Глава 32

Сражение Германии и Российской империи шло полном ходом. И сейчас Вильгельм Адальберт фон Гогенберг стоял в своем штабе и внимательно наблюдал за ходом битвы.

Войска германцев сметали все на своем пути, точно чума. Любое сопротивление было бесполезно!

Однако императора Германии все равно злило, что нет разгромного поражения врага. Имперцы еще стояли.

Хоть у них было и мало сил, как считал Вильгельм Адальберт фон Гогенберг, враги относительно спокойно отступали вглубь территории.

А вот германский правитель собрал огромную армию примерно в пятьсот тысяч человек. И наступала она по огромному фронту. Армия довольно сильно растянулась вдоль границ.

Имперцы отступали и отстреливались, словно не напрягаясь. Их на этом фронте, рядом с которым располагался штаб германского командования, было меньше тридцать тысяч.

Хотя в принципе, по меркам германца, всё происходящее было неплохо. Такими темпами имперцы и до столицы дойдут.

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг потратил огромное количество артефактов и кристаллов-накопителей для их подзарядки, чтобы перенести сюда свою армию. Во-первых, стоили они баснословных денег. А во-вторых позволяли передавать одну технику императора в этот артефакт, чтобы она сработала удаленно. Вот он и заставил их открывать порталы прямо на границу, там где Око Императора не действовало. Сил на это Вильгельм Адальберт фон Гогенберг потратил немеренно…

И это еще с учетом того, что часть армии уже была здесь и готовилась. А вот вторую часть вместе с техникой пришлось переносить порталами и самолетами. Такая быстрая переброска вышла императору Германии в целое состояние.

Этим как раз занимались, пока активно шел ракетный обстрел. Справились всего за несколько дней.

Многие виды транспорта после такого даже восстановлению не подлежат, потому что они постоянно гоняли туда-сюда без остановки и какого-либо обслуживания.

И вот Вильгельм Адальберт фон Гогенберг смотрит, как армия имперцев отступает, и в принципе ему нравится происходящее. Можно идти за ними дальше.

Довольно скоро армия германцев подошла к одному из приграничных городов. И зная Дмитрия Романова, Вильгельм Адальберт фон Гогенберг ждал какой-нибудь подставы.

В итоге противник засел в городе и начал отбиваться. А германцы принялись прорываться к городу.

Это противостояние длилось восемь часов прежде, чем имперцы отступили и покинули город.

— Никого не убивать. Всех пленить, особенно гражданских. Вывести всех на площадь, будем объявлять, кто здесь теперь хозяин, — отдал распоряжение командованию Вильгельм Адальберт фон Гогенберг, перед тем как идти в сам город.

— Слушаемся, Ваше Императорское Величество! — ответил один из генералов, остальные просто кивнули.

И войска пошли в сам город. Когда сам Вильгельм Адальберт фон Гогенберг остался в полевом штабе. Время шло, и напряжение нарастало. Император Германии ждал плохих новостей.

Ему просто необходима была эта победа. Но он опасался, что Дмитрий Романов снова найдет лазейку. Что у него уже подготовлены какие-то контрмеры, и Российская империя вмешается.

Победа поможет не только ему стать увереннее в своих силах, но и самоутвердиться перед миром. Об этом всем Вильгельм Адальберт фон Гогенберг размышлял, расхаживая туда-сюда по полевому штабу и периодически бросая взгляд на мониторы.

Однако несмотря на все тревожные мысли, вскоре подошел генерал Фридрих фон Клаузевиц и сообщил:

— Ваше Императорское Величество! Город полностью захвачен.

Лицо генерала расплылось в победной улыбке. А вот вошедший вместе с ним глава разведки оставался серьезен.

— Какие потери? — уточнил император.

— Есть один странный момент…

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг сразу напрягся.

— Какой? — уточнил он.

— Город практически пустой.

— В смысле? Как он может быть пустой? Мы же совсем недавно проводили спутниковую разведку, еще десяти часов не прошло! Там было полно людей!

Тогда город был полностью заселен местными жителями. Там вовсю кипела жизнь, люди разбирали руины после масштабной бомбардировки. Хоть и виднелись некоторые подготовительные моменты к предстоящему сражению.

И куда все делись? Вильгельм Адальберт фон Гогенберг не понимал, как за такое короткое время можно эвакуировать целый город!

Хм, ну разве что Романов использовал тот же способ, что и император Германии, когда перебрасывал свою армию.

— Ваше Императорское Величество, в этом заключается второй момент… — осторожно начал глава разведки. — Не знаю, как сказать. Но мы еще раз проверили всё через спутники…

— И? — нахмурился император.

— Это вам надо видеть.

Глава разведки протянул правителю планшет. Там было видео — спутниковая съемка.

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг всмотрелся, и его глаза округлились. На нем местные жители этого города и дальше разбирали завалы после ракетных обстрелов…

— В смысле? Так там же наши войска, — ничего не понимал император.

— Вот именно, — кивнул разведчик.

И тут Вильгельм Адальберт фон Гогенберг все понял. Вот он — тот самый подвох.

Осознав это, император медленно опустился на стул.

— Да не может быть… Это что же получается… Иллюзии? Это всё обман?

— На иллюзию не похоже, мы уже проверили всё небо, — ответил глава разведки. — Это конкретно взлом всей нашей разведывательной космической системы.

Тут Вильгельм Адальберт фон Гогенберг полностью осознал, что случилось. И схватился за голову.

Получается, вся разведка, которая осуществлялась в Германии и у ее союзников, всего лишь фикция. Это полностью ложные данные.

— Срочно телефон! — выпрямился и повысил голос император.

Фридрих фон Клаузевиц тут же подал ему устройство — оно лежало на ближайшем столе.

— Нужно срочно сообщить всем! — сказал он, начиная набирать номер. Хотя пока император сам до конца не понимал, как это объяснять.

Только пошли гудки, связь резко оборвалась. И в ухо ударил звук сирены. А потом взрывов и выстрелов.

Услышав это, Вильгельм Адальберт фон Гогенберг выпучил глаза. Выбежал из полевого штаба, который находился возле города.

И увидел, что в другой стороне идут имперцы. Небольшой отряд — всего тысячи две человек. Но во главе его шел сам император — Дмитрий Романов.

С той точки лагерь прекрасно просматривался, хотя расстояние между враждующими было приличным, к тому же они сильные Одаренные. И Дмитрий Романов тоже заметил германского императора.

— Нужно послать гонцов, — повернулся Вильгельм Адальберт фон Гогенберг к главе разведки, который вместе с генералом выбежал вслед за императором. — По старинке отправим послов на машинах. Чтобы выехали из зоны глушения связи и сообщили.

— Бесполезно, — горько усмехнулся разведчик. — Мы попали в ловушку. Уверен, что Дмитрий Романов все предусмотрел, и сейчас ни один человек не сможет выехать из этой зоны.

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг понимал, о чем речь. Обычно Романов предусматривал все мелочи, и этот случай не станет исключением.

— Последний вариант — это сражение, — твердым тоном произнес правитель Германии. — Ну, сейчас посмотрим, чем нас ещё удивит Дмитрий — российский император.

Имя и титул Вильгельм Адальберт фон Гогенберг произнес с явным пренебрежением. Этот Дмитрий у него уже в печенках сидел!

Стоило императору это сказать, как он увидел, что позади Дмитрия Романова открываются огромные порталы. И оттуда начинает выезжать техника и выходят солдаты.

— Оцепить периметр, подготовить артиллерию! — повернулся Вильгельм Адальберт фон Гогенберг к генералу. — Готовиться к сражению. Срочно.

— Понял, Ваше Императорское Величество, — ответил Фридрих фон Клаузевиц и отправился спешно исполнять.

Армия германцев быстро выстроилась в боевые порядки. В сторону имперцев полетела артиллерия. Но все заряды прилетали по защитным куполам. Пытались пробить и с помощью Одаренных, но все было тщетно.

Наблюдая за этим, Вильгельм Адальберт фон Гогенберг понял что теряет контроль над ситуацией. А больше всего он не любит терять контроль.

В итоге войска Российской империи полностью вышли, построились и пошли на германцев.

— Ваше Императорское Величество! — обратился к императору глава разведки. Вильгельм Адальберт фон Гогенберг уже вернулся в свой полевой штаб. — Мы произвели подсчеты, там войско численностью примерно в сто тысяч.

— Хреново, — хмыкнул император.

— Почему? — вскинул брови разведчик. — Нас в четыре раза больше.

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг тяжело вздохнул и ответил:

— Не о том вы все думаете.

Все командиры в штабе переглянулись. Никто не понимал о чем речь.

— Хреново будет, если мы проиграем и войдем в историю, как армия и правитель, которые потерпели поражение с четырехкратным преимуществом.

Присутствующие явно удивились такому объяснению от своего императора.

— Почему мы должны проиграть, Ваше Императорское Величество? — уточнил Фридрих фон Клаузевиц.

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг понимал, что сейчас не похож на себя самого в глазах подчиненных. Обычно он всегда уверенный на людях. Все видят его, как императора с несгибаемым стержнем.

А сейчас кое-что поменялось… Ведь Вильгельм Адальберт фон Гогенберг начал подозревать некоторые вещи. Он давно следил за историей Дмитрия Романова, тот никогда не действует в тех ситуациях, когда не может победить. А значит, сейчас у него есть все шансы.

Хоть Вильгельм Адальберт фон Гогенберг и не мог точно сказать, какие, и что точно задумал его враг.

— Я бы сказал, что шансы пятьдесят на пятьдесят, — продолжил правитель.

Хотя с такими шансами он раньше и сам бы в сражение не вступил. Вильгельм Адальберт фон Гогенберг шел на такое, когда вероятность победы была восемьдесят-девяносто процентов. Всегда.

А сейчас… Вероятность еще меньше. Риск просто огромен.

Поэтому для Германии это сражение уже огромный риск.

— Ваше Императорское Величество! — обратился один из операторов, что следил по камерам за перемещением врага. — Армия имперцев разделяется на две! И тридцать тысяч движутся в сторону города. А остальные — прямо к нашему лагерю!

— Это вообще не смешно, — хмыкнул император.

В городе находилось около восьмидесяти тысяч германских солдат, а все остальные ждали в лагере.

— И он собирается этими силами нас победить? — вскинул бровь Вильгельм Адальберт фон Гогенберг. — Ну ладно… Повоюем. Отдайте приказ солдатам: я разрешаю использовать вообще всё. Пусть не экономят.

Уже все равно, что будет с дальнейшим продвижением. Пусть используют хоть все артефакты.

— Воюем так, словно это наш последний день. Да и прибудет с нами удача. Она нам, возможно, понадобится.

Только император закончил, как один из разведчиков встал со своего места перед монитором и сообщил:

— Император Российской империи сейчас применяет что-то невероятно сильное. От него сейчас исходит мощнейший энергетический поток!

В этот момент Вильгельм Адальберт фон Гогенберг понял, что остановить Дмитрия Романова сможет только он сам. А потому правитель Германии поднялся со своего места. И посмотрит, что он может в этой ситуации сделать.

Если вообще что-то сможет.

* * *

Я активно готовился к битве с германцами. От этого сражения будет зависеть практически все.

И самое интересное, что больше солдат на это дело я выделить не могу. Плюс, по последним докладам, войска противника планомерно движутся к столице.

Армия, которую я оставил на пути германцев, ничего не может сделать с настолько превосходящим противником, а потому они постепенно отступают. Они делают ровно то, что от них требуется.

Пожалуй, самое сложное в данной ситуации, чтобы командиры следили за полным выполнением приказа. Поскольку люди морально не хотят отступать, они же не знают моих планов. Все понимают, что противник проходит в глубь страны, к столице, и они готовы остаться там, умереть, пожертвовать своими жизнями, но не допустить продвижения германцев.

Для солдат мои приказы звучат странно. Однако пока проблема не возникало, поскольку люди искренне верят в своего императора. И выполняют приказы.

Но если я затяну со своими планами сильно по времени, то это может поменяться.

А потому, на это сражение я поставил вообще все. И здесь я проявлю себя по полной. Ведь фактически, это уже конец партии. Последний ход. Мат или пат — третьего не дано.

Пока нас с германцами разделяло значительное расстояние. Причем предо мной сейчас была равнинная местность, словно созданная для танковых сражений. Немного уже притоптанного снега и дороги.

Предо мной завис в воздухе Кодекс Первого Императора. Страницы перелистывались сами собой, подчиняясь моей воле.

И я взял из него три сильных дара: воды, земли и леса. Последний — это дар, принадлежавший друиду.

Поднял вверх руки, и сферы зависли над моей головой. А теперь самое сложное. Слияние даров.

Я закрыл глаза и потянулся сознанием к сферам. Почувствовал их, каждую в отдельности. Вода была изменчивой, непостоянной, стремящейся утечь сквозь пальцы. Земля — упрямой, сопротивляющейся любому изменению. Лес был живым, имеющим собственную волю.

Три стихии. Три характера. Три силы, которые не желали объединяться.

Я начал вращать сферы вокруг себя. Постепенно увеличивал скорость.

Пот выступил на лбу. Концентрация требовала значительных усилий. Малейшая ошибка на этом этапе, и сферы разлетятся в разные стороны, выпуская энергию. Взрыв будет такой силы, что от меня не останется даже праха.

Сферы разом вспыхнули. Голубой, коричневый и зеленый цвета смешались в странное, мутно-желтое сияние.

Затем я начал сближать сферы, но очень медленно. Миллиметр за миллиметром. Эта техника обязывала быть максимально осторожным.

Собственно, я один раз умер именно после её применения. Не хотелось бы повторять подобный сценарий.

При соприкосновении двух разных даров возникает отторжение. И сейчас мне нужно было заставить дары его преодолеть. Подчинить их воле своего дара Первого Императора.

Вода коснулась земли, и я почувствовал, как по телу прошла волна боли, словно тысяча игл впилась в каждый нерв. Земля впитывала воду, а вода размывала землю. Два дара боролись за доминирование. А мне нужна была именно гармония.

Кровь потекла из носа. Капля упала на снег, расплываясь алым пятном.

Сферы постепенно сближались. Все ближе и ближе. Они уже начали обмениваться энергией, не так рьяно пытаясь оттолкнуть друг друга.

И вот сферы наконец слились. Вспыхнули яркой вспышкой над моей головой, и пришлось даже прищуриться. А затем вместо трех отдельных сфер, сформировалась одна большая, внутри которой непрерывно пульсировала энергия.

Техника была готова, и я направил всю эту мощь в сторону приближающегося противника. Энергия хлынула туда, точно лавина. И вся площадь, по которой продвигался противник, начала превращаться в болото.

Техника начала постепенно просаживаться. Бойцы германцев утонули в болоте по колено — глубина получилась небольшая, но мне этого было достаточно.

— А теперь вперед! — скомандовал я своей армии.

И началось… Вперед полетела авиация, сбрасывая снаряды на врага. Некоторые попадали в купола, которые враг успел выставить. Некоторые били в цель, что уже радовало.

Танки поехали навстречу, но им не нужно было приближаться к болоту, чтобы стрелять.

Помимо обычных Одаренных, в бой вступили тени, коих я взял с собой немало. Они составляли большую силу.

Тени вступили в сражения с сильными специалистами со схожими дарами со стороны германцев. Начались ожесточенные сражения. И достаточно успешные, но в то же время тяжелые.

— Ваше Императорское Величество! — подбежал ко мне разведчик. — Противники достаточно быстро двигаются к нам.

Я кивнул. Эта новость сильно влияла на мои планы. А потому нужно как можно быстрее ускорить процесс.

Теперь придется идти в полный ва-банк. К тому же я уже вижу своего главного противника, а он неоднозначно смотрит на меня.

— Время пришло, — обернулся я к отряду элитных теней, которые только и ждали моей отмашки.

Мы нырнули в тени, и вышли уже в ставке врага. Прямо напротив германского императора.

Тени вступили в бой с Одаренными, что охраняли императора. А я встретился с самим правителем Германской империи.

Ну, наконец-то. Он-то и был мне нужен.

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг сразу же попытался открыть подо мной портал. Хотел переместить куда подальше, чтоб я точно не выжил. Но не тут-то было.

— Порталы здесь не работают, — слегка ухмыльнулся я. — Или ты забыл? Ты же уже пытался связаться со своими союзниками, чтобы сообщить им про связь.

Я говорил на немецком, этот язык хорошо знал еще со времен первой жизни. Конечно, со временем он слегка изменился, но эту разницу я еще в детстве усвоил, когда с преподавателями занимался.

— Кто ты такой, чтобы так разговаривать со мной? — вспылил Вильгельм Адальберт фон Гогенберг. Его щеки залились краской от злобы.

Приятно наблюдать, что мне удалось не только вывести его из себя, но и до белого каления почти довести.

Я улыбнулся и ответил:

— Ты даже не представляешь, кто я. Но на данный момент я твой противник, хоть и не по собственной воле. Это было сугубо твоё решение. Но раз ты хочешь отсюда уйти, то это можно устроить.

Сказав это, я открыл между нами портал.

— Прошу, проходи, — деланно вежливо пригласил его я. — Даю тебе слово, что это не ловушка. За этим порталом место, где мы с тобой сможем показать всё, на что способны. И не повредим своим людям.

Прекрасно понимаю что, Вильгельм Адальберт фон Гогенберг не хочет здесь сражаться ещё и по той причине, что в таком случае здесь погибнет очень много его людей. Когда встречаются два настолько сильных Одаренных, это затрагивает многие километры вокруг.

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг подумал несколько секунд, а затем кивнул. Мы прошли через портал.

И вышли на поле неподалеку от одной из гор. Но главное — здесь на десятки километров вокруг не было людей. Никого, кроме нас двоих.

Идеальная арена.

— Тогда начнем, — усмехнулся Вильгельм Адальберт фон Гогенберг.

Тени вокруг меня ожили. Они взметнулись вверх чёрными змеями, устремляясь к германцу со всех сторон.

Император Германии не стал уклоняться. Он просто открыл портал прямо перед собой. Мои тени влетели в фиолетовое свечение…

И вышли из другого портала позади меня. Но я тут же их остановил и усмехнулся:

— Вижу, ты оценил мою щедрость. Здесь нет никаких ограничений. Нам нет смысла сдерживаться.

— Жаль, что эта схватка будет недолгой, — оскалился Вильгельм Адальберт фон Гогенберг.

Он вскинул руки, и пространство вокруг нас пошло рябью. Десятки порталов открылись одновременно, окружая меня кольцом. Из каждого вылетали магические техники: камни, ледяные копья, острые обломки металла.

Такое чувство, что у него на военной базе где-то маги остались, которым отдан приказ при открытии порталов техниками в них пулять.

Я поставил перед собой щит теней — черный купол, поглощающий всё, что в него попадало. Камни и лёд исчезали в его темноте.

Но Вильгельм Адальберт фон Гогенберг пошел дальше и открыл еще один портал. Прямо внутри моего круга. И вышел рядом со мной.

Он прекрасно понимал, что пока я не показываю даже одного процента одного своих возможностей. Собственно, и он пока не напрягался.

— Твои тени бесполезны против порталов, — усмехнулся германец. — Я могу появиться где угодно. И когда угодно.

— Правда? — вскинул я бровь и тотчас открыл портал перед собой.

Вышел за границу круга и убрал теневой щит. Все техники из порталов германца тотчас полетели в него самого. И Вильгельм Адальберт фон Гогенберг закрыл порталы.

Я достал из Кодекса Первого Императора один очень сильный дар и активировал его.

Пространство вокруг Вильгельма исказилось. Он рухнул на колени, вдавленный в землю невидимой силой.

— Гравитация, — улыбнулся я. — Что ты на это скажешь?

Хотя прекрасно понимал, как им будет его следующий ход.

Я увеличил давление. Его кости должны были сломаться. Его органы должны были лопнуть от собственного веса.

Но германец открыл портал прямо под собой и провалился в него.

Появился в пятидесяти метрах от меня. Встал и отряхнулся.

— Да откуда у тебя столько даров? — процедил он.

— Если узнаешь, то мне придется тебя убить сразу. И эпичного сражения не получится, — пожал я плечами.

Это окончательный разозрива императора Германии. Он активировал свою ауру мощность. И огромная волна энергии отделилась от его тела.

Я едва выстоял на ногах. Пришлось потратить на это немало собственной энергии. А вот гора позади нас, принявшая удар, начала дрожать. И пошел оползень. Все-таки хорошо, что здесь никто не живет.

— Наконец-то серьезные действия, — осклабился я и ответил своей аурой.

Наши энергии столкнулись. И даже земля под ногами задрожала. Небо вмиг затянули черные тучи, и прогремел гром. А затем и свет молний украсил почерневшее небо.

Вильгельм Адальберт фон Гогенберг достал свой клинок. И начал приближаться ко мне. А достал меч, который был у меня с собой — семейная реликвия. Очень хорошая сталь, которая прекрасно проводит мою магию.

Несмотря на творящееся вокруг безумие из-за выплеска магии, мы настигли друг друга. И наши клинки встретились.

Это был долгий и интересный поединок. На земле, которую напрочь выжгла наша магия.

Причем мы оба махали оружием так быстро, что со стороны движения наверняка сливались общий поток.

И вот наконец я смог уколоть его. Проткнул в живот.

— Вот ты подставился, — сказал я.

Но вместо того, чтобы увидеть поражение на лице германца, я заметил лишь оскал. Он схватил мое лезвие обеими руками. А я держал оружие двумя руками.

— Нет. На данный момент, Дмитрий, проиграл ты, — произнес он, и из него тела, прямо вверх по лезвию полилась энергия. Прямиком ко мне.

Причем это была магия крови. Вильгельм Адальберт фон Гогенберг скрывал, что у него два дара. Такое встречается довольно редко.

Однако я это знал еще давно благодаря дару Первого Императора, который позволял видеть способности других. Даже если они сами не знали о своих талантах.

Через эту энергии, которую германец влил в меня, он пытался взять под контроль всю мою кровь. Я стиснул зубы и ждал.

А энергия продолжала лица из императора Германии прямо в меня. Это была огромная нагрузка на мое тело.

Ноги подкосились… А Вильгельм Адальберт фон Гогенберг стоял на коленях и усмехался.

— И все? — улыбнулся я.

— В смысле? — у германца округлились глаза. — Я же влил в тебя свою отравленную кровь! Ты не должен был выжить… Не мог… Нет! Ты не человек!!! Кто ты⁈

Услышав это я лишь рассмеялся.

— Знаешь, а ведь тебе совсем недолго осталось, — ответил я. — Ты отдал в этой битве всего себя. Всю свою жизнь, чтобы угробить одного меня.

— Я не мог проиграть, — пробормотал он. — Кто ты?..

— На самом деле, ты сражался достаточно достойно. И сражался до самого конца, — с уважением подметил я. — Ты имеешь право знать.

Я отпустил рукоять меча. Затем активировал свою энергию, и позади меня вверх поднялся Кодекс Первого Императора. Страницы в нем стремительно перелистывались.

Затем остановились на одной странице. На ней зажглась особая печать. И осветила меня.

Потом эта печать создала определённую иллюзию. И она наложилась на меня.

Теперь я стоял в своей старой одежде, которую носил ещё тогда, когда меня называли Первым Императором. На голове мерцала корона. Знаменитый меч появился в руках. Черты лица изменились, стали более грубыми. Все-таки Первого Императора запомнили отнюдь не молодым.

И только сейчас до императора Германии дошло. Он выпучил глаза и приоткрыл рот. Узнал меня, ведь именно этот облик Первого Императора изображали на картинах. Именно таким я был в учебниках истории.

— Да ладно? — пробормотал он. — Так же не бывает.

Через пару секунд иллюзия спала с лица, но все остальное осталось. Так что Вильгельм Адальберт фон Гогенберг прекрасно понимал кто сейчас перед ним стоит.

— Понятно, — рассмеялся он. — Значит, у меня не было шансов с самого начала.

— Шанс есть всегда, — спокойно ответил я. — При всем нашем противостоянии, мне пришлось целых четыре раза корректировать свои планы. А это достойное уважения. Так что можешь гордиться собой.

— Не уничтожай мою страну… Прошу тебя, — прохрипел Вильгельм Адальберт фон Гогенберг. — Это все мои амбиции, люди там ни при чем.

Он закашлялся кровью. Жить ему оставалось совсем недолго.

Откашлявшись, Вильгельм Адальберт фон Гогенберг снова рассмеялся.

— Смерть настолько смешна? — вскинул я бровь. — Я много раз через неё проходил, но смешно мне было не часто. Что тебя так развеселило?

— Я представляю лица своих союзничков, когда ты до них доберёшься. Жалкие крысы, которые ни на что не способны. Но сейчас уверены в своей победе. Как же не ошибаются.

С этими словами он и умер. Тело императора Германской империи обмякло на выжженной от магии земле.

Я открыл портал и вернулся обратно. Там сражение между войсками почти закончилось. Германская армия, можно сказать, убегала со всех ног.

Там уже половина в болото погрузилась. Поэтому это сражение было не так уж тяжело выиграть. Особенно учитывая, что они оказались в проигрышной ситуации.

После победы здесь мои войска отправились в город. Вот у там уже было не так просто, несмотря на то что там работали тени.

Таким образом, моя армия освободила этот приграничный город.

Когда я подошел туда, возле меня открылся портал — это дело рук Елисея — и оттуда вышла Роза-Мария. Тень встала возле меня и сообщила:

— Ваше Императорское Величество! Противник уже у столицы.

— Это приемлимо, — ответил я.

— Но это не всё. Персия начала действовать. Её войска переходят границы.

— Отлично, — улыбнулся я. — А то я уж думал, еще один план менять придется.

Отправить