Глава 8

— Эх, дружище, — тяжело вздохнул я. — Ты же понимаешь, что если засунул в задницу камень — это не значит, что ты уже профессиональный алхимик?

Постоял, посмотрел на паренька, а он все также лежит без сознания. Точно же! Чтобы оценить шутку, надо, как минимум, ее услышать. Совсем забыл, что многие люди не умеют подслушивать, будучи в коме.

Потому пришлось провести пару простых манипуляций и отключить от него несколько трубок. Оставил только те, по которым в организм поступают питательные вещества и необходимые ему препараты.

Прошло всего несколько секунд и паренек открыл глаза, удивленно уставившись на меня.

— Говорю, ты зачем философский камень в зад запихнул? Так алхимиками не становятся!

— Но ведь камень у меня в груди… — растерянно проговорил он, явно не понимая, что происходит.

— А зачем так глубоко, в таком случае?

— Но… — окончательно растерялся паренек. — Кто ты? И что здесь делаешь? — воскликнул он.

— Я смерть… — для антуража выпустил из глаз немного некротики. — Ты же успел при жизни почистить историю браузера, да?

Вот он, истинный ужас в глазах. Надо будет подсказать Предвечной, пусть особо провинившимся задает такой вопрос во время сопровождения в свое царство.

— Прошу! Позволь мне пожить еще пять минут! — взмолился и без того бледный парень, а из глаз его потекли слезы. — И это… Дай, пожалуйста, мой ноутбук.

— Ладно тебе, шучу, — я не смог сдержать смех. — Булатов я, граф. Проходил мимо и услышал, что кто-то решил тут умереть особо изощренным способом, вот и заглянул сюда. Просто спросить, зачем так издеваться над собой.

— То есть я еще жив? — удивился он. — И не умру? — даже не знаю, что именно вызвало такое облегчение. Факт того, что он выживет, или же гипотетическая возможность успеть подчистить историю посещения сайтов.

— Если мне никто не сможет помешать, то выжить должен, — пожал я плечами, — Но почему ты думаешь, что твой ноутбук до сих пор не изучили? По идее, они должны были в первую очередь изъять информацию оттуда, посмотреть, какие сайты ты посещал, ведь это могло помочь в поиске лекарства.

— И правда… — бедолага обреченно вздохнул. — Булатов… А ты можешь добить меня уже, и всё?

Нет, это не жестокое отношение к пациентам. Ну пошутил немного, почему бы и нет? Смех продлевает жизнь! И неважно, что смеюсь здесь только я, а значит, и жизнь продлевается только у меня. Тут политика вполне справедливая: я продлеваю жизнь пациенту, шучу над ним, и тем самым продлеваю жизнь себе.

Собирался отмочить еще пару шуток, но нашу милую беседу с умирающим прервали. Дверь комнаты с грохотом слетела с петель, и в комнату ворвался крупный отряд охраны.

Все такие сильные, обвешаны артефактами и лучшим снаряжением, каждый из этих бойцов Одаренный минимум четвертого ранга, а их начальник и вовсе, чуть ли не первого. Мощные ребята, и почему-то очень злые. Направили на меня автоматы, стоят и сверлят взглядами.

Не знаю, как они сюда влезли, но буквально за полминуты в комнату набилось аж девяносто человек. Как только оборудование не посносили, не знаю.

— Ты кто такой? — рыкнул командир отряда охраны.

— Так это… — развел руками, — Булатов… А что случилось? Почему злые такие?

— Ну почему? — проскулил командир. — За что мне это? Почему в мою смену, а?

— Да ты не переживай так, — попытался его успокоить. — Можешь пойти, сдать смену спокойно, я подожду…

— Для меня было честью служить с вами, парни, — обратился он к своим бойцам, и напитал силой клинок.

Я даже не успел ничего сказать, как он резко переместился и наотмашь ударил меня клинком по шее. Быстрый удар, отточенный, стремительный и меткий. А глаза-то какие радостные сразу, ведь он выполнил свой долг, защитил наследника Рода Гагариных.

Но обрадовался командир рано, так как кожа, ткани и кости у меня на шее в этот момент слегка изменили свою структуру, и потому напитанный силой меч не оставил даже царапины. А вот клинок дал трещину.

— Ребят, вам бы нервы полечить, — посоветовал им, как человек, немного разбирающийся в медицине. — У вас горы вокруг, сходите, хоть воздухом подышите… А то у вас тут парень вот-вот душу камню отдаст, а вы глупостями какими-то занимаетесь.

— Но… — протянул командир.

— Можно я уже начну работать? — устало вздохнул я. — Ну правда, не люблю, когда над душой стоят.

Ответом мне было полное непонимание. Бойцы так и замерли в недоумении и не знали, что им теперь делать. Тогда как я знал.

Ладно, подурачился немного и это было действительно весело, а теперь, и правда, пора за работу. Ведь парень умирает, и это не шутка. Никакое оборудование и препараты, никакие артефакты ему уже не помогут. Тут нужен специалист совершенно иного уровня. Например, архимагистр лекарь, а он как раз, по случаю, оказался рядом.

Щелкнул пальцами и комнату озарила яркая зеленая вспышка. Все девяносто бойцов разом упали на пол, словно осенняя листва, не проронив ни единого звука, а я повернулся к удивленному пациенту.

— Да ну? — пробормотал он. — А почему все отключились, а я всё еще в сознании? Это камень могущества меня так оберегает, да?

— Понятно… — теперь я получил ответы на свои вопросы. — Надо будет сказать твоему отцу, чтобы запретил тебе смотреть короткие видео в интернете. — Вот, откуда у тебя появилась такая дебильная идея…

— Не надо запрещать! Там очень много полезной информации! — возмутился он.

— Да ты что? А почему тогда твоя душа тебе уже не принадлежит? — усмехнулся я. — Ты продал ее самому мерзкому демону-извращенцу в тот момент, когда вставил в себя этот уродский камень! А у охранников твоих была душа, потому я ее высосал! — мои глаза сверкнули, и на лице появился злобный оскал. Тогда как Гагарин громко икнул и брякнулся на подушку, снова потеряв сознание.

Да уж, даже магию применять не пришлось, сам справился.

Теперь под ногами валяются охранники и приходится постоянно спотыкаться о них, но перетаскивать все девяносто туш, да еще и облаченных в тяжелую броню, будет слишком долго. В этом плане удобно быть некромантом, твои слуги всегда под рукой.

Нет, я тоже могу создать что-то вроде зомби, просто живого. Отключить некоторые мозговые центры и сделать так, чтобы человек беспрекословно выполнял простые указания. Но ведь на это тоже придется потратить времени, которого у нас с Гагариным все меньше.

Взмахнул руками и под самым потолком проявилась заранее подготовленная сверкающая печать. Она состояла из переплетенных между собой в сложные узоры мерцающих зеленых нитей, также некоторые знаки были высечены кровью и, помимо всего прочего, тут присутствовало несколько символов, позаимствованных у магии смерти.

Это жалкое подобие философского камня похищает не только душу… не знаю, откуда граф достал такую дрянь или каким образом создал ее, но сделал он это очень зря.

Помимо похищения души, этот грязный артефакт услужливо вытягивает соли из организма, за счет чего постепенно увеличивается в размерах и колючими кристаллами впивается в ткани. Так, чтобы выдрать без последствий его было невозможно.

Нет, в чем-то паренек был действительно прав. Камень, и правда, может кратковременно усиливать его способности за счет содержащихся в нем душ… Но это не так делается! Да и вообще, лучше этого не делать вообще никак!

Впрочем, уже поздно думать об этом. Надо извлекать артефакт из груди бедолаги.

Провел пальцем по грудине и заставил ее распасться на две части, оголив внутренний мир пациента. Теперь он снова не может дышать самостоятельно и пришлось сунуть интубационную трубку на место. Да, можно было просто насыщать кровь кислородом при помощи магии, но какой в этом смысл, когда люди придумали такую удобную аппаратуру?

Немного замедлил работу сердца и кратковременным импульсом заставил внешнюю оболочку камня раскрошиться. Те самые шипы, созданные им из солей кальция, успели впиться в перикард, а значит просто вытаскивать их будет слишком опасно.

По рукам прокатилась волна серой энергии, уничтожая всю живность на коже, после чего приступил к извлечению. Поковырял пальцем в сердечной сумке, пожмакал легкие. Никогда не мог удержаться от такого, и раз уж вскрыл грудную клетку — пожмакать легкие попросту обязан. Они классные, мягкие, как губка…

Со стороны это выглядит непрофессионально, но и я прилюдно таким никогда не занимаюсь. А все свидетели в такие моменты обычно находятся без сознания.

Достал из сердца пару шипов и выкинул их на пол, затем подчистил шипы, которые застряли в легких, а вот часть аорты пришлось удалить. Камень думал, что его будут просто выдергивать из груди и потому намертво врос в стенки крупнейшего сосуда в теле. Если дернуть, начнется сильнейшее кровотечение и всю брюшную полость зальет кровью в считанные минуты.

О, аневризма! По крайней мере, скоро появится… Ладно, подлечим заодно и её, раз уж начал ковыряться.

А еще это солнечное сплетение… Там находится крупный нервный узел, который теперь со всех сторон окутан отростками этого мерзкого камня.

Нет, ну почему, действительно, просто не засунуть камень в задницу? Насколько бы это упростило мне работу…

Впрочем, так даже интереснее. Проковырялся, наверное, часа два. Даже не следил за временем, настолько увлекся старой доброй хирургической операцией.

И вот, теперь я сижу в кресле и держу в руках то самое подобие философского камня. И всё-таки этот артефакт из другого мира, явно не самоделка. Вопрос, откуда он у паренька? Так, с этим вопросом можно разобраться и позже. А что делать с охранниками? Отлежат ведь себе все места… Просто они, как стояли, так и прилегли, не было времени выбирать удобное положение.

От мыслей отвлек телефонный звонок. Посмотрел на экран, а там Гагарин-старший. Смог узнать, что я проник в один из его секретных бункеров? Да вряд ли, гуси не позволили даже нажать тревожную кнопку и заранее отключили видеонаблюдение.

— Да-да? — ответил я на звонок.

— Гм… Михаил… — пробасил Гагарин-старший. — А можно вопрос касаемо твоей специальности?

— Конечно, это я всегда за, — пожал я плечами. — Все-таки обострился простатит?

— Что? А ты откуда… А, впрочем, неважно, — вздохнул мужчина. — Я хотел поинтересоваться, берешься ли ты за крайне тяжелые случаи, когда человек при смерти и ему не помогает ни наша медицина, ни иномирные лекари, ни артефакты? И главное, возможно ли сохранение диагноза в тайне?

— Конечно, я умею хранить секреты! Медицинская тайна — это важнейший пункт свода правил Орде… Кхм… Содружества лекарей, — чуть не сболтнул лишнего. — Хотя там есть исключения. Но ведь в вашем случае наверняка не какой-нибудь философский камень внедрен в тело человека, верно? А то это уже другое, все-таки эксперименты с душой — дело мерзкое и запрещенное. Так что, конечно, я готов помочь!.. — подождал пару секунд и послушал тяжелое сопение. — Граф? Так в чем проблема, все-таки простатит, да?

Еще некоторое время он молчал и громко сопел в трубку, не в силах придумать, что мне ответить. Ведь мой диагноз-то тоже правильный, с этим не поспоришь.

— Ладно, я понимаю, это не телефонный разговор, — решил сжалиться над ним и услышал, как Гагарин облегченно выдохнул. — Уверен, я смогу помочь. Гарантированно.

— Ну… Тут такое дело… — замялся он. — Там всё действительно непросто. Я бы так не обещал сразу, на самом деле.

— Ладно, вот смотрите, объясню на пальцах, — улыбнулся я. — Я люблю самолеты. Инновационные, технологичные, продвинутые, необычные, а лучше большие и грузоподъемные. Ну слабость у меня к такой технике, ничего не могу с собой поделать. Корабли не люблю, а самолеты — это моя страсть. Так вот, если вы тоже любите самолеты, значит, мы с вами на одной волне. И в таком случае я вытащу даже философский камень из задницы!

— Кхм! — поперхнулся Гагарин. — Ну вообще-то не из зад… Эмм… В общем, я понял. И да, самолеты я тоже люблю.

— Ну вот и договорились, — пожал я плечами. — Сделка заключена, а значит… — прервал разговор для того, чтобы сфотографировать себя на фоне Гагарина-младшего.

* * *

Гагарин-старший вот уже несколько дней не смыкал глаз. Все разработки остановились, и мысли мужчины были направлены лишь на решение проблемы с сыном. А еще на сожаление о произошедшем.

Не уследил… Но кто мог знать, что такое может случиться? Никто о подобном не предупреждал, и даже лучшие ученые не предполагали такого.

А ведь всё было как всегда… Не так давно граф смог выкупить за огромные деньги один могущественный артефакт, который должен был помочь в разработке новейшего тяжелого бомбардировщика. Такого, аналогов которому нет и не будет в ближайшие десятки, а то и сотни лет! Задумка была прекрасная, да и артефакт этот оказался действительно мощным.

Его планировали внедрить в самолет и подключить к нему управление защитными системами. Энергии там хватит и на защитный экран, и на наведение пушек. Вот только случилась страшная неудача.

Младший сын нашел этот артефакт раньше, чем его успели внедрить в технику. И тут оказалось, что этот артефакт не так прост, как казалось раньше. Парня нашли, когда он уже был без сознания, и восстановить картину произошедшего удалось только со слов слуг, которые случайно видели, как паренек общается с мерцающим камнем. Они-то думали, что это какая-то новая секретная разработка Рода Гагариных, потому с лишними вопросами к нему не лезли.

Спустя какое-то время паренька смогли пробудить на пару минут и после короткого расспроса он рассказал, что артефакт обещал ему невероятную силу, безграничную власть и могущество. Камень затуманил разум молодого графа и тот приложил его к груди. А следом артефакт, словно раскаленный шар, прожег дыру и проник внутрь, оставив после себя лишь обугленную рану.

С тех пор и началась борьба за жизнь молодого наследника. Граф использовал все свои возможности, созвал лучших независимых лекарей, закупил самые редкие и дорогие артефакты, но всё было без толку.

Можно было обратиться к более известным специалистам или даже к императорской лекарской службе, вот только эксперименты с подобными артефактами… Дело в том, что их категорически запрещается использовать на людях. Так-то в самолет можно засунуть, что угодно, но как доказать потом, что никто не собирался использовать философский камень на молодом графе?

Если кто-то посторонний узнает диагноз, эта новость разлетится по всей стране и о репутации можно будет сразу позабыть. А ведь эту репутацию Гагарины зарабатывали не одно поколение, и за все это время они не совершили ни одного подобного проступка. Потому пришлось действовать своими силами.

Последний лекарь, который прибыл аж из другого мира и потребовал за свои услуги целую гору золота, выбежал из комнаты в ужасе и долгое время не мог выдавить из себя ни слова.

А спустя два часа, после пяти литров ромашкового чая и фляги с корвалолом, он все-таки поведал о произошедшем там. Лекарь хотел начать процедуру извлечения, но стоило ему коснуться тела парня, как философский камень обратился к нему. Он рассказал иномирцу всё, даже самые потаенные секреты и подробности его жизни, а затем смог аргументированно объяснить бедолаге, почему того можно смело считать кривым, косым и тупым.

Собственно, на этом надежда сохранить репутацию пропала окончательно. Гагарин-старший не собирался вот так просто сдаваться и хотел спасти сына любой ценой, потому, когда сыну стало еще хуже, нашел в себе силы обратиться за помощью.

А кто считается лучшим лекарем во всей Империи? Это теперь каждый знает, ведь фамилия Рода Булатовых в последнее время всегда на слуху.

В любом случае, выбора уже не осталось. Потому граф взял телефон, некоторое время просто смотрел в экран, после чего нажал на нужную фамилию в списке контактов.

И что, в итоге? Согласился! Разве что по каким-то причинам постоянно говорил про простатит и философский камень. Поначалу Гагарин подумал, что у Булатова просто игривое настроение, но вскоре все встало на свои места.

Ведь сразу после того, как они договорились, Михаил прислал фотографию с изображением себя на фоне спящего и вполне здорового с виду сына.

Мужчина хотел уточнить, какого хрена вообще происходит, но следующая фотка поставила окончательную точку в разговоре и вопросов больше не осталось. Гагарин увидел фотографию, комнаты, в которой пол сплошь усеян лучшими охранниками. Правда, даже так видно, что они спят и никаких повреждений на них нет.

Ладно, один вопрос у него все же остался. Гвардия спит, такое бывает, пусть и крайне редко. Но почему наследник-то спит в обнимку с розовым мишкой? Ему уже скоро восемнадцать! Да и откуда этот плюшевый медведь в тайном бункере?

В любом случае, Гагарин собрался буквально за минуту и когда вышел на крышу своего особняка, его личный борт уже стоял с запущенными и разогретыми двигателями. Так что стоило ему пристегнуться, как самолет рванул в сторону бункера на самой максимальной скорости.

* * *

Граф прибыл в наше сонное царство даже быстрее, чем я ожидал. Думал, у меня еще будет минут тридцать на распитие редчайших сортов вин, но увы…

— Здравствуй, Булатов, — кивнул мне Гагарин. — Прости, что вот так сразу перехожу к делу, но мне очень интересно, каким образом и почему ты сюда прибыл.

— Так просто гулял рядом… — пожал я плечами. — Иду такой, грибы в лесу собираю. Вдруг принюхался, а от горы запретным артефактом пахнет! Вот и пошел проверить, а тут такое… А еще я знаю, что вы Род важный, бережете своих. Ну и самолеты у вас классные, разработки интересные. У меня, например, пока не получается нормальный самолет построить, а вы, вон, чуть ли не раз в неделю новую модель придумываете! — сделал небольшой глоток красного вина и прикрыл глаза от удовольствия. — Зато я умею людей лечить. Да и разведка у меня хорошо работает.

— Будет тебе самолет! — вздохнул Гагарин. — Спасибо тебе, искренне… — он нахмурился и некоторое время думал о чем-то своем, тогда как я спокойно допивал вино. — А я могу сейчас увидеть сына?

— Да пожалуйста, — пожал я плечами и поставил бокал на столик.

По пути нам попадались спящие гвардейцы, но я попросил их не ругать. Все-таки у них, и правда, не было выбора, сопротивляться архимагистру бесполезно, и порой даже вредно для здоровья.

А пока шли, Гагарин рассказывал мне о своем сыне. Мол, тот слаб духом, не умеет сопротивляться ментальному давлению. Его стезя — создавать чертежи, также он любит играть на скрипке, рисовать, читать. А еще одна из слабостей младшего наследника — это лошади. Он готов часами ухаживать за ними, вычесывать, намывать ароматными шампунями.

В общем, война — это явно не про него. Да и главой Рода ему вряд ли удастся стать, ведь даже лицо у парня, как у четырнадцатилетнего, хотя ему уже почти восемнадцать.

— Кажется, в жену пошел, — тяжело вздохнул мужчина и отворил дверь комнаты. Вот только зайти так и не смог, замер в проходе и уставился на своего сына.

— Папа-а-а-а! — радостно пробасил Гагарин-младший, после чего подскочил с постели и рванул к отцу. От объятий захрустели кости, и бедного графа замотало, словно тряпичную куклу. Он даже не сопротивлялся, не в силах отойти от шока. Ведь еще недавно его сын был щуплым, низкорослым и выглядел, как школьник. А теперь это здоровенный детина с пышной черной бородой и двухметровым ростом.

— Тут такое дело… — я решил внести немного ясности. — Просто в артефакте содержались души и они оставили некоторый отпечаток. Но я могу всё убрать, если надо!

— Не-не-не… — просипел Гагарин-старший. — Только ребра мне подлечи, пожалуйста… Дирижабль дам!

Отправить