Глава 14

— Отец… — Евлапий опрокинул в себя рюмку и закусил одуванчиком. — Отец, ты же понимаешь, что это неправильно?

— Понимаю… — вздохнул старый друид и разлил по рюмкам еще немного настоечки. — А ведь я увлекался историей древних друидов. И ни разу не слышал ни единого упоминания о том, чтобы такое происходило в давние времена. Да и в наше время такого тоже не происходило. Странно это всё, неправильно как-то.

— Конечно, странно! — согласился с ним сын. — Почему он не затыкается? За столько часов не замолк ни на секунду, всё трындит и трындит!

— Да откуда мне-то знать, почему он не заткнется никак? — воскликнул дед. — Обычно деревья говорят раз в сто лет, да и то, не больше минуты! И это правильно! Так и должно быть!

— Может, он потом будет молчать пару тысячелетий? Отец, ну ведь невозможно так! Мне друидом всегда нравилось быть потому, что растения не разговаривают со мной! — закрыл уши руками Евлапий, но это совершенно не помогло. Ведь древо разговаривает совершенно иначе и слышно его совсем не ушами.

— Нет, ну по идее… — скривился старик, — с нами говорит великое древо. Для друидов это должно являться великой благодатью.

— Да-да, еще какая благодать! — согласилось древо. — Но не будем об этом. Давайте лучше еще раз уясним. Никогда! Никогда больше не зовите этого мужика сюда! Договорились?

— Это наш господин, так что увы, — развел руками молодой друид. — Великое древо, он приходит сам, как только этого пожелает. Мы никак не повлияем на это.

— Вообще-то я древо жизни! Великое древо, чьи корни и ветви оплетают весь…

— Древо, — вздохнул старый друид, перебив очередную пафосную речь. — Честное слово, Михаил — наш господин. Мы не можем ему приказывать, да и не хотим, если честно.

— А я тогда не отстану до тех пор, пока вы не согласитесь повлиять на своего господина! — не унималось растение.

— Слушай, великое древо, — нахмурился Евлапий. — А разве ты не должно быть молчаливым и задумчивым? Обычно древа такие и есть, а ты какое-то слишком общительное.

— Мы молчаливы, так как обычно пребываем в полудреме, — пояснило древо. — Но как я теперь могу спать после всего, что со мной случилось? — воскликнуло оно так, что аж ветки затряслись.

— А что случилось-то? — не поняли друиды. Они вернулись сюда всего пару часов назад, а до этого пили на полянке неподалеку, потому и не были свидетелями произошедшего. — Михаил же вроде просто присыпал тебя лошадиным навозом и даже не срубил.

— Так я же пытался надавить на него! Хотел запугать его и заставить убежать в страхе! — воскликнуло древо, а друиды даже забыли опрокинуть в себя рюмки.

— У-у-у… — загудели они. — Не продолжай. Мы правда не хотим знать, что было дальше. И так понятно, что ничего хорошего.

Древо так и продолжило упрашивать друидов что-нибудь придумать. Очень уж не хотелось ему снова встречаться с Михаилом и его можно понять. Скорее всего, древу жизни просто стало стыдно, что оно так разговаривало с хорошим человеком и теперь оно не может смотреть ему в глаза. Но это не точно. Возможно тут вполне обычный животный страх. Хотя… В таком случае древо тоже можно понять.

— Проблема в том, что мы не справимся самостоятельно, — заключил Исдрасиль, осушив очередную рюмку.

— Согласен, отец, — вздохнул Евлапий. — Но разве у нас есть выбор? Силой Лабладута теперь не воспользоваться, потому придется думать как самим сделать всю работу.

— А я думаю, что пришло время инициировать великий созыв друидов, — вздохнул старик. — Не думал, что когда-то дойдет до такого, но другого выхода я не вижу.

— Уверен, что мы за такое по шапке не получим? — нахмурился Евлапий. — Всё-таки дело серьезное…

— Да откуда мне знать? Может и получим? — развел руками Исдрасиль. — У тебя есть другие варианты? Тогда давай, выкладывай! Но у нас есть приказ поддерживать хорошее состояние древа жизни, и вдвоем мы с этим не справимся.

— Ну ладно, давай тогда инициировать… — обреченно вздохнул молодой друид. — Будем надеяться, что нам попадутся непьющие друиды и не придется делиться с ними.

— Ага, надейся, — горько усмехнулся старик. — Непьющий друид — это не друид, а огородник обычный.

Но выбора нет и древо должно расти. Точнее, оно и так будет расти, само по себе. Вот только будет ли Булатов рад, если придется ждать пару-тройку тысяч лет, прежде, чем у этого растения появятся первые функции? Скоростью роста эта культура не отличается и быстро древа жизни не растут. Они любят покой, тишину, и трату времени. Так что придется поработать над ростом, не забыть при этом о правильном построении магических структур, чтобы древо сразу могло влиять на окружающую среду, и это лишь малая часть огромного списка необходимых дел. Так-то с древом возиться и возиться. Как минимум конский навоз вовремя под корень подсовывать.

Вообще, можно и самогонку подливать, но Михаил четко сказал, что это древо теперь кушает только лошадиное говно и ничего другого ему не надо. А дерево… Оно просто не стало спорить.

— Ладно, давай открывать заначку, — махнул рукой старик, и его сын без лишних вопросов полез в сумку. А следом выудил оттуда пузырек с мутной жидкостью и собрался ее откупорить. — Нет же! Эту заначку вечерком откроем. Я про другую… Помнишь, Булатов нам выдавал?

— А-а-а! — хлопнул себя по лбу Евлапий и снова полез в ту же сумку, достав оттуда несколько увесистых энергетических сфер.

На самом деле отец с сыном выполняли этот ритуал впервые, но при этом каждый из них четко знал, что надо делать. Сферы упали на землю и стали отдавать энергию, распространяя ее в разные стороны, а друиды, окунувшись в этот ураган энергии, схватились за руки и начали ритуальный магический танец.

Правда, если взглянуть со стороны, то так и не скажешь. Выглядит это так, словно двум людям плохо и они просто пытаются куда-то дойти. Причем, скорее всего, дойти до реанимационного отделения или, хотя бы, до психушки.

Но на деле это великий танец древних друидов, и используется столь редкое заклинание действительно в самых крайних случаях, когда на кону стоить что-то по-настоящему важное. А что может быть важнее для друида, чем древо жизни? Верно, самогон. Но и древа жизни тоже вполне достаточно для применения подобного заклинания.

Танец становился всё более безумным, а энергия сплеталась в сложные узоры и распространялась всё дальше, окутывая волнами салатового света весь мир. Энергия впитывалась в каждую травинку и росток, уходила в корневую систему растений и распространялась всё дальше, проникая в каждый уголок планеты. В любое место, где есть хоть какая-то растительность.

Разумеется, силами двух друидов и пары сфер энергии такого не добиться, но ведь в ритуале участвовало и древо жизни. Именно оно отправляло клич всем друидам в этом мире и призывало их на помощь.

Вскоре вокруг начали один за другим открываться порталы. Один за другим они появлялись в пространстве и спустя пару минут оттуда начали выходить… Бомжи. По крайней мере, с виду очень похоже и назвать этих людей иначе сложно.

Кто-то с дырявыми пакетами, кто-то с котомкой за спиной, все в рваных грязных одеждах и с посохами в руках. Бородатые, лохматые, немытые, с перегаром… В общем, типичные друиды, самые обыкновенные.

— Это все те, кто согласились стать хранителями древа! — воскликнул старик.

— Да это понятно, — кивнул сын. — Но… Мы же бросили клич только в этом мире. Тогда откуда здесь столько иномирцев? — всё-таки из сотни друидов всего двое оказались местными.

— Не знаю, — пожал плечами дед. — Может как-то через порталы зов просочился… Да это и неважно! Смотри сколько!

И действительно, друидов собралось даже больше, чем требовалось. Стоят теперь со своими пожитками и смотрят на тех, кто их призвал. Причем у некоторых сумочки вполне приличные и с надписью «я люблю Болгарию».

— Прошу прощения! — поднял руку один из них и подошел ближе. — Можно вопрос? А что здесь, собственно, происходит?

— Назови себя, великий друид, — ответил ему Исдрасиль.

— Валерий. Бомж, — пожал он плечами и показал мешок со смятыми алюминиевыми банками. — Нес банки в пункт сдачи и оказался тут. Вы, кстати, цветмет принимаете?

— Погоди со своими банками… — помотал головой старик. — Ты как тут оказался?

— Ну я смотрю, коллеги в портал пошли… — пожал он плечами. — Ну и вот, я тоже пошел.

— Отец, у него есть дар, я это чувствую, — задумчиво проговорил Евлапий.

— Валер, друидом хочешь стать? — усмехнулся Исдрасиль.

— Не, я не по этому делу, — замотал тот головой. — Так что я, пожалуй…

— Тут наливают. Бесплатно и столько, сколько захочешь.

— А я всегда знал, что создан для высшей цели!

* * *

Очень странные товарищи. И одежда на них странная, и броня, и вообще, какие-то они неправильные. И пусть эти люди пришли из другого мира, но всё равно кажется неправильным, что они не знают о моем существовании. Вылупились из портала и топчут мои земли, будто бы у них есть специальное разрешение на это и вообще, я им чем-тот обязан.

Кстати, с одной стороны может показаться, что это какие-то бедняки. Но некоторые из них облачены в тяжелые латы. В руках у них тяжелые молоты или массивные зазубренные мечи, сделанные из цельной рельсы.

— Вы тут какими судьбами оказались, болезные? — поинтересовался я, выйдя им навстречу. — Границу не видели, что ли?

— Ага! Местный житель! — воскликнул один из них. — Так знай же, раб, мы последователи Моргулиса! Мы верим в него и воля его ведет нас к богатствам!

Некоторое время мы просто молча смотрели друг на друга, а я даже не знал, как надо на такие заявления отвечать. Ну а что скажешь, в самом-то деле? Молодцы, верят в какого-то божка. Пусть верят дальше, хотя я бы посоветовал верить в Лабладута. Это хотя бы выгодно.

Так мы и стояли с полминуты, хлопали глазами и думали каждый о своем.

— Ребят. Вы грибы по пути нашли, что ли? — уточнил я на всякий случай. А то мало ли, что там друиды выращивают в своих лесах. Крестьянам уже давно запрещено самостоятельно собирать грибы, только разве что в строго отведенных для этого местах. — Или вы такими сразу с портала вылезли?

— А ты кто такой? — прищурился командир отряда. По крайней мере, мне показалось, что это командир, судя по массивной, даже гигантской броне и огромному молоту в руках.

— Я правитель этих земель, — не стал скрывать свою личность. — Граф Булатов. И как правитель, требую валить отсюда обратно в свой портал. Придурки.

— Отлично… — оскалился командир, не обратив внимания на мои требования. — Вот ты-то нам и нужен! И раз ты главный, значит… — он выудил из заплечной сумки здоровенный свиток украшенный вычурной магической печатью. — Значит, я должен зачитать приговор Моргулиса! За накопленные богатства ты приговариваешься к смерти! Или бедности… — он свернул свиток и посмотрел на меня. — Выбор за тобой. Или ты отдаешь нам все свои богатства и отправляешься в нашу обитель, где следующие тридцать лет будешь жить с нами, отказавшись от любых мирских благ. Разумеется, это решение будет скреплено клятвой души Моргулису.

— А второй вариант, стало быть, смерть прямо здесь и сейчас? — уточнил я на всякий случай.

— Всё так. Ну что, ты готов дать клятву? — оскалился командир этих сектантов.

— Ты правда в это веришь, да? — вздохнул я. — Ну, допустим, я выбираю смерть. И что дальше?

— Ты сделал свой выбор, — нахмурился командир. Он явно не ожидал от меня такого, но теперь делать нечего, придется приводить приговор в исполнение. — Уверен, да? Точно? Мы ведь все равно заберем твои богатства, независимо от твоего решения.

— Ну, если хотите, могу дать каждому по десять тысяч золотых монет, — пожал я плечами. — В таком случае свалите? — на самом деле ничего им давать не собираюсь, просто интересно, во сколько себя оценивают эти фанатики.

— Ха! Так я и думал! Тебе не хватит смелости принять свою смерть! — расхохотался командир и по его отряду прокатилась волна смешков. — Всё-таки выбрал бедность, да?

— Нет, просто мелочь из копилки думал отдать. Для меня это ерунда, а так хоть вы порадуетесь.

— Мелочь… Из копилки… — помрачнел командир идиотов. — Братья! Мы недооценивали богатство этих земель! Вызывайте подкрепление! Созывайте послушников! Мы должны забрать богатства и принести их Моргулису!

Вот вроде бы что-то слышал про это божество. Сейчас так сразу не вспомню, откуда мне о нем известно, но кажется, это что-то безумное и очень своеобразное. Моргулис помешан на золоте и драгоценностях, тогда как его паства обязана влачить нищенское существование на грани выживания.

Что взамен? Взамен Моргулис дает силы своим послушникам для того, чтобы им было легче грабить людей во имя своего божества. Собственно, вот и всё, что я знаю о нем и его последователям. В общем, у них своя, особая логика существования. Деньги — это тлен, потому неси их сюда. А мы уже придумаем, как ими распорядиться.

— Мор-р-ргулис! — послышался безумный крик и, подскочив на десяток метров вверх, один из бойцов со всей дури вонзил в землю рваный штандарт с изображением непонятно чего. Земля в месте удара пошла трещинами, что стали расползаться в разные стороны, а из них начали вырываться невероятно мощные потоки энергии.

Ага, что-то вроде маяка. Причем, этот маяк жарит энергией сразу на весь мир, и даже сильнее. Засечь это место можно даже из дальних уголков Вселенной.

— Братья вскоре придут, — оскалился командир и, с легкостью подняв рукой свой молот весом в несколько сотен килограмм, указал им на меня. — А теперь взять этого человека…

— Уа-а-а-а! — дикий рев огласил округу и вся эта толпа рванула вперед. Они были готовы вгрызаться в меня зубами, рвать когтями и втаптывать меня в землю, лишь бы выполнить волю своего командира в лучшем виде. Да и сам командир рванул на меня вместе с остальными.

Широкий взмах массивного молота, и вот, спустя мгновение, он врезался в землю, создав мощную ударную волну. Я-то от удара уклонился, но волной меня отбросило на несколько метров в сторону. Аккурат в руки нескольким взбешенным голодранцам, которые тут же впились в меня кинжалами и мечами.

— А ну, брысь, — взмахнул рукой и кровавый веер рассек их на части. — А ты иди сюда! — подозвал к себе командира.

Ждать его не пришлось. Молот помчался на невероятной скорости и в несколько широких взмахов отправил в полет пятерых сектантов, а вот по мне опять не попал. В чем минус дробящего оружия — его не заблокируешь. Хотя для владельца этого оружия это как раз плюс, но я и не думал блокировать. Взбешенный командир не знал усталости и бил со всех сил, вот только тем самым сокращал свой отряд, тогда как я просто подкалывал его легкими и быстрыми заклинаниями.

То кровавая сосуля на голову упадет, то шип в задницу вопьется, то лекарская сфера вызовет судорогу. Но самое жестокое — это заклинание зуда.

Да-да, когда на тебе тяжелые латы, почесаться не выйдет. Всегда использую такое заклинание против рыцарей. Это приносит мне какое-то особенное, ни с чем несравнимое удовольствие.

— Р-р-р-рагх! Уничтожу! Порву! — рычал не своим голосом шелудивый рыцарь. — За алчность твои кости будут раздроблены! — очередной замах закончился взрывом и оставил трехметровую воронку на месте удара.

Молот взбешенного фанатика покрылся золотистыми разрядами энергии, а глаза его вспыхнули чистой яростью.

— Жадность привела тебя к верной погибели! — опять удар, и я едва успел уклониться. — Гордыня, невежество, чревоугодие… Ты погряз в грехах и, только отдав все свои богатства, Моргулис простит тебя!

— Ой, а сам ты будто бы безгрешен, — скривился я.

— Ха-ха! Братья мои! — воскликнул он и его фанатики подошли ближе. — Слышали, что он сказал? Ты думаешь, мы считаем себя безгрешными? Нет! Но у нас есть всего один грех, и зовется он…

— Мужеложество, — перебил я его, и на поле боя воцарилась тишина.

— Что? — удивился он. — Нет! Не-е-ет! Ярость! Я имел в виду ярость!

— Бла-бла-бла…

— Убить его! Разорвать! Уничтожить!..

На меня снова посыпался град ударов, и, стоит отметить, удары эти довольно сильны. Эти фанатики действительно что-то умеют, но всё равно этого недостаточно.

И кстати, что примечательно. Насчет мужеложества я пошутил, но почему они так обиделись? Это что же получается… Я их уличил только что?

В любом случае, правды мы уже не узнаем. Спустя несколько ударов молотом мне надоело скакать по полю боя и, достав из ножен клинок, я вонзил его в грудь командира отряда фанатиков, а следом вызвал кровавый град, чтобы отогнать его подчиненных.

— Человек… — оскалился смертельно раненый фанатик. — Я умру, но это тебе не поможет. Ничего не закончится… Мы — верные сыны Моргулиса, и теперь мы знаем, что здесь царит несправедливость. А значит, мы будем приходить сюда без остановки… Справедливость должна восторжествовать…

— Совсем дурачки, — вздохнул я и оборвал страдания этого идиота. Но стоило мне закончить, как вокруг начали открываться порталы.

Один, второй, пятый, десятый… Всего около двадцати порталов распахнулось за несколько секунд и оттуда тут же стали выбегать ровно такие же фанатики в разношерстной броне и одежде.

— Опа… — почесал я затылок и посмотрел на растущую толпу идиотов. — Это что же получается… Он не шутил? Что за бог-гопник такой?

Перехватил меч поудобнее, но прежде, чем вступил в сражение, призвал Лабладута.

— Паства нужна? — кивнул на толпу из пары тысяч человек.

— Бать… — скривился он. — Я обездоленных собираю. А не е****тых.

— А, ну, хорошо! Тогда Белмору этих отдам, — пожал я плечами. Думаю, он будет даже рад…

Отправить