Глава 10

Вот никогда не пойму… Почему? Почему бутылка заканчивается так быстро? Ведь была еще половина… Я налил всего пару стаканчиков, и всё, вот уже последние капельки…

В попытках разгадать эту тайну, я изучил сначала бокал, а затем переключился на бутылку. Вот оно! Так и знал, что разгадка близка. Дно этой паршивой бутылки оказалось вогнутой формы, и вогнули его чуть ли не до середины. Так что снаружи она выглядит большой, будто там плещется, по меньшей мере, литр этого прекрасного напитка, тогда как на самом деле…

Иногда жалею, что я не магистр-проклинатель. Или, на худой конец, хотя бы ученик… Наслал бы порчу на того, кто придумал дурить так людей. Он бы сейчас икать начал, или еще что поинтереснее. Если не изменяет мне память из прошлого мира, нам в академии рассказывали о магии проклятий. В них самое главное, чтобы жертва заслуживала это самое проклятие. Кого-то со стороны, хорошего человека с чистой душой, просто так не проклясть. Честность — это если и не единственный, то как минимум, самый надежный оберег от подобной магии.

На улице где-то вдалеке раздались взрывы, и в особняк забежало несколько бойцов. Хотя тут внутри, и без того было довольно многолюдно, ведь слуг я так и не выпустил.

Пришлось снова подниматься на ноги и идти… Взрывы вдалеке — это точно Черномор. По данным от голубя, он уже пробился на эту территорию, и теперь постепенно прорывается в сторону особняка. И пусть большая часть войск сейчас здесь, но даже тех сил врагу пока хватает для замедления моих гвардейцев. И кто я такой, чтобы не помочь своим людям? Тем более, что уже немного отдохнул, отъелся печеньем, что было спрятано в ящике рабочего стола купца. Вот, собственно, и всё. Надо будет на кухню заглянуть, повара там до сих пор на своих рабочих местах находятся, может чего и приготовят.

Поднявшись, первым делом направился вниз. Сейчас группа из пяти бойцов заняла гостиную. Они о чем-то переговариваются, обсуждая те растерзанные трупы, что я специально разбросал при входе. Мёртвым уже плевать, в каком состоянии их тела, а на живых это должно произвести неизгладимое впечатление.

И таки да, произвело. Теперь они сидят и думают, что в особняке завелся жуткий монстр, который буквально рвет людей на части. Да-да, именно это я и пытался показать. А еще крови набрызгал на стены, чтобы картина выглядела совсем достоверной.

— Зомби! — воскликнул один из них, стоило мне показаться в проходе. А вот это обидно было сейчас.

Ну, торчит у меня меч из груди, и что же? Будто с такими ранами не живут. Может, мне просто некого попросить его вытащить?

Разговаривать с ними или как-то убеждать в том, что я не зомби, не стал. Быстро спрятался за диваном, и стал выпускать во врага короткие очереди, прямо сквозь него. Автомат и патроны подобрал как раз по пути сюда. Огнестрельного оружия здесь было в достатке, ведь по мою душу сюда пришли не с голыми руками. Среди охранников Одаренных было довольно мало, так что этот недостаток купец компенсировал мощным оружием.

Стрелять по биению сердец — одно удовольствие. Они пытались отвечать мне, вот только, когда ты не видишь врага, а он тебя вполне чётко ощущает — ни о каком честном бое не может быть и речи. С другой стороны, пятеро на одного — это тоже не совсем честно.

Так и стрелял в них, то и дело меняя один магазин за другим. Делать это так ловко, как мои гвардейцы, я пока еще не научился, но раз уж попал в этот мир, досконально изучил местное оружие. Ведь знания, сохранившиеся в этом теле, были крайне поверхностными. Нет, конечно, я мог отличить пистолет от гранатомёта, но не более того. Теперь же даже некоторые модели винтовок знаю, и главное, понимаю их отличия.

А еще патроны бывают разные… Видов достаточно много. Есть и те, что предназначены для бронированных воинов, другие направлены на то, чтобы наносить максимальный урон голому мясу. И самые дорогие и интересные — это те, что направлены на максимально быстрое истощение барьера Одаренных или магов. Такие, в основном, используются против иномирцев, и то, лишь специальными карательными отрядами по борьбе с порталами сопряжения.

Что-то я задумался. Хотя, почему нет, ведь противник остался лишь один. Он единственный, кому удалось выжить после нескольких моих выстрелов, и даже смог найти себе нормальное укрытие, спрятавшись за камином.

— Сдавайся! — крикнул он, не найдя, что еще сказать. — Здание окружено, у тебя еще есть шанс выжить! Просто брось свое оружие, и наши медики окажут тебе помощь!

В ответ я лишь рассмеялся.

— Сам себе противоречишь! — хмыкнув, выдавил я из себя. — Сначала говоришь, что у меня есть шанс выжить, а потом угрожаешь вашей местной медициной!

Он ничего не понял, но воспринял мой ответ, как отказ. Потому вскоре послышался знакомый звук. Откуда он мне знаком… Что-то такое точно слышал, вот только никак не вспомню… А, точно! Граната!

Вспышка ослепила меня, в ушах послышался звон, а сам я, если верить ощущениям, отправился в полет. Граната… Но довольно необычная. Какая-то усиленная, увеличенной мощности взрыва, и с дополнительным эффектом оглушения. С десяток осколков вонзились в мое тело, а меня самого отбросило к противоположной стене, да и вообще, разворотило полкомнаты. Затем я почувствовал, как ударился об пол, и все звуки стихли.

* * *

Доберин долго пытался собрать в голове картину произошедшего. Он часто видел жестокость этого мира, да и сам с удовольствием творил эту самую жестокость. Убивал, пытал людей, заставлял их делать так, как велит его наниматель. Но такое…

Он, как и все прочие бойцы, был поднят по тревоге. Его зона ответственности распространялась только на небольшой порт во владениях купца. Правда, это была основная работа, но Доберин любил ходить на подработки. Оплачивались они отлично, да и работа была несложной. В основном, похищать каких-то слабаков, пытать их, и заставлять изменять решения. Например, надо Напрудину снести пару жилых домов, и на том месте построить торговый центр. А жильцы не хотят съезжать, или вовсе, требуют достойную компенсацию за их жилье. Тогда в гости приезжал он, и почти всегда эта проблема решалась очень быстро.

Сейчас же Напрудин предложил особенно жирную награду. А всего-то надо — устранить графа, что засел в его особняке. Поначалу Доберин даже не понял, за что, вообще, такая большая сумма. Ведь граф этот — всего лишь лекарь. Таких устранять — одно удовольствие, они никогда не могут оказать должного сопротивления.

Так что, взяв с собой небольшой отряд, он сразу направился в дом. Не повлияли на него и предупреждения других охранников. Они говорили, что в особняке творится какая-то чертовщина, и все прежние отряды до сих пор не вернулись.

— У меня для этого есть свои методы, — улыбнулся тогда он, и смело зашел внутрь.

А вот с этого момента всё пошло не так. Сначала эти стены и потолок, сплошь забрызганные кровью. Оторванные части тел, что даже на люстре висели… В общем, боевой пыл довольно быстро иссяк, и они сразу рванули в гостиную. Зал просторный, и подойти незамеченным к ним не получится.

Некоторое время они обсуждали, каким образом им стоит отступить, чтобы и свои жизни сохранить, и не попасть на наказание за трусость. Но договориться так и не смогли, ведь вскоре на лестнице в холле послышались шаги, и появился он.

— Зомби! — воскликнул один из бойцов, и резко побледнел. Ведь в гостиную, и правда, зашел странный человек. Из его груди торчало острие меча, а из спины рукоять.

Зомби этот оказался неразговорчивым, и спустя пару секунд, не успели бойцы даже среагировать, как он скрылся за массивным диваном. А затем начал стрелять без промаха, поражая одного за другим. Те тоже пытались отстреливаться, но вслепую. Они изрешетили диван, но так и не попали в противника.

А пока шла перестрелка, Доберин, он же командир этого отряда, и единственный Одаренный среди всех, решил спасти свою жизнь и спрятался за камином. Только его невозможно пробить мощными винтовочными пулями, другие же преграды прошиваются насквозь прекрасно.

Сейчас в его голове крутилась одна единственная мысль. Он хотел жить. И плевать ему было на подчиненных, главное — выбраться отсюда живым. Так что он решил использовать свой последний аргумент. Граната, причем, крайне дорогая. Он носил ее на всякий случай, и рассчитана она на то, что даже может пробить доспех сильных Одаренных. А если и не пробить, то как минимум оглушить на какое-то время.

Он бросил эту гранату, понимая, что все его подчиненные теперь точно умрут. Но подобное его не волновало. Раздался взрыв, сам он чуть было не потерял сознание от ярчайшей вспышки и дикого грохота.

После взрыва он выбежал из-за укрытия. Как и ожидалось, этого странного лекаря тоже задело. Его отбросило в другой конец комнаты, и теперь он неподвижно лежал на боку.

— Жаль, за живого заплатили бы больше, — вздохнул Доберин, немного попинав изрешеченный осколками труп ногой.

— А мне-то как жаль! — отозвался труп, и схватил командира за ногу, до хруста костей впившись пальцами в голень. Раны на теле «трупа» начали стремительно зарастать, а осколки стали выпадать, и со звоном сыпаться на кафель. — Такую гранату, и так бездарно просрать.

В глазах Доберина появился животный ужас. И он многократно усилился, когда мужчина понял, что не может сделать и шага. Его ноги парализовало, и он начал заваливаться на пол. Тогда как на полу лежал и улыбался тот самый «труп». Он лишь повернулся на спину, выставив наверх торчащее из груди острие меча, на которое наемник и напоролся.

* * *

Интересно, сколько стоила та граната? Жаль, так бездарно взять и выкинуть столь полезную штуку. Ею можно поразить сразу отряд иномирских воинов, и потом спокойно собрать с них артефакты. Или даже сильного Одаренного оглушить на секунду. А за эту секунду можно сделать, ой, как много…

Теперь я оказался в еще более плачевном положении. Там, около входа, появилась новая группа самоубийц, состоящая из шести человек. Сейчас они заходят внутрь, и собираются ворваться в гостиную. А я тут лежу, без оружия, да еще и сверху придавленный тяжеленной тушей этого идиота. Он нанизался на торчащий из моей груди меч. Надо будет взять этот способ на вооружение потом. Довольно удобно, когда у тебя есть оружие, которое никто не сможет отнять. Правда, расположение не самое удобное, но всё это мелочи.

Стоило мне откинуть от себя труп и встать на ноги, как я ощутил биения сердец, которые направлялись в мою сторону. Могу поспорить, что это подчиненные этого утырка, который смог меня ранить. Хорошо, что я был готов и не на такое, а иначе даже не сунулся бы к этому купцу. Я, если честно, предполагал, что будет намного тяжелее, так что жаловаться не буду. Но если кратко, то Архимагистра уже очень давно так не кидало по жизни…

Когда я смог услышать не только сердца, но и тяжелые шаги, то все было готово. Я залечил не все свои раны, а только те, которые были внутри. А вот внешне, да, видок у меня тот еще. Везде множество мелких зажаренных дырок, и кровь, стекающая по моему телу. Правда, с кровью я переборщил… Но да ладно, может прокатит. Когда они ворвались вовнутрь, то я уже лежал, изображая из себя трупа, рядом с их командиром. К слову, меч из моей груди так и торчал… Заберу его себе на память, как сувенир.

Как я и думал, это были подчиненные этого мужика. Ведь они стали искать его, и очень быстро нашли, а потом очень расстроились.

— Сука! Не успели… Зачем же вы так… Вперед! — проговорил один из людей, и в голосе его послышалась горечь.

— Оставь, Вань… — попытался успокоить его другой.

Он лишь кивнул, что я и увидел через мертвые открытые глаза. Дальше они стали осматривать все помещение, и таким образом наткнулись на меня.

— Он тут! Труп! — отчитался один из них, указав на меня.

— Да хватит уже хоронить меня раньше времени! — не выдержал я. Ну, а что, в самом деле, достали! Я думал, что они быстрее меня найдут. А пришлось лежать дольше, чем мне хотелось.

От шока гвардейцы отойти не успели. Я не просто так тут лежал, а создавал внутри себя заклинание «последний рывок». Да, для обычного человека этот рывок, и правда, последний. Заклинание заставляет мобилизовать все ресурсы организма, и значительно усилить его для атаки или рывка. А спустя минут десять внутренние органы попросту разрушатся. Понятное дело, если вовремя их не подлечить.

Для кого-то это было бы мерой отчаяния, но для меня… Ну, назовем это костылем. Можно сказать, ситуация располагает «взять у своего тела взаймы».

И я взял. Незаметным глазу движением подорвался с пола и тут же врезал первому гвардейцу. Незамысловато, просто кулаком в лицо. Проломил несколько костей, и заодно открыл внутричерепное кровотечение. Он не успел коснуться пола, когда второго я резко дернул за руку, разрывая плечевой сустав. Очень болезненная штука, но сделать такое можно только неожиданно, и если у тебя хватает на подобное сил. У меня хватило. Вот только даже закричать от боли гвардеец не смог, ведь в следующее мгновение кулак врезался ему в глотку, завязав дыхательные пути в узелок. Ну, не в узелок, конечно, но теперь там каша. Не жилец он, вообщем.

Следующих троих просто расстрелял из добытых только что двух автоматов. Последний рывок ускоряет не только тело, но и разум. Незначительно, но всё же хватает, чтобы криво-косо стрелять с обеих рук. Видел такое в фильме, и там… это было чуть более эффектно. А как перезаряжать? Руки-то заняты. Пришлось бросить автоматы, выхватить на поясе у одного из них нож и броситься в ближнюю атаку. Ближайший ко мне гвардеец даже не успел навести на меня ствол. Нож вонзился меж ребер по самую рукоять и пронзил сердце, а массированный выброс целительской энергии вызвал мощнейшую вспышку боли. Нет, получить ножом в сердце, и так довольно неприятно, но столь крепкого бойца, таким образом, не выведешь из боя в ту же секунду. Еще некоторое время будет пытаться стрелять, а мне это не нужно.

В итоге, действие моего заклинания начало ослабевать, когда остался всего один живой гвардеец. Да, оно могло действовать примерно десять минут, вот только состояние организма и без того оставляло желать лучшего. Так что я сам стал сворачивать эту лавочку, как можно быстрее.

Причем, гвардеец-то живой, но не совсем здоровый. Он получил несколько пуль еще в самом начале, когда я беспорядочно палил сразу из двух автоматов. Теперь бедолага лежит и корчится от боли, не представляя из себя никакой опасности.

— Пойдем, что ли, поговорим, — вздохнул я. А ведь уже собирался добить, но очень уж он молодой, чтобы вот так забирать у него жизнь. — Есть шанс, что выживешь…

В глазах парня появился огонек надежды, но всё равно смотрел он на меня как-то недобро. Правда, всё оружие я у него забрал, и теперь, взяв за ногу, потащил в другую комнату. Здесь всё разрушено, и самое главное, нет еды… А она мне сейчас очень необходима.

Утащить его я решил в подвал. Там как раз была подсобка, в которой хранились продукты, так что я смогу сделать два дела разом. Правда, пришлось выгнать из этой подсобки пару притаившихся там слуг. А одного выкинуть, ведь он, увидев меня, сразу потерял сознание. И чего ему мой вид так не понравился?

— Ну, рассказывай! — ткнул я пленника в бок ногой, и откусил немалый кусок от булки хлеба. Ммм… Свежая. Углеводы сейчас лишними точно не будут.

Вот только пленник оказался неразговорчивым. Он всё также злобно смотрел на меня, и не спешил делиться информацией.

— Хочу напомнить, что я предлагаю тебе жизнь… — помотал я головой и снова откусил кусок.

Пленник всё равно молчал. А так как рот у меня был занят, и сила убеждения словами пока недоступна, то решил замотивировать его иначе. Тело гвардейца выгнулось от сильнейшей вспышки боли, он что-то невнятно закричал, и только тогда я снова отключил боль.

— А что рассказывать? Что… конкретно? Хоть вопрос задай… Те… — выдавил он, стоило немного прийти в себя.

Ой, точно! Про вопросы я совсем забыл, но и он мог хоть что-нибудь рассказать.

— Ну, всё рассказывай! Например, сколько вас здесь, почему на тебе форма гвардейца, но при этом все нашивки сорваны? Кому служишь, как оказался здесь, в имении купца. Вопросов то до вечера придумать можно. А пока я ем, отвечай, — булка закончилась, и я начал уже заглядываться на сырое мясо. Но нет, начну пока с овощей, их мне как раз не хватает.

— Гм… — видно, что парень не хочет рассказывать, но стоило мне поднять бровь и потянуться к нему рукой, как сомнения испарились в ту же секунду. — Да скажу я, скажу! — поднял он вверх уцелевшую руку. Вторая была прострелена, и даже повреждена кость, но не умрет, ведь кровотечение я остановил еще по пути сюда. — Нас тут семнадцать человек… было. И служим мы графу Златонравину.

Впрочем, так и ожидал. Кому еще могут служить эти люди, если по вопросу купца ко мне обращался именно этот граф. Присутствовали они здесь для охраны самого купца, ведь по словам пленника, он довольно выгоден графу. Постоянно выполняет его какие-то тёмные делишки, с которыми аристократу лишний раз лучше не связываться. Никаких подробностей, конечно, но парень действительно выдал всё, что знал по этому вопросу. Также в их обязанности входила и слежка за купцом. Впрочем, и наш с ним разговор они прослушивали, а затем должны были передать информацию графу. Но что-то пошло не так, и разговор пошел явно не в ту сторону.

В общем, это навело меня на мысль, что отпускать меня вовсе не собирались. Даже если бы я отдал «костюм», замок, рудник, и вообще все мои земли и деньги, меня тут же и прикончили. А то и вовсе, получив выгоду, продали бы виконтессе. Впрочем, а чего еще ждать от подобной твари? Жаль только, что купец смог уехать… Сейчас он отсиживается в резиденции графа под защитой его гвардии, и достать его не выйдет в любом случае.

— Ур! — во время допроса за дверью послышалось настойчивое урчание. Голубь достал мой телефон из здания охраны и принес его мне. Так что пришлось подняться и открыть дверь. Пернатый важной походкой зашел внутрь, посмотрел на гвардейца, как на говно, и с гордым видом передал мне телефон.

— Молодец! Теперь неси арбалет, — указал я на вход, но у голубя аж клюв раскрылся.

— Урур? — покрутил он пером у виска, мол, странное задание. Но я лишь помотал головой.

— Я тебя что, зря усиливал? Ну, сам придумай, как его принести. Мне нужно оружие, — даже интересно, как он справится с этой задачей.

Голубю ничего не оставалось делать, так что еще немного недовольно поурчав, он отправился выполнять задание. Я же продолжил допрос. Потому уселся напротив пленника, взял с ближайшего стеллажа помидор и впился в него зубами.

— Так, а когда мне стоит ждать этого твоего графа и его армию, если захвачу это имение?

— Хах! — усмехнулся он и закашлялся. Да, легкое пробито, особо не похохочешь. — Простите, конечно, граф. Но сначала надо захватить. А шансов на это у вас…

— Я тебя не о шансах спрашиваю. Просто будущее увидел, потому и спросил, — улыбнулся я. Он сразу изменился в лице. Правда поверил, что я могу видеть будущее? Впрочем, удивить его я уже успел, так что теперь он поверит в любую мою белиберду.

— Думаю, недели через две. Плюс-минус пара дней… — прикинул он. А я аж жевать перестал.

— В смысле? А чего так долго? — даже помидор в горло не полез. Ведь это совсем другое дело! Все планы изменились с быстрого разграбления и эвакуации на медленное, размеренное и поступательное разграбление и неспешную отправку домой.

— Так он в столице сейчас…

Разговор с пленником затянулся. За это время я успел пару раз отбить очередные атаки, пострелял из окон, и до отказа забил живот всевозможными вкусностями. Пришлось поваров попросить сделать что-то мясное на скорую руку, и после быстрого обеда даже захотелось предложить им пойти ко мне на службу. Но нет, шпионы мне не нужны. То, что подложат яд в еду — это не беда, выведу, главное, чтобы от этого вкус не испортился. А вот если будут передавать секретную информацию врагу — это плохо.

В общем, пришлось еще немного поговорить с пленником. Ведь информация о враге показалась мне важной. Сам граф прибудет через две недели, и то, не факт. С ним будут основные его силы, справиться с которыми… Это имение явно того не стоит. А вот часть гвардейцев, что находятся в его имении здесь, под Архангельском, могут прибыть и через два дня. Точнее, могут и сразу, но по словам пленника, Златонравин — очень аккуратный и опасливый человек. Параноик, в общем. И нападет он лишь в том случае, если будет точно уверен в своей победе.

Например, когда он отдал приказ заманить меня сюда, уверенность в безопасности этого мероприятия была более, чем стопроцентной. Что может сделать лекарь, да еще и без оружия? По местным убеждениям — совершенно ничего. Как и его гвардия, ведь линии обороны от вторжения извне здесь построены прекрасно. Еще получил информацию о графе. Сам он из столицы, все его силы и имущество там. Тут у него лишь находится летний домик и небольшой клочок земли. Златонравин очень любит отдыхать здесь летом, а также периодически приводит сюда любовниц. Плюс, следит за какими-то тёмными делишками своего ручного купца.

— Ладно, — махнул я рукой. — Ты мне, правда, здорово помог. И самое главное, не пытался врать… — ложь я бы точно почувствовал.

Он открыл, было, рот, чтобы что-то сказать, но не успел. Нож вошел ему в сердце, и на глазах его застыла маска ужаса и неверия. Жизнь постепенно выходила из его тела, руки и ноги обмякли, в взгляд устремился в пустоту. Извини, так надо было.

Когда смерть уже вцепилась в его душу своими костлявыми лапами, я влез в его сознание и начисто стёр воспоминания об этом дне. Он видел слишком много, и потому отпустить его просто так я не могу. Как и стереть память, всё же он Одаренный, и просто так пробить его защиту мне сейчас не хватило бы сил. А пока он находился при смерти, сделать это было куда проще.

Разобравшись с памятью, сразу начал лечение. Восстановил повреждения сердца, легких. Прошелся по всему организму, остановил мелкие кровотечения, и дал организму силы для дальнейшего восстановления повреждений. В сознание он так и не пришел. Да и не придет в ближайшие пару дней, зато потом очнется и не вспомнит, чего тут произошло. А так, всё с ним будет в порядке, в любом случае.

Мог ли я его убить? Мог… и имел на это полное право. Да только он реально мне помог, и я захотел поступить именно так. Я не всегда поступаю, как будет логичнее, а чаще так, как хочется мне. Ведь имею на то право… ну, имел…

Разобравшись с пленником, оставил его в этой же подсобке, а сам отправился наверх. Там, из окон второго этажа открывался прекраснейший вид на имение. Ухоженный сад сейчас превратился в перепаханное взрывами поле, всюду свистят и вспыхивают снаряды, виднеются столпы чёрного дыма, вьющиеся над горящей бронетехникой. В общем, весело. А те, кто окружил особняк, сейчас разворачиваются в сторону приближающейся гвардии Булатовых.

— Черномор! Как у тебя дела? — приложил я трубку к уху, и невольно улыбнулся. Всё же ответил на вызов он раньше, чем ожидал, и потому я успел услышать ругань в свой адрес.

— Михаил! Живой, что ль? — на заднем фоне что-то громыхнуло, и в мои уши снова полился поток ругательств.

— Вы там как? Продвигаетесь? — впрочем, через окно вижу, что уже вот-вот пробьются через последнее кольцо обороны. Правда, зря я близко к окну подошел. — Ой!

— Что? Что случилось? — видимо, не часто я ойкаю. Так что даже Черномор занервничал.

— Да эти снайперы… — помотал я головой и сжал зубы, вытягивая из раны массивную пулю. Даже покров мой пробил, гад такой. — В общем, Черномор. Можете не торопиться, подкрепления у них не будет.

Мы некоторое время поболтали, с небольшими перерывами на перестрелки. Я стрелял из окон, заставляя охрану особняка постоянно смотреть и в мою сторону, и в сторону моих гвардейцев. А Черномор… Ну, он предпочитает или тяжелые пулеметы, или ближний бой. А еще лучше бежать на врага с тяжелым пулеметом в одной руке, и со здоровенным мечом в другой. Зрелище то еще, хочу сказать. Я бы лучше предпочел, чтобы на меня ехал танк, чем он.

Из разговора я окончательно убедился в том, что Напрудин действительно спрятался в имении графа. Так что теперь его оттуда так просто не вытащить. А своим бойцам он приказал никуда не уходить и держать оборону, стоять насмерть за его особняк.

— Ты мне только скажи… — во время очередной передышки задумчиво проговорил старик. — Ты чего там устроил?

— А? — не понял я.

— Ну, нам уже с десяток бойцов в плен сдались. И все, как один, бледные… А еще они обоссались… — он на секунду замолчал. — Они больше боятся происходящего в особняке, чем нас. Даже как-то обидно.

— Всё, Черномор, не могу говорить, — почувствовал, что в особняк зашла очередная группа бойцов. Да и сказать ему нечего. Да, я тут навел красоту, но даже не думал, что это сработает настолько хорошо.

Впрочем, новые враги — новая красота. Грех не воспользоваться таким. Взяв в руки недавно добытый дробовик, отправился в сторону лестницы. Также по пути зашел в кабинет Напрудина и забрал у одного из телохранителей меч. Вот только, пока двигал труп, чтобы снять с него спрятанный в ножнах меч, одна из створок шкафа отворилась, явив мне личный мини бар купца.

Так-так… Надо побыстрее разобраться с теми идиотами, и забаррикадировать вход, чтобы никто меня больше не отвлекал.

* * *

— Р-р-рах! — грозно рыкнув, Черномор взмахнул своим массивным мечом и располовинил сразу двух противников.

Они пытались стрелять в него, но тот просто пробежал открытую местность, прикрываясь оторванным капотом броневика. И параллельно стрелял по их позициям из чего-то убойного и скорострельного. Затем старик швырнул капот в сторону врагов и, продолжая вести беспорядочную стрельбу, вытащил заряженный его энергией меч. Клинок разил наповал даже Одаренных, не помогал им ни покров, ни качественное снаряжение. Даже бронежилеты разваливались на части. Следом за стариком к особняку подбежали десять гвардейцев с гербами Рода Булатовых. Они перестреляли тех, кто еще оказывал сопротивление, и у остальных не осталось никаких причин продолжать сопротивление. Ведь после всего этого на территорию заехал колесный танк и направил на них пушку.

— Всё! Мы сдаемся! — подняли руки вверх несколько бойцов противника, но старик замахнулся мечом, и…

— Черномор! Стой! — остановил его гвардеец. — Их ведь продать можно!

От этих слов старик скривился, всё же он привык убивать врага, а не думать о том, что за него можно получить выкуп. Но вовремя остановился и приказал увести пленников, которых тут оказалось более тридцати штук.

Выглядели они откровенно паршиво. В особняк зайти боятся, а сбежать… так везде самая настоящая бойня, вот им и оставалось сидеть на месте, в надежде, что всех разом не перебьют.

Следом Черномор, взяв с собой десяток бойцов, отправился в сторону особняка. Там могло скопиться немало сил противника, потому действовали они осторожно. Вот только…

— Дверь заперта… Завалена чем-то изнутри, — помотал головой боец, и попытался открыть ее силой. Не вышло…

В конечном итоге, немного подумав, выстрелили в дверь из танка. Послышались хлюпающие звуки, и вошедших внутрь чуть не вывернуло наизнанку. Всюду кровь, части тел, вонь от разложения…

— Сколько они тут лежат? Почему так воняет? — удивленно проговорил гвардеец, но Черномор лишь усмехнулся. Он понял, чьих это рук дело.

Возле каждого окна, в которое можно было пролезть, лежали трупы, и всё вокруг было в крови. Разве что на картины почему-то не попало ни капли, как и на ценную, с виду, мебель. Забрызганы были только стены, потолок и пол.

Бойцы быстро обошли все комнаты, нашли немало запертых в них слуг и вывели на улицу. А те… Половина служанок по пути от увиденного просто потеряли сознание. Другая половина впала в истерику. С мужиками было не намного лучше, выбрались своим ходом лишь пять человек. Да и те, забрызгали потом все ступени особняка содержимым своих желудков. Черномор же продолжил осмотр здания. Граф уже давно перестал брать трубку, и потому старик приготовился к худшему.

— Командир! — вдруг воскликнул один из гвардейцев, что стоял у входа в кабинет купца. — Нашел! — судя по его лицу старику сразу стало понятно, что всё плохо…

Он тут же влетел в кабинет, и убрав оружие подбежал к Михаилу, что развалился по креслу и не подавал признаков жизни. Вся его одежда превратилась в кровавые лохмотья, из груди торчит острие меча, а лица не видно под толстым слоем спекшейся обугленной крови.

— Эх… — тяжело вздохнул Черномор. — Хреново… С ним у нашего Рода был хоть какой-то шанс, а теперь…

— А теперь вытащи из меня этот сраный меч, — прохрипел «труп», открывая глаза. — Спина чешется, сил терпеть уже нет…

Отправить