Глава 9

— Нет, Михаил! Это самоубийство даже для тебя! — Виктория встала в стойку, настаивая на том, что идти войной к этому купцу плохая затея. Совсем плохая…

Графиня всё никак не унималась. Показывала какие-то карты, открывала на телефоне статьи, и даже не поленилась позвонить Черномору, чтобы он убедил меня остановиться.

Правда, я ведь и сам не дурак. Она действительно убедила меня, что тащить гвардию в имение этого купца — значит потерять, как минимум, половину своих людей. И пусть я сказал Черномору готовить бойцов, отправлять их уже передумал. По крайней мере сейчас… Да, земель там кот наплакал. Действительно, совсем небольшой клочок, вот только довольно лакомый. Особняк купца находился на самом берегу моря, и там установлен небольшой причал, способный принять пару торговых кораблей. В общем, всё, если не считать множества укрепленных огневых точек, и пару сотен подготовленных бойцов. Собственно, в этом и была загвоздка.

— Думаю, стоит бросить эту затею. У нас и так врагов хватает, еще и дел невпроворот, — Виктория уселась напротив меня и тяжело вздохнула. — Тимофей передал, что осталось совершить последнюю ходку, и все крестьяне будут за стеной.

— Это хорошо, — кивнул ей. Правда, думал совсем о другом. — Понимаешь, Вик. Я ведь уже сказал тому графу со странной фамилией, что отдам долг. А значит, в любом случае отдам, с процентами. И плевать, сколько там укреплений, раз дал слово, надо выполнять.

В ответ Виктория лишь грустно усмехнулась и помотала головой.

— Ты говоришь точно, как мой отец. Он тоже набрасывался сразу на всех врагов одновременно.

— Так они сами лезут, я не виноват, — развел я руками и улыбнулся.

Поняв, что вести гвардию в атаку я передумал, девушка немного успокоилась, и вскоре отправилась по своим делам. А таковых у нее было немало. Надо постоянно контролировать финансы, смотреть за работой слуг и строителей. Дел в замке было много, благо, рудниками пока занят Черномор. И справляется неплохо, крестьяне не жалуются. Их уже расселили по деревням, осталось только найти и закупить предметы первой необходимости. Правда, тоже постельное белье, как оказалось, мы заранее похитили со склада бандитов. И еще много разной мелочи, что не успел продать Георгий, теперь очень даже нам пригодится.

А я не собирался оставлять нашу с купцом проблему на самотек. Потому, только стоило мне остаться одному, сразу достал телефон и залез в базу телефонных номеров.

— Как там его звали-то… — пробубнил я, пытаясь напрячь память, — А! Напрудин! — эту фамилию мне никто не говорил. Просто прочитал ее в одной из статей, что показывала мне Виктория.

Примечательно, что имение интересующего меня купца как раз расположилось на отобранных у Булатовых землях. Так что тут всё будет честно, если я заберу их обратно.

Теперь я хотя бы понял, почему все знают мой телефонный номер. Найти его оказалось проще простого, надо лишь знать фамилию и, желательно, имя. А так, все базы данных в общем доступе есть. И хоть это очень удобно, но надо понимать, что все звонки могут быть прослушаны. А то и записаны. И использованы против собеседников в суде, если до этого дойдет. Так что лишнего говорить по телефону, в любом случае, не стоит.

— А, Булатов! — послышался недовольный голос на том конце провода. — Если ты позвонил, чтобы попросить прощения, то ничего не выйдет. Ты мне теперь должен, и долг обязательно вернешь! — он сразу перешел к делу. А как же сперва поздороваться?

Впрочем, вежливости я от него не ждал.

— Собственно, я и звоню, чтобы договориться…

— Не по телефону, — сразу перебил он меня. — Приезжай сегодня вечером, так и быть, приму тебя.

— Предлагаю встретиться в ресторане, — предложил я, но в ответ услышал смех.

— Ты не понял? Вечером будь у меня! И приезжай один, — купец явно почувствовал себя королем положения. Кстати, я могу обратиться в имперскую канцелярию и подать на него в суд за неуважительное отношение. Всё же технически он простолюдин. Богатый, обладающий хорошими связями, и сейчас в одном шаге от того, чтобы выбиться в люди.

Обращаться к графу, то есть ко мне, он может только на «вы». И за подобное я могу потребовать с него компенсацию, но это надо судиться, доказывать его вину… За это время его покровитель успеет сто раз ввести сюда свои войска.

— Нет, не могу приехать, — не знаю зачем, помотал я головой. — Один точно не могу.

— В чем проблема? Боишься меня? — прямо слышно, как он сейчас собой гордится. Он думает, что унижает самого графа. Правда, гордость за подобное может появиться лишь у мелких никчемных людей. Впрочем, совсем не удивлен.

— Водить не умею, — пожал я плечами, а тот на пару секунд завис, не зная, что мне ответить.

— Тогда пешком приходи, — заржал он и положил трубку.

Эх, время не уточнил. Ну, да ладно. Теперь эта тварь точно примет меня в гости. Купец, вероятно, знает о моем Даре. Думаю, что его покровитель передал ему всю доступную информацию. И он меня ни капли не боится. Это подтвердили голуби, что сейчас летают над его имением и подробно рассказывают о происходящем там.

А там происходит ровным счетом ничего. Они даже не усилили охрану ни имения, ни особняка. Купец уверен в том, что я сейчас полностью разбит и сижу в тёмном углу, трясясь от страха. Впрочем, от этого одни лишь плюсы. До вечера осталось недалеко, и Виктория снова попыталась меня отговорить. Следом к ней присоединился Черномор, но я приказал приготовить моего верного коня.

И вот снова этот выбор… Сложный выбор между двумя иномирскими скакунами и моим корги-конём. Хотя… не вижу в этом выборе ничего такого.

— Давай, неси меня! — прикрикнул я своему скакуну, и тот быстро засеменил своими короткими ножками.

Правда, пришлось скакать по дороге, ведь если попадется слишком глубокий сугроб, мой конь может в нем увязнуть. Сесть на пузо, как говорят здесь про машины.

Выехал я заранее, сразу после обеда. Причем, поел как я, так и конь. Ему еще заранее я немного изменил пищеварительную систему, сделав свой транспорт по настоящему всеядным. Может есть мясо, может овёс. Кора деревьев тоже сойдет, да и сами деревья, почему бы и нет? Просто придется дольше жевать, и энергии получится не так много. Разве что песок не сгодится, да и камни пока грызть не получится, но это лишь пока. Потом доработаю свое детище, сделаю из него идеальный транспорт.

Хм… Может, крылья ему отрастить? Будет корги-пегас!

Нет, всё же не стоит. Химерология опасна тем, что очень сложно остановиться. И глазом моргнуть не успеешь, а перед тобой страшный неконтролируемый монстр, состоящий сразу из десятков разнообразных животных. И ведь потом этого монстра надо будет как-то кормить, при этом не забывая подпитывать энергией.

На самом деле, имение расположилось не так уж и далеко. Если ехать на машине, можно добраться за каких-то полчаса. Вот только я не на машине, и как бы ни был быстр мой скакун, гнать его на пределе своих возможностей я не собирался. Собственно, потому и выехал заранее.

По пути мы проскочили несколько деревень, въехали на окружную дорогу, что опоясывает весь город, и вскоре навигатор сообщил, что до конца маршрута осталось всего пять минут.

Всю дорогу я любовался открывающимися прекрасными видами. Сразу оценивал, сколько земель у нас отобрали враги, прикидывал, как всё это буду забирать обратно. Фабрики, склады, деревни, леса и поля, даже горы. Род Булатовых когда-то был самым могущественным в этом городе. По крайней мере, вся восточная часть на многие километры принадлежала именно им. Точнее, нам.

Еще я любовался тем, как на нас смотрели люди. Кто-то смеялся, завидев диковинное животное, другие смотрели вслед и крутили пальцем у виска. Другие просто не понимали что это за монстр. Ведь это был не пони. Конь у меня полноразмерный, просто немного низковат.

Свернув с дороги, тут же упёрся в закрытые ворота. Здесь меня уже явно ждали, ведь перед воротами в полной боевой готовности стояло десять бойцов с автоматами. Они сразу направили на меня свое оружие, и убедившись в том, что атаковать я не собираюсь, стали приближаться.

— Слезай! — буркнул мужик, и указал дулом автомата на землю. — И уродца своего прогони, а то смотреть противно.

— А ничего, что перед тобой стоит целый граф? — у меня аж брови на лоб полезли от такой наглости. Они тут что, все повально жить не любят? Если купец еще как-то может выплатить компенсацию за неуважительный тон, то этот обычный солдат… Да еще и слабый Одаренный.

— Я тихо сказал, что ли? Мне срать, хоть принц персидский, слезай, я сказал, — видно было, как ликует этот идиот. Видимо, здесь забава такая, нарваться на аристократа, и тогда в глазах других идиотов ты станешь королем идиотов. Ну, так кажется со стороны.

Но моя цель визита была совсем другой, и потому наказывать их сейчас, демонстрируя свои силы, было бы слишком легкомысленно. Так что я спокойно спрыгнул с коня и повел его за собой. Вот только путь мне снова преградили.

Особо не церемонясь, бойцы стали ощупывать мои карманы, выудили оттуда телефон, и сразу утащили его в свою подсобку. Больше ничего я с собой не брал, ибо предвидел что-то подобное.

Думают, лишили меня связи, и на этом всё? А цепочки рун на моих костях забрать тоже сможете? Даже смешно мне стало от их наивности. Они уверены, что я сейчас разбит, и явно чувствовали, что всё мое тело дрожит, так как краем уха я услышал, как гордо один из бойцов сообщил о моем жалком состоянии по рации.

Но оно и правильно. С перепуганным и загнанным в угол человеком договориться куда проще. Он пойдёт на всё, лишь бы спасти свою жизнь. По крайней мере, так можно сказать о них, слабаках. И судят они обычно по себе.

Следом у меня забрали коня, а затем сопроводили в особняк Напрудина. Ну, что я могу сказать? Огороженная ухоженная территория, вокруг стена с вышками и пулеметными точками. Сам особняк снаружи выглядит не самым богатым, тогда как внутри напротив, всё буквально кричит о свое дороговизне. Купец явно любит роскошь, выставляя на показ каждому гостю свои богатства.

Я еле сдержал улыбку. Теперь не отвертится и не скажет, что он лишь нищий слуга графа.

Думал, что меня проведут в какую-нибудь комнату для приема гостей, но отвели сразу в рабочий кабинет купца. Расположился он на втором этаже, и после ступенек пришлось пройтись по длинному коридору.

— Жди! — буркнул один из моих сопровождающих и зашел в кабинет Напрудина. Я же остался в компании еще двоих вооруженных солдат.

Ох, тяжело. Очень тяжело сохранять бледный испуганный вид, и не начать убивать здесь всех без разбора.

Нет, я поговорю. Надо поговорить с этой мразью, посмотреть на него, оценить. Но сдается мне, мирным путем я отсюда уже не выйду. Даже если он предложит какое-то адекватное решение нашего конфликта, за подобную наглость простить я его точно не смогу.

— Эй! Чего, ноги не держат? — я немного качнулся, и слегка коснулся плеча сначала одного бойца, а затем и второго.

Ничего им отвечать не стал, и просто уставился в стену. Процессы запущены, большего мне и не надо. Эти двое скоро умрут. Они, хоть и прекрасно вооружены, но единственная защита от моих сил — это Дар. Только Одаренные могут хоть как-то сопротивляться моим вмешательствам. Да и то, далеко не все…

Спустя полчаса оба они поймут, что с ними происходит что-то неладное, но будет уже слишком поздно. У одного начнется отторжение кожи, а второй… Отмирание кишечника, казалось бы, ерунда. Но это очень, очень больно. И неминуемо приведет к смерти. Просто закупорил несколько сосудов так называемой брыжейки, это было слишком легко.

— Заходи! — небрежно кивнул мне тот, что вышел из кабинета купца. Я немного завис, и ему пришлось втолкнуть меня в помещение. Да, теперь ты тоже умрешь. Но чуть быстрее и чуть болезненнее.

— Теперь не такой смелый, да? — я, наконец-то, смог увидеть того самого Напрудина. Имя не уточнял, да оно и не надо мне. Эта тварь долго не проживет, даже несмотря на то, что имеет какой-то Дар. Причем, даже средний!

Полный, крупный мужчина. Метра два ростом, и килограмм, наверное, сто пятьдесят. Голова с крупной проплешиной, лицо обвисшее, и конечно же, под ним висит три подбородка.

Одет купец с иголочки, но максимально безвкусно. Какой-то дорогой коричневый костюм, белая расстегнутая рубашка, расслабленный галстук, и рядом на столе лежит шляпа-цилиндр.

Ну, и, конечно, диагностика. Сахарный диабет, ожирение, гипертония. Ух, сколько умных слов нахватался, сам половины не понимаю! Одаренный, он хоть и средний, но магические каналы забиты магическим дерьмом, так что использовать его вовсю силу он точно не может. И да, преимущественно он физик, но также есть слабая предрасположенность к магии металла. Редкий Дар, и непонятно, как он к этому идиоту попал. Помимо него, в кабинете находились еще люди. Тоже вооруженные, и средние Одаренные. На поясах у каждого висело по клинку и пистолету, и одеты они были немного иначе, чем обычные бойцы на территории особняка. Видимо, его личные телохранители.

А вот сесть мне не предложили. Сейчас этот здоровяк ехидно пялился в мою сторону, получая неописуемое удовольствие от собственного положения. Мол, он король положения, и может делать со мной всё, что хочет.

— Ну, вот он я! — развел я руками, и подошел к приглянувшемуся мне креслу. Правда, оно повернуто боком к столу купца, но это меня никак не смутило. Уселся и принялся наливать себе дорогую, с виду, выпивку в бокал.

У того аж глаз задергался, но успокоился он быстро.

— Ты понимаешь, насколько крупно влип? Надо знать, кому можно перейти дорогу, а кому нет, — заговорил Напрудин. — И вот сейчас ты явно перешел в неположенном месте.

— Правда? — удивился я. — А как твои люди оказались на моей земле? — я сделал глоток и прикрыл глаза. Да, хорош напиток. Крепковат, правда, но какой вкус…

— Ахах! — затрясся всеми своими складками толстяк. Рожа его покраснела, а руками он схватился за необъятный живот. — Ты! — прорычал он, покраснев от злости. — Ты всего лишь недобиток! У тебя нет ни земель, ни имений, ни-че-го! Всё, чем ты сейчас пользуешься, принадлежит моему графу! И Снегирёвым!

Я просто сидел и выслушивал поток этих несуразных заявлений, медленно попивая из своего бокала. Даже лёд нашел, что был искусно спрятан под тумбочкой, в специальном миниатюрном морозильнике.

А он всё рассказывал и рассказывал. Оказывается, сюзерен Снегирёвых специально затягивает войну. Это необходимо, чтобы всё выглядело легальным. Он хочет отобрать все земли и оформить их по закону, ведь сам не может оторвать кусок за куском при помощи своей армии. Это пагубно скажется на его репутации, и тогда дорога в столицу станет для него куда более сложной.

В общем, много интересного. Полезный дурак мне попался. Я даже не перебивал его, ведь когда еще удастся узнать столько о планах врага?

Купец хотел выглядеть грозным и страшным, осыпал меня угрозами, пытался доказать, что я у него на крючке, и буду делать всё, как он прикажет.

— Ладно, а как я могу… Ну, искупить свою вину, скажем? — он замолчал, поняв, то сейчас наговорил много лишнего. Я же решил возобновить разговор. — Правда, так и не понял, в чем заключается вина. Пусть эти земли не мои, как ты говоришь, но и твои люди были не на своих землях…

— Ты! — снова тыкнул он в мою сторону пальцем. — Знаю, что денег у тебя нет, — на его лице снова появилась мерзкая улыбка, — но есть «костюм». Слышал, он потерпел крушение на твоих землях. Кроме того, он участвовал в вероломном нападении на моих людей. Его ты мне и отдашь… Так… Рудник тебе не принадлежит, а вот замок… Готовься к переезду…

Он так спокойно рассуждал, будто думал, что я всё это возьму и передам ему в собственность. Причем, сразу.

— Коня хоть можно оставить? — усмехнулся я, перебив Напрудина в середине предложения. Тот завис на секунду, и рожа его снова покраснела. Может, просто получишь инсульт, и не будем тут демагогию разводить?

— О, я не закончил, — оскалился он. — Вместе с замком я получу графиню…

— Ц-ц-ц… — цокнул я и помотал головой. Далась им эта графиня. Ладно, долго говорить не выйдет. Он окончательно перегнул палку, пора заканчивать этот балаган. — А что, если я, например, откажусь? — я поставил недопитый стакан на стол и повернулся к нему, взглянув в его хитрые мелкие глазёнки.

Тот в ответ снова рассмеялся. Даже его телохранители подхватили, будто я сказал какую-то глупость.

— Слышь, — пренебрежительно кинул он мне. — Ты по ходу того, совсем тугой… Я ведь могу тебя просто не выпустить отсюда. Ты сейчас находишься полностью в моей власти, и я могу делать с тобой все, что захочу…

Снова это бахвальство. Часть я пропустил мимо ушей, но кое-чем он меня заинтересовал. Оказалось, предложение о выкупе поступило не только мне. Он уже позвонил виконтессе и предложил передать меня ей за определенную плату.

Так что теперь он просто ждет, кто перебьет ставку. И если я заплачу за свою жизнь больше, то он, так и быть, возможно меня отпустит. Ага, как же! Я изначально знал, что договориться не выйдет. С подобными людьми разговор можно вести только с позиции силы.

Эхх… Почему все думают, что можно вот так безнаказанно взять и поймать лекаря. Всегда. В любом случае, за подобное последует наказание. Это надо просто принять, как один из законов физики, или же природы, кому как удобнее.

Сделав последний глоток виски, я аккуратно убрал на место хрустальный стакан, следом припрятал под тумбочку и бутылку. Чтобы в драке не повредилась, там еще много осталось. Потом заберу.

После чего я медленно поднялся на ноги, и осмотрел собравшихся здесь телохранителей купца. Да, и его оценил, в последний раз. Потом будет не до диагностики.

— Э! Ты чего тут поднялся, я тебе не разрешал, — рявкнул толстяк. — И вообще… Что-то ты больно борзо себя ведешь… Герасим, научи нашего гостя манерам, думаю, руки будет достаточно.

Он кивнул одному из своих бойцов, но ко мне подошли сразу все. Я же не стал сопротивляться. Меня силой усадили обратно в кресло, а чтобы прикоснуться к каждому, сделал вид, будто бы вырываюсь. Так что четверо охранников вжали меня в кресло, а тот самый Герасим оттянул мою руку, и…

Мне просто было интересно, чего они там задумали. Но оказалось всё банально. Просто решили сломать руку. Раздался неприятный громкий хруст, и они тут же отошли от меня.

— Хм… Занятно, — я задумчиво посмотрел сначала на торчащие из предплечья обломки костей, затем на собравшихся вокруг идиотов. — Позвольте уточнить, я сейчас должен кричать от боли и молить о пощаде? Так ведь? Ну, просто по задумке, как вы себе это представляли?

— Что за… — купец явно офигел от моей реакции. Я же просто стоял и ждал. Да, телохранители у него Одаренные, и за столь короткое время много урона я им нанести не могу, но… Но теперь они стали заметно слабее, у них кружится голова, то и дело накатывают приступы тошноты, как при сотрясении мозга, примерно.

Толстяк сперва удивился моему спокойствию. А затем удивился еще сильнее, когда я просто поставил кости на место, и рана на моей руке в считанные секунды заросла.

— Вы этого не видели, — улыбнулся я и сделал шаг навстречу опешившему телохранителю. Параллельно связался со своим разведчиком. — Курлык, пора!

Зеленая дымка окутала мой кулак, энергия стремительно ворвалась в мышцы и кости, значительно усиливая удар. И вот, спустя мгновение, в гробовой тишине раздался звук удара, треск костей, и последний судорожный вздох упавшего на пол телохранителя.

— Чего встали! — завизжал купец, судорожно пытаясь подняться со своего кресла. Вот только паника, страх, и лишний вес сыграли с ним злую шутку. Он встал, но его ноги заплелись, и он тут же растянулся по мягкому полу. Я же спокойно шел к нему, в глазах моих замерцали два зеленых огонька, а всё тело будто готово было сгореть от накатившей энергии.

Но четверо выживших всё же взяли себя в руки. Они тут же закрыли своего босса, встав стеной на моем пути, и бросились в атаку. Зазвучали выстрелы из пистолетов, двое выхватили мечи и бросились вперед, нанося стремительные колющие удары. От них я уклонился, но несколько пуль неприятно обожгли кожу на груди. Правда, пробить алмазный доспех так и не смогли, ведь влил в защиту я достаточно.

А вот заряженные мечи оказались намного опаснее. Один из бойцов обладал редким и достаточно неприятным Даром управления плазмой. Он окутал свой меч яркими всполохами концентрированной энергии, и одно лишь касание оставило у меня на руке глубокий обугленный порез. До самой кости прожег, благо, пока он удивлялся моей скорости заживления раны, я успел врезать ему ногой ровно в солнечное сплетение. И влил в этот удар немало энергии, так как дыхание у него остановилось в тот же момент.

Второй мечник успел обойти меня и вонзить свой меч в мой бок сзади. Чистый физик, но довольно сильный и интересный. Своим Даром он получает не так уж и много сил, зато скорость…. Стоило мне обернуться, как тот просто исчез. При каждом движении он как-будто расплывался в воздухе, и я попросту не успевал попасть по нему. Иногда, когда он отступал, в меня прилетала очередная порция пуль. Тогда, махнув рукой на вертлявого бойца, я переключился на стрелков. Они благоразумно отошли к стене, и теперь просто выжидали подходящего момента, чтобы не задеть своего. Я же… А какой смысл мне сокращать дистанцию?

Просто выхватил пистолет у развалившегося по полу первого телохранителя. Произвел контрольный выстрел ему в голову, затем второму, что никак не хотел умирать. И только после этого выпустил всю обойму в стрелков. Они отвечали взаимностью, вот только по мне пули просто больно били, а их защиту они прошивали без труда. Тем более, что стрелял я им в лицо. Вот только прикончить удалось лишь одного, второй активировал барьер и закрыл голову рукой. Так что просто получил несколько неприятных ран.

Чик!

Эх, не хватило патронов. Только я навел пистолет на купца и хотел выстрелить… Тот, кстати, уже пришел в себя, и теперь на карачках полз в сторону выхода. Вот только стоило мне выхватить брошенный одним из его охранников меч, как подлетел скоростной гад.

Он не позволил сделать мне ни шага, и пресекал даже мои попытки подхватить с пола другой, заряженный пистолет. Наклонишься, и на твоем теле тут же появляется неприятный разрез. Мой силовой доспех этот меч не останавливает, особенно если учитывать, с какой скоростью противник орудует им.

Ладно, надоело мне прыгать.

Я сделал вид, будто пытаюсь его обойти и атаковать последнего стрелка, что сейчас пытается прийти в себя. И краем глаза заметил его довольную ухмылку. Он пропустил меня мимо себя, и вот, мне между лопаток вошло заряженное острие его клинка.

— Не видел, чтобы лекари могли так сражаться. Признаться, ты меня удивил, граф, — послышался голос у меня за спиной. Все звуки стихли, осталось лишь кряхтение раненых бойцов. Но это ненадолго. Ведь сейчас моя энергия «с боем» прорывается по зажатому в руке врага клинку в его тело.

Дышать с пронзенной насквозь грудной клеткой — то еще удовольствие. Но я просто замер, сконцентрировавшись на контроле энергии.

— Самое удивительное ждет тебя впереди, — на моем лице появилась улыбка. Всё, он мой.

— Ну, конечно, так и есть, — усмехнулся тот и попытался выдернуть меч, чтобы следующим ударом снести мне голову. Но… Что-то пошло не так. — Что? — удивленно пробормотал он.

Я же говорил, что он очень удивится. Что ж, долго ждать не пришлось. Моя энергия заставила его кисть сжаться, остальные мышцы наоборот, стали ватными. Так что выдернуть меч он пока не сможет.

Далее… нет, тут нужна диагностика. Бить надо всегда только по слабым местам, а они есть у всех.

Этот боец держал себя в прекрасной форме, не забывал о тренировках и правильном питании. Так что с сосудами у него все в порядке. Так… А вот в детстве его явно уронили. Причем, хорошо так уронили!

— Кхх… — сзади послышалось хрипение, и я почувствовал, как всё тело моего противника забилось мелкой дрожью. Но отпускать не стал. Надо расшевелить старые травмы! Помимо повреждений мозга, он в свое время получил несколько пулевых ранений. Повредил почку, немного кишечник, и также пуля задела легкое. Все эти повреждения заросли так называемой соединительной тканью. И теперь его организм будет эти спайки растворять. Занял весь этот процесс всего несколько секунд, но результат мне понравился. Телохранитель купца разжал свою руку и упал на спину, и совсем скоро сделал свой последний судорожный вздох. А я…

И как же мне теперь меч достать? Острие торчит из груди, рукоять где-то за спиной, и никак не дотянуться. Ладно, остановлю кровотечение, похожу пока с этой штукой.

Раненых телохранителей просто добил выстрелами в голову. Обидно, пока возился с ними, Напрудин успел сбежать. Предварительно напрудив в штаны…

Я же и не подумал останавливаться. Можно было броситься в погоню за купцом, но какой смысл? У него такой шикарный особняк, а сейчас сюда, чисто случайно, едет Черномор с тридцатью гвардейцами. И как мы заранее договорились, они приедут не только на броневиках, но и на грузовых машинах. Всё это добро надо будет как-то отвезти домой.

За дверью послышался топот, стоило мне подойти к ней, как она резко распахнулась. Внутрь попытались ввалиться двое бойцов, но один взмах меча сразу оборвал их жизни.

Следующие. Еще трое бежали вверх по лестнице. Одного я пронзил клинком, тут же остановив его сердце, второго схватил рукой за лицо и одним рывком сорвал с него кожу. Да, жестоко. Да, затратно, всё же вызвать мгновенное отторжение тканей — не так-то и просто. Но я немного обезболил его, чтобы не потерял сознание, и влил в кровь немало адреналина, заставив надпочечники поддерживать его дозировку до самой смерти. Тот безумно завизжал и побежал дальше. Да, теперь его увидят все. И пусть сто раз подумают, стоит ли ко мне так смело лезть.

* * *

— Первая группа! Заходим! — скомандовал боец по рации, и пятнадцать бойцов с штурмовыми винтовками приготовились ворваться в особняк купца. Тот поднял тревогу, но сам он уже умчался на своей личной машине, приказав уничтожить графа любой ценой. При этом он сразу поднял все силы, и потому к особняку сейчас стягивались десятки, а может и сотни бойцов, в том числе и бронетехника.

И вот, первая группа оказалась действительно первой. Они слышали выстрелы внутри, крики, и лязг стали, так что не стали заходить в дом, а двигались планомерно, рассчитывая каждый свой шаг.

— Открывай дверь! — приказал командир бойцу, и тот сделал шаг в сторону входа. Но дверь распахнулась раньше.

Оттуда, обливаясь потоками крови, вылетел… Вылетело то, что когда-то было человеком. Кожи на лице нет, всё в крови, вылезшие из орбит глаза бешено водят по сторонам. И ужасный крик от боли… Он пробежал мимо собравшихся у входа бойцов и рванул куда-то по дорожке, продолжая бешено орать. Собравшиеся тут бойцы сразу передумали заходить в особняк.

— Командир… — прохрипел, застывший от ужаса, боец. А может окружим здание и подождем? Может не надо внутрь заходить?

— Да-да, так и само здание целее будет, — кивнул согласно второй.

Командир просто стоял и думал. Вроде, приказ есть устранить цель… А вроде и жить еще хочется…

* * *

— Лежать, падла! — прошипел охранник, что со своим напарником закрепился на кухне. Они поймали нескольких служанок, чтобы можно было ими прикрыться, и теперь вслушивались в каждый звук за дверью.

И пусть приказом господина было устранить цель в особняке, они и не подумали его выполнять. Когда узнали, что тот легко разобрался с телохранителями купца, то поняли, что ловить им там нечего. Лучше просто переждать.

— Тихо, тварь! — второй охранник ударил служанку прикладом за то, что она начала плакать от страха. Девушка тут же смолкла, так как потеряла сознание.

Так они и сидели. Снаружи иногда была слышна стрельба, крики боли, и звуки эти постоянно доносились с разных сторон.

— Почему наши так долго? Почему не заходят? — прошептал один из охранников своему товарищу, но тот лишь скривил лицо.

— Да, кто их знает? Может, уже устранили? Иди и проверь.

— Ага! Сам иди!

Они начали перебранку, но резко смолкли, услышав за дверью шаги. Кто-то в коридоре спокойно шел и насвистывал веселую мелодию. Шаги эти остановились прямо за дверью, и оба бойца направили в ее сторону свои винтовки.

— О, а я и думаю, чего это вас здесь так много, — стоило двери открыться, как показался…

Показался человек, но от его вида все служанки разом закричали, а бойцы открыли беспорядочный огонь. Даже не целились, просто палили в сторону двери, хотя там уже давно никого не было.

Пули свистели, ударялись о стены, отскакивали в разные стороны, и рикошетом ранили собравшихся здесь людей. Вот только очереди вскоре стихли. Клинок сначала снес голову одного из охранников, и пока его тело падало на пол, вонзился в грудь второго. После чего этот человек повернулся к кричащим в панике девушкам.

— Ну! Тише вы, чего так разорались, — поднял он руки, демонстрируя свои мирные намерения. Вот только успокаиваться никто не собирался. Всё потому, что от его одежды остались лишь кровавые лохмотья, с множеством обугленных следов от пуль. Также из его груди торчало окровавленное острие меча, а из спины его рукоять.

В общем, вид у него был так себе. Но он сразу не ушел. Несколько девушек получили пулевые раны, а одна из них всё это время лежала без сознания. Из ее головы без остановки капала кровь, образовав небольшую лужицу. Так что незнакомец подошел к ней, и на секунду положил руку ей на голову. А затем повторил процедуру и с другими ранеными. Те, к своему удивлению, сразу почувствовали облегчение, а кровь остановилась. Но поблагодарить его они не успели. Он пропал также неожиданно, как и появился, и уже из соседней комнаты послышались крики и стрельба.

* * *

Особняк, кстати, и правда огромный. Даже подвал есть, в котором пряталось два десятка охранников. С ними разобраться не составило труда, ведь к этому моменту мой вид уже внушал всем самый настоящий ужас. Я просто закидал их гранатами, и всё. Предварительно убедившись, что среди них нет простых слуг.

В общем, тут много чего есть нам нужного. Присмотрел себе библиотеку, хотя и довольно скудную. А вот золотой унитаз даже не знаю, есть ли смысл вывозить… Разве что потом можно будет продать его какому-нибудь богатому идиоту. Также тут есть пара сейфов с неизвестным содержимым, и многое другое. Те же картины тоже можно продать.

Теперь осталось всего две проблемы. Первая — это оцепление особняка. Но с этим мне поможет Черномор, он будет здесь через пять минут, и уже сейчас можно было услышать вдалеке рёв нескольких мощных моторов. И вторая проблема — всё тот же меч у меня в груди. Тупо некого попросить вытащить его. Но это ерунда, вот приедут мои бойцы, попрошу кого-нибудь из них. А чтобы ждать Черномора было мне не так скучно, направился обратно в рабочий кабинет купца. Пусть он и выглядит слишком безвкусно от обилия роскоши, но я там припрятал одну бутылочку. И она уже заждалась меня…

Где-то снаружи послышались взрывы и пальба. Загрохотали тяжелые пулеметы, зарычала техника. Голубь, то и дело, докладывал мне об обстановке снаружи, а я… А у меня есть виски со льдом. И единственная проблема в том, я не могу удобно усесться в кресле — в спинку упирается рукоять меча.

Отправить