Глава 11

Илларион сидел у костра и задумчиво смотрел на огонь, лениво потягивая свою миниатюрную курительную трубку. Он размышлял о своем прошлом, думал о том, что его ждет в будущем. Мысли улетели далеко, но в последнее время это случается с ним все чаще.

А начались эти далекие мысли с того момента, когда гусь Илларион осознал себя. В тот момент вся его жизнь перевернулась вверх дном. Причем он довольно смутно вспоминает события до того знаменательного момента.

И ведь поначалу это было довольно непросто… Всё же Илларион оказался первым разумным гусем в этом мире, а то и вовсе, во всей Вселенной! В первые дни он бродил по птичнику, и заглядывал каждому из своих товарищей в глаза, пытаясь и в них прочитать хотя бы каплю разума. Ему хотелось поделиться своими мыслями, поговорить с сородичами, но это оказалось невозможно.

Шла неделя за неделей, и разумный гусь осознал, зачем его держат здесь. Жизнь каждого из его соплеменников заканчивается в стенах птичника. И пусть их жизни не имеют никакого смысла, каждый следующий день похож на прежний, но Илларион не собирался мириться с такой судьбой. Быть лишь пищей, отдавать свое потомство для того, чтобы люди могли съесть яичницу — это судьба кур или уток. Но, будучи гордым гусём, Илларион решил сделать все возможное, чтобы освободиться.

Он пытался разговаривать с соплеменниками, хотел собрать их вместе, и единым ударным кулаком смести оборону противника. Вырваться из заточения, сбежать, если понадобится, и основать свою гусиную империю. Хотя о внешнем мире Илларион тогда знал совсем мало, но чувствовал, что эта задача ему по силам. Вот только каждая попытка заканчивалась полным крахом. Революция заглохла на своем первом этапе, так как потенциальные революционеры оказались безмерно тупыми. Тогда как их предводителю оставалось лишь пытаться донести до них свои мысли о пустоте их жизней.

Именно в тот момент Илларион осознал, что остальные гуси и он — два совершенно разных вида. Нет никакого смысла жалеть их, они — другие. Пусть среди стаи и были его родственники, но теперь ему стало на них плевать, и он озаботился собственной безопасностью. Всё же жизнь каждого гуся заканчивается в одной комнате. Там их убивают, ощипывают, и уносят в неизвестном направлении. Илларион подсматривал за действиями людей, и даже наблюдал за их транспортом через небольшое окошко под самым потолком.

Со стороны могло показаться, что Илларион гоготал ровно также, как и остальные. Но на самом деле он вкладывал в гогот свои мысли, осознанно произносил слова на гусином языке, тогда как остальные просто издавали пустые звуки.

— Гагаг гаг… — гусь усмехнулся и, кивнув гвардейцу, попросил его набить трубку заново. Всё же руки ему еще не отрастили, хотя он давно просил об этом Михаила. Но тому сейчас не до манипуляций с организмом пернатого разведчика.

Илларион усмехнулся от мыслей о том, что подумывал наложить на себя руки. Точнее, крылья… Когда за два месяца он так и не нашел себе собеседника, и множество раз лишь чудом ушел от неминуемой, желание жить начало угасать. Безмерная тоска чуть не заставила Иллариона сделать шаг в бездну, но в какой-то момент его взгляд зацепился за яйцо. Обычное, казалось бы, гусиное яйцо, но в нем он почувствовал силу. Гусь не мог понять, что это за сила, но сразу понял, что это яйцо крайне важно. Потому он лично взял шефство над ним, отнес его в тайник, и лично высиживал его до самого вылупления птенца. И этот птенец, как и ожидал Илларион, оказался таким же, как он. Разумный! Тот, с кем можно хоть как-то общаться.

С тех пор разумный гусь стал вглядываться в каждое яйцо в птичнике и, к его удивлению, обнаружил еще несколько десятков! Так что он взял всех разумных к себе под крыло, и всячески оберегал их от всевозможных напастей.

В процессе поисков Илларион случайно встретился с голубем. Тот просто летал под самым потолком, и пристально наблюдал за странным гусем, а затем ради интереса попытался с ним заговорить. Гусь и голубь понимали друг друга слабо, но всё равно понимали. Так, со временем, они смогли познакомиться, и даже сдружиться, а в какой-то момент Илларион попросил Курлыка предоставить возможность поговорить с правителем этих земель.

Идеи о создании гусиной империи пока что отошли на второй план. Всё же Илларион трезво оценивал свои возможности и понимал, что если они останутся без защиты, люди их просто съедят. За свою недолгую жизнь гусь смог увидеть, на что способны люди, видел их вооружение, и чувствовал силу некоторых Одаренных. А после разговора с Михаилом, и вовсе, принял окончательное решение работать на этого человека.

И гусиная ментальная связь оказалась полезной. Люди не видят угрозы в гусях, и это чуть ли не главное их оружие. Аристократы спокойно обсуждали свои тайны в присутствии подчиненных Иллариона, а те сразу передавали ему все необходимые и самые интересные данные. Таким образом Михаил смог узнать немало того, что от него хотели скрыть.

Гусь в последний раз выпустил облачко дыма и, вздохнув, отправился на очередное задание. Один из его подчиненных заметил в соседней деревне двух подозрительных людей, и теперь его задача проверить их на шпионаж. А для этого нужно прибиться ко двору их дома и набраться терпения. Ведь работа разведки под прикрытием — это самое настоящее искусство.

 

Дворец Ксерокса

Некоторое время спустя

 

— Он был на корабле Леонида…

— Не смей произносить это грязное имя в моих чертогах! — прорычал на посыльного царь Ксерокс, подскочив с трона, после чего вздохнул, и подозвал гвардейца жестом. — Казнить его! — махнул он рукой, и уселся обратно в трон.

Трясущегося всем телом бедолагу тут же схватили. Тот начал умолять о прощении, но царю было уже наплевать. Нельзя произносить имя главы Спартанской Корпорации, это все знают. Но всё равно, нет-нет… да и произносят. Особенно сотрудники дальней разведки, они уже ассимилировались в других странах, и потому глупые правила их царя зачастую вылетают из головы.

— Стоять! — рыкнул Ксерокс, когда личный гвардеец уже достал изогнутый меч, чтобы отрубить голову приговоренному. — Пусть сперва расскажет, потом руби ему голову.

— В-ваше В-величество! — мужчина упал на колени. Пусть он и слышал, что его уже приказали казнить и, по идее, можно не передавать добытую информацию, но также он знал, что царь довольно отходчив. Быстро успокаивается, и меняет свои поспешные решения. — Человек, за которым вы приказали следить, был на корабле Л… Простите, он был на корабле этого отброса, сына собаки и шакала! Спартанского гада! Гнили!

— Достаточно! — довольно улыбнулся царь. — Продолжай!

— Булатов пытался исцелить эту тварь! Но о результатах нам пока неизвестно. Если позволите продолжить работу, я буду рад добыть любую информацию! Сам проникну на корабль и вырву ей сердце, если понадобится! — заверещал посыльный. — Я знаю людей, которые мне помогут подобраться ближе. У Булатова много врагов, и они мне помогут!

— Ладно! — махнул рукой царь. — Уведите его, пусть выполнит сказанное. А если не выполнишь… — прошипел он, и мужчина сразу все понял без слов.

Посыльный выбежал из дворца, и отправился в Империю на первом корабле. Правда возвращаться обратно он уже не планировал, но это совсем другая история… О человеке, который полностью сменил свою личность, и отправился на другой континент в качестве матроса на одном из торговых кораблей.

Царь же на некоторое время задумался. Внутри у него всё закипало, ведь он не привык, чтобы ему отказывали. До недавнего времени его страна была закрытой, и вела себя довольно тихо, усиленно накапливая силы. Порталы здесь открываются нечасто, но этого было достаточно, чтобы собрать самый минимум артефактов. Последняя война с Грецией унесла не только большую часть сильных воинов и оружия, но и отца Ксерокса, Ксеркса. Это был сильный правитель, и молодому царю тогда еще только предстояло познать бремя правления.

Но теперь Персия снова становится сильной, как и прежде. Население этой страны огромно, под ружье можно в одночасье поставить армию численностью в миллион человек, а со временем и гораздо больше. Так что Ксерокс может позволить себе большие потери, страна от этого не ослабеет. И даже потерянный город ни капли не волнует царя. Это лишь один из многих городков и, скорее всего, спартанцы понесли там тяжелые потери. Персов там было значительно больше, и пусть сейчас все они мертвы, на их место встанут новые. А вот у Корпорации возможности так быстро восполнить потери нет.

Спартанцы понесут свое наказание, Ксерокс свято в это верит, и не успокоится, пока Корпорация не будет уничтожена полностью. Разве что Российская империя немного обнаглела, и ее корабли обстреляли один из военных портов.

— Слушай мой приказ! — Ксерокс кивнул своему первому помощнику. Тот выглядел лет на восемьдесят с мудрыми глазами, и с бородой, которая достает до пояса. Этот человек был помощником царя при прежнем правителе, и отец еще до смерти говорил Ксероксу, чтобы тот прислушивался к словам этого мудрого старца. — Потопить южный флот русских! Они должны знать, что этот регион принадлежит нам.

— Но господин, — удивился старик, — это может спровоцировать войну!

— Российская Империя уже не настолько сильна в последние годы, — отмахнулся молодой правитель, — У них слишком много проблем внутри страны, война им сейчас не по карману. Так что скоро они будут просить прощения за свою выходку, вот увидишь, — рассмеялся он, тогда как старик помотал головой. Но ослушаться приказа не мог.

— На всё ваша воля, — вздохнул он, и отправился к командующим флотом и армией. Хотя и понимал, что приказ вряд ли получится выполнить так, как этого ждет царь. Потопить флот не так-то просто, пусть он и далеко от дома.

— Постой! — остановил его Ксерокс. — Булатов ослушался моего приказа. Принеси мне всю информацию об этом идиоте.

Помощник ушел, а царь остался один в своем тронном зале. Ну, не считая полсотни гвардейцев, но те стояли, словно истуканы, и Ксерокс давно привык не обращать на них внимания. Вскоре прибежал посыльный и передал царю папку с отчетами разведки, а тот с нетерпением начал вчитываться в строки.

— Ха! — усмехнулся Ксерокс. Ведь уже на первой странице отчета он нашел ответ на все свои вопросы. — Я знаю, как наказать его!

Царь узнал, что Булатов недавно женился. Правда, его рассмешило, что у графа всего одна жена. По его мнению, это признак слабости, бедности, и глупости. Знал бы раньше, что у Булатова одна жена, не стал бы даже письмо ему писать.

— Слушай мой приказ! — Ксерокс вызвал к себе начальника дальней разведки.

— Слушаю, Ваше Величество! — поклонился тот.

— Твои люди на местах должны похитить жену этого ничтожества, и привезти ее сюда, — улыбнулся Ксерокс, разглядывая фотографию графини Булатовой. — Она пополнит мой гарем!

* * *

Я даже отчасти рад, что лечение дочери Леонида отняло у меня столько сил. Теперь есть повод полечиться и отдохнуть.

За последние дни я смог почитать книги, разобраться с накопившимися мелкими делами, провел несколько лекций для своих учеников. Посмотрел на строительство промышленного городка, и как прямо из земли вырастают ангары и прочие постройки. Даже к друидам заглянул, и немного выпил с Архимагом погоды. Они с друидами неплохо поладили, и теперь растения всегда находятся в отличных климатических условиях. На одном поле — повышена влажность, на другое — всегда светит солнце. А за апельсиновым садом Фильк следит с особым рвением.

Очень уж понравилась ему апельсиновая настойка — новый фирменный напиток друидов. И если отправлять такой на продажу, он будет пользоваться бешеной популярностью среди моряков. Там очень много так необходимых для мореплавателей витаминов, и при этом достаточное количество алкоголя. Моряки смогут пить, и честно говорить капитану, что проводят профилактику цинги. Читал об этой болезни, что она начинается вследствие нехватки определенного витамина, который в достатке содержится в фруктах.

Сейчас же я решил немного расслабиться, и глянул, что там показывают по телевизору. Посмотрел какой-то познавательный фильм о дикой природе империи Зулус. Да, тут есть довольно странные существа, причем, даже не магические. Смешно, что тут не верят в существование единорогов, то есть, можно сказать, лошадей с рогом на лбу. Но при этом на соседнем континенте существуют гигантские пятнистые лошади с подобием рогов и шеей длиной с двухэтажный дом, а то и трехэтажный…

— Мы вынуждены прервать вещание в связи со срочным обращением Императора, — картинка на экране сменилась, и там появился молодой человек, а следом камера переключилась на Императора. Старик стоял в мундире, так что сразу стало понятно, о чем он будет говорить.

— Российская Империя объявляет войну Персидскому царству! — без лишних предисловий заявил старик. — Мы долгое время пытались урегулировать вопрос путем переговоров, но другая сторона отказалась слушать наши доводы и голос разума.

Император некоторое время рассказывал, какие персы плохие, а мы хорошие, и на этом обращение закончилось. Хотя, на самом деле, он прав. Персы, действительно, напали первыми. Мало того, пока северный флот царства мчал в сторону Архангельска, они топили все корабли на своем пути. Просто чтобы те не успели сообщить о приближении войска, и не спугнуть Леонида.

Но, если честно, немного обидно. В прошлый раз на меня напали карибцы и всё замяли, хотя бойня была намного серьезнее. Ну да, конечно, тогда у меня в порту не было Леонида…

Хотя, возможно, с ними Император просто смог договориться. Получил какие-то выплаты, компенсацию за нанесенный вред, или же какие-нибудь гарантии. В любом случае, мне никто не сообщит, да и для меня это лишняя информация. Никогда не любил политических интриг, и к власти не рвался. Это дело грязное, тогда как моя судьба и цель жизни — лечить и развиваться. Жаль, конечно, пока что мне не позволяют заниматься этим столько, сколько я хочу.

На самом деле, Император был не совсем честен. Это не немедленный ответ на атаку, а подготовленная и продуманная операция. Ведь после этой новости начали появляться многочисленные сообщения и видео о том, что на города и порты Персидского царства обрушился шквал ракет и снарядов. Южный флот у нас небольшой, но они не экономят снаряды, чтобы в кратчайшие сроки нанести как можно больше урона. Также у Персии появились проблемы и со спартанцами. Еще пару дней назад представители Корпорации наведались в гости к персам, и тут же ушли, оставив после себя полностью уничтоженный военный форт. И сдается мне, это только начало…

Несколько дней я отслеживал новости, внимательно изучал видео боестолкновений, старался познакомиться с новыми методами ведения боя. Это всегда может быть полезно.

Начальная фаза войны выглядела довольно нелепо. В южных морях у нас не самый многочисленный флот, но, как оказалось, капитаны там служат довольно наглые. А еще у наших кораблей новейшие системы маскировки, позволяющие прятаться прямо у врага под носом. Крейсеры подходили почти вплотную к вражеским портам, беспорядочно выпускали тонны взрывчатки, и сразу скрывались в неизвестном направлении, даже не позволяя отправить за собой погоню. Нет, разумеется, это удавалось не всегда. Пару десятков кораблей Империи всё же потопили, еще три взяли на абордаж и смогли захватить. Не знаю, сколько они взяли пленных, но смотреть такие новости было неприятно.

Но пока южный флот заставлял гоняться за собой, к границам Персии подтянулось достаточное количество сухопутных войск. У нас небольшая протяженность границ, и там немало укреплений, что с нашей, что с вражеской стороны. Потому атаковать сразу не вышло бы, в любом случае.

Эту войну можно было предугадать. Не ожидал, правда, что события на юге будут развиваться настолько стремительно, но всё же какие-то боестолкновения просто обязаны были быть. Но вот чего я действительно не ожидал, так это официального призыва на фронт. Мне на родовую почту пришло письмо с требованием явиться в специальный сборный пункт, предоставить какую-то часть гвардии, и выбрать представителя Рода, что эту гвардию поведет лично в бой.

Так что у меня оставалось всего два варианта. Либо послать на войну Викторию, что, конечно, исключено. Я уже видел, как тут ведутся войны, и в них не столько нужна сила… сколько живучесть. И этой характеристикой могу похвастаться только я. Никогда не знаешь, откуда прилетит, и если у тебя нет перворангового покрова, всегда можно умереть от шальной артефактной пули или снаряда.

Что ж, ладно. Война, значит, война! Убегать от призыва не собираюсь, а дома останется достаточно сильных магов, чтобы удивить подлого врага. А в том, что меня решили призвать неспроста, практически уверен.

В прошлый раз меня пытались призвать с подачки Курчатова, но я смог официально остаться здесь, сославшись на то, что я лекарь. Но тогда была совсем другая ситуация. У меня не было столько магов, которые способны остановить своей мощью целые армии. Численность и качество гвардии оставляли желать лучшего, а еще у меня не было тысячи спартанцев. Теперь вот есть, потому можно отправиться на войну с чистым сердцем.

 

Особняк Рода Мамоновых

Зал для совещаний

 

В этот раз собрание членов Рода оказалось необычным. Ведь чаще всего представители семейства Мамоновых и их дальние родственники встречались для того, чтобы обсудить проблемы, и отчитаться о проделанных делах.

Такие регулярные собрания позволяют главе Рода держать все дела под своим личным и полным контролем, а также реагировать на проблемы в кратчайшие сроки. Впрочем, в этом есть и свои плюсы. Необходимость регулярно отчитываться перед всем Родом заставляет каждого выкладываться на полную. Никто не хочет общественного порицания, тем более, от таких родственников. Причем утаить свои неудачи невозможно. Кто-то, в любом случае, сдаст, и тогда последствия будут еще более неприятными. Так что все рассказывают о своих делах, а Афанасий говорит, как кому поступать дальше.

Но сегодня собрание получилось особенным. Поначалу всё шло, как обычно. Родственники рассказывали о решенных проблемах, и о том, какие еще только предстоит решить. Сдавали отчеты, подсчитывали бюджет, и так далее.

Всё шло, как обычно, ровно до того момента, пока наследнику Рода не пришла в голову неплохая идея отправить Булатова на начавшуюся пару дней назад войну. И всем так понравилась эта идея, что к её исполнению приступили тут же.

— Да… Разумеется… По деньгам не обижу… — троюродный брат Афанасия был ближе всех к имперским войскам. Генерал в отставке, да и сейчас его производства поставляют в армию обувь. Так что он знает многих военных, и часто с ними общается. Как, например, в данный момент. — Что значит, нельзя? — удивился он. — Тульцев, я тебя не узнаю!

На этом разговор прервался, и судя по лицу бывшего генерала, убедить собеседника он не смог.

— Что он сказал? — не выдержал Афанасий.

— Сказал, что сейчас война, и он не собирается брать взяток. — растерянно проговорил тот. — Никогда бы не подумал, что он настолько идиот.

— Так позвони еще кому-нибудь. С каких это пор призвать аристократа стало проблемой? — возмутился Мамонов. — Тем более, идет полноценная война!

Некоторое время они обзванивали всех знакомых генералов, но попытки как-то заставить их подтасовать документы оказались тщетны. Сейчас идет война, и судить их будут по военному времени, так что никто даже не выслушал, что нужно сделать, сразу бросали трубку.

— Да, привет! — воскликнул молодой Изя, и все голоса в зале стихли. Родственники с удивлением посмотрели на парня, а тот, как ни в чем не бывало, продолжал свой телефонный разговор. — Ты же сейчас на призыве? А вам лекарь не нужен случайно? Ага… Да, записывай. Булатов. Ага… Нет, он точно не будет увиливать, уверен! Ага… Ой, да должен будешь, что-нибудь придумаем! — на этом Изя завершил разговор, и посмотрел на изумленные лица Мамоновых. — Что?

— Да ничего, — усмехнулся Афанасий. — Мы тут за деньги пытались решить вопрос, а ты решил его бесплатно, так тебе еще и должны остались! — мужчина одобрительно кивнул внуку, и продолжил собрание. — Так, если Булатова призовут, это решит много наших проблем, но нужно продумать дальнейшие планы.

Со всех сторон посыпались разные предложения, и довольно долгое время Мамоновы обсуждали, как поступить дальше. А пока они говорили, друг Изи перезвонил, и осыпал его благодарностями, подтвердив, что Михаил принял повестку и обязался прийти в сборный пункт.

Разумеется, приглашением на войну мог воспользоваться любой другой член Рода, но все понимали, что Михаил не отправит воевать свою жену. Афанасий мог бы, но Булатов, как выражаются Мамоновы, честный дурак.

— Как только он покинет свое графство, сразу начинаем действовать, — улыбнулся Мамонов-старший. — Собирайте наемников, и пусть они снесут этот маяк. После чего начинают захват порта. Булатов не поедет на войну в одиночку, и захватит с собой часть гвардии, так что атаковать будет куда проще.

— Но ведь маяки просто так не разрушить, — напомнил начальник гвардии. — Разве что, если использовать наш флот…

— Нет! Только под чужими флагами, и использовать только наемников! Ты что? Мы не можем действовать открыто, от своего имени! — воскликнул Мамонов. — Да и захватывать необязательно. Нам нужно устроить на его землях хаос, и тогда он будет вынужден вернуться. А мы уже начнем писать жалобы во все инстанции, и обвинять его в трусости.

— Понял! — кивнул начальник гвардии. — А каких наемников брать? Любых?

— Это хорошо, что ты понял. Да, «боевые костюмы» тоже нанимай, они точно с маяками разберутся… — оскалился Афанасий, и откинулся на спинку кресла, с видимым удовольствием отпив из бокала. — Выполняй! Как только он покинет земли, начинайте в тот же день…

Отправить