Войти в систему
Войти с помощью соц. сетей:
Избранные статьи срочного выпуска «Вестника Вальдиры».
Впервые за всю историю торговых сделок зафиксирован подобный ажиотаж, граничащий с полным финансовым безумием! Торговые представители крупных кланов буквально грызутся из-за каждого бревна! Перепалки вспыхивают ежеминутно! Из-за пятидесяти тюков парусины высшего сорта был брошен вызов кланом Парящие Беркуты клану Морских Бесят! Цены на древесину, парусину, смолу, такелажную оснастку и металлические крепежи взлетели выше небес! Уже готовые корабли продаются чуть ли не на вес золота! А желающих поток — они толпятся на сходнях, кричат на берегу, обещают двойную, тройную и четверную цену! При этом на владельца судна сыплется столько угроз, что он попросту боится начать торги!
Лидером торгового безумства назван клан Архитекторов, потративший огромную сумму на покупку целого флота тихоходных речных судов вместе с баржами. Причем покупка состоялась, когда флот совершал торговый рейс, тяжелогруженые баржи тянулись за судами вверх по течению. Их трюмы были забиты отборным зерном и овощами. Вскоре многие игроки стали свидетелями того, как на зеркале реки открывается громадный грузовой телепорт, а с барж без малейшей жалости выбрасывается весь груз — река была покрыта толстым слоем брошенного в воду зерна на многие мили вниз по течению! Следом за зерном отправился за борт и старый экипаж, чье место заняли злые как тысяча чертей члены клана Архитекторов. Безумство! Безумство! Безумство!
Над рекой был замечен и великолепнейший золотой дракон, на чьей спине восседал грозный золотой рыцарь. Дракон тащил в лапах целый пук канатов, увлекая за собой в грузовой портал связку рыболовных баркасов и платформу, сплошь заставленную громадными винными бочками, пустыми, если судить по осадке платформы.
Над Альгорой вновь пролетела звезда! Мрачная и страшная, грозная и ужасная, способная испепелить небольшое войско одним магическим ударом… На этот раз, к счастью, никто не пострадал — древнее создание пропало из виду где-то над всегда оживленным Плосефонтом. Все обошлось малым испугом. Очевидцы заявляют, что в небе витали и ангелы — Бессмертные, что всегда стоят на страже, дабы защитить наш с вами покой.
Из достоверных источников поступила информация, что широко известный в морском сообществе пиратский адмирал Даг Дублон был нанят кланом Штормовое Предупреждение! Опуская подробности ужасного прошлого пиратского адмирала, мы не можем не признать, что он прекраснейший морской специалист, могущий управлять целым сонмом судов в любое время суток и в любую погоду. Ходят упорные слухи, что Даг Дублон обладает набором особых умений, позволяющих ему заранее видеть угрозы прямо по курсу — будь то мели, рифы, шторма или даже водовороты. Поговаривают, что у кораблей под его командованием и осадка уменьшена чуть ли не на четверть! Но в этом мы уже осмелимся усомниться…
Это небывальщина! Но это факт — множество свидетелей клятвенно заверяют, что лично видели, как по ледяному склону высоченной горы один за другим съехали десятки больших боевых кораблей! Сошли с горы как лавина, идя под всеми парусами! Благополучно добрались до затянутого льдом побережья, после чего открыли огонь из всех магических орудий, буквально взорвав ледяное плато, вырезав для себя во льду заполненный черной водой проход. Вскоре боевые корабли скрылись за горизонтом, оставив на берегу десятки ошарашенных зевак…
Внимание всем приключенцам! Неладное творится в древнем лесу Темный Край! Дремучий лес и раньше считался гиблым местом, сейчас же все ухудшилось в разы! Эпидемия! Страшная эпидемия неведомых болезней захлестнула Темный Край! Ужасные хвори не щадят никого! Они поражают все живое! Рать лекарей сражается с наступающей из леса заразой, но они терпят поражение! Уже два города поражены эпидемией и закрыты на карантин! Парящие в воздухе наблюдатели с содроганием передают подробности тех кошмаров, что творятся на наглухо перекрытых улицах карантинных городов! Откуда такой прорыв болезней? Почему они настолько сильны, что с ними почти невозможно справиться? Что за кара небесная постигла Темный Край? И кто же спасет несчастных больных от неминуемой смерти? Светлые боги! Время молиться!
Отложив срочный выпуск «Вестника Вальдиры», я изумленно поцокал языком и тут же болезненно сморщился — мне в лицо ударил жаркий сухой ветер, вмиг набив рот колючим песком.
— Суховей у Суховея, — засмеялся Злоба, закрывая нижнюю часть лица широкой белой повязкой. — Здесь такие ветра не редкость. Подъезжаем…
— Вижу, — отозвался я, глядя вперед.
Мы со Злобой сидели бок о бок в хлипкой двухместной повозке, запряженной двумя беговыми верблюдами. Жара вокруг ужасная. А ведь мы еще даже до пустыни не добрались — здесь лишь ее преддверие. Километров пять до городка Суховей, расположенного на просоленной безжизненной равнине к югу от огромной пустыни. Сам город накрыт магическим пологом, препятствующим телепортации. Мера безопасности для защиты от летучих магических отрядов, обитающих в пустыне и совершающих регулярные боевые вылазки. Так что добраться до города можно пешком, на лошади, на крыльях или на колесах. Мы выбрали последний вариант. Не самый быстрый, не самый дорогой. Не то чтобы мы экономили в средствах, напротив, я бы рад потратить больше, чтобы сэкономить время. Но в данном случае этого не требовалось — нужное нам место находилось в полукилометре от границы Суховея, рядом с лагерем местной стражи.
Как пояснил Злоба, там стоял кособокий домишко, построенный из всего, что под руку попалось, — разрубленные пни, натянутые шкуры, битые кирпичи, простые камни и даже песок — его засыпали в щели пола и стен, дабы ночью не заползли ядовитые змеи и скорпионы, водящиеся здесь во множестве. Куда ни ступи — под ногой либо скорпион раздавленный чавкнет, либо змея придавленная вокруг лодыжки обовьется.
Веселая здесь местность. И ни одного колодца поблизости. Воду к дому поставлял местный водовоз, представляющий собой старую тележку, нагруженную большой бочкой, которую тащил за собой изнывающий от жары спесивый ишак с плешивой шкурой. Рядом шагал сутулый дедушка, похожий на прожаренный в духовке древесный корень, с почти черной кожей, такого же цвета редкими зубами и белоснежной шевелюрой, достигающей до узких костлявых плеч. Вода в бочке плескалась мутная, аж оранжевая от большой примеси глины, да еще и теплая до отвратности. Такой водой и растения поливать жалко, а уж пить такую водичку самому…
Вся процессия медленно двигалась к домишке с поминутными остановками — ишак начинал артачиться, костлявый дедушка приплясывал рядом, с ажиотажем нахлестывая упрямую скотину обрывком веревки и поминая всех прародителей плешивого отродья. В один из моментов, когда водовоз добирался почти до цели, из дома выскакивала закутанная в белую одежду старушка и начинала поминать лихом уже самого старика, чтоб его шайтан прибрал поскорее к себе, ведь уже какой год подряд не может он доставить воду вовремя! Нечем полить любимый цветок и нечем напоить любимую старую курицу. Бабулька явно готовила оскорбительные речи заранее, выплевывала ругательства, как арбузные семена, вовсю насмехаясь над пытающимся отбить словесную атаку стариком. Ишак, пользуясь случаем, прикрывал глаза и погружался в дрему. Это представление длилось не меньше трех и не больше пяти минут.
Ровно столько времени у меня в запасе, чтобы пробраться в дом через заднее окно, прикрытое обрывком шкуры.
Курица! Вот цель операции!
Облезлая и почти голая трясущаяся курица, достигшая весьма преклонных лет, почти ослепшая, важно восседающая на кровати и вяло клохчущая. Куриная голова тряслась так сильно, а голые крылья вызывали такую жалость, что даже самому фанатичному любителю животных хотелось взять в руки острый топорик и разок тюкнуть по тощей шейке — дабы избавить птичку от мучений.
Вот от этого шага меня и предостерег Злоба — птичку трогать вообще нельзя! Ни в коем случае! Ибо не птичка это вовсе. А что-то вроде демона, принявшего птичью форму. Точно не знал никто. Но как-то к старушке забрался некто ради смеха и, не найдя чего спереть, решил прихватить с собой мирно сидящую на кровати курицу. Птичка вынесла вора из дома вперед ногами. Сначала когтями и клювом содрала с него кожаные одежды и металлические бляшки брони, раздела вора до подгузника и в таком виде выгнала во двор, где и прикончила. А затем с тоскливыми клохчущими стенаниями вернулась обратно в дом.
Дабы убедить меня в правдивости сей жуткой истории, Злоба закончил ее следующими словами: «У этой курицы клюв по локоть в крови!» Пока я пытался это представить, он дал мне следующие инструкции: надо забраться в дом, прокрасться к кровати, после чего подложить под дремлющую курицу одну золотую монету. И все. За этот подвиг мне воздастся с лихвой — плюс три процента маны сроком на один месяц. Но дело опасное! Если вернется в дом старуха и застанет меня у любимой курицы — проклянет! А ее проклятье лишит меня пяти процентов маны — снова на месяц. Дабы этого не случилось, Злоба станет меня страховать и в случае чего поставит перед входом в дом каменную магическую стену. Но промахов допускать не стоит, ибо три процента маны — это три процента маны.
Да уж… подкладывать монеты под дрыхнущих куриц мне еще не доводилось…
О Вальдира, как же ты многогранна!
— А как узнали этот секрет игроки? — вопросил я.
— А фиг его знает, — развел руками Злоба. — Но в секрет посвящены немногие.
Ну да. Три процента к мане лишними никому не будут — даже воинам, что часто используют магическое исцеление и простенькие ауры. Не использовать же снаряжение с бонусами на ману. И потому секрет с курицей следовало держать в секрете — иначе тут очередь выстроится из «подкладывальщиков» и каждый будет держать в потном кулачке золотую монету.
Повозка остановилась метрах в двухстах от нужного дома. Да уж. Классический дом пустынный ведьмы из восточных сказок. В таком доме добрая старушка жить не станет — тем более в гордом одиночестве посреди знойной пустыни. Но бабка не совсем уж злая, иначе б не позволили ей жить даже на отшибе — все ж недалече город Суховей, а если взглянуть по сторонам, вокруг обнаружится множество военных лагерей, наполненных солдатами. Армия Альгоры встала тут надолго — боятся угрозы от пустынных кланов.
Сползя с повозки на землю, я подкинул в воздух монету, поймал ее, снова подкинул, косясь на медленно приближающееся к домику облачко пыли. Вот и водовоз поспешает — по его меркам, если оценивать скорость ишака станет другой, то определит скорость как черепашью.
— Пора, — изрек Злоба. — Крадись же, о избранный!
— Фуф, — выдохнул я, пытаясь сдержать смех. Чем занят Великий Нави? Важным делом! Монеты золотые под куриц подкладывает!
Едва скрипнула передняя дверь, я перешел на легкую трусцу, двигаясь к окну, занавешенному драной шакальей шкурой. Воздух от жары колыхался так сильно, что порой домик казался лишь миражем, сотканным моим обезвоженным воображением…
Назад я вернулся спустя четыре минуты. Весь был покрыт пылью, колючками и белой густой гадостью, о чьем происхождении предпочитал даже и не задумываться. Поджидающий меня боевой маг покосился на мою одежду, демонстративно принюхался, сморщился.
— По измазанной пометом радостной роже вижу, что все получилось. Подложил ты монету.
— Подложил, — признался я.
— И бонус получил?
— Получил.
— Ну и славно. Двигаемся дальше. К городу Суховею. Я еду на повозке, а ты бежишь сзади.
— Чего это вдруг?
— Попахиваешь ты… пометом демоническим.
— Я сейчас тебя пометом измажу! И побежим за пустой повозкой вместе! — пообещал я, усаживаясь на прежнее место. — Куда правим теперь?
— Дальше на север. В Суховее присоединимся к любому из обозов военного снабжения, направляющихся к стоящим в пустыне укрепленным сторожевым постам. Едва выйдем из-под магического полога, запрещающего телепортацию, — прыгнем к одному из постов, где ждет малый отряд наших бойцов. И все вместе двинемся к руинам города Мирный.
— Это ради меня туда бойцов перебрасывали? — с легким смущением поинтересовался я.
— Нет, — успокоил меня Злоба. — Малый отряд там почти постоянно дежурит. Это работа на положительную репутацию с армией и стражей. Пустынные кланы совершают боевую вылазку, а мы, если повезет, оказываемся на острие их атаки и берем удар на себя. Либо с честью гибнем, либо побеждаем. В обоих случаях уважение альгорских вояк к нам растет понемножку. Опять же лучшей боевой школы не найти — эти пустынные ниндзя те еще мастера убийства. Ну, ты же видел Баронессу в бою в конце похода в Запределье?
— Это да, — кивнул я, мерно покачиваясь в пришедшей в движение повозке. — Видел, но толком ничего не увидел. Одни смазанные тени и яркие вспышки магии.
Я был рад беседе — нам тащиться до города минут двадцать, и вся дорога проходит по пыльной долине, ровной, как стол. Редкие огородики и загорелые дочерна крестьяне особого разнообразия в здешние виды не вносили. Злоба придерживался того же мнения. Хороший разговор любую дорогу сокращает вдвое, если только это не полет на Марс.
— Вот-вот, — смешливо хмыкнул Злоба. — Вспышки и смазанные тени. Здесь так же воют пустынники. Если научишься отражать атаки живых песчаных молний, то поверь — многие другие бои покажутся тебе ерундой. Те наши, кто из рекрутов переводится в полноценные воины, сразу отправляются сюда, чтобы вволю хлебнуть боли поражения и унижения. Зато потом становятся как кремень. А кто отличится в пустыне и к кому есть доверие — тех уже отправляют на остров. Для дальнейшего совершенствования.
— Какой еще остров?
— Кхм… Да много у нас разных островов, — отмахнулся Злоба, и я понял, что он ляпнул не подумав. Проговорился невзначай.
Есть какой-то особый остров у Неспов, точно есть. Хотя, может, и не соврал боевой маг — много у Неспящих островов. Но уточнять и выспрашивать я не стал. Чужие тайны не мое дело. Хотя интерес есть, не скрываю. Чистой воды любопытство.
Дальнейший разговор свернул в иное русло — мы обсудили вспышку болезней в районе Темного Края. Загадочная эпидемия, косящая все живое на своем пути. Как мне сказал Злоба, большая часть лучших лекарей Неспящих уже там. Борются с заразой. И собирают образцы… Это ведь биологическое оружие массового поражения. Впервые мы столкнулись с этой гадостью возле руин, называющихся Длань Исполина. Там находилась малая крепость, занятая кланом Gold Knights Templar, что сразу же проявили агрессию, попытались отжать грузовой обоз и перебить нас всех. Но у них не срослось, хотя всех последующих деталей не знаю. Мне известно, что вырвались мы оттуда чудом, а затем оказались рядом с Темным Краем, у южной его окраины, причем очутились там насквозь больными. Нас поразил целый букет болячек.
Меня очень волновала эта тема. По простой причине — мы могли стать причиной эпидемии. Когда отлеживались у лесного озерка, мы успели изрядно там наследить и даже искупаться. Нас почти излечили — сегодня утром я выпил предпоследний набор волшебных снадобий. Но до того как была блокирована зараза, мы могли распространить ее повсюду… Это я и озвучил Злобе. И к моему радостному облегчению, он тут же замахал руками в отрицании, а затем твердо заявил:
— Не мы! В Темном Крае — не мы!
— Прямо гора с плеч!
— Точно не мы. Вы отлеживались в юго-западной части. А первые вспышки болезни появились где-то в самой середке Темного Края. Все вроде бы началось с того, что в небольшое эльфийское поселение нагрянула какая-то жуткая тварь, напоминающая высоченную мускулистую гориллу, обросшую зеленой шерстью, и с глазами, пылающими как два раскаленных синих угля. Горилла натворила дел в деревне — многих отправила на тот свет. Еле-еле совладали с ней, убили. А затем один за другим местные жители начали валиться от болезней… Первая вспышка Множественной Чумы.
— Как-как?
— Множественная Чума. Так ее назвали. Там ведь целый букет болячек, попробуй разберись. Да и болезни усиленные, страшные, распространяются с дикой скоростью. Чума и есть чума. Одним словом — мы не виноваты. А вот Золотые Придурки тут запросто при делах могут оказаться. К ним след ведет. Может, и узнаем, откуда пошла зараза в Темном Крае. А может, не узнаем. О, смотри, энтузиасты поднимают целину… мы превратим пустыню в город-сад!
Следующие минут десять мы ехали в завороженном оцепенении, глядя, как по левую сторону от дороги творятся агрономические чудеса. Как извещало огромное информационное панно, приколоченное к глубоко вкопанному столбу, в бесплодной пустыне работал фермерский клан-община Зеленые Ростки. А если точнее:
Превратим пустыню в цветущий сад!Фермерский клан-община Зеленые Ростки работает над превращением бесплодного участка пустыни в плодородные земли, приносящие урожай!Если ты любишь работать на земле, если тяпка и лопата твои любимые инструменты, если у тебя замирает от радости дыхание, когда ты видишь пробивающийся из земли первый зеленый росток, — ты тот, кто нам нужен!Щедрая оплата гарантируется!Профессиональный опыт и бесплатное обучение с получением профильных фермерских умений гарантируется!Полное снабжение инструментом гарантируется!Защита гарантируется!Клан-община Зеленые Ростки ставит перед собой грандиозные цели!Мы выращиваем растения везде!
А чуть ниже прибита табличка поменьше, и текст на ней куда менее радостный, но столь же многообещающий:
Внимание!Данный участок находится под охраной боевого клана «Небесный Багрянец»!Любой агр будет уничтожен! Любой вор наказан! Любой шутник проучен!Хочешь остаться и помочь — оставайся!Нет? Тогда просто проходи мимо!Вас предупредили!
За столбом открывался фронт мирных работ. Я смог рассмотреть все в деталях, ибо фронт работ двигался нам навстречу, медленно, но неотвратимо, вместе с грохочущими грозовыми тучами. Не только мы двигались — он тоже!
Первыми тяжело шагали громадные многотонные каменные големы, упирающиеся в землю всеми шестью ногами-тумбами, тащащие за собой счетверенные гигантские плуги с лезвиями из отточенной сверкающей стали. Песок вспахивало беспощадно, отвалы мертвой земли достигали высоты в метр и выше. За големами шли десять выстроившихся в шеренгу магов, раскинувших руки и обрушивающих на бесплодную землю сверкающий зеленый свет магии. За магами тяжело шагали двуногие големы-великаны, достающие из огромных сумок бурые комки и разбрасывающие их вокруг. Затем снова тащились плуги, заново перепахивающие землю. Потом с грохотом приплывали грозовые тучи, на землю падала сплошная стена ливня, пенящаяся вода обильно смачивала потемневший песок. И в конце невиданной процессии шагали обычные трудяги-игроки, несущие саженцы, лопаты, тяпки и прочие нужные им штуки. Они копали вручную глубокие ямы, бережно опускали туда саженцы, засыпали грунтом и удобрением, после чего шли дальше. О… я ошибся — потом шел дождь, только куда слабее предыдущего ливня — самый настоящий мягкий грибной дождик, нежно омывающий трепещущие листья молодых саженцев.
— Вот так вот, — буркнул заслуженный боевой волшебник Неспящих, смотрящий на творящиеся чудеса с некоторой даже тоской. — Мы тут осады отбиваем, ожесточенно штурмуем, тонем в огненных вихрях и кислотных водоворотах. Рвемся на Затерянный материк, пытаемся утопить других и не утонуть самим в вечной войне кланов. А эти ребятки сажают себе яблони, вишни, абрикосы. Собирают урожай, продают, покупают новые семена и вновь сажают. А вечерами сидят себе под тенью вымахавших деревьев и пьют ароматный чай, наслаждаясь пением соловьев.
— И ты бы хотел так? — спросил я задумчиво. — Сажать и собирать, пить чай с соловьями?
— Я? Нет! На фиг, на фиг. Но иногда… почему бы и нет…
— Вот завершим Великий Поход, и уйду на покой, — вздохнул я. — Поселюсь где-нибудь на отшибе и стану выращивать виртуальные помидоры.
— Мечтай дальше. Я тоже так думал. Закончится один поход, только выпьешь глоток вина, как кто-то находит новый данж, где еще никто не бывал, или вновь нападают орки… и ты опять снимаешь со стены посох боевого мага. И снова отправляешь в путь. А посаженные помидоры чахнут и засыхают — поливать их некому.
— Да уж, — покрутил я головой. — Умеешь ты воодушевить. Мы прибыли.
— Сам вижу, — проворчал Злоба. — Городок Суховей. Мазанка на мазанке и крепость на крепости.
Тут он не ошибся. Город Суховей являлся скопищем глинобитных одноэтажных домов, хаотично разбросанных повсюду. А над ними вздымали свои стены крепости, с чьих башен бдительно посматривали стражи. Пустыня вокруг. Врагов много. То и дело происходят мелкие нападения — не реже одного раза в день. Случаются обычные стычки. Бывают и полномасштабные военные действия. И в таких случаях мирное население укрывается в ближайших крепостях, где и пережидает бойню. А дома не жалко — глины вокруг много, всегда заново отстроить можно.
Крепости выглядят светло-желтыми величественными утесами, стоящими в мелководном глиняном море мазанок. Лишь одна крепость кажется закопченным потрескавшимся камнем, несколько оплывшим и скособоченным.
Крепость Плачущих Душ.
В последнее особо крупное нападение крепость не устояла. Пала под штурмом пустынных кланов, которые вырезали внутри все живое. Крепость превратилась в закопченный мемориал, поднявшийся высоко над городом. На почерневшей от сажи главной и самой высокой башне установлен колокол, звонящий раз в день. Там же грубо вырезанная плита песчаника со словами: «Не забудем и отомстим».
В общем — Суховей находится в состоянии перманентной войны. Но при этом жизнь здесь бурлит, торговля цветет, оживление круглосуточное. Для игроков свыше сто пятидесятого уровня здесь раздолье — монстров хватает, и заработать на заданиях можно. Игрокам поменьше сюда лучше не соваться… Тем более внутри города Суховей творится полный бардак с зонами МирСта — тут есть несколько районов столь же безопасных для игроков, как и улицы Альгоры. Но кое-где улицы погружены в хаос. Там разрешены нападения. И туда одиночкам вообще не стоит заходить. Иначе мигом убьют. Суховей любим аграми. Здесь они дома.
Грохоча и скрипя колесами, наша повозка медленно вкатилась в городскую окраину. Чуть повернувшийся Злоба вытянул руку, и заброшенную глиняную хибару у дороги внезапно накрыло громадным валуном, мгновенно смявшим хрупкую постройку. А сверху упал еще один валун, после чего все скрылось завесой ядовито-желтого кислотного дождя. За пару мгновений небольшой участок местности превратился в давилку, обильно смоченную кислотой. Валуны медленно погружались в разъедаемую кислотой землю…
— Агры, — скупо пояснил Злоба. — Дилетанты. Кто ж так прячется…
Глядя на курящуюся кислотным дымом воронку, я промолчал. Вот это мощь… одно мановение руки — и несколько игроков агров попросту испарились…
Мне есть чему позавидовать.
— Немного осталось, — неправильно понял мое молчание Злоба. — Скоро уже караван-сарай. Вольемся в отходящий караван и поедем дальше — на север, в глубь пустыни. К руинам города Мирный.
Я кивнул и запахнул полу черного плаща. Наше путешествие в поисках маны продолжалось…
Сейчас великую северную пустыню по нижнему краю охватывает плотная цепь из прекрасно защищенных сторожевых постов. Это новая цепь. Новая линия обороны. Существует и поныне цепь постов, что проходила по пустыне куда севернее, почти достигая первых оазисов и поселений. Одним из звеньев старой цепи был небольшой город с говорящим названием Мирный. Ныне от него остались лишь скорбно стонущие в порывах ветра руины. Равно как и от всей цепи уничтоженных сторожевых постов. В те страшные дни буквально вся пустыня восстала против чужеземцев. Война шла повсюду. Звенья цепи выгорали одно за другим — разрушались сторожевые посты, умирали с оружием в руках защитники, бежали прочь мирные жители. Последним полыхнул город Мирный. Неизвестное волшебство было столь сильным, что горели даже каменные и глиняные дома.
Отброшенная на юг армия Альгоры начала спешное укрепление новых позиций. Так появилась защитная цепь, идущая такой же дугой, но уже куда ближе к южному краю грозной и неприветливой пустыни. Все это я узнал из тонкой, но красочной книги с названием «Пустынная резня». Суть давних трагичных событий — медленное продвижение армии Альгоры на север было жестко остановлено, и с тех пор никаких маневров военные не предпринимали, предпочитая выжидать на самом краю пустыни. Пустынные воины обломали зубы королевству Альгоры. И остались в песчаных пустошах полновластными хозяевами. Поэтому надо быть крайне осторожными здесь.
Еще книга советовала поднять вверх разрешительные ярко-красные флаги с черной вязью загадочных букв. В том случае, если мы получили их от одного из могущественных пустынных кланов. Таких флагов у нас не было. Поэтому наш отряд поднял вверх зелено-синие флаги, говорящие всем заинтересованным лицам, что мы не питаем злых намерений к жителям пустыни и здесь не задержимся — простой переход до ближайшего оазиса и обратно. В девяноста процентах случаев это срабатывало.
Покачиваясь на верблюжьей спине, я внимательно смотрел по сторонам. И всюду видел песчаное бесконечное море с пологими застывшими волнами барханов. Ни былинки. Ни травинки. Ни единого камня. Один только желтый шуршащий песок. Верблюды, корабли пустыни, передвигались весьма ходко. Отряд двигался быстро — несущие нас животные из разряда элитных. Песчаный экспресс.
Перед глазами повисло надрывно слезливое сообщение о том, что жара достигла немалых высот. Тепловой удар почти неизбежен, миражи обеспечены. Прекрасная перспектива для того, кто сегодня вечером собрался выйти в открытое море. Я даже представил себе — стоит Черная Баронесса на боевом мостике флагмана, притопывает в нетерпении сапожком, ждет Великого Навигатора. А я в это время в пустыне за миражами бегаю и заливаюсь веселым счастливым хохотом… Да уж…
Злоба познакомил меня с упомянутым небольшим отрядом. Не просто отряд — боевое универсальное звено. Ну, это я так решил, вблизи рассмотрев воинов Неспящих. Тут два лекаря с разными профилями, судя по аурам и экипировке. Один паладин с двуручной серебряной палицей, два мечника, причем один с мечом огненным, а другой с ледяным. Два боевых мага с различной специализацией. Два стрелка — опять же один с арбалетом, а другой с классическим длинным луком. И еще два игрока безо всякого видимого оружия. Нет у них специализации. Класс одного я вроде опознал достаточно легко — воин с двумя топорами, если это именно их рукояти торчат из-под его плаща. Помимо этого на его доспехах светятся руны, существенно усиливающие грузоподъемность, — думается, его профессия «ишак». Коллега Бома. Последний игрок остался загадкой. Одет он просто, без малейших намеков на классовую принадлежность, выглядит дружелюбным, но при этом молчаливым. Смотрит на мир как-то странно — специфический у него наклон головы, все же больше по земле глазами шарит, редко смотрит перед собой, а на небо не взглянул ни разу.
В общем — боевое универсальное звено. Классическое. А я в нем в качестве ценного груза пребываю — насчет этого и сомнения быть не может. Ибо кроме меня и Злобы все игроки в диапазоне между двухсотыми и двухсот пятыми уровнями. Я на их фоне пигмей, а Злоба настоящий великан — на него поглядывают с большим уважением. Что интересно — ни у кого из боевого звена нет с собой питомцев. Не стали их брать. Видимо, не требуется. Или еще какая причина.
Почему я так внимательно разглядывал окружающих меня игроков?
А чем еще заняться посреди пустыни с неменяющимся пейзажем «за окном» верблюда? Такое впечатление, что движешься по кругу или вовсе стоишь на гигантской беговой дорожке, установленной посреди зала с пустынным антуражем. Вот и разглядывал парней и девчат, что, в свою очередь, не стесняясь, рассматривали меня во все глаза. Мое имя на слуху, всем интересно посмотреть на Росгарда вживую. Они и Тирана взглядами искали, заглядывая за бока оседланного мною верблюда, на саму животину косились с подозрением — а не волк ли это замаскированный?
Между собой мы не разговаривали. Я первым беседу начинать не стал. А им явно велели меня расспросами не донимать. Даже Злоба затих и молча покачивался на спине соседнего верблюда, беззвучно шевеля губами, читая строки старой книги в красном кожаном переплете с выдавленным золотым узором огня на обложке.
Поэтому вплоть до цели отряд шел в гордом молчании. А затем, когда мы не стали обходить длиннющий песчаный холм, а перевалили прямо через него, моим глазам открылась такая потрясающая панорама, что я напрочь забыл про беседы и скуку.
Вот он… Город Мирный.
Песчаное волнистое море упиралось в мрачную закопченную защитную стену, сделанную из сплавленного песка. Стена поднималась метров на пятнадцать, шла кругом вокруг города. Ее верхняя кромка напоминала странный волнистый узор — так ребенок нарисует морскую волну, если его попросить. Извилистая линия, пляшущая вверх и вниз, — оплавленные и просевшие участки стены. Эти «провалы» доходили почти до самой земли в нескольких местах. Вот, значит, как была пробита городская защита — нападающие попросту проплавили стену.
За стеной виднелись первые городские постройки. Выглядящие как сыр, полежавший на солнцепеке. Окна и двери повело, стены изогнулись, крыши ушли вниз. Полное впечатление, что здешние дома сначала вылепили из воска, после чего ночью расставили на холодном песке и стали ждать восхода палящего солнца, которое живо расплавило восковые поделки, жестоко исказив их очертания. Там и сям вздымались в небо тонкие наблюдательные башни, выглядящие как оплавленные свечные огарки. Камень в наплывах, в трещинах, покрыт копотью. В самом центре руин, на рукотворном холме, возвышается почти растекшийся каменный пирог. Бывшая крепость Мирного. Растеклась огненными ручьями вместе с защитниками… Как будто под ней вулкан проснулся. Или же…
— Будто водородную бомбу ахнули, — за меня произнес Злоба, оторвавшийся от книги. — Убирайте флаги, камрады. Они больше не помогут.
— Почему? — удивленно спросил я, глядя, как бойцы сноровисто убирают зелено-синие флаги.
— Потому что пустынники категорически против посещения руин Мирного кем-либо, — пояснил маг. — Видишь вон тот знак?
Трудно не увидеть намалеванный на стене громадный и непонятный знак, изображающий что-то вроде красного черепа с глубокой трещиной, проходящей по правой стороне лба и глазнице, с разверстым клыкастым ртом, из которого обильно высыпается черный песок вперемешку с костями.
Дождавшись моего кивка, Злоба продолжил:
— Знак Клана Мертвых Песков. Это их земли. И они же принимали огромное участие в штурме Мирного. Говорят, оплавляющая камень страшная магия принадлежит именно им. И это заклинание Древних. Представляешь? — Глаза Злобы полыхнули нескрываемой завистью. — Черт! Если так — вот бы выцарапать у них заклинание! Ты глянь, какой объем, — весь город накрыло одновременно. А эффект какой! Будто сделанный из пластика город поставили в гигантскую печь и подержали там минут пять! И все растеклось и запеклось… ух!
— Ух, — вздохнул я, глядя с тревогой на скалящийся красный череп. — Так этот знак что значит?
— Что сюда соваться нельзя. Иначе придут воины Мертвых Песков и сделают нам бобо. Ладно, вперед!
Хлопнув ладонью по шее меланхоличного верблюда, Злоба двинулся дальше. Я последовал за ним, как и окружающие нас воины Неспящих. Чувствую себя Индианой Джонсом. Только вместо сексапильной помощницы мне достался Злоба. Или это он считает себя бравым Индианой, а меня… хм…
С каждым шагом разрушенный до основания мертвый город Мирный становился ближе. Как и намалеванный на стене клыкастый красный череп; такое впечатление, что его рот раскрывался все шире. И как только мы приблизимся еще ближе, нас тотчас проглотят, а затем выплюнут вместе с черным песком в виде разрозненных обглоданных костей. Жуть какая в голову лезет…
— Так, — забормотал Злоба. — Слушай внимательно. Вот что мы должны сделать в этих клятых руинах… Я говорю конкретно про тебя, на тот случай, если придется разделиться. У нас задачи другие — по сторонам посматривать, тебя защищать, может быть, придется задержаться, в таком случае что есть мочи беги вперед — эликсиры на повышенную выносливость я тебе дам, равно как на скорость бега. А еще высококлассный амулет, чтобы ты видел ловушки и мог их избежать. Их рисунок постоянно меняется, поэтому карты минного поля у нас нет.
— Ясно, — кивнул я, с готовностью принимая амулет и с трудом сдерживая рвущийся из горла крайне неуместный сейчас смешок. Дело в том, что врученный мне амулет выглядел как расправивший крылья орлан. Красивая птица. И все бы хорошо, но вот глаза амулета… такое впечатление, что орлана пнули по хвосту и у него от изумления выпучились глаза, как в мультике…
Как тут сдержаться? Я едва не подавился собственным смешком и глухо продолжил:
— Потом?
— Тебе надо добраться до самого центра руин. До центральной площади, что рядом с крепостью. Мимо не промахнешься. Сама крепость будет тебе ориентиром. Входной портал видишь? Врата в крепость.
— Вижу, — подтвердил я, с трудом сообразив, что в данном случае под порталом подразумевается не магическое телепортационное устройство, а обычный и красивый вход. — Понял. Затем?
— Когда доберешься до площади, то поймешь, что от нее ничего не осталось, — продолжил Злоба, передавая мне массивные хрустальные флаконы, заполненные обещающими новые возможности жидкостями. — Там что-то вроде бугристого поля, засыпанного песком, желтым и черным. Еще много пепла и мелких костей. Есть авторитетное, но еще не подтвержденное мнение, что страшное заклинание, превратившее Мирный в рекламу пиццы, было активировано именно там — на центральной площади. То есть пробрался в город лазутчик и прочел заклинание Древних, вызвав жаркий апокалипсис на свою и чужие головы. Засранец решительный… Но мнение неподтвержденное. Поэтому пока забудем его, хотя, если вдруг что узнаешь, расскажи и мне как другу и мудрому наставнику!
— Если наставник, то это ты должен мне рассказывать, — заметил я.
— Не лезь в амфору, жадюга! — парировал маг и продолжил: — Вся площадь — сплошной зыбун из прожаренного песка и костей. Но кое-где торчат массивные камни. Остатки обрушившихся зданий и рухнувших башен. Прыгая по этим кочкам, ты доберешься до самого центра зыбуна.
— Понял. Потом?
— Потом начнешь напевать любую лиричную песню и медленно исполнять стриптиз, старательно крутя тазом так, чтобы на обе твои ягодицы попеременно падал луч полуденного солнца… Когда поймаешь левой ягодицей солнечный зайчик в пятый раз, то…
— Чего-чего?
— Шутка… не надо такого зверства.
— Ты, блин…
— Да говорю же — шутка. Ничего такого страшного делать не придется, — отмахнулся Злоба, скалясь в усмешке. — Просто прыгнешь в зыбун головой или ногами вперед и утонешь.
— Опять прикалываешься?
— Нет. Вот на этот раз никаких шуток. Прыгнешь в зыбун и утонешь, — медленно и отчетливо повторил он. — Но только не абы в какую часть зыбуна, а в ту, где медленно крутится водоворот из чистого черного песка без малейших примесей желтого. Это важно!
— Обалдеть… ладно, понял. Крутящийся водоворот из черного песка без примесей желтого.
— Смотри не ошибись! Там мелких водоворотов под сто штук! Не торопись. Прими правильный выбор. И только когда будешь уверен на все сто процентов — прыгай.
— А если ошибусь?
— Умрешь. И все. Второго случая не представится — те, кто уже тонул в зыбуне однажды, в тайное святилище не попадут. Дохлый номер. Проверено многократно. Если ошибешься — здесь ты в пролете. Можно будет возвращаться домой.
— Запутано все… ладно. Какое еще святилище?
— Вот… это главная часть. Пройдя через правильный водоворот, попадешь в крохотную каменную комнату под землей. Вроде бы под землей. Мы не уверены. Но там окон нет, так что не проверить. Комната квадратная. Есть один выход наружу, но за порогом сплошная стена шелестящего черного песка, поднимающегося вверх — будто водопад в обратную сторону пустили. Это твой лифт. Когда закончишь все дела, прыгнешь в черный песок, и он тебя выбросит на поверхность у самого края бывшей площади. Там уцепишься за любой камень и выберешься. Ну или мы поможем, если не окажемся заняты. Запомнил?
— Да.
— А теперь о делах в святилище — все очень легко, доступно даже обделенному интеллектом. В одной из стен глубокая ниша высотой метра в полтора. Внутри каменный истукан, вырезанный из подозрительно красного песчаника. Даже багрового. Истукан держит перед собой ладони ковшиком. И в ладошках плещется немного черной густой жидкости. Блестящей такой. Тебе надо наклониться и, не отрываясь, выпить всю черную жидкость без остатка. Именно таким образом! Не надо пытаться зачерпнуть жидкость из ладоней, не надо тыкать туда пальцем и облизывать его и ни в коем случае не надо пытаться наклонить самого истукана или опустить его руки! Просто наклонись, вытяни губы дудочкой и выпей все из его ладошек как водку — залпом. Понял?
— Да уж… понял. И это все?
— Да. Потом мы тебя забираем из черной песчаной ванны и уходим в глубь пустыни. Мы знаем место, где магический полог прерывается. Оттуда улетим свитками. Верблюдов придется бросить. За этот вояж и лакание из чужих ладоней тебя наградят аж четырьмя процентами маны сроком на полгода. Спустя полгода два процента из четырех пропадут. Еще через полгода пропадет предпоследний процент. А последний останется с тобой навсегда. Бонус разовый, вновь вернуться к истукану не получится — даже через два года. Пытались.
— А ты сам уже лакал из ладошек?
— Шутишь? Я еще и облизал их досуха! И добавки шепотом попросил! Жаль, мне не дали…
— Ясно… Последний вопрос, пока мы не добрались: а как вы это вообще узнали? Про правильный зыбун, про идола, про остальное? И да — я понимаю, что секрет надо сохранить и про бонус буду молчать.
— Почти случайно, — ответил Злоба. — Было мнение, что это преддверие входа в божественный ад. Вот и ныряли некоторые рыбкой в зыбун. Затем попали случайно в нужный. Дальше дело проб и ошибок. Рос, прошу! НЕ ошибись с нужным зыбуном! Только в абсолютно черный водоворот прыгай! Он у самого центра бывшей площади. Точное место меняется, но у краев он быть не может — всегда где-то по центру передвигается. Когда прыгнешь, руки по швам, ноги сожми — чтобы другие водовороты не задеть. А то вдруг что не так из-за этого пойдет. Переиграть будет нельзя. А бонус жирный. Жаль упускать.
— Я понял, — кивнул я. — Если со мной пойдешь — подскажешь?
— Если буду с тобой — подскажу, само собой. Хотя сам в первый раз минут тридцать трясся, все не мог понять, этот водоворот черный или же в нем есть три желтые песчинки, что мерещатся мне в который уже раз… уф… Ну, готовься, сейчас мы нарушим табу Клана Мертвых Песков и, несмотря на запрет, войдем в руины Мирного…
Я поднял голову и вздрогнул — прямо надо мной нависал громадный красный череп, а вытекающая у него из клыкастого рта черная река песка, казалось, вот-вот накроет меня смертоносным душным валом…
Мы у самого Мирного… в десяти шагах от жестоко оплавленной стены.
Вот она, грань, за которую не все игроки желают заходить. Там, гораздо южнее, мир Вальдиры куда более ласков, спокоен и приземлен. Там тоже кипят нешуточные страсти, есть место для павших и выживших, выигравших и проигравших, для предателей и преданных. Но все это как бы загримировано, задекорировано. И не в таких масштабах. Самые страшные моменты там скрыты так же, как листья плюща скрывают выщербленные стрелами и камнями стены павших крепостей. А здесь все на виду — вот вам итоги ужасной войны. И хоть разумом ты понимаешь, что эта война не настоящая, она придумана, это лишь игровая легенда, созданная для пущей достоверности мира… но ты поневоле воспринимаешь все по-настоящему. Как в реальной жизни.
И как по мне, судя по моим ощущениям, сейчас мы въезжали не в очередную игровую локацию. Сейчас мы въезжали в разрушенный жестокой войной город, где оборвались чьи-то жизни, где семьи разлучились, где дома оказались в руинах. Я словно воочию видел кричащих людей, оставляющих родной кров и устремляющихся прочь — в укрытую звездной ночью темную пустыню, где их уже поджидали безжалостные воины песков… Скрыться удалось считаным единицам. И они до сих пор горят жаждой мести — поныне можно получить в ближайших южных городах задания на уничтожение воинов из пустынных кланов. Вечная вендетта…
Мирный встретил нас зловещим безмолвием. Вроде все по канонам жанра — гнетущая тишина и пустота, — но я невольно поежился, крепче сжал в ладонях поводья. Да и остальные мои спутники заметно напряглись, впились глазами в провалы зияющих дверей у въездных ворот. Там клубилась мелкая пыль, в своем причудливом танце рисуя в воздухе силуэты призрачных существ, заставляя нас нервничать еще больше. Я с трудом сдерживался от того, чтобы не накрыть особо грозно выглядящий провал в мостовой ядовитой терновой пущей. А ведь мы только-только въехали. Мы едва достигли главной улицы — некогда она наверняка утопала в зелени, была заполнена спешащими куда-то жителями и гостями. Теперь лишь песок повсюду. Целые водопады песка ссыпаются с крыш домов, вытекают из окон, переползают пороги. Повсюду мертвое движение. Движение песка…
Кажется, я впервые осознал, насколько грозное название у Клана Мертвых Песков — вот оно прямо передо мной. Движение повсюду, движение со всех сторон, шелест и шорох заставляют вздрагивать, хвататься за оружие. В этом движении и шуме нет жизни, и нести оно может только смерть… Черт! Воображение разыгралось! А все из-за чертовой предыстории, рассказанной в буклете, и из-за слов Злобы про магию Древних… начнешь тут ужасаться и представлять всякие страшные вещи…
Пока я размышлял, боевое охранение изменило позиции, закрыв меня и Злобу плотной коробочкой. Причем хилые маги сопровождения тоже шли в охранении, будучи готовыми принять удар на себя и закрыть меня и Злобу. Нас накрыло плотным многослойным колпаком магических полей и аур. Интерфейс восторженно запищал, высветил множество строчек, показывая, сколько всяких усиливающих и защищающих штук на нас «навесилось». Система радуется, а я печалюсь — что-то в этом крохотном городке предпринимается столько же предосторожностей, как и в рейде по легендарному Запределью. А сил у нас куда меньше, чем в прошлый раз. Это не рейдотряд. Это лишь крохотная группа. По мрачным лицам окружающих игроков отчетливо вижу, что они готовы принять собственную гибель и улет на локацию возрождения. Более того — они даже слишком напряжены. Одна из девушек-лекарей прямо трясется от волнения, сжимает скромный на вид деревянный посох до хруста древесины.
Наклонившись к Злобе, я указал глазами на девушку, затем на всех остальных, вопросительно поднял брови. Не может же быть, что достаточно опытные уже игроки станут так сильно нервничать. У них наверняка уже несколько проходок по подземельям за плечами. Откуда такой мандраж? С чего такие переживания?
Злоба тихо прошептал в ответ несколько слов, и я понимающе кивнул. Ясно.
Экзамен.
Данный поход вместе с нами через пустыню к сердцу руин города Мирного является не простой миссией сопровождения. О нет. Черная Баронесса приучила всех выжимать из любой затеи максимальную выгоду. Поэтому сопровождение двух важных гостей до точки назначения и вывод их обратно будет засчитано как успешно сданный экзамен. Если все удастся — группу целиком перебросят куда-то на «более высокий» уровень как тех, кто доказал свою слаженность, стойкость, целеустремленность, успешность, надежность и все прочее в стиле клана Неспящих.
Вот это да!
Да мне было проще поступить на работу в реальном мире! Пробиться хотя бы на средний уровень у Неспов — та еще задачка! А ведь по пути вверх тебя еще станут многократно проверять на вшивость, будут лезть в твою личную жизнь и задавать каверзные вопросы. И отсюда мое удивление — стоит ли ради этого так неистово рвать ягодичные мышцы?
Впрочем, не мое это дело. Я белая ворона. Всегда стремился к одиночеству. Но даже я начал задумываться о создании небольшого клана — не без помощи и влияния друзей. А Неспящие… у них глобальное мышление и грандиозные цели. Баронесса ко мне на частном самолете прибыла. Это говорит о многом.
— У-у-у, — с непередаваемым огорчением выдал Злоба, глядя на поток песка, «стекающего» по стене одного из домов. Там, где только что была ровная шелестящая гладь песчинок, проявилось объемное злое лицо, уставившееся на нас с нескрываемой яростью. Слепленные из песка губы беззвучно шевелились, глаза пытались просверлить в нас дыры.
— Это кто? — решил я уточнить, поняв, что атаки от жуткого песчаного лица не последует. Оно лишь провожало нас взглядом, обещающим крупные неприятности. Так бабулька смотрит вслед хохочущим хулиганам сразу после того, как позвонила участковому.
— Магический наблюдатель, — пояснил маг. — Он увидел нас и тут же стукнул хозяевам — так и так, мол, в Мирном гости незваные. Нас засекли. Ускорились!
Угадал я… Песчаная харя оказалась стукачом.
Ударив пыльные бока верблюда пятками, я тихо выругался. Четыре процента маны… терять такой бонус очень не хочется.
— У нас есть в запасе время, — успокоил меня Злоба. — До центра добраться точно успеем. Главное, не позволить местным монстрам нас притормозить или сбить с пути. Инструкции помнишь?
— Помню, — заверил я наставника. — Назубок затвердил. А здесь и монстры есть?
— Ага. Причем умные. Сначала заводят поглубже в руины, а затем отрезают путь назад и устраивают бойню. Нам вот путь назад уже отрезали.
— В смысле? — Обернувшись, я уставился назад и онемел. А вернее сказать, я онемел, оторопел и оцепенел одновременно. Тут было от чего выпучить глаза и потерять дар речи.
Улицы, по которой мы прошли, больше не было. Прямо за нашими спинами находился фасад глинобитного дома высотой в два этажа. И дом на месте не стоял — вся постройка шустренько так передвигалась вслед за нами, ничуть не отставая от верблюдов!
— Иллюзия?
— Не-а, — безмятежно отозвался Злоба и, повернувшись к той самой нервничающей девушке-лекарю, велел: — А ну-ка поведай мне инфу по местной фауне. Своими словами.
— Кхм… — поперхнулась от неожиданности девушка. — Это… Фауна города Мирный, стостраничное пособие только для внутреннего использования в клане Неспящих…
— Я же сказал — своими словами, — поморщился Злоба. — От тупой зубрежки зубры мрут.
— Хорошо… Э-э… не все дома Мирного являются настоящими постройками. Многие из них лишь искусственная и полная имитация. Сделанная из таких же материалов — глины и камня. Снаружи полная копия постройки. А внутри… внутри пусто.
— Дальше, — поощрил заслуженный Несп, сияя, как довольный учеником учитель, не обращая внимания на топающий за нами следом двухэтажный дом.
— А внутри постройка пустотела. Если провести аналогию — раковина моллюска. И внутри селятся хозяева. У них очень своеобразная тактика действий. Предпочитают заводить потенциальную добычу как можно глубже в свои владения, затем блокируют все пути отступления и только после этого начинают атаку с нескольких сторон сразу. Охотятся только в дневное время, в ночную пору замирают внутри домов-ракушек, так как с приходом темноты просыпаются еще более страшные ночные монстры, что сейчас спят. Ночные твари Мирного очень интересны! Они…
— Стоп-стоп, — поднял руку Злоба. — К ночи нас здесь не будет. Так что давай про дневных. Кто идет за нами следом? Кто в теремочке живет?
— Лагры! — чуть ли не хором рявкнуло наше сопровождение, и шедший за нами дом явственно вздрогнул от рева их голосов, хлопнули сухо болтающиеся ставни на втором этаже. Кажется, я увидел, как в темноте за окном ходячего дома мелькнуло чье-то быстрое смазанное движение.
— А лагры кто?
— Муравьи! Гигантские муравьи!
— Верно, — кивнул Злоба. — Неплохо. Теорию знаете. Вскоре покажете и практические умения. И учтите — я до последнего критического момента вмешиваться не стану. Сами действуйте и решайте возникающие трудности.
— А если совсем нам туго придется — шарахнете магией хотя бы разок? — с надеждой пропищала девушка-лекарь. — Хотя бы разок!
— Может, шарахну, — вздохнул несп-ветеран. — Но только в крайнем случае. Главное, не наделайте ошибок. Рос, ты как? Тебе шею не заклинило? Чего уставился через плечо?
— Да нервничаю просто, — признался я, выворачивая шею и таращась назад во все глаза. Ожившая постройка от нас не отставала.
— Не любишь насекомых?
— Не люблю ходячие дома!
— И чем тебе улитки не угодили? Они тоже дом на себе таскают.
— Очень смешно!
— Ты и черепашек ненавидишь? Жестокий ты парень… даже маленьких мягких черепашек ненавидишь, что только вылупились из яиц и ползут к морю под ударами хищных чаек?
— Я боюсь, что этот домина на нас рухнет.
— Не. Лагры свои дома берегут. Ты ведь на охоте собственной квартирой в зайца не швыряешься?
— Я на охоту не хожу. А если бы и пошел — квартиру бы дома оставил. Тьфу… что за чушь я несу… Они не нападут?
— Нет, — качнул головой Злоба. — Сейчас по сторонам и впереди еще несколько таких домов шагают. Берут нас в кольцо. А затем попытаются задавить числом, атаковав с нескольких сторон сразу. Кто мне назовет особые фишки лагров? Рос?
— У меня экзамена нет, — запротестовал я вполголоса. — И я двоечник.
— Понятно. И этот человек поведет нас к бескрайнему горизонту. Надо не забыть купить себе спасательный жилет, дымовую шашку и свисток от акул. Ну? Кто-нибудь помнит про фишки лагров? Чем они удивляют?
— Можно я? — Девушка-лекарь вновь решила блеснуть своей заикающейся эрудированностью и робко подняла ладошку.
— Прошу.
— Они хомячат чужое добро.
— Прости?
— Ну… если обычные игровые мобы стремятся просто убить игрока и затем спокойно уходят прочь, то лагры забирают и «посмертный туман» игрока внутрь своих ходячих домов. И там развешивают на стенах или же просто бросают в угол. Поэтому игроку придется долго искать свою экипировку и предметы. Вот…
— Правильно. Лагры завзятые любители боевых трофеев. Поэтому если не хотите, чтобы вашу дохлую «тушку» приколотили к стене их пиршественного зала, — не погибайте! Что-нибудь еще?
— Они умеют стрелять кислотой из задниц! — веско заметил паладин с серебряной палицей.
— Истину глаголешь! — возрадовался очередному факту Злоба. — Умеют, заразы! Поэтому держите забрала и рты закрытыми. Кислота не вредит металлу, но вот кожа и ткань страдают! И не забываем, что лагры любят стрелять, не выходя из своей мобильной крепости, поэтому будьте готовы к тому, что вскоре из всех окошек топающей за нами следом хибары раздастся дружный залп!
— В нас пукнут хором? — решил уточнить паладин.
— Прекрасное изложение сути! — возрадовался еще сильнее Злоба. — Отрок, я запомню имя твое.
— Да что там, — засмущался паладин с игровым ником Велеречивый Ахн.
К этому моменту «тестового» опроса молодежи я уже с трудом удерживался на спине верблюда и содрогался от приступов хохота. А Злоба молодец. Сумел отвлечь внимание молодых бойцов от топающей за спиной опасности, сумел разрядить обстановку и сбросить напряжение. Сказанная в нужный момент шутка может принести немало пользы. Наше сопровождение стало держаться свободней, атмосфера перестала быть столь гнетущей. А в подобной местности это ой как немало — пустые мертвые улицы, зажатые оплывшими от чудовищного жара домами, негативно влияли на мозги и безо всяких монстров.
— Никто не упомянул — и это прискорбно: кислота лагров представляет собой желтоватый густой пар, настоящее облако, что воспламенятся от малейшей искры! Получается объемный огненный шар, который спустя две секунды взрывается! Лагры не только стреляют кислотой, но и оставляют ее за собой во время бега вокруг жертвы, заключая ее в кольцо или в спираль. А затем щелкают жвалами и… что у нас там со жвалами муравьев?
— Они искрят!
— Верно. То есть лагры сначала окуривают врага облаком едкой кислоты, затем отбегают подальше, «таща» за собой кислотный бикфордов шнур. И щелкают детонатором, взрывая противника к чертовой матери. Прекраснейшие диверсанты! Именно поэтому очень многие кланы Вальдиры платят огромные деньги звероловам за клетки с живыми и злыми муравьями-лаграми. А затем скидывают купленные клетки со спины дракона на внутренние дворы вражеских укреплений, тем самым забрасывая к противнику прекрасно обученных диверсантов-взрывников. Также, при особой удаче и тщательном расчете, можно перекинуть на вражескую территорию целиком весь дом с взбешенными таким насильственным переселением муравьями. Эффект будет еще круче. А кто скажет, где надо вести бой с лаграми, чтобы избежать попадания в их кислоту?
— У них в раковине! — вновь показала себя лекарша. — В собственных домах лагры не используют столь опасное оружие и сражаются только жвалами и лапами — обычный чисто физический бой!
— Сказано верно, но скучно и скучно, — поморщился Злоба и с надеждой повернулся к паладину. — А если несколькими словами и самую суть?
— Лагры дома не пукают! — браво рявкнул паладин Ахн, и боевой маг Злоба расцвел довольной улыбкой. Паладин его вновь порадовал. Теперь он точно не забудет его имя. Пареньку светит радужное будущее.
— Вижу второй дом! И третий! — высказался молчавший до этого лучник, вставший на спине верблюда во весь рост. — Идут нам наперерез.
— Ну наконец-то, — еще пуще заулыбался Злоба. — А ну еще вопросик — как передвигаются дома лагров?
— Левитацией!
— Дом матка поднимает!
— Да и еще раз да. Внутри каждого убежища лагров живет одна матка. Она умеет рожать помногу и часто, тащит на себе весь дом в буквальном смысле, не боится огня, очень сильна и ненавидит солнечный свет. Одним словом — настоящая женщина. Благодаря ее магии дом парит над землей. А толкают его вперед или в ином любом направлении особые лагры-рабочие, упирающиеся передними лапами и лбами в стены изнутри. Есть целая тактика противодействия этим мобильным крепостям. Но сейчас мы поступим вот так… — Злоба поднял небрежно руку, навел ладонь на ползущий за нами жуткий дом и резко сжал пальцы в кулак.
Внутри постройки что-то треснуло, ухнуло, полыхнула черно-фиолетовая вспышка, раздался резко набирающий силу гул, переросший в бешеный рев воздуха… и двухэтажный дом лагров вмялся сам в себя за считаные секунды. Крыша провалилась внутрь, стены влипли друг в друга, как от воздействия мощного гидравлического пресса, пол взлетел вверх — дом схлопнулся. Вместе со всеми обитателями. Пространство за нами вновь было пусто, открылась панорама уходящей вдаль центральной улицы. И ни следа от целого дома, если не считать за него медленно поднимающееся к небу жиденькое облачко красноватой глиняной пыли…
— Вот я и шарахнул разок, как просили, — вздохнул Злоба, заслуженно гордясь результатом. — Остальное за вами. Вы знаете, куда нас надо довести. Так действуйте. И если мне придется вмешаться еще хотя бы раз — я начну снимать баллы. Дабы не было хаоса, лидером назначаю паладина Ахна, уже успевшего меня приятно удивить. Приступай!
— Фуф… — выдохнул новоиспеченный лидер, повел плечами и тяжело спрыгнул со спины верблюда на мостовую. — Сомкнуть ряды! Боевой ордер четыре! Магам приготовить каменный град и каменные шипы. Ускоряемся в два раза!
Игрок старался быть внушительным, говорил громко и отчетливо. Но он сомневался. Это очевидно. Сомневался в себе и собственных силах, сомневался в опытности соратников. Да. Это настоящий экзамен. После него, даже если он будет однозначно провален, никого не выгонят, само собой, все продолжат быть членами Неспящих. Но их действия обсудят, а затем вынесут приговор. И в зависимости от оного тех или иных игроков направят на разные «должности» — кто-то в ближайшем времени уже будет участвовать в важнейших рейдовых заданиях и секретных миссиях, а кто-то станет сотнями валить рядовых монстров в не самых опасных локациях. Каждому ношу по плечу, одежку по мерке, оружие по руке и задачи по силам. Если ребята хотят быть на вершине — здесь, в страшных руинах Мирного, им требовалось показать наилучший результат. Вывернуться наизнанку.
И я вновь отметил мудрость Злобы — он уничтожил идущих за нами врагов не просто так. Он сделал это по очень простой причине — когда знаешь, что на пятки наступает смертельная опасность, то поневоле все время будешь таращиться назад, станешь дергаться и ежиться, ожидая, что вот-вот промеж лопаток ударит враг. Злоба великодушно убрал раздражающий параметр, тем самым дав им расслабиться, а заодно показав, что они в любом случае сильнее каких-то там муравьев. Интересно, сколько уже раз в прошлом Злоба вот так вот участвовал в разных заданиях вместе с новичками? Скольких обучал и скольких из разряда неумех превратил в профессионалов своего дела? Да уж… Вальдира та еще игра…
— Подходим к перекрестку! — отрапортовал арбалетчик, так же, как другой стрелок, вскакивая на седло ногами и легко балансируя на спине быстро идущего животного. — Можно мне на крыши? Обзор лучше, для стрельбы самое то.
— Всем оставаться на позициях, — отрезал паладин. — Как только поравняемся с перекрестком — двойное ледяное поле прямо перед прущим слева домом лагров. После чего каменные пики сразу за ледяными полями. И приготовить каменный град.
— Принято!
— Принято!
— Как только появятся первые муравьи — стрелкам огонь по готовности. Распределите между собой секторы обстрела и не лезьте в чужую зону.
Прислушиваясь к командам паладина Ахна, заслуженный маг Неспящих оставался внешне невозмутим. Но он явно просчитывал ситуацию со своей точки зрения. Но пока молчал. Значит, критичной ошибки молодым лидером пока не допущено. Да ошибки пока и не может еще случиться — судя по быстроте и четкости фраз, паладин отдавал приказы, прописанные в каком-нибудь наставлении или учебнике. Никакой фантазии — все строго по инструкции. Скучно, но действенно.
Я приготовил ядовитые терновые пущи и магию льда. Раз уж лагры огня не боятся…
— Почти рядом! — крикнул стрелок, прижавший приклад арбалета к плечу, слившись с оружием в одно целое и при этом продолжая балансировать на спине верблюда. — Вижу дом!
— Ему метров двадцать до нас! — подтвердил и второй.
— Приступаем! — рыкнул паладин, взмахивая серебряной палицей. — Во имя Тагроса Сереброликого вступаю я в бой!
А вот и предбоевая молитва тому богу, кому присягнул на верность Ахн.
Тагрос Сереброликий. Светлое божество, поощряющее проявление щедрости к бедным и изничтожение темных тварей, особенно же сильно он благоволит к защитникам крепостей, форпостов и вообще любых сооружений, поселений или городов. Тагроса знают почти все игроки. У него огромная паства, что неудивительно, учитывая популярность бога. Присягнуть ему легко, храмы повсюду, мелкие плюшки начинают сыпаться на голову практически сразу. Неплохой стандартный выбор. Известный и прекрасно проторенный путь без скрытых неприятностей и нежданных сложностей.
Полыхнувшая светло-синяя вспышка окутала на мгновение двух магов сияющим ореолом. Над разбитой и покрытой песком мостовой разлилось синее свечение, вверх пополз белый туман, в мое разгоряченное дикой жарой лицо ударила морозная освежающая волна. С легким потрескиванием по улице стремительно расползался ледяной каток с вкраплением каменных «островков» — булыжники и прочее.
Не успело свечение магии потухнуть, как к краю ледяного поля подоспела муравьиная крепость — на этот раз каменная, трехэтажная, чрезмерно узкая, — выглядящая как поставленный стоймя ученический пенал. Или как утюг; впечатление резко усилилось, когда мобильная крепость на полной скорости вылетела на ледяную поверхность и буквально поплыла по ней в клубах морозного пара. Как есть утюг. А затем дом закрутило — толкающие его муравьи заскользили беспомощно на льду, попытались выправить движение, но у них не получилось.
— Стоим! — рявкнул паладин, и наш отряд послушно замер прямо на перекрестке. Справа приближался еще дом, но до него пока далеко. За нашими спинами пусто и спокойно благодаря могучему магическому удару Злобы. Спереди же видна покачивающаяся вершина еще одной крепости. Окружают твари многоногие…
— Фугас ему в двери! — Рык Ахна перекрыл ледяной треск и странное тонкое многоголосое пищание.
Фугасом оказалась каменная глыба размером с микроавтобус, созданная одним из магов и запущенная в цель. Согласованность великое дело…
Глыба за миг пролетела расстояние до цели и с грохотом ударилась в передние двери — по низу первого этажа, в метре от земли. Это решило дело. Трехэтажная постройка накренилась, застонала стенами, застучала открывшимися ставнями, а затем все быстрее пошла вниз и с тяжким ударом рухнула. Земля вздрогнула, встревоженно заревели верблюды, взмыло в воздух облако из снега и песка. Нижняя часть дома упала на ледяной каток, а верхние два этажа со всего размаха напоролись на каменные пики. Во все стороны полетели камни и кирпичи, оторванные створки ставен и… многоногие тела лагров.
Белесые полупрозрачные муравьи с огненно-красными глазами, гигантскими жвалами, громадными пузами, налитыми пульсирующей желтизной, и коротенькими усами. Размером лагры достигают крупной овчарки, другие, помощнее, дотягивают до молодого бычка. Выглядят монстры устрашающе. Оживший кошмар инсектофобов.
Наши стрелки начали бить вразнобой, всаживая стрелы и болты в метавшихся муравьев.
— Яйца, — коротко сказал Злоба, и паладин услышал, переведя взгляд в сторону, где из руин мобильной крепости потянулась длинная цепочка лагров, несущих в жвалах белые яйца.
— Бить по муравьям-носильщикам! Яйца не трогать!
Стрелки переместили огонь выше, муравьи-носильщики начали погибать один за другим. Драгоценные яйца падали на песок. К ним тут же спешили другие лагры, стремящиеся спасти потомство. С грохотом и треском развалины дома начали шевелиться, вздыматься, расходиться в стороны. Полное впечатление, что изнутри к нам рвется заваленный обломками танк.
— Каменный град!
С грозно зарокотавших небес ударила кара небесная — двойной каменный град забарабанил по многострадальной улице, застучал по крышам, по руинам крепости, по спинам лагров.
Выставив ладони, я накрыл ядовитыми терновыми пущами участок улицы рядом с нами. Успел вовремя — в терновые объятия влетело четыре злющих муравья. Бронированным созданиям мало повредили ядовитые колючки, но этого и не требовалось — муравьи сначала замедлились, а затем и заплутали, начав кружить в отравленных джунглях.
— Продолжаем движение. Идем вперед, — отдал новоиспеченный лидер следующий приказ; отряд пришел в движение, пересекая перекресток.
Через десять секунд поле боя осталось за нашими спинами. Равно как и следующая крепость гигантских муравьев. А мы двигались дальше, навстречу новому врагу. Тем самым беззаботно позволяя взять себя в еще более узкие клещи. Но вряд ли это просчет — мы двигались к центру Мирного, к мертвой гигантской цитадели. И ради того, чтобы доставить меня туда как можно скорее, паладин предпочел не играть в кошки-мышки на смертельно опасных улицах. Он решил прорваться прямиком к цели.
Обернувшиеся стрелки часто щелкали тетивами. Бегущие за нами подранки лагры падали один за другим и исчезали в серой посмертной вспышке.
— Внимание! — На этот раз арбалетчик кричал куда более встревоженным голосом. — Агры справа! Агры справы! Видел троих, ники красные как кровь, уровней не разглядел. Но это какой-то клан.
— Точнее! — Злоба распрямился как тугая пружина. — Укажи точку.
— Там! — Палец стрелка указывал вправо, прямо на массив из множества некогда жилых зданий, превратившихся в оплавленный и засыпанный песком лабиринт.
— Они нас засекли?
— Да! И сразу ушли внутрь одного из домов!
— Передать лидерство? — спросил Ахн.
— Продолжай командовать. И веди нас к цели, — велел Злоба, доставая из богато украшенной поясной сумки несколько склянок. — Не забудь про магические щиты от стрел! Их мы не активировали…
— Сделано! — отозвалась девушка.
— Ахн! — Злоба уставился на паладина, как богомол на муху. — Та идущая на нас крепость — мы должны миновать ее, не останавливаясь. Никакой задержки.
— Пройдем как горячий нож сквозь масло! — пообещал паладин.
— Ну-ну. Покажи мне…
— Ускорить движение еще в два раза! Стрелкам следить за флангами! Боевой порядок меняем на девятку! Всем спешиться!
«Девятка» оказалась странным построением в форме деформированного круга, мы со Злобой опять были в центре. Выгоду подобного боевого порядка я осознать не смог — но был уверен, что паладин знает, что делает. На что еще обратил внимание — все игроки теперь шагали в ногу. Все, кроме меня и мистера З. Впереди шагал Ахн, грозно потрясающий серебряной палицей. За нашими спинами горько ревели брошенные верблюды. Один из игроков махнул рукой, гортанно что-то выкрикнул. Корабли пустыни побежали от перекрестка влево, прямо через тающее ледяное поле, мимо развалившегося дома лагров, где под обломками шевелилось нечто весьма крупное.
Теперь мы могли надеяться только на собственные ноги. И темп задан быстрый. Мы почти бежали, двигаясь практически по прямой линии, лишь изредка огибая чересчур большие препятствия вроде гигантских валунов или покрытых окалиной и ржавчиной громадных железных ядер.
— Три влево! Марс! «Нюша» по центру! Давай!
Кроме «Нюши», я не понял ничего. Поэтому смотрел с большим любопытством. А произошло следующее: группа, двигающаяся в круговом построении, резко «прокрутилась» на три щелчка влево, сместившись вокруг нас со Злобой. Мы были как бы осью, а наше сопровождение — револьверным барабаном. Бежавший справа массивный воин с ником Красный Марс оказался впереди, вскинул на плечо столь знакомую мне трубу магической и одновременно живой «базуки». Дикий свист заложил уши. В надвигающейся крепости лагров образовалась узкая дыра в центре второго этажа, во все стороны полетели обломки, крепость накренило, но она устояла.
— Матка цела, — огорченно рявкнул Анх. — На два метра ниже. Давай!
Воин отбросил зазвеневшую на камнях «Нюшу» и выхватил следующее узилище божественных пчел. Свист. Звон в ушах, резкий вибрирующий писк, затрясшаяся крепость тяжело осела. Попали в самое важное существо, скрытое во тьме мобильного форта…
— Один влево! Лика! Острогу Тьмы! По дыре! Трижды! И сразу пять вправо! Давай!
В сквозную дыру ударили три ветвистые черные молнии, по камню побежали серые электрические разряды. Дом пошел трещинами, вниз летели куски стен.
— Два фугаса по дверям! И сразу один влево! Ани! Свет!
Массивные глыбы тараном разнесли агонизирующий живой дом. Прокрутившееся как револьверный барабан построение группы вновь поместило паладина во главе, и спустя миг мы сплоченно ворвались в двери. Над нами зажегся яркий магический свет, высветив мрачное прибежище гигантских муравьев. Воины взмахнули оружием, нанесли слаженные удары по беснующимся вокруг лаграм. У меня перед глазами замелькали щелкающие жвала и когтистые лапы, запульсировало желтое свечение в брюхах взбешенных монстров. Сверху падали крупные куски камня и глины — потолок рассыпался, весь покрытый глубокими трещинами и дырами. Под ногами чавкало и хрустело — мы шагали прямо по муравьиным яйцам, целым и уже разбитым. Ноги покрылись белесо-желтой жижей, что-то мелкое с тонким писком билось в растекающихся лужах слизи. Из солнечной пустыни угодили в фильм ужасов.
— Рос! Терновые пущи! Позади нас и щедро!
От неожиданности дернувшись, я поспешно обернулся и, выставив ладони, принялся рассаживать в чужом доме колючие растения. Лагры буквально взвыли от ярости. Еще бы — представьте: к вам домой зайдет незнакомый мужик и посадит, к примеру, фикус посреди кухни. Я бы тоже разозлился. И поэтому, чтобы до меня не добрались злые хозяева, начал сажать терновник еще гуще и чаще. Освещенная изнутри крепость стала отдаленно походить на оранжерею бесноватого сумасшедшего.
— Два фугаса по стене!
Маг был рад выполнить приказ и тыльную стену крепости разворотил за секунду. Мы выскочили из шатающейся крепости и начали удаляться прочь. Проскочили. Но Анху этого было мало.
— Каменный град! И ледяное поле сразу за нами! Рос! Терновые пущи!
Убегая по улице смешным, но оказавшимся весьма действенным круговым построением, мы оставляли за собой лед, терновник и хаос. Улица превратилась в замороженные джунгли, а сверху бил беспощадный каменный град. Среди всего магического ужаса носились уцелевшие лагры, пытаясь вынести из оседающей крепости чудом не пострадавшие яйца.
— До цели двести метров! — Арбалетчик указывал вперед, старательно гася радостные нотки в голосе.
— Готовься, Рос, — проворчал Злоба, проговаривая слова между глотками, — боевой маг пил содержимое нескольких склянок, вливая себе в глотку различные подозрительные жидкости. — Помни! Черный водоворот! На нас внимания не обращай.
— Принято, — коротко ответил я, на ходу перепроверяя расположение эликсиров на ману и жизнь. Умирать мне нельзя.
Двести метров мы пролетели подобно метеорам. И финишировали прямо на краю громадного зыбуна — песчаная двуцветная поверхность, сплошь покрытая десятками больших и маленьких, медленных и быстрых круговоротов, натужно ворочающихся в ожидании жертвы, которую можно захватить и поглотить. Там и сям разбросаны каменные островки, кажущиеся оплотами надежды в этом мрачном месте.
— И снова болото, — вздохнул я, живо вспоминая топи Рэйвендарка. Теперь то болото и мои мыканья там казались легкой воскресной прогулкой по живописным местам.
— Готов? — в нетерпении осведомился Злоба.
— Уже пошел! — ответил я и прыжком преодолел полтора метра, приземлившись точно на плавающий на зыбком песке дверной косяк, лежащий плашмя. Ноги пришлось расставить по обе стороны косяка, а моя героическая промежность зависла над лежащим на зыбком песке дверным проемом. Внутри крутился водоворот — прямо-таки настоящий портал, могущий отправить меня в волшебную Страну чудес. А еще из водоворота могла высунуться чья-нибудь рука и схватить меня прямо за… В общем, задерживаться я не стал и поспешно перепрыгнул дальше, оказавшись на выступе стены утонувшей в песке небольшой башенки с островерхой кровлей, увенчанной шпилем с ветхими обрывками знамени.
Под кровлей покачивался старый медный колокол. Совсем небольшой и ярко начищенный — логично, песок тут как наждак, все отчистит до блеска. Не удержавшись, протянул руку и дернул колокол на себя. С жалобным звоном что-то оборвалось, у меня в руках оказалась добыча весом под двадцать кило. Инстинкты добытчика сработали… забросив предмет в мешок, я прыгнул дальше. И вовремя — башня начала беззвучно погружаться в зыбун, целиком провалившись под песок за пару секунд. Как будто медный колокол служил поплавком для груза, и как только я его оторвал, башня получила отрицательную плавучесть.
За спиной раздались предостерегающие крики. Обернувшись, я увидел, как с улицы наступает настоящий кошмарный сель — волна песка вперемешку с камнями и лаграми достигала высоты в пять метров и стремительно надвигалась на отважных героев, вставших у нее на пути. За волной песка двигался сам «бульдозер», поднявший это пустынное цунами, — очень высокая мобильная крепость лагров, построенная из массивных каменных блоков, с четырьмя башенками по углам. Сейчас наших проутюжит валом песка, а чудом выживших добьют лагры или же по ним проедется каменная крепость…
Я ошибся.
После очередного выверенного прыжка, оказавшись на полузатопленном каменном пятачке, я обернулся в очередной раз и увидел вступившего в дело того самого игрока, чей класс я не сумел определить в начале путешествия.
Игрок с ником Возрожденный Эхос зачерпнул горсть песка, пустил ее по ветру, остатки подбросил над головой, и кружащийся песчаный вихрь медленно опустился на его плечи, стек ниже, окутал кружащимся смерчем. Игрок воздел руки, указал на катящийся на них песчаный вал, сделал странное движение ладонями, будто что-то зачерпывал из воздуха, а затем его пальцы зашевелились, словно он лепил нечто из невидимого пластилина.
Двигающийся по улице песчаный торнадо вздрогнул, тяжело просел, раздался в стороны, снова сомкнулся, вспучился огромным горбом, резко и неожиданно принял форму гигантской песчаной головы. Показались плечи, затем из песка соткались толстенные трехпалые ручищи, начал показываться мощный торс гипертрофированного качка. Игрок Эхос хлопком свел ладони вместе, пригнулся, как регбист, и уперся плечом и руками в невидимую преграду. Эту же позу повторил слепившийся из песка гигантский голем. Магическое создание уперлось ногами в мостовую, ударило плечом по крепости лагров. Заскрежетали камни, песчаный вал окончательно исчез, буквально всосавшись в голема так же легко, как чашка воды уходит в сухой песок. Поднатужившийся гигант остановил мобильный форт, уподобившись атланту, поддерживающему небесный свод, — только этот сдерживал стену.
Эхос хорошенько размахнулся и врезал кулаком по воздуху — магически связанный с ним голем повторил удар, и я с удивлением разинул рот, увидев, как каменный домина покачнулся, захлопал створками узких окон, с башни слетело несколько лагров.
Опомнившись, я оторвался от зрелища, потряс головой и совершил следующий прыжок. Вот это да… только что на моих глазах главное оружие наступающего врага — песчаный смертельный вал лагров — был превращен в голема, ударившего по тем, кто так старательно сгребал песок со всех окрестных улиц. Ударили врага его же оружием… Думаю, паладин и его группа точно сдадут экзамен — я не Злоба, но, будь на его месте, поставил бы немалую оценку за такую находчивость.
Еще прыжок…
Я очутился на плече каменной статуи рыцаря с гордо воздетым к небу копьем. Лица у воина почти не было — песок безжалостно сточил брови, глаза, нос. Осталась лишь полустертая усмешка слепого рыцаря… жуть какая…
Я прыгнул дальше. За моей спиной голем принялся лупить по крепости лагров кулаками. И бил со скоростью опытного боксера, причем на его песчаных ручищах что-то вроде каменных «перчаток». Сплошным дождем вниз полетели обломки камня. С башен ударили струи желтоватого тумана, искрящегося в лучах солнца. Тут же полыхнул громадный огненный шар, окутавший голема пламенем. А затем грянул взрыв…
Прыжок. Я очутился на растрескавшейся «мертвой» локации возрождения. Рядом крохотная пустая лавочка. Сядь и посиди, погляди, как вокруг тебя кружится в бесконечном танце песчаное поле с водоворотами… Но мне некогда сидеть. Я прыгаю дальше, не забыв взглянуть назад. И с большой тревогой вижу, что голема буквально разнесло в пыль — клубится облако песка вперемешку с дымом, к почти разбитой стене крепости бессильно припали остатки безголового и безрукого торса. А у ног Злобы лежит без движения Возрожденный Эхос. Словил откат. Остальные бойцы бьют сталью и магией по врагу, что оказался совсем рядом. Бравые бойцы сдерживают противника и не собираются отступать.
Прыжок…
Я балансирую на одной ноге, кляня себя за столь дурацкий поступок — каменная кочка крохотная, я чудом не промахнулся. Одно неверное движение, и я упаду в зыбучие пески. Оглядевшись, понял, что практически достиг центра бывшей площади Мирного. Надо мной нависает громада мертвой цитадели. Вокруг множество мелких и крупных каменных островков. Среди них крутятся водовороты двуцветного песка.
Яркие желтые воронки я пропускаю. И черно-желтые тоже. Это не то. А вот зловещие черные водовороты надолго приковывают мой взгляд, я тщательно всматриваюсь в шуршащий песок и каждый раз нахожу вкрапления желтого — пусть немного, но примесь есть. Тогда перевожу взгляд дальше. А за спиной все так же лязгает оружие, раздаются взрывы, предостерегающие крики, визг распарывающих воздух стрел, яростный треск и писк лагров.
Поняв, что у меня началось мельтешение в глазах, я прикрыл веки и опустил глаза, давая им передышку. Выждал пять секунд, отсчитывая время про себя. Открыл глаза и начал поднимать взор, но удивленно замер — прямо у моих ног крутилась небольшая кромешно черная воронка зыбучего песка. Я буквально облизал взглядом каждый сантиметр — но не увидел ни одной желтой песчинки. Но не могло же быть так, что мой случайный прыжок на крохотную кочку привел меня прямо к цели? Такого со мной не бывает. Это слишком легко. Но глаза твердили — желтого песка нет! Ни песчинки! Надо решаться — либо пропускать и искать дальше, либо делать прыжок…
Ну? Что делать?
Долго раздумывать не стал. Сделав глубокий выдох, скрестил руки на груди и шагнул в зыбун. Шагнул молча, не став ничего кричать и никого предупреждать. Они не могут мне помочь. Это мое решение.
Черный земляной смерч радостно принял меня в губительные объятия. Ноги провалились. Тело чуть медленнее погрузилось следом за ногами. А затем на поверхности осталась лишь голова и чуть задержалась — словно мне давали возможность последний раз насладиться солнечным светом. И тут будто за ноги кто дернул — меня стремительно утянуло под землю, лицо накрыло песчаным покрывалом, и вокруг сомкнулась тьма…
Невольно навалилась паника — будто заживо похоронили. Тело дергалось, как у марионетки. Я чувствовал себя початком спелой кукурузы, утаскиваемой хозяйственным сурком по извилистым подземным ходам. Меня дергало из стороны в сторону. Я куда-то падал, затем вновь поднимался вверх. А перед глазами мерцал красный таймер, отсчитывающий количество оставшегося у меня воздуха. Цифры до нуля дойти не успели. Последний рывок, и меня выбросило на некую твердую поверхность. Осторожно приоткрыв глаза, я понял, что лежу на каменном древнем полу, вокруг разлито загадочное багровое свечение, видны каменные же стены. С моего тела стремительно стекал песок, сам собой уползая обратно в дверной провал, за которым ревела вздымающая вверх черная песчаная стена.
Повернув голову, увидел стенную нишу и стоящего внутри ее уродливого каменного истукана.
— Так… — изрек я. — Кажется, прибыли…
Гордо встав и приняв не менее гордую позу, я внимательно осмотрелся. Но в принципе оглядываться с подозрением нужды не было — вряд ли найдутся копии потаенного святилища с каменным истуканом, вырезанным из багрового песчаника. Я точно оказался в нужном месте. Где-то глубоко под землей, хотя меня могло и телепортировать на вершину какой-нибудь горы, — шуршащий за порогом песок ничего не говорит. Это Вальдира. Здесь все может оказаться вверх тормашками. Но это не важно — меня сюда привела не жажда исследователя, а жажда наживы. Я жаждал прибавки к мане столь же сильно, как обуреваемый утренним похмельем алкаш жаждет глоток водки.
Фигура истукана поражала непропорциональностью. Ножки коротенькие. Руки длинные, ладошки чересчур широкие и на самом деле сложены ковшиком. Живот выпячен, в пупке мерцает драгоценный камень. Я не стану пытаться его выковырять. И нажимать на него не стану. И поворачивать не буду. Вообще не трону его, хотя ручонки так и тянутся, так и тянутся… Чресла целомудренно прикрыты каменной набедренной повязкой. Уши вытянутые и, что поразительно, вверху они раздвоены, а мясистость мочек зашкаливает все разумные пределы — из одной мочки можно мясной бульон для всей семьи сварить. Нос картошкой, две ноздри вывернуты наружу, каждая настолько большая, что можно туда указательный палец засунуть в поисках «золота». Кстати — нос частично нависает над сложенными ковшиком ладошками.
Господи! Не думать про сопли в ладошках, не думать про сопли в ладошках, не думать про сопли в ладошках… а, черт! А ведь он мог и чихнуть… в ладошки… а, черт!
Не думать про чих в ладошки, не думать про чих в ладошки…
Кто придумал истукану такой нос и такую позу?! Чтоб ему жена так фруктовое желе подавала! Или муж!
Помотав головой, как чумной кролик, я отряхнул песок с плеч, вытряс его из рукавов — и песок тотчас уполз в дверной проем. Хватит глупых мыслей и ненужных разглядываний. Для начала — в наличии ли обещанная драгоценная влага?
Одного размашистого шага хватило. Он приблизил меня достаточно, чтобы я увидел мерцающую на дне ладошек густую черную жидкость. Будто нефти плеснули, и она там немного загустела, покрылась блестящей пленкой. Одним словом — в здравом уме я бы такого пить не стал. Но выпью. Сделав еще один решительный шажок, наклонился над ладошками, заложив при этом руки за спину — чтобы не задеть чего-нить ненужного, — прикрыл глаза, дабы не видеть цвета будущего «питья», вытянул губы дудочкой, коснулся губами черной влаги и от души хлебнул. А затем еще раз. И еще. Я всасывал драгоценную жидкость, всасывал с жадным хлюпаньем. Глоток за глотком я пью волшебный эликсир. Что-то слишком уж много глотков я сделал, а жидкость не кончается. Но вот наконец губы коснулись влажного камня. Напиток почти выпит… пред закрытыми веками мелькнула багровая вспышка. Резко открыв глаза, я заглянул в ладошки и оторопел — я хлебал не черную жидкость! О нет! Сейчас я допивал нечто, больше всего напоминающее раскаленную жидкую лаву! В ладонях истукана плескалась лава! По инерции проглотив, я допил остатки изменившегося питья, приподнял голову, посмотрел туда, откуда послышался странный хруст.
И вновь замер в полном ступоре…
Звезда.
В паре сантиметров от истукана и моей головы в воздухе зависла древняя пятилучевая звезда-страж. По святилищу разлилось мягкое перламутровое свечение. Один луч звезды светился багрово-красным, причем был направлен прямо на ладошки истукана. Так горлышко бутылки бывает направлено на чашу…
Звезда мне чего-то накапала? Как валерьянки в молоко? Или же звезда облучила мое «молоко» нейтронами, и у меня теперь копыта отрастут?
Судорожно сглотнув, я погладил ладонью живот. В моем цифровом желудке плескалось непонятное питье, над которым еще и поработало одно из самых загадочных существ мира Вальдиры.
— Я-а-а… — осторожно протянул я, глядя на выжидающую чего-то звезду, незнамо как сюда попавшую.
И в этот миг в моей груди зажглось алое сияние, быстро распространившееся во все стороны. Зажглось и тут же погасло. Отмерла замершая игровая система, перед глазами побежали строчки информации. Прочесть я ничего не успел — в дверном проеме бешеным медведем взревел черный песок, рванувшийся в святилище, как океанская вода через пробоину в трюм корабля. Меня захлестнуло черной волной, сшибло с ног, песок начал накрывать меня с головой, полыхнул тревожным красным временной таймер. Все… тону…
Яркая огненная вспышка, удар ветра. Черный песок буквально вымело из святилища, но он мгновенно рванулся обратно, действуя совсем как живое существо. Закрутившаяся вокруг своей оси древняя звезда ударила широченным белым лучом отвесно вверх, прямо в каменную крышу. Грохот меня едва не оглушил. Хватаясь за стену, я вскочил, закружился на месте, пытаясь понять, куда податься из ловушки. Еще один удар света, рвущийся в святилище песок стремится к моим ногам, мне кажется, что по полу движется множество ядовитых черных змей. Резко светлеет, а затем меня снова сшибает с ног — на этот раз звезда-страж, что буквально подкатилась под меня и подхватила. Она резко взмывает, влетев в быстро смыкающуюся дыру в толще песка над нашими головами. Мы летим вверх в узком колодце — в его конце я отчетливо вижу свет. А под нами ревет в ярости бушующий черный песок, стремящийся догнать нас и поглотить.
— А-а-а-а-а! — воплю я, когда несущий меня страж вылетает из колодца как пробка из бутылки и прокручивается вокруг оси, словно современный истребитель. Все слишком быстро, все крутится перед глазами. Но я успеваю увидеть, как из центра бывшей площади Мирного вырывается громадный черный торнадо, что с диким воем кружится, всасывая в себя все вокруг, с каждым мигом набирая обороты и увеличиваясь в размерах.
Еще рывок, мои руки соскальзывают, падаю, издав новый дикий вопль, что резко обрывается, когда втыкаюсь головой в песчаный склон. Высота оказалась небольшой, а полет недолгим. На секунду я уподобился страусу, прячущему голову в песок. Но поспешно исправился, вырвав дорогую мне часть тела из песчаного плена и ошалело закрутив оной по сторонам.
Я рядом с площадью. В десяти шагах от меня застыли в шоке воины Неспящих, задравшие головы и смотрящие на медленно наступающий песчаный апокалипсис и кружащую вокруг него разъяренную звезду-стража, испускающую десятки разноцветных магических лучей.
— Ребят! — отплевываясь, закричал я. — Вы как?
— Да мы-то нормально! — заорал в ответ Злоба. — Рос! Ты чего сделал?!
— Да я это… хлебнул! Но добавки не просил, Богом клянусь! И такого тоже не просил!
С диким ревом черный торнадо вырвал из зыбуна пару полуразбитых сторожевых башен и, прокрутив их разок вокруг себя, с размаху запустил ужасные снаряды прямо… в меня… В меня башней кинули! Метнувшаяся звезда испепелила башни, уничтожила десяток особо крупных каменных обломков, а затем саданула лучом в песок у самых моих ног. Я не дурак. Намеки понимаю быстро.
Вскочив, побежал к Злобе, крича во всю глотку:
— Ну, тут закончили! Куда дальше?!
— Рос! Я… я тебя… я тебя сейчас… — замотал головой заслуженный боевой маг Неспящих. — Ты… ты… вот это вот… вот это самое. — Рука волшебника бессильно тыкала в громадный черный смерч. — Это вот…
— Валить надо, — веско заметил паладин Анх. Остальные поспешно закивали, глядя вслед быстро улепетывающим остаткам лагров. Муравьи проявили завидное чувство самосохранения, мгновенно поняв, что здесь ловить больше нечего.
— Верблюды еще живы? — спросил я, лихорадочно прикидывая, куда направить стопы страдальцам вроде нас и при этом не погибнуть в пути, а найти путь к спасению.
— Рос, это вот что? — вопросил Злоба, по-прежнему упорно тыча в черный торнадо. Вот прицепился он к смерчам песчаным. Мы ведь в пустыне, здесь это частое явление.
— Я не знаю, — искренне ответил я. — Не знаю! Надо уходить!
— Вы туда гляньте! — крикнула уже многократно поразившая меня своей эрудированностью девушка-лекарь.
Мы дружно глянули. Что ж, вполне понимаю удивление зрителей — около двух десятков дальних крыш к югу от нас были оккупированы большим количеством игроков-агров. Они стояли в полный рост, ничуть не скрывались и во все глаза наблюдали за бушующим страшным смерчем и танцующим полетом древней звезды-стража.
— Сюда! — рыкнул Злоба. — Вплотную! Лидерство переходит ко мне.
— А экзамен? — уточнил Ахн.
— Сдан. Всем ставлю высший балл, действовали умело и слаженно, — отозвался боевой маг, доставая из сумки большую глиняную амфору, чьи бока были испещрены загадочными символами. — Ближе ко мне!
Мы послушно сгрудились рядом, выжидающе замерли, не отрывая глаз от надвигающегося бедствия. Злоба поднял амфору повыше, выкрикнул громко:
— Алларос гидана молидис!
Амфора приземлилась на песчаный холмик, сделала в нем вмятину и осталась цела. Больше ничего не случилось. Мы сохраняли гробовое молчание. Что-то прокряхтевший Злоба нагнулся, подобрал амфору, стряхнул с нее пыль, пробормотал:
— Гребаная песочница… — Снова поднял сосуд и крикнул: — Алларос гидана молидис!
Амфора рухнула оземь, сделала еще одну вмятину и… осталась цела. Больше ничего не случилось. По нашим дружным рядам пронесся тихий сдавленный смешок. Опалив нас яростным взором, волшебник-наставник нагнулся, подобрал чертову амфору, тихо произнес:
— Всем снимаю по баллу! — Потом выкрикнул: — Алларос гидана молидис! — и с яростью обреченных бросил амфору оземь.
На этот раз получилось. Сосуд со звоном разлетелся на осколки, из разбитой амфоры вырвалось бурое облако, быстро окутавшее нас с головы до ног. Внутри бурого тумана замелькали яркие зеленые искры, вокруг нас соткались десятки прочных изогнутых ветвей. Все они сплелись воедино; не успел я моргнуть, как наша бравая команда оказалась заключена внутри гигантского перекати-поля. Пустынная колючка-исполин крутнулась на месте не хуже автомобильного колеса и резко рванула в сторону свободной улицы, проворно виляя между обломками зданий. Вовремя — позади нас упала такая большая каменюга, что на ней запросто можно было устроить дискотеку для полста человек. Черный торнадо адски взвыл и двинулся следом за нами, не обращая внимания на энергетические удары звезды-стража.
Меня радовало одно — вверх тормашками нас не крутило. Мы словно повисли внутри шарообразной колючки и неслись вперед, то и дело подпрыгивая на верхушках барханов и ныряя в ямы. Несколько перекрестков пронеслось мимо за считаные мгновения. Я успел заметить бегущие в разные стороны фигуры «покрашенных» красным игроков. Разок Злоба дернул рукой, вильнувшее перекати-поле буквально переехало парочку негодяев-агров, щедро утыкав их колючками. Главное — мы очень быстро удалялись прочь от угрозы. Рев взбешенной стихии начал затихать позади. Зато впереди возникла новая беда — что-то вроде мощной баррикады поперек улицы. Однако Злобу это не смутило — он вновь изменил маршрут, мы взлетели по накренившемуся куску стены в воздух, пролетели ряд крыш и тяжело рухнули оземь. Перекати-поле затрещало, несколько ветвей лопнуло и бессильно повисло. Видать, у чудо-юдо средства не большой лимит прочности. Это не танк. Скорее юркий спортивный кабриолет.
А вот и массивная арка северных врат — мы проскочили Мирный насквозь. Если повезет и не окажется засады… Додумать мысль до конца я не успел. Мы вырвались на открытое пространство как-то внезапно и при этом буднично. Вздымая облака пыли, понеслись прочь от гибельного места. Громадный алый скорпион возник из-под песка столь же неожиданно, как джинн из лампы, резко ударил ядовитым хвостом, но под его жало попал только песок — мы успели проскочить. Да плевать мы хотели на скорпиона, алый он там или бурый. Мы все смотрели только на поднявшийся над удаляющимися городскими руинами черный исполинский гриб — точно такой, какой случается после ядерного взрыва, если судить по официальным телехроникам. Шляпка гриба стремительно расползалась в стороны, уплощалась — и вот в воздухе висит искореженная жуткая поганка, сотканная из черного песка.
— Наверное, не стоило мне колокол срывать, — тихо заметил я, массируя виски. — Но он так сиротливо там висел…
— Какой еще, на хрен, колокол?! — взорвался Злоба, и перекати-поле завиляло из стороны в сторону. — Черт! Уф! Ладно! Пока помолчи, подумай, соберись с мыслями. Подумай, как тебе преподнести нам такую историю. Представь, что ты говоришь знакомому — дружище, зайди в гости, там нальют рюмашку выдержанного виски, отчего у тебя прибавится сил. Чувак заходит, накатывает рюмашку, затем все к чертям сносит налетевшее торнадо! Но это еще не все… уф! Так, главное вырваться отсюда. Рос, а ты пока помолчи и думай. Ищи объяснение ядерному грибу, уткнувшемуся в небо позади нас. Пока же просто помолчи…
При очередном повторении Злобой — «пока помолчи» — я понял, что это прямой намек на то, чтобы закрыть рот и молчать. Слишком много потенциально чужих ушей вокруг. Ведь ребятки только частично свои, они недавние рекруты, среди них могут оказаться кроты других кланов, или же они сами по природе своей болтливы. Поэтому столь важной инфой рядом с ними делиться не стоит. Чревато. Сначала Злобу проняло до печеночных колик, он на пару минут перевозбудился, отсюда и требование немедленного ответа. Но сейчас ветеран пришел в себя и вновь вспомнил о секретности.
Вняв намеку, я заткнулся и, переведя взор на мелькающий пейзаж, тихонько залез в интерфейс. Надо же прочесть, чего мне там игровая система написала.
Вы получили эффект «Живая кровь Великих».
В этот миг я прервался, поморгал глазами, снова взглянул. Надпись не изменилась. Она по-прежнему гласила то же самое:
Вы получили эффект «Живая кровь Великих».
— Кхм, — осторожно прокашлялся я прямо в ухо Злобы. — Слушай, а что еще за «Кровь Великих»?
— А что такого? Мертвая кровь Великих.
— Ну да, — согласился я. — Кровь Великих. Чего тут такого. — В этот миг я покосился на отчетливо видимое слово «Живая» перед «кровь Великих».
— Ну да, — пожал плечами маг. — Хорошая штука. Ману дает бесплатно и надолго. О! Я ж спросить забыл! Как тот смерч увидел, так и забыл разом. То есть получилось? То, что хлебнуть ты хлебнул, я слышал, а вот про результат…
— Пока не проверил.
— Ну так проверь. Ради этого ведь полдня потратили.
— Уже проверяю, — заверил я Злобу.
— Давай-давай.
Вернувшись к изучению информации, я пару секунд пребывал в оцепенении, пытаясь изо всех сил сдержать внезапный истерический приступ хохота. Тут ведь дело в чем? В том, что я все равно покажу ему всю информацию по характеристикам и общей инфе персонажа. Злоба руководит моей профильной навигаторской раскачкой, он мой наставник, которого я сам попросил о помощи. И будет очень странно, если я внезапно не дам доступ к инфе. Так что особо посекретничать не получится, да, честно говоря, я не слишком желал обзаводиться еще одним секретом. У меня их и так предостаточно, впору самому себе на лоб наклеить ярлык с надписью «Совершенно секретно! Перед использованием сжечь!». Так что новую тайну я не сохраню, и жить ей осталось несколько минут. Но сначала хотя бы самому глянуть и понять, что же именно со мной приключилось на этот раз.
Вы получили эффект «Живая кровь Великих».Ваши запасы маны увеличены на 25 %.Ваш уровень жизни повышен на 12 %.Ваш Интеллект увеличен на 20 баллов.Ваша Выносливость увеличена на 5 баллов.Ваша Сила увеличена на 10 баллов.Ваша Мудрость увеличена на 35 баллов.Затраты маны на любое заклинание Великих снижены на 10 %.Затраты маны на любое умение Великих снижены на 10 %.Эффект от использования любого предмета Великих увеличен на 10 %.Дополнительная информация:Данный эффект не воздействует на других игроков.Эффект действует еще: 00 месяцев, 29 дней, 23 часа.Внимание! По истечении срока эффект «Живая кровь Великих» сменится на «Мертвая кровь Великих» с соответствующим изменением бонусов и штрафов!
Вы получили эффект «Иммунитет Великих».Ваша устойчивость к божественным проклятьям, благословениям или иным сходным эффектам равна: 100 %.Ваша устойчивость к божественной магии повышена на: 47 %.Эффект длится до исчезновения эффекта «Живая кровь Великих».Внимание!Имеющийся эффект «Отравленный мозг» нейтрализован!Причина: действие эффекта «Иммунитет Великих».Внимание!Имеющийся эффект «Добыча Снессы» нейтрализован!Причина: действие эффекта «Иммунитет Великих».Внимание!Имеющийся особый эффект «Родственная связь» нейтрализовать невозможно.Причина: действие эффекта «Родительские узы».
Буквально только что незнамо откуда появившаяся звезда-страж «оживила» кровь Великих в ладошках багрового истукана. Страж буквально подловил меня. Намагичил исподтишка, хитростью заставил испить водицу волшебную. И вот поразительный результат с обилием эффектов и нейтрализаций. И еще вопрос, выиграл я или нет.
А главный вопрос — зачем? Зачем звездатому другу навещать меня и творить такие подлости? Чего прицепился он?
Судя по направленности эффекта… меня пытались «прокачать» в магическом плане, повысить мою живучесть.
Для чего? Ну, я вижу лишь одну причину — Затерянный материк.
Нет другой задачи, для которой мне бы потребовалось огромное количество маны и запас живучести. Но я могу и ошибаться. Может статься, что вскоре предо мной возникнет звезда и нечеловеческим голосом молвит что-нибудь интересное, направив меня туда, откуда еще никто не возвращался.
Ох голова моя…
Интересно, а что теперь Снесса скажет? М? Как она воспримет факт, что я защитился от ее «мины» у себя в голове?
— Злоба, а, Злоба, — откашлявшись, кликнул я мага могучего. — Хм…
— Чего там с эффектом? — живо отозвался тот, не отрывая взора от летящей навстречу пустыни.
— А ты кинь мне запрос на доступ к инфе перса, — предложил я. — Чего зря слова тратить.
— И то верно, — кивнул он, в моем интерфейсе запищал требовательный зуммер.
Я ответил на запрос утвердительно, выждал две секунды и удивленно сказал:
— Ну и странные же у вас плюшки, ребята. У тебя ведь тоже такой эффект, да?
Ответ последовал незамедлительно. Но был он неожиданным — сияющие светом ладони Злобы потухли, он схватился за голову и что-то невнятно заблеял, невидящим взором глядя на мою персональную информацию. Наш «кабриолет» перекати-поле потерял управление, и, соответственно, бодрым бильярдным шаром мы покатились куда глаза глядят.
— Разлом! Разлом по курсу! — закричала девушка-маг.
— Святые помидоры! — изрек паладин, хватаясь за свисающий сухой стебель и «перехватывая» управление. Перекати-поле выправилось, прекратило хаотичное передвижение и вновь рванулось в нужную сторону.
Стоя внутри колючего шара, мы смотрели под ноги — именно там, в скрюченной позе эмбриона, валялся заслуженный боевой маг Неспящих. Он лежал и что-то с жалобным постаныванием бормотал себе под нос. Возможно, читал успокоительные мантры.
— Интере-е-есно, — изрек я.
Эк его скрючило. А ведь он не видел еще кое-чего — у меня в списке магии появилось новое загадочное заклинание. Появилось само собой. Со скупым кратким предупреждением.
Поздравляем!Вы изучили заклинание «Аура Великой Мощи»!Действие заклинания: усиливает эффект любых заклинаний и умений Великих на 3 %.Требуемое количество очков маны: 600 единиц маны в минуту.
— А это ты видел? — не выдержал я, выводя на экран инфу по новому заклинанию и подсовывая ее под нос стонущего Злобы.
— Окх! Окх! — сказал Злоба и, уткнувшись лицом в сплетение сухих колючек, тихонько заплакал. Кажется… мантры больше не помогали.
Хотя, присмотревшись, я понял, что боевой волшебник матерится. Причем так грязно и умело, что от выплевываемых им слов начали вянуть не только мои уши, но и тонкие побеги перекати-поля. Отлежавшись с минуту, Злоба с трудом поднялся, утер со лба грязь, помолчал чуток и спросил:
— Есть ли смысл в сакральном вопросе «как»?
— Если про то, возможно ли получить такую же плюху, то вряд ли, — признался я. — Тут какая-то многоходовка, причем зуб даю, меня используют втемную. Никто не станет дарить такое лишь по доброте душевной. И еще — я потерял бонус Снессы «отравленный мозг». Жалко. Там плюсов куда больше минусов.
— Мы с тобой обязательно побеседуем, — пообещал мне Злоба. — В укромном душевном месте и узкой компанией — ты, я и мои любимые щипчики для маникюра. Снесса — это не так страшно, она изначально шла бонусом к моей схеме. А вот нынешняя плюшка очень весома, Рос. Настолько весома, что я не убиваю тебя от зависти лишь по одной причине — я хочу дорваться до нашей главной цели и уподобиться там Азраилу. Кстати, а ты ведь в курсе, что заклинание можно передать другому игроку?
— Первый раз слышу.
— Да ладно тебе… ты ведь уже мечтаешь о том, чтобы порадовать старого боевого друга Злобу неожиданным предложением. Ты ведь уже и сумму круглую в головенке своей представил, да? Может, шепнешь ее мне на ухо?
— Херушки…
— Это кто такие?
— Обитатели нифиганевыйдетземелья. Далеко отсюда.
— Ну-ну… мы обязательно побеседуем, — снова пообещал Злоба и забрал управление у паладина. — Баллы всем восстанавливаю. Если по клану разнесется слух о том, как я разбивал амфору, — сниму три балла тому из вас, кого увижу первым. Генератор случайных люлей рулит.
— О как! — крякнул паладин. — Молчу как рыба. И всегда мечтал служить на окраинах нашей необъятной родины, подальше от взора заслуженных магов отечества…
Шарообразная колючка красивым виражом промчалась между двумя величественными песчаными холмами, подняла облако пыли и рванула строго на запад, если верить словам бормочущего арбалетчика, сверяющегося с многоцветным магическим атласом.
— Опаньки, — выдал второй стрелок. — Кэмпы с севера!
— Поздно, — оскалился Злоба. — Мы вырвались. А вот те, кто остался в Мирном, сейчас начнут матерно склонять нас во всех возможных родах. Предупреждаю — позднее будьте готовы столкнуться с крайне злыми аграми, ищущими вас сознательно. И само собой, будьте готовы дать им отпор!
— А чего там так много агров было? — вспомнил я, глядя, как над вершинами далеких северных барханов плывет десяток боевых знамен. И плывет быстро. Судя по словам стрелка, это знамена воинов Клана Мертвых Песков, спешащих к оставленным нами руинам, дабы покарать наглецов, осмелившихся вторгнуться на запретные территории.
— Отбеливаются на солнышке, — буркнул паладин.
Я задумался, катая в голове эти слова. Что-то знакомое. Хорошо знакомое.
— Красноту лечат солнечными ваннами и ночным холодом, — пояснила девушка-лекарь, вновь блеснувшая своими разносторонними познаниями. Наверняка она была в школе отличницей с двумя косичками и в очках с толстенными линзами.
Тут я и вспомнил.
Лечебные ванны пустыни. В данном случае.
В мире Вальдиры есть несколько мест, где преступная «краснота» агров лечится в разы быстрее. И Мирный одно из самых мощных «реабилитационных» мест. Пробыв здесь с утра до вечера, получаешь большую «скидку» преступного срока. А порой и амнистию. Главное, продержаться и не сдохнуть. Существуют целые десятки способов незаметно пробраться в подобные места, избегая встреч с «зелеными» игроками и монстрами. Затем агры забиваются в темные щели или мелкие укрепления и застывают в неподвижности, глядя, как тикают часы. А время можно потратить с пользой — заняться мелким ремеслом, чтением книг, перепиской на форуме, общением с подобными себе «каторжниками». А если еще и ночь продержишься в гиблом месте, тебе скостят очень немалый срок. Но дело трудное. Вон и Злоба что-то упоминал про то, что местные ночные монстры те еще кошмары ожившие…
Ну и главное: если отвлечься от тюремной лирики, можно сказать, что мы только что «стуканули» на укрывшихся агров местной злобной «полиции», что предпочитала убивать, а не арестовывать. В Мирном нет постоянного патруля кэмпов. И воинов других пустынных кланов. Они прибывают сюда по сигналу. А мы, бодренько проехав по улицам на верблюдах, заявили о наглом вторжении во весь голос. И сюда рванул мощный карательный отряд, что быстренько прочешет руины, заглянет в каждый уголок, вытащит за шкирку каждого «красного суслика» и сделает им усекновение со всех сторон. В общем — запороли мы преступникам всю малину. Не будет у них покера с блэкджеком, а будут веселые спортивные игры на выживание.
А в довершение всего мы — а точнее, я, — повесили над Мирным черный ядерный гриб, что привлечет сюда еще больше ненужных свидетелей из игроков, местных воинственных обитателей и ужасных монстров. После чего, весело помахав аграм ручками — и переехав парочку из них «кабриолетом», — мы радостно умчались в сторону заката.
— Быть преступником плохо, — неуверенно заявила «отличница».
— Вот ты им это и скажешь, — вздохнул я. — Когда тебя окружат со всех сторон «команчи» и спросят: «Это ты на верблюдах скакала и орала?»
— Я же не орала!
Пожав плечами, я отвернулся и посмотрел на юго-восток. Черный торнадо продолжал кружиться над руинами. Воздух вокруг него был наполнен различным мусором — от песка до громадных обломков зданий. Весело там сейчас, наверное.
— Прибыли! — облегченно выдохнул Злоба, когда в его руках яростно замигала оранжевым светом хрустальная сфера. — Прорыв запретного поля! Живо! Прореха сейчас закроется! Свитки!
Повторять не потребовалось. Я выхватил свиток переноса за секунду, а затем задержался ради пары вопросов, в то время как остальные члены отряда один за другим начали исчезать во вспышках телепортации:
— Куда?
— Пока отдыхай. От души советую поспать хоть немного. А затем… Ну ты понял.
— О да, — улыбнулся я. — Понял. Место встречи?
— Ресторан. Тот самый, что ты и твои друзья гарпии разнесли.
— Там мамонт больше разворотил!
— Орбиту этого не преподнесешь… а у тебя совесть есть, и душа у тебя щедрая и широкая. Слушай, про заклинание, тобою приготовленное для подарка мне…
— Через два часа увидимся! — заявил я и прошептал: — Альгора.
Мягкое свечение обрезало вздох Злобы и унесло меня прочь из раскаленной пустыни. Злоба остался в одиночестве — внутри мчащегося куда-то большого перекати-поля. Философская картина отчасти…
Через миг я оказался в Альгоре. В тенистом скверике. Рядом с весело журчащим фонтаном, куда я тут же засунул пропыленную голову и хорошенько ею там поболтал. Плавающий черепашонок увернулся от мелкого камушка и возмущенно покрутил ластом у виска. Фыркнув в ответ, я встал и рысцой двинулся к ближайшему банку. Зачем? Положить некоторые эликсиры на хранение в ячейку. Меня все равно обеспечат всем необходимым. Еще помещу в личную ячейку медный колокол — он оказался неидентифицированным. Вдруг и за ним стоит какая-нибудь история? Отдавать колокол Неспам я не собирался.
Хм… а как там дела у Бома с его приключением? Мне очень интересны те события. Сейчас заскочу в банк, потом в гостиницу, а оттуда в мир реальный. Там припаду к компу и все узнаю.
Не удержавшись, я растянул губы в предвкушающей улыбке — ну что? Сухопутные приключения закончились…
Скоро, уже очень скоро — прямо вот-вот, — начнется Великий Морской Поход.
Этой ночью мы отправляемся в путешествие к древнему затерянному материку Зар'граад!
Войти с помощью соц. сетей: