Глава 4

Нет, нужно быть поэкономнее. На первого я потратил слишком много энергии, но зато для остальных это будет хорошим уроком. Теперь они смотрят на меня с опаской, косясь на своего товарища. А только что каким надменным он был. Рванул вперед, думая, что я всё тот же паренек, с выкачанной подчистую энергией. И эта самая энергия жизни теперь его убьет.

Хотя его рана только внешне кажется страшной. На самом деле, она куда страшнее. Сосудов в лице много, причем, как кровеносных, так и магических. Я просто запустил процесс, при котором они будут лопаться, а кровь не будет сворачиваться. Вот и всё. Через пару минут откроются внутренние кровотечения и он сдохнет.

А пока… Остальные собрали волю в кулак, и решили проучить меня. Они еще не поняли, что их товарищ умирает. Но сообразили, что он умрет, если ему не помочь, и решили побыстрее закончить со мной. А я отметил, что среди них есть один Одаренный. Его убивать не буду, пока что.

В нем больше силы, а значит надо его нейтрализовать и забрать жизненную энергию. Остальных же можно просто прикончить, и заодно поэкспериментировать с возможностями моего нового тела, которые сейчас сильно ограничены. Большей частью привычными мне приемами не воспользуешься, да и энергии на многое не хватит. Так что будем проверять всё это на слабаках.

Двое налетели на меня, собираясь просто придавить к полу, а затем забить ногами. Но тут, извините, я столбом стоять не собираюсь. Поэтому ловко ушел в сторону, ударив со всей силы по ребрам одного из них. Попал по болевой точке, вот только ему хоть бы что. Здоровый мужик, он даже не почувствовал моего кулака. Сделал вывод, что без усиления лучше не пытаться достать их. Для этого нужно мне сперва отъесться, и привести свое хилое тело в порядок.

Так что к следующему удару я уже подготовился, влив немало энергии в правую руку, мышцы груди и спины. И на этот раз результат порадовал меня. Противника скрутило от боли, тогда как второй замер от удивления. Не ожидал такой скоростной реакции?

Это я еще не разогнался.

Одно из самых приятных чувств — это ощущение, когда по твоему телу разливается энергия. Из рук в ноги, оттуда в грудь, затем обратно в руки. И так на каждое действие. Нет, потом я смогу заполнить все мускулы до отказа, напитать кожу и кости, улучшить зрение и слух, одновременно. Но пока мои запасы оставляют желать лучшего, да и каналы не рассчитаны на такие манипуляции. Так что буду наслаждаться и «жонглировать» тем, что имею.

Следующего противника я приложил по горлу. Просто ладошкой, даже не стал усиливать удар. Влил в него немного энергии, и заставил ткани отекать. И сразу забыл о нем. Уже через несколько секунд он поймет, что дышать — не так-то просто. А через минуту наступит смерть.

Осталось всего трое, и один из них — Одаренный. Он как раз вынул из-за пояса кинжал, собираясь вонзить его мне в бок, но не успел. Я схватил его за руку, и оружие тут же перекочевало ко мне. Одаренный просто отпустил его, а руку свело судорогой. Потратился, но зато потом смогу сэкономить. Оружием убивать куда сподручнее. И уже спустя секунду я, ускорив свои движения, вонзил клинок в живот одного из ублюдков. Он хотел приложить меня дубинкой по голове, но не попал.

Память Михаила то и дело подкидывает мне новые знания, и из них я понимаю, что целители здесь не особо умеют владеть рукопашным боем и фехтованием. Их дело исцелять, а не махать мечом. Какая же глупость!

А вот я попал и по второму тоже. Сделал лишь небольшой надрез, но ровно там, где надо. Я уже говорил, что знания анатомии важны? Смерть от повреждения бедренной артерии наступит в течение двух минут. У него быстрее, ведь надрез я сделал не один.

Остался последний. Пусть из остальной пятерки умерли всего двое, но остальным сейчас было не до сражения. Каждому плохо по-своему, и все они окончательно забыли, зачем сюда пришли. Лежат, дышат, надеются, что их босс со мной справится, и поможет им с лечением. Ага, как же! Он, при всем своем желании, ничего не сделает, как и любой местный бездарный лекарь.

— Ты ответишь за это… — прошипел Одаренный, постепенно пятясь в сторону двери. Сбежать надумал? Не получится, я не поскупился, и судороги у него будут не только в руке. Но если начнет напрягать ноги, их тоже сведет. Не сильно, ведь влиять на Одаренных куда труднее, а у меня запасы не бесконечны. Мало того, на него я потратил почти их все.

— Думаешь? — ухмыльнулся я, медленно приближаясь к противнику. — Вообще-то, у тебя есть выбор. Если просто ляжешь и сдашься, умрешь безболезненно.

Нет, всё-таки он решил помучиться. А зря, я бы просто его усыпил, и спокойно сделал свое дело. Но он развернулся и рванул к двери. Вот только сделав всего пару шагов, оступился, и растянулся на каменном полу. Как и говорил, ногу свело. А пока он лежал, я подскочил сзади, и резанул по сухожилиям. Долго он бы так не пролежал, а теперь точно не убежит. Ну, а теперь можно спокойно покушать.

— Как говорится — тяжело в лечении, легко в бою! — выдал я напутствие обездвиженному Одаренному, усевшись прямо на него. Положив ладонь ему на голову, я начал потихоньку выкачивать из него энергию, равномерно распределяя ее по своему телу. Да, я потратился на них немало, но всё равно доволен. Из этого товарища, если не пожалеть времени и правильно его осушить, можно вытащить столько, что еще и в плюсе останусь.

Старик же просто смотрел на все это немигающим взглядом и улыбался. Даже странно, я думал, что он умрет, пока я буду драться, но он оказался куда крепче. Правда, сил говорить у него не было, но всё равно он держался, чтобы не пропустить ни одного момента боя.

Минут за тридцать от моей жертвы осталась лишь кожа да кости. Усох, как и та крыса. Вытянул я из него всё. И всё это время он находился в сознании, хотел кричать, да куда там. Голосовые связки я попортил сразу, от греха подальше. Следом встал вопрос о телах. Оставлять их в камере — значит, начинать побег прямо сейчас. А я пока не готов, есть еще одно незаконченное дело. Да и стоит освоить полученную энергию и подготовиться. Так что, закончив с поглощением ублюдка, я отправился изучать коридор, откуда они прибежали.

Ничего особенного, всё это я уже видел раньше, когда меня вели на получение проклятья. Много дверей, как и моя, за некоторыми из них лежат такие же бедолаги. На некоторых дверях были небольшие окошки, через которые я рассматривал убранство камер. За одной из них я увидел колодец. И заглянув внутрь, понял, что здесь это наподобие мусорки. Туда сваливают всевозможный хлам, даже не задумываясь, что когда-то этот колодец придется освобождать. Ну да ладно, грех не воспользоваться мусоропроводом.

Вот только тело мое слабо, и тащить тяжелые туши не сможет. И потому, первым делом, я прикоснулся ко всем телам, запустив внутри них процесс мумификации. Тела должны высохнуть, выгнать лишнюю жидкость, и стать гораздо легче. Причем довольно быстро, всего полчаса, и я уже утащил первого послушника, скинув его в колодец. А затем и остальных.

На полу нашей с дедом камеры осталось немало крови и прочей дряни, так что я сгонял в каморку неподалеку и взял там охапку сена. Оно там как раз лежит для того, чтобы не убираться. Смотрители просто набрасывают поверх старого сена после того, как камера освободится. Вот и я накидал, почему бы нет? Теперь даже при желании никто не заметит.

— Вижу, что я сделал правильный выбор, — тихо проскрипел дед, как только я уселся на свою койку. На нее тоже сена набросал, теперь она стала куда удобнее.

— Безусловно, правильный. И я выполню обещание не из-за договора, а потому-что привык быть хозяином своего слова. — Это чистая правда. На этом строилась сама суть нашего Ордена. Быть честным перед самим собой, и плевать, Архимагистр ты или простой прислужник. В этом плане требования были ко всем одинаковы. — Но мне нужна информация… Как можно больше.

Я задал старику несколько вопросов, и тот, несмотря на свою слабость, подробно ответил на все. В основном меня интересовали его дела, то есть, теперь моего Рода. Но тут всё оказалось даже ожидаемо. Род в глубокой заднице. По крайней мере был, примерно, полгода назад, когда старик находился на свободе. Что могло произойти за это время — остается лишь догадываться, но вряд ли с тех пор дела пошли лучше.

Множество влиятельных врагов, разграбленные земли, вся дружина мертва. И это лишь верхушка айсберга. Единственное, что родовой замок на момент похищения деда был в полном порядке, и легко его не захватить. Собственно, там, по идее, и живет его дочь.

Также старик подробно рассказал, как найти его замок. Ехать, конечно, далековато. Как минимум, его везли довольно долго, но сколько это в километрах — он не в курсе. Плюс, уточнил, немало мелочей. Какие земли разграбили, кому они отошли, и как по местным законам я могу всё вернуть. А также, что именно представляет наибольшую ценность, и с чего стоит начать. Вообще-то, я мог бы давно встать и уйти.

Энергии поглотил немало, она уже успела усвоиться, так что просто иди и воюй. Даже мог не разговаривать со стариком. Пусть эта информация ценная, но достать ее можно из других источников.

Старик показался мне честным и сильным, и я просто не хотел, чтобы такой человек умер в грязной камере в одиночестве. Он знал, что я Архимагистр-целитель, но ни разу не попросил о том, чтобы попытался поставить его на ноги. Нет, он просил лишь за свою дочь. И таких людей я уважаю. Жаль, исцелить его не получится, я не всесилен. Пока что.

Во время нашего разговора из коридора послышались быстрые шаги, и потому я улегся на свою койку, притворившись тряпочкой. Хорошо, что хоть заранее побеспокоился на этот счет и запер дверь, выбросив связку ключей в тот же колодец. Оставил только один, который подходил к нашему замку. Его я спрятал в угол комнаты, припорошив сверху соломой.

Двое бойцов с мечами ворвались в нашу камеру, и начали рыскать по углам, пытаясь что-то найти. Я же просто лежал и усиленно делал вид, что меня здесь нет.

— Ты! — толкнул меня в плечо один из них. Одаренный, да еще и с мечом. Не буду рисковать, пусть ищут. Я просто открыл глаза и сделал вид, что удивлен. — Слышал что-то подозрительное?

— Нет, — пожал я плечами. А что еще ты хотел услышать? Я бы все равно ничего не рассказал. Хотя…

— Вставай! — рявкнул он, и начал стягивать меня с койки. А под спиной у меня лежал кинжал. Так что пришлось выкручиваться.

— У меня под койкой труп! — если не сработает, придется попотеть. Сложно будет, но я справлюсь.

После моих слов мужчины отшатнулись и, переглянувшись, один из них полез вниз. Вот только достал он сушеную крысу.

— Шутник, да? — они даже не задумались, откуда я знаю, что они ищут трупы. Но для проформы пару раз пнули по ребрам, и ушли.

Долго не погуляют, первый скоро сляжет с температурой. Я просто помог ранке на ноге загноиться сильнее. А второй, по традиции, будет мучиться с запором. Не больше недели, но всё равно, ничего пострашнее сделать не успел.

 

Монастырь Черного сердца.

Келья мастера-настоятеля.

 

— Отец настоятель! — воскликнул послушник, и поклонился в пояс.

— Говори, — ответил тучный мужчина, развалившись в удобном кресле и пристально глядя в камин. — Надеюсь, ты пришел с хорошими вестями, а то у меня настроение паршивое сегодня.

— Шесть человек пропали! — сказав парень в черном балахоне и поклонился еще ниже, приготовившись к удару. Обычно, когда у настоятеля было плохое настроение, он мог накинуться на первого встречного.

Но ответом ему была тишина. Облаченный в белые одежды, настоятель просто сидел и смотрел в одну точку. И размышлял, что он сделал не так. Ведь недавно всё работало, как часы, клиентов хоть отбавляй, а его счет ежедневно пополнялся на кругленькую сумму. А потом начали происходить какие-то странные вещи.

— В толчке искали? — голос настоятеля был на удивление спокойным, хоть руки его дрожали.

— Что? — удивился послушник.

— Говорю, может эти шестеро утонули в говне? Взялись за ручки да нырнули, — пожал он плечами. — Вот вообще не удивлюсь, если это так.

— Н-нет… Просто пропали… — парень в балахоне окончательно растерялся, и уже не знал, что ответить своему господину. Так что просто стоял в углу и надеялся, что тот его не прикончит за такие новости.

— Тогда иди и поищи… Сам нырни, если надо… — еле сдерживая нарастающую злобу, спокойно проговорил настоятель, — И без их тел можешь не выныривать!

* * *

— Вставай! Сегодня у тебя двойная норма!

А я просто лежал и медитировал. Тем временем к нам в камеру вошли четверо Одаренных. Видимо, решили выжать меня досуха, и потому принесли с собой два кристалла.

Я же, как обычно, сделал вид, что не могу встать. Благо, двое из них, как раз пришли для того, чтобы меня держать. Они и подняли меня с кровати, остальные занимались кристаллами. В любом случае, придется заполнить.

Как и в прошлый раз, но теперь попытаюсь сделать это помедленнее. А чтобы они не расслаблялись, после заполнения первого начал трястись всем телом. Так что двум другим пришлось помогать удерживать меня. А мне только этого и надо было. В итоге на кристаллы потратилось куда меньше, чем я вытянул из этих ублюдков. А на прощание оставил им отсроченный подарок, причем всем разные.

Но это скорее ради тренировки и экспериментов. Думаю, что часа через два-три всех их отправят в лазарет. А пока они просто чувствуют себя немного уставшими. Но оно и немудрено, сколько жизненной силы вытянул. И половину из этого сразу потратил.

Все четверо — Одаренные. Причем, двое из них даже подают надежды. А чем сильнее Одаренный, тем сложнее мне вмешиваться в процессы его организма. Больше тратится маны, и меньше шансов на успех.

А еще для этого мне нужен длительный контакт. Но теперь это всё неважно. Первый, кто схватил меня, по традиции сляжет с поносом. У второго постепенно вырастут камни в почках. Постепенно — это за ближайших полчаса. Боль будет неимоверная. Третьего сожрут глисты, коих и так у него немало, я просто немного помог им. А последнему я совсем не завидую… Но не будем о плохом.

Как только стихли шаги в коридоре, я сразу подскочил с кровати, открыл дверь своей камеры, и… Пошел гулять! Нужно, как можно сильнее испортить жизнь местным обитателям. Чтобы им жизнь медом не казалась, ведь они это заслужили.

Немного изучив подземелье, нашел несколько комнат, где проживали охранники. В одной из них они спали, и даже сейчас на койках там лежали четыре человека. Нападать на них нет смысла, поднимут шум и тогда придется разбираться с куда большей толпой. Но проснуться им всё равно не судьба.

Жаль, конечно, ведь умереть во сне для таких — слишком легкая участь. Но я не в том положении, чтобы выбирать. Стоит ли говорить, что если в крови становится слишком мало сахара, человек впадает в кому? Думаю, не стоит. Но из этой комы они выйдут только в том случае, если кто-то успеет напоить их мёдом.

Несколько человек мне случайно встретились в коридоре. Они не ожидали увидеть здесь постороннего, и потому получили кинжал в грудь. А следом я просто оттащил их в колодец, и закидал сверху сеном. Так и изучал катакомбы несколько часов, а затем просто утомился. Нельзя мне перенапрягаться, это лишняя трата энергии. Тем более, в комнатах надзирателей удалось добыть немало нормальной еды, и потому я отправился в «свою комнату», решив, наконец, хорошенько наесться.

 

Та же самая келья мастера-настоятеля

 

— В смысле двенадцать? Как? Почему? Кто это сделал? Не бывает таких совпадений!

От кабинета настоятеля не осталось и следа. Теперь комната выглядела так, словно по ней прошелся табун быков. Причем, быки эти пробежали несколько раз, туда и обратно. Сам он метался по комнате и крушил то, что каким-то чудом еще уцелело.

В этот раз оповещать господина отправились сразу несколько послушников. И некоторые из них теперь лежали под этой грудой обломков. Но останавливаться он не собирался. То и дело в послушников отправлялись различные предметы, а те просто стояли, склонив головы, и принимали удар за ударом молча.

— Двенадцать! И все вдруг пропали? Никто не видел их? — немного успокоившись, проговорил наместник.

— Да, господин. Просто исчезли… — тихо ответил последний оставшийся на ногах послушник. Он склонил голову еще сильнее, приготовившись к удару. Но его господину, в таком случае, попросту не будет с кем поговорить.

— Ладно, надо разобраться… Что еще происходило, пока я был… занят? — он действительно был занят, ведь недавно в монастырь привезли несколько рабынь. И он наставлял их на путь истинный при помощи пыток.

— Еще четверых сборщиков доставили в лазарет.

— Что с ними? Погоди! — поднял он палец, — Дай угадаю. Ноги подвернули? С лестницы улетели? Дерьма нахлебались?

— У всех по-разному, — развел руками послушник. — Один корчится от боли в спине, второй от горшка не отлипает, третий лежит с болями в животе, а четвертый…

— Ну? Что четвертый? — не выдержал настоятель.

— В общем, там всё плохо… — помотал головой резко побледневший послушник.

— То есть, у остальных, хочешь сказать, хорошо? — удивленно пробормотал мужчина и почесал бороду. — Ладно, выделяю на них два кристалла.

— Но… Их четверо… — удивился парень в балахоне.

— Вот и выбери тех, кто полезнее. Всё, уйди прочь! — махнул рукой настоятель и слуга поспешил покинуть комнату, аккуратно прикрыв за собой дверь. А внутри тут же послышался грохот и яростная ругань.

* * *

— Сопряжение… — снова не дают помедитировать. Но на этот раз дед проснулся, и начал что-то говорить. — Я не говорил тебе про сопряжение…

— Знаю я, — успокоил я его, — В вашем мире началось первое сопряжение. Открываются порталы, и из них выходят иномирцы. Наш мир проходил это уже четыре раза.

— Хорошо… — улыбнулся дед. Силы уже покидают его, но он всё равно борется, и хочет сообщить мне, как можно больше.

Но я сам про эти сопряжения знаю, куда больше него. И в отличие от местных не раз проходил это на практике. Даже наоборот, был рад, что благодаря этому я смогу куда быстрее восстановить свои силы! Но об этом потом.

Старик уже откровенно плох, и едва шевелит губами. Я же не стал жадничать, и поделился с ним парой капель вина. Паршивое, но куда лучше, чем ничего. За это он улыбнулся и снова уснул, а я вернулся к медитации. Есть одно незаконченное дело, и перед началом побега полезно будет с этим разобраться.

За ночь к нам пару раз врывались вооруженные люди, что-то пытались узнать, но я просто молчал и делал вид, что почти умер. Так что со второго раза они в это поверили, и больше меня не отвлекали.

Утром меня разбудило до боли знакомое дыхание старой подруги. Её я ни с чем не спутаю, костлявая всю мою жизнь где-то близко, а сейчас пришла забрать хорошего человека, что по воле случая оказался первым, кому можно было довериться в этом мире. Старик сделал свой последний вздох, и воцарилась гробовая тишина. Ну, теперь можно начинать, моя совесть чиста. Все вопросы я у него уточнил.

Стоп! А вот главный вопрос я таки забыл спросить. А сколько годков его дочери?

Отправить