Глава 14

По мере приближения к многоэтажному зданию, возвышающемуся в самом сердце мегаполиса, я получал все больше донесений от своих верных наемников, извещавших о том, что преследователи, увязавшиеся за мной, один за другим слезают с хвоста. Это не вызывало удивления, ведь предстоящая встреча была поистине судьбоносной и могла стать ключом к разрешению всех моих затруднений. Речь шла отнюдь не о финансовой или военной поддержке, а о юридической помощи: мне необходимо было прибегнуть к законам этого государства, дабы отныне они служили моим интересам, словно безупречно настроенный музыкальный инструмент.

Существует одна любопытная должность — Протектор. Этот человек ответственен за соблюдение прав граждан и, как я уже упоминал в беседе с Машей, по сути своей является юристом, но состоящим на службе у самого государства. Аудиенция с ним — дело весьма непростое, если не сказать проблематичное. Протектор единолично решает, брать ли ему в работу чьи-либо дела или нет. Естественно, я горячо желал, чтобы он согласился заняться моим вопросом: не зря же я, невыспавшийся и голодный, спозаранку направлялся на эту встречу.

Единственным утешением служило то, что еще месяц назад мои шансы на то, что Протектор возьмется за мое дело, были ничтожно малы — менее одного процента. Теперь же ситуация хоть немного, но улучшилась: по крайней мере, я все еще был жив, и это о чем-то да говорило. Быть может, фортуна наконец-то решила повернуться ко мне лицом, а не той частью тела, на которой принято сидеть?

Сам этот юрист принадлежал к Роду Дубовых — влиятельному и серьезному, против которого в здравом уме никто не осмелится пойти. По сути, Протектору мои недруги не должны были внушать ни малейшего страха, но, как я уже отмечал, мое дело вряд ли будет принято к рассмотрению. Уж слишком оно щекотливое, что ли… В нем замешаны такие астрономические суммы и такое количество аристократов, что подобное встречается в Империи не каждый день, да что там — не каждое столетие.

Самым прискорбным в сложившейся ситуации было то, что мое дело не относилось к разряду тех, которыми Империя могла бы заинтересоваться на государственном уровне и проконтролировать его ведение. Увы, такова была горькая правда, и я успел досконально изучить этот вопрос.

Чаще всего Протектор соглашался вмешаться, когда, например, у слабого Рода кто-то пытался отобрать вещи, способные повлиять на военную мощь Империи. Взять хотя бы земельные владения или боевые артефакты — этот перечень можно продолжать до бесконечности.

Кроме того, Протектор брался за дело, если, скажем, какой-нибудь древний уважаемый Род проиграл войну и его обременили весьма внушительным долгом, надеясь, что он не справится с выплатами и окончательно разорится. И если у того старинного проигравшего Рода имелись обязательства перед Империей, то Протектор непременно занимался его делом.

Так что этот государственный юрист из рода Дубовых был фигурой важной и необходимой. Но самое любопытное заключалось в том, что у него имелась одна интересная особенность, отличающая его от прочих юристов: он мог запросто лично общаться с самим Императором, и никто не посмел бы обвинить его в пристрастности к кому-либо, ведь он отстаивал интересы всей Империи.

В общем, в моем случае он был идеальным вариантом. Я постараюсь всучить ему дело по долгам и надеюсь он не откажется.

Я припарковал свой автомобиль возле его офиса, и с этого момента начался настоящий квест, чтобы попасть внутрь. На пропускном контроле меня тщательно просканировали, изъяв все имеющееся при себе оружие. Однако это было лишь начало: на каждом из двух последующих этажей процедура повторялась, дополняя магическими сканерами, проверяющими наличие артефактов и мой Дар. Вооруженные люди в форме сопровождали меня до самого кабинета.

Но и это еще не все: перед входом в кабинет секретарь попросила меня заполнить две бумажные формы для посещения и дождаться, пока на них поставят печати. Процесс оказался весьма длительным.

Когда меня наконец впустили внутрь, я заметил отсутствие замков на двери и обилие камер в кабинете. Между мной и столом протектора ощущался невидимый, но явно ощутимый защитный барьер. Уровень безопасности здесь почти такой же, как в главном банке Империи.

В кресле с высокой спинкой сидел тот самый юрист — невысокий мужчина лет пятидесяти. На его носу красовались очки, голова была большой и почти лысой, а тело — хрупким. Было странно видеть Протектора из столь знаменитого Рода именно таким.

Но внешность обманчива: несмотря на сходство с дотошным и слабым канцелярским работником, его Род невероятно богат, а сам он, несомненно, обладает немалым Даром. И, конечно же, в юридических вопросах он — настоящая акула.

Протектор поправил очки, положил руки на стол и окинул меня беспристрастным взглядом своих маленьких глаз. Сухим голосом он произнес:

— Я мог бы спросить, что привело вас ко мне, но догадываюсь. Вы, вероятно, собираетесь просить меня о помощи в вашем деле с должниками, но сразу хочу предупредить: не стоит питать надежд — это исключено.

Надо же, какую популярность я приобрел в Империи: даже представиться не успел, а он уже все понял.

— Да? Но могу я хотя бы поинтересоваться, почему?

— Видите ли, ваша ситуация — довольно редкое явление, — на его лице не отражалось ни единой эмоции, словно он был роботом. — Не то, чтобы в Империи не было должников и больших процентов, но чтобы у одной семьи разом образовался целый скоп должников — это уже нечто из ряда вон выходящее. Поэтому ваше дело уже было тщательно проверено по всем пунктам еще до вашего обращения. Могу с полной уверенностью заявить: ваше положение касается только вас и никак не затрагивает интересы государства.

Вот это поворот! Я был обескуражен… Обескуражен тем, что в этой элитной серьезной организации мне даже не предложили выпить кофе. В конторах куда более скромного уровня хотя бы угощают печеньем, пусть и не самым вкусным.

Я молча смотрел на него, а он не понимал, почему на моем лице нет и тени разочарования, ведь любой другой на моем месте был бы сильно расстроен.

Протектор, пытаясь поскорее завершить нашу встречу, произнес слова поддержки, которые, впрочем, прозвучали довольно формально и безучастно:

— Не падайте духом, в жизни случается всякое. Идите и решайте свои проблемы, не опускайте руки.

— Да, я понимаю, что в жизни бывает разное. Но меня удивляет, что в таком известном и уважаемом учреждении, как ваше, даже чаю не предложат. Обычно в подобных местах гостей и накормят, и напоят. Впрочем, я это так, в шутку говорю — не то чтобы мне прямо хотелось чаю, просто удивительно, и все тут.

И вот тут наш Протектор, до этого момента напоминавший бесстрастного робота, вдруг проявил некоторые эмоции: его брови поползли вверх, а рот слегка приоткрылся от изумления. Похоже, его поражало, что меня больше заботит отсутствие угощения в этом месте, нежели серьезнейшие проблемы, грозящие гибелью моему роду. Ведь от таких проблем, на минуточку, можно запросто умереть.

Юрист, сидящий напротив меня, бросил на меня подозрительный взгляд. Его глаза сузились, а брови сошлись на переносице, когда он произнес:

— Неужели вас действительно волнует отсутствие предложенного чая? Позвольте напомнить, что это государственное учреждение, служащее во благо Империи, а не чайная.

— В этом-то и заключается проблема. Вы не только не предложили мне чашку чая, но и отказались от сотрудничества, хотя мое дело напрямую связано с благополучием нашего государства. Видите ли, существуют некоторые документы, о которых вы еще не осведомлены. Предлагаю вам внимательно с ними ознакомиться.

Протектор, осознавая ценность любых официальных бумаг, без промедления взял в руки листы, которые я положил перед ним на стол. Одного беглого взгляда на их содержание оказалось достаточно, чтобы он уловил суть дела.

— Вы действительно намерены довести это до конца? — спросил он, поднимая на меня глаза. Его сухощавое лицо с крючковатым носом выражало удивление.

— Абсолютно, — подтвердил я.

Мне удалось вызвать на его губах едва заметную улыбку. Он позвонил секретарше по телефону и попросил принести чай с печеньем.

— Вот это я называю деловым подходом, — усмехнулся я.

Почему же Дубов так быстро изменил свое решение помочь мне? Все довольно просто. Я изучил некоторые документы из архива, который перешел ко мне по наследству от деда.

Согласно законам того времени, когда мой дед одалживал деньги всем этим утыркам, он должен был заплатить десять процентов от возвращенных долгов на восстановление Империи после войны. Это было время разрухи и восстановления. В итоге деду не вернули ни копейки, а проценты по долгам продолжали расти. Таким образом, Империя фактически потеряла значительную сумму денег.

— Как вы, вероятно, поняли, — продолжил я после глотка чая, — я готов взять на себя все эти расходы, поскольку мой дед не успел их выплатить. В ваших интересах, чтобы должники вернули мне все деньги, и тогда я смогу выплатить долг Империи.

— Подождите, молодой человек, — Протектор покачал головой и почесал подбородок. — Что мешает нам тогда официально потребовать всю сумму непосредственно с вас, а не ждать, пока должники вернут вам долг? Получается, что теперь вы являетесь должником перед Империей!

— Вы не перевернули один из листов, — улыбнулся я, указывая рукой на стол. — Когда перевернете, все станет ясно.

Он, вероятно, подумал, что я стану его легкой добычей, но я примерно понимаю, как работать с такими людьми, как он. Я не настолько наивен, чтобы приходить сюда и ожидать, что кто-то будет прилагать усилия, когда их можно избежать.

Нет уж, официально я защищен и никому ничего не должен. Там черным по белому стоит подпись моего деда, и сказано, что он по собственному желанию хотел выплатить расходы Империи с процентов. В те времена подобные вещи делались без принуждения.

Стоит отметить, что дед тоже был предусмотрительным: он указал в документе, что выплатит расходы только с тех денег, которые ему вернут должники. Вот такие дела…

— Как видите, моего предка обманули, и Империя, соответственно, ничего не получила. Но вы же на стороне Империи, ее прав и законов, а потому пора забирать то, что ей полагается, — с этими словами я передал ему еще одну папку, пребывая в прекрасном настроении.

— Что в ней? — спросил Протектор строгим голосом, вероятно, подумав, что это взятка. От меня он ее точно не дождется: я лучше все проем или куплю новые машины.

— Подписи некоторых аристократов, которые любезно согласились выплатить все свои долги. Так что я готов начать выплачивать свою часть Империи, но вы уж проследите, чтобы люди снова не забыли о своих обязательствах.

Сказав это, я ожидал чего угодно: очередных вопросов, сухого согласия, но только не оглушительного смеха этого невысокого и худощавого юриста. Он хохотал громогласно, сцепив руки на животе и откинувшись на спинку своего большого кресла.

— Послушай, парень, — начал он, энергично жестикулируя указательным пальцем перед моим лицом. — Уверен, ты уже слышал это раньше, но я все равно повторю. Ты ведь прекрасно понимаешь, что идешь на верную смерть? Осознаешь ли ты всю серьезность ситуации и последствия своих действий?

— В любом случае, они бы продолжили охоту на меня. Так каков будет итог нашего разговора?

— Отныне это дело находится под моим личным контролем. Признаюсь, мне весьма любопытно работать с вами, Добрыня Добрынин, — на его лице появилась ухмылка.

Однако, на мой взгляд, он поспешил с этим высказыванием. В конце концов, это лишь начало нашего сотрудничества. Возможно, ему стоило бы приберечь подобные слова для более подходящего момента в будущем.

Завершив все формальности с моим законным представителем, я вновь погрузился в уютный салон своего верного железного коня и направился к одному из лучших ресторанов города, который настоятельно рекомендовал Распутин.

Наслаждаясь плавным ходом автомобиля и мелодичными переливами радиоволн, я внезапно заметил в одном из переулков, мимо которых пролегал мой путь, весьма тревожную сцену. Двое мужчин, чьи намерения не вызывали ни малейших сомнений в своей преступности, напали на беззащитную женщину. Её стройные ноги были облачены в элегантную серую юбку, а под тонкой тканью блузки отчетливо проступали соблазнительные очертания пышной груди.

Один из негодяев грубо схватил свою жертву сзади, зажимая ей рот, в то время как второй, угрожающе размахивая пистолетом перед её лицом, принуждал несчастную к повиновению. Затем они скрылись из виду, утащив свою добычу в глубь переулка. Но хоть я и потерял их из виду, мой дар нет.

В этот момент меня вывел из задумчивости настойчивый гудок клаксона — загорелся зеленый свет светофора, а я все еще стоял на месте, погруженный в свои мысли. Желудок недовольно заурчал, напоминая о том, что пора бы уже подкрепиться.

Водитель позади меня, судя по всему, изрядно разнервничался и разразился отборной бранью в мой адрес.

Вот вам и столица — оплот культуры и вежливости, как же! Я лишь пожал плечами и, припарковав машину в совершенно неположенном месте, чуть ли не на самом тротуаре, поспешил на выручку незнакомке. Делать было нечего — время не ждало. Моя парковка вызвала бурю негодования у прохожих, но стоило им заметить мои внушительные габариты, как их пыл поутих, и они ограничились лишь злобными взглядами в мою сторону.

Я же, не мешкая ни секунды, бросился бежать по переулку, сворачивая то влево, то вправо, пока не оказался перед старым заброшенным отелем, который, судя по всему, давно уже не пользовался популярностью у постояльцев и теперь стоял пустой и никому не нужный.

Дверь, конечно же, была заперта, но для меня это не было помехой — я умел открывать замки и без ключа.

 

Тем временем

 

— Говори, чертова сука, что тебе известно о планах твоего хозяина, иначе я сперва отрежу тебе одно ухо, а потом и второе, — мужчина с залысиной на голове и густыми бровями угрожающе нависал над испуганной секретаршей.

— Нет, для начала мы с ней как следует позабавимся, если вздумает тянуть время, — ухмыльнулся второй, щербатый, и рывком разорвал на ней блузку.

Но в этот самый миг за их спинами возник здоровенный светловолосый парень.

— Простите, не подскажете, где поблизости можно найти приличный ресторан? — окликнул он бандитов.

Те мгновенно обернулись и уставились на него, как на умалишенного.

— Ты какого хрена здесь ошиваешься?

— Да, проваливай, пока цел! — второй махнул в его сторону пистолетом.

— Ну же, ребята, неужели так сложно ответить? — незнакомец не унимался.

Связанная секретарша, не выдержав, закричала:

— Бегите отсюда! И позовите кого-нибудь на помощь!

Но тут лысеющий со всей силы ударил её по лицу.

— Заткнись, дрянь!

Едва эти слова слетели с его губ, парень достал из-за спины длинную цепь, намотанную на руку. Он раскрутил её, словно лассо, и набросил на шею плешивому. Тот и опомниться не успел, как блондин начал вращать его с такой скоростью, что казалось, будто он вот-вот взлетит в небеса.

Второй бандит отпрянул назад и принялся палить по незнакомцу, но ни одна пуля не вылетела из ствола: пистолет попросту взорвался у него в руках, и он рухнул на пол с окровавленной головой.

— Черт, — с облегчением выдохнул парень, придушив его напарника цепью. — Я уж думал, он меня пристрелит. Повезло, что качество оказалось паршивым. Как вы, девушка? — он направился к ней, чтобы развязать.

— Конечно, огромное вам спасибо, но вы ведь чуть не погибли. Зачем же так риско… — и тут она вспомнила, что её блузка разорвана, и раскраснелась.

Но блондин, сняв с себя рубашку, протянул ей.

— Прикройтесь, можете оставить её себе. И в следующий раз будьте осторожнее.

Секретарша, хлопая ресницами, не сводила с него глаз, вернее, с его рельефного мускулистого торса. А он, даже не обращая на это внимания, развязал её и направился к выходу.

— Простите, а может, мы с вами как-нибудь выпьем в баре? — все же окликнула она его.

— Я не большой любитель спиртного, — махнул он ей рукой и скрылся за дверью.

* * *

Я небрежно сунул квитанцию о штрафе за неправильную парковку в карман, не позволяя этой мелочи испортить мне настроение. Резко нажав на газ, я помчался в сторону ресторана, предвкушая вкусный обед, но сначала купил новую рубашку.

Внезапно, только уселся обратно в тачку, у меня зазвонил телефон, и на экране высветилось имя моей возлюбленной.

— Алло, Викуль, что случилось? — спросил я, прижимая трубку к уху.

— Привет, милый, — промурлыкала она соблазнительным голосом. — Я решила устроить для нас романтик в моем отеле. Ты сможешь приехать? Я так соскучилась по тебе. И я приготовила для тебя кое-что особенное.

— Ты не могла выбрать более лучшего момента, — ухмыльнулся я, резко сворачивая на другую улицу. — Буду у тебя через несколько минут, красавица. Тебе что-нибудь захватить по дороге?

— Нет, разве что сыр, если не сложно, — ответила она.

— Понял, скоро увидимся, — сказал я, завершая разговор и прибавляя скорость.

По пути я заехал в цветочный магазин, где приобрел роскошный букет для своей возлюбленной, а также не забыл про сыр. Этот день складывался просто идеально: мне удалось убедить юриста, а теперь еще и свидание с Викторией. Мысли о свадьбе и совместном будущем промелькнули в моей голове, но я быстро отогнал их прочь. Сейчас не время думать о таких серьезных вещах.

Позже

Виктория, облаченная в изысканное платье, распахнула дверь своих апартаментов, встречая Добрыню. Он галантно преподнес ей букет цветов, а затем вручил корзину, доверху наполненную разнообразными сырами.

— К чему такое изобилие? Мы ведь не сможем все это съесть, — удивленно воскликнула она, всплеснув руками.

Но Добрыня, не останавливаясь на достигнутом, внес в комнату еще тридцать одну аналогичную корзину.

— Просто я не знал, какой сорт сыра придется тебе по вкусу, — пожал он плечами и, в довершение всего, вручил ей букет, также искусно составленный из сыра.

— И что мне теперь делать со всем этим сыром? — Виктория в изумлении уставилась на него, широко распахнув глаза.

— Не имею понятия, решай сама, — Добрыня потер руки в предвкушении. — Ну, чем ты меня порадуешь?

Вздохнув, она проводила его в роскошные апартаменты. На столе мерцали свечи, красовались свежие фрукты и изысканное вино. Центральное место занимала аппетитная фаршированная курица с золотистой картошкой.

— Я сама приготовила, — Виктория улыбнулась и наполнила бокалы рубиновым вином.

Но не успела она договорить, как Добрыня, ловко орудуя ножом и вилкой, принялся с аппетитом поглощать угощение. Блюдо было восхитительно на вкус, о чем он не преминул сообщить ей.

Однако в следующее мгновение улыбка сползла с лица Виктории, сменившись зловещим выражением.

— А ты знал, Добрыня, что только что отведал свою любимую питомицу? — зловеще выпалила она. — Я прекрасно осведомлена о твоей трепетной привязанности к животным и особой заботе об этой курице. Я лично ощипала ее и лишила жизни. Будешь знать, как в следующий раз выставлять меня за порог! Или ты считаешь, что это было нормально?

Но Добрыня, внимательно слушая ее тираду, продолжал с аппетитом поглощать угощение, ни на йоту не изменившись в лице. Он даже попросил подать соус к курице.

— Тебе что, наплевать на то, что я прикончила эту чертову курицу? — Виктория вскочила с места, не в силах сдержать гнев.

— Ты потрясающе ее приготовила, детка, спасибо, — Добрыня послал ей воздушный поцелуй.

Он продолжал жевать сочное мясо, краем глаза поглядывая на коробку из ресторана доставки, небрежно брошенную в мусорное ведро. Там тоже готовили восхитительную курицу.

Добрыня прекрасно знал, что Виктория не владеет кулинарным искусством: многие аристократки не утруждают себя готовкой, а те, кто умеет, рассматривают это как хобби. Да и Маша упоминала, что Виктория в этом деле еще хуже, чем она сама. Он понимал, что все это сказано лишь с целью вывести его из себя, но, как он и говорил, сделать это крайне сложно.

Поэтому Добрыня продолжал трапезу с легкой улыбкой, в то время как глаза Виктории все выше и выше ползли на лоб от изумления…

Отправить