волосы торчали во все стороны, как у одуванчика.

— Теодор? — он протёр глаза. — Что случилось?

— Срочно в машину, — сказал я. — Едем в Тризен.

Через час мы уже въезжали в указанную деревеньку.

— Боря, — сказал я, — останавливайся у полицейского участка. Скажи, чтобы тут все немедленно убирались к чёртовой матери.

— В каком смысле "убирались"? — не понял Боря. — Что, опять твари?!

— Пока ещё точно не знаю, — пожал плечами я.

Не успел Боря выйти из машины, как раздался оглушительный грохот. Земля под ногами задрожала. Вдалеке, над горами, поднялись клубы пыли.

— Что за…? — Боря, не до конца понимая, что происходит, огляделся по сторонам.

И тут же всё встало на свои места.

— Да как?! — заорал он, указывая на холмы, которые начинали оседать. — С горы на город что-то едет! Да, твою ж мать, лавина!

Не теряя времени, Боря выскочил из машины и побежал в сторону полицейского участка.

— Эвакуация! — кричал он. — Всем немедленно покинуть город! Сход лавины!

В этот момент в горах прогремел новый взрыв. За ним — ещё один. И ещё…

Я смотрел на это всё, активировав свой Дар, и внутри меня закипала ярость.

— Вы что, суки, совсем охренели?! — прошипел я сквозь зубы. — На моих людей?! На моей земле?! Да я вас сейчас на запчасти разберу!

Я сконцентрировался, направляя свою силу в землю. Камни начали плавиться, превращаясь в жидкий, как вода, поток, но уже насыщенный энергией Земли.

Лавина, неумолимо несущаяся вниз, начала замедляться. Камни, деревья, обломки скал… всё это застывало на месте, превращаясь в единый каменный монолит. Я "топил" породу, превращая её в плотный, непробиваемый барьер.

Через несколько минут лавина была остановлена. Теперь на месте, где ещё недавно грохотали камни и деревья, возвышалась каменная стена, от которой отражались лучи уже восходящего солнца.

Я с тяжёлым вздохом опустился на землю, чувствуя, как меня покидают силы. Это было не просто заклинание. Это была битва со стихией. Битва, которая отняла у меня почти всю энергию.

— Кажется, — пробормотал я, вытирая пот со лба, — …переборщил немного.

Но расслабляться было ещё рано. Кто-то явно пытался уничтожить эту деревню. И я должен был найти виновных.

Я собрал из камней пятнадцать големов-воинов. Они были не такие мощные, как те, что я создавал в мастерской. Но сейчас мне нужна была скорость.

— Найдите и убейте всех, кто был причастен к этому, — приказал я им, направляя свою энергию в их каменные сердца. — Действуйте быстро и безжалостно. Никаких пленных.

Големы синхронно кивнули и, получив приказ, бросились к горе.

Отправить