Глава 24

Я находился в своем дворце, в кабинете. Улыбаясь, полил стоящий в углу фикус. Использовал для этого очень посредственный дар воды. Его на большее бы и не хватило, а так хоть какая-то польза. Вон растение благодарно впитало влагу, так необходимую для его жизни.

День выдался долгим, насыщенным, и я наконец-то мог позволить себе немного отдохнуть. Точнее, пока в империи не настанет мир и процветание, моим отдыхом ещё долго будет служить смена деятельности. С военной работы на бумажную.

С этими мыслями я подошел к своему креслу, снял оттуда Вафельку и присел за стол. Кошка недовольно мяукнула, но сопротивляться не стала, всё-таки признавала мой авторитет.

Стоп!

Если кошка тут, то значит и помощница ходит где-то неподалёку.

— Алина, — негромко позвал я, и девушка тотчас возникла из тени моего шкафа.

— Слушаю, господин! — она шутливо отдала воинское приветствие. — Мы едем на новое задание?

— Нет. Скажи мне, откуда здесь опять взялась эта кошка? — я кивнул на Вафельку, которая уже как ни в чем не бывало забралась на диван и свернулась калачиком.

— Мяу! — она всем видом показывала, что её не стоит выгонять.

— Господин, понимаете… — Алина замялась. — Вафельке нравится энергетика именно в вашем кабинете.

Я вопросительно поднял бровь.

— Ну, здесь остаточные следы вашей ауры. Вафелька в них быстрее после сражений восстанавливается. Можно ей остаться? — Алина состроила щенячьи глазки.

— Ладно, это имеет смысл, — выдохнул я и посмотрел на кошку. — Но если будешь мешаться, отправлю туда, откуда призвал.

— Мя-мяу! — помотала головой кошка, клятвенно заверяя, что будет сидеть тише воды ниже травы.

— Вот и славно, — улыбнулась Алина — Спасибо, господин! Вы самый лучший!

— Льстишь.

— Только правду говорю! — она подмигнула мне и снова скользнула в одну из теней.

А я откинулся на свое кресло и включил телевизор. Там обсуждали международные новости:

— … катастрофические потери Северного флота Германской империи, — вещал диктор с каменным лицом. — По предварительным данным, из ста тридцати кораблей не уцелело ни одного. Судьба адмирала Генриха фон Дюпона остаётся неизвестной. Представители германского командования отказываются от комментариев…

Здесь всё было понятно, все-таки федеральный канал. Поэтому я переключил на другой, тоже новостной:

— Это настоящий шок для всего цивилизованного мира! — эмоционально размахивал руками французский журналист, а титрами внизу экрана шёл перевод на русский. — Двадцать восемь кораблей Франции захвачены русским императором! Адмирал Арман де Сен-Клер и весь командный состав находятся в плену! Это неслыханное унижение для нашего флота!

Вот такие новости мне нравятся больше.

Какое-то время я слушал, переключая каналы. Наблюдал за реакцией мира на мои действия.

Германия оплакивала свой Северный флот. Франция требовала вернуть захваченных моряков. Британия объявила чрезвычайное положение из-за уничтоженных баз. Испания искала виноватых в провале. И конечно, обвиняла в этом Российскую империю.

А вот имперские каналы праздновали:

— Это блестящая победа Его Императорского Величества Дмитрия Алексеевича Романова! — торжественно объявила ведущая. — Северный флот агрессора полностью разгромлен! Нанесён сокрушительный удар по военной инфраструктуре Британской империи! Слава Российской империи!

Пока девушка с приятным голосом, в отличие от всех предыдущих дикторов, продолжала обозревать новости и хвалить меня, что тоже было приятно, я позволил себе задуматься.

Ведь прошлые операции и в самом деле были настолько масштабными, что сейчас о них говорит весь мир. А у меня был доступ к иностранным новостным каналам, поэтому я знал это наверняка.

В трех странах было уничтожено множество военных баз: в Испании, Франции и Британии. Причем испанские корабли мы еще в Греции в большом количестве захватили, этого вполне хватило.

Мы уничтожили не простые базы, а те, к которым враг стягивал свои силы для похода на Российскую империю. Теперь же я нехило истощил их ресурсы и лишил львиной доли вооружения. Это еще не учитывая захваченные мной корабли.

А самое главное, что у «Нового рассвета» теперь нет абсолютного доверия к своим системам «свой-чужой», поэтому они начали их спешно переделывать.

А раз они их перепрошивают, то значит откроются новые дыры в программе. Ими я и смогу воспользоваться.

Хоть эти операции на море и с базами прошли максимально удачно, моих главных проблем это не решало. Таких, как Персия, Германская империя и захваты в губерниях.

Однако произошедшее вполне может остудить пыл врага. И они возьмут больше времени на обдумывание следующих ходов. Возможно, придумают какой-то принципиально новый способ, чтобы меня уничтожить. Мне даже интересно стало.

У меня, как и врагов, имелось множество уже разработанных планов. И сейчас нам обоим придется решать, какой выбрать дальше.

Это было похоже на шахматы. Каждый ход порождал последствия. Каждое действие открывало новые возможности.

Ведь каждый вариант имеет как свои плюсы, обеспечивающие решение некоторых проблем, так и свои недостатки и последствия. А если учитывать, что один план может цеплять за собой второй, третий, четвертый и даже пятый, то тут нужно, как в детской игре, выбрать верный порядок действий. Чтобы все прошло идеально.

Вафелька снова заворочалась на диване. Ей явно снилось что-то приятное.

— Тебе хорошо, — сказал я. — Твоя жизнь простая. Поесть, поспать, посмотреть на взрывы. Если повезёт, то принять участие в сражении.

— Мррр… — донеслось в ответ.

— А вот мне нужно победить в мировой войне. И не дать миру рухнуть в хаос, желательно.

* * *

Педро де Игнасиус сидел в своем особняке в окружении верных союзников за одним большим столом. Этот потомственный испанский дворянин обладал большим влиянием в своей стране. Его род владел верфями, банками, виноградниками. Половина южного побережья принадлежала семье Игнасиус уже три столетия.

И к нему прислушивались все собравшиеся, хотя и они имели весомые титулы для этой страны.

Слуги в белых перчатках бесшумно разносили херес — золотистый напиток из собственных погребов хозяина.

Обычно такие встречи проходили в атмосфере непринужденной беседы, за обсуждением охоты, скачек или последних светских скандалов. Но сегодня настроение было тревожным, и хозяин дома показал это почти сразу.

— Господа! Нам необходимо срочно что-то делать. Срочно, — заявил Педро де Игнасиус.

— О чем именно вы говорите? — дружелюбно спросил пожилой Хавьер де Толедо. Этот человек всегда отличался добродушием, даже по отношению к своим врагам. Что очень сбивало их с толку, когда этот испанец готовился к ответному удару.

— О противостоянии с Российской империей, — процедил Педро де Игнасиус.

— Ну, — откинулся на спинку кресла Толедо. — Мы и так сейчас находимся в состоянии войны с ними. Вы что-то еще предлагаете сделать?

— Вы не поняли, — помотал головой хозяин дома. — В том-то и проблема, что мы находимся в состоянии войны. Я говорю вам, что нужно прекращать уже эту войну и сидеть тихо, не отсвечивая.

— Вы говорите о поражении Испании! — с возмущением поднялся Алехандро Вальдес, этот человек отличался излишней эмоциональностью.

— Мне тоже не нравится эта идея, — с улыбкой ответил Толедо. — Но я хочу услышать аргументы. Педро — не глупец. Если он собрал нас здесь и говорит такое, значит, у него есть причины.

Многие из присутствующих поддержали — им не понравились слова Педро де Игнасиуса. Ведь они противоречили нынешней политике Испании. И выражали недоверие к хозяину дома. Однако всем было интересно услышать аргументы, поэтому в зале повисла тишина.

— Смотрите, что вчера случилось, — Педро де Игнасиус включил телевизор, там сейчас на всех каналах говорили о подрыве испанских военных баз. — И это ещё, на минуточку, ни один имперский солдат не побывал на нашей земле. А уничтожено около сорока процентов всей военные мощи нашей страны. Её больше просто не существует!

Все внимательно смотрели на Педро де Игнасиуса, ожидая продолжения. Испанцу удалось пробудить сомнение в головах некоторых своих союзников, но до согласия было еще далеко.

Тем временем в новостях рассказали о прошлых проделках Российской империи. И особенно — об экономической блокаде. Но больше всего новостей было именно о последнем нападении:

— Это беспрецедентная атака на испанскую территорию… — говорил военный эксперт с бледным лицом. — Враг использовал наши же захваченные корабли как носители взрывчатки. Система «свой-чужой» не распознала угрозу…

Он переключил еще несколько каналов, но суть мало отличалась.

— Если продолжится в том же духе, у нашей страны ничего не останется… — с тяжелым выдохом закончил Педро де Игнасиус. — И это только начало! Вы понимаете? Российская империя не отступит. Только если мы сами пойдем ей навстречу.

— Король никогда на такое не пойдет, — помотал головой один из молодых союзников, виконт Мигель де Ларра. — Он публично поклялся поддерживать «Новый рассвет» до победного конца. Отступить для него — значит потерять лицо.

— Потерять лицо или потерять страну? — спросил Педро де Игнасиус. — Что важнее?

— Для короля — лицо, — мрачно ответил де Ларра. — Вы же его знаете.

— Если король не пойдет, то мы можем у него все равно спросить. А если нас станет ещё больше и король всё равно на это не пойдёт, то ем придется уйти, — развел руками Педро де Игнасиус.

Все серьезно задумались и начали перешептываться.

— И тогда на это пойдет следующий король, — стальным тоном закончил хозяин дома.

— Вот это… — улыбнулся Толедо. — Это хороший вариант! Вот его и давайте обсуждать!

Каждый из присутствующих до ужаса не хотел продолжения этой войны. Как минимум потому, что у них всё было прекрасно и без этой войны. Они на ней никак не зарабатывали. Только рисковали разориться, если в стране начнется кризис. Никто не хотел лишаться состояния, нажитого непосильным трудом.

А Педро де Игнасиус не сомневался, что кризис начнётся, если противостояние продолжится в таком же духе. Поэтому рано или поздно, но многие из присутствующих его поддержат.

* * *

В середине нового рабочего дня ко мне в кабинет заглянул Сергей Захарович Лаврентьев. Глава разведки учтиво поклонился и, как обычно, начал свой доклад:

— Ваше Императорское Величество! Как вы и предупреждали, есть первая страна, которая поплыла.

— Дай угадаю. Это Франция?

Сергей Захарович сперва посмотрел на меня неверящим взглядом. Потом усмехнулся и ответил:

— Нет, это Испания.

— Блин! Ну почти угадал.

Что ж, ну я хотя бы был близок.

— Неужели, Ваше Императорское Величество, вы ошиблись? — прищурился Сергей Захарович, но при этом слегка улыбнулся. Словно все происходящее его забавляло.

Лаврентьев явно успел хорошо отдохнуть, раз к нему вернулось прежнее настроение.

— К сожалению, я не могу знать всего и всё предугадывать, — пожал я плечами. — Поэтому твоя информация, можно сказать, стала для меня новой. Так что давай, выкладывай.

— С превеликим удовольствием, мой император, — наслаждаясь моментом, ответил Сергей Захарович.

Я строго на него посмотрел, и улыбка исчезла с лица разведчика. Серьезным тоном он начал доклад:

— Испанцы сейчас уже обратились к своему королю. Аристократы в ультимативной форме поставили условие, чтобы он выходил из «Нового рассвета» и шел к вам, Дмитрий Алексеевич, на поклон, — Сергей Захарович снова улыбнулся. — Возможно, они его дожмут.

— Спасибо за информацию, — я откинулся на спинку кресла. — Я подумаю над этим, а пока можешь быть свободен.

Сергей Захарович снова поклонился, как подобает, а затем покинул кабинет. Но перед уходом бросил взгляд на Вафельку, которая спала в большой красной лежанке. Это Алина вчера притащила, заявляя, что котику так будет удобнее.

А вот и она. Вышла из тени моего стола.

— Господин, — ее лицо выражало недоумение, хотя губы слегка улыбались в привычной манере. — Неужели вы и правда ошиблись?

— Нет, — улыбнулся я. — Предполагал, что это будут испанцы. У них нынче самые бурные волнения начались. Просто людям тоже нужно делать свою работу и ощущать собственную полезность.

Я предполагал, что Сергей Захарович в последнее время пал духом, и мне очень хотелось его поддержать. Если бы я сегодня сказал, что снова знаю обо всем, что он сказал, то это могло бы выбить его из колеи. Ну что поделать, если зачастую я узнаю информацию раньше, чем он успевает её до меня донести.

А мне не хотелось терять такого ответственного и верного начальника разведки. Тем более сегодняшний случай даст Лаврентьеву больше мотивации работать на благо империи.

— Господин, — Алина надула губы. — А со мной вы тоже так делаете?

— Мяу! — резко подняла голову Вафелька, ей тоже стало интересно.

— А может, ты хочешь пойти со мной на одну из операций? — я ловко сменил тему.

— Конечно, — ее улыбка стала еще шире.

Хотя, не сомневаюсь, что свой вопрос она запомнит и задаст в следующий раз. И будет это делать до тех пор, пока я не отвечу ей честно. Уже проходили.

— Тогда собираемся, — поднялся я. — К вечеру должен быть готов мой элитный отряд теней и гвардейцев.

— А сейчас вы куда? — захлопала она глазами, видя, как я иду к двери.

— Как куда? Обед по расписанию никто не отменял.

* * *

Ближе к ночи отряд был собран и готов к выполнению особого задания. Кутузов ради этого вернулся с другой точки, которая пока не требовала его участия. Там сейчас практически не было военных действий, и генералы прекрасно справлялись своими силами.

В оговоренное время я открыл портал, и мы пробрались на одну из французских военных баз.

Планировалась масштабная операция, и сейчас у нас есть всего одна минута, чтобы отключить системы защиты. Поэтому мы быстро ныряли из тени в тень, приближаясь к генераторам и штабу. Нужно было отключать сразу в двух местах, и опытные тени без проблем с этим справились.

База стала беззащитной, а никто из врагов этого не заметил.

Мы подобрались к вентиляционным системам. Забросили туда пару кристаллов, которые тотчас начали дымиться и выделять усыпляющий газ. Это одна из новых разработок Васильевой, чтобы французские солдаты точно не проснулись.

Дальше мы прошлись по караулам, и этих военных усыплять пришлось вручную. Но тени быстро справились.

У них имелись специальные артефактные маски, разработанные именно для подобных случаев. Они выглядят как маски для подачи воздуха, только трубок в них нет. Там в фильтре установлено специальное усыпляющее вещество.

Стоит приложить такую маску к лицу, как она сразу прилипает. И тот, на кого ее надели, засыпает. Хватает одного вдоха, чтобы отрубиться.

Конечно, если этот человек не сильный Одарённый. Этих тени просто вырубали.

В общем, через полчаса после нашего прихода база полностью уснула. И я открыл один портал.

Потратил на это много сил, поскольку и здесь, в пространственном поле, были установлены некие защитные системы. Похуже, чем в Британии, поэтому и справился я значительно быстрее.

Через этот портал вышло около семисот человек вместе с нашей техникой. Обычные военные и водители.

— А теперь давайте всю технику, что вы здесь видите, переправлять на ту сторону, — отдал я приказ, кивая на портал. — Лишней она не будет. А им так она точно не нужна.

— Ну да, — рассмеялся один из командиров. — Нам она нужней!

Да нет, им и правда техника больше не нужна. Потому что после такого французы точно не захотят с нами воевать. А я их плавно к этому подтолкну.

Отправить