3. Китайские вооруженные колесницы

В период Чуньцю (722–481 гг. до н. э.) в Китае появляются колесницы, которые имеют наосники, снабженные небольшими лезвиями. Так, в одной циньской могиле (современная провинция Шаньси), датированной началом периода Чуньцю, найдены такие наосники длиной 16,2 см, треть из которой приходится на небольшие лезвия⁷⁸. По-видимому, это начальная форма развития данного вида оружия.

Бронзовые наосники с лезвием, а) Царство Цинь (современная провинция Шаньси; период Чуньцю). Длина 16,2 см. Прорисовка автора по изданию: Dewall М., von. Der Wagen in der friihzeit Chinas // Achse, Rad und Wagen: Fiinftausend Jahre Kultur- und Technikgeschichte. Gottingen, 1985. S. 50, Abb. 22; б-в) Могила Чэн-хоу Юя. Цинь (433 г. до н. э.). Длины – 37,5 и 42 см.

Прорисовка автора по изданию: Yang Hong. Weapons in Ancient China. New York; Beijing, 1992. P. 138, fig. 202

В период Чжаньго (403–221 гг. до н. э.), во время постоянных столкновений между царствами, длина данного лезвия увеличивается. В погребении цзэнского хоу И (могила б; уезд Суйсян провинции Хубэй; область древнего царства Чу), датируемом примерно 433 г. до н. э., обнаружены две колесницы, имеющие подобные наосники длиной 37,5 и 42 см, из которых непосредственно на лезвия приходилось соответственно 22,5 см и 31,5 см⁷⁹. По-видимому, к оружию воина, сражающегося на такой колеснице, мог принадлежать и наконечник колющего копья, найденный в этом же погребении⁸⁰. Трактат «Лю-тао» (IV,31) (III в. до н. э.), если только перевод корректен, упоминает колесницы с закрепленными на боках копьями и алебардами, на которых установлены скорострельные арбалеты. Подобные колесницы предназначались для проникновения в защитные позиции врага и их, как и другие виды аппаратов на колесах сопровождали пехотинцы⁸¹. Историк Крис Дж. Пирс полагает, что эти острия предназначены для предотвращения взбирания пехотинца в кузов и для повреждения колес простых колесниц врага⁸². Синолог Магдалена фон Деваль (1927–2014) полагала, что лезвия на осях предназначались для поражения ног вражеских лошадей⁸³. Однако колесницы в бою специально вряд ли съезжались на столь близкое расстояние. В противном случае произошло бы столкновение, выводившее из стоя обе упряжки. Более убедительно мнение китайского археолога Яна Хуна, полагающего, что данные острия были предназначены для поражения вражеской пехоты, сопровождающей колесницы в бою⁸⁴.

Бронзовый наосник китайской колесницы (V–IV вв. до н. э.). Конец острия обломан. British Museum, 1965.7-28.1.

Воспроизведено по изданию: Пирс К. Воины Китая: Под знаменем небесного дракона (1500 год до н. Э. – 1840 год н. э.).М., 2008. С. 30

Похоже, что в Китае развитие колесниц от простых к вооруженным шло не революционным путем как на Ближнем Востоке, а эволюционным. Сам же факт наличия колесниц с остриями в Китае, у которого не было практически никаких связей с Ближним Востоком, говорит о некой общей тенденции в развитие колесниц – переходе от простых боевых упряжек к вооруженным.

4. Неосуществленные проекты: от поздней античности к новому времени

4.1. Трактат «О военных делах» – начало перехода колесницы с серпами в область теории

Во второй половине IV в. появился небольшой анонимный трактат «О военных делах», написанный довольно рафинированной латынью, автор которого предлагает римским императорам не только исправить финансовую и административную систему империи (De reb., 1–4; 21), но и для успешного отражения нападений варваров сконструировать различные военные машины (De reb., 6-18)⁸⁵. Среди последних мы найдем и два типа аппаратов, конструкция которых связана с серпоносной колесницей: курродрепанус и, видимо, тиходифр. Первый тип и является собственно производным от древней колесницы с серпами, от которой, впрочем, он имеет и существенные отличия: у него отсутствует кузов; серпы, прикрепленные к концам оси колес, могут подыматься вверх, посредством веревок, из горизонтального боевого положения; бронированный, вооруженный пикой, возница сидит прямо на покрытом панцирем коне (De reb., 12–14). Данный тип серповоза автор, в свою очередь, поделили на три вида:

1) Собственно курродрепанус (currodrepanus), запряженный двумя конями, на каждом из которых сидит по одному воину. Автор так описывает его (De reb., 12): «Тип такого вида военной повозки, который оказывается снабженным оружием сверх положенного, обнаружила необходимость парфянской битвы. (2) А увлекают ее в битву быстрой ездой два тщательно защищенных одеянием и оружием <из> железа человека, каждый едущий на хорошо защищенном коне. Задняя ее часть над колесницей снабжена выступающими в ряд ножами, очевидно, чтобы не допустить кому-либо легкого подхода с тыла. (3) Однако к осям этой же самой колесницы присоединяются наиострейшие серпы, имеющие на своих боках петли, к которым привязаны веревки, которые, будучи отпущенными, согласно решению обоих всадников, расправляют серпы, будучи же удержанными – поднимают их. (4) Однако какие потери машины такого рода причиняют врагам или каковые разгромы они производят в расстроенных рядах, лучше расскажут те, кто знает войны на практике».

2) Далее аноним описывает одиночный курродрепанус (currodrepanus singularis), меньший по размеру, который тянется только одним конем с верховым возницей (De reb., 13): «У этой тележки, которая разъезжает на тяге одного коня и которая управляется мастерством одного человека, и прикрывается его доблестью, существует та же самая внешность оружия и для отражения снарядов, и для нанесения поражений, как у первой колесницы; и она не отличается чем-либо от предыдущей машины, разве что предыдущая колесница из-за своей величины влекома двумя конями, а так же управляется двумя бойцами».

3) Третий вид представлен античным инженером как щитоносный курродрепанус (De reb., 14: currodrepanus clipeatus): «Поразительность этой машины имеет некую новизну, ведь она является в какой-то степени отличной от предыдущих колесниц, ибо здесь задняя часть повозки снабжена произвольными бичами для подстрекания коней и укреплена окаймленными острым железом щитами, расположенными словно в укреплении. (2) И притом она отличается от первой колесницы в том смысле, что здесь не как там, двумя конями двух же людей, но чуткость только одного человека правит. (3) Впрочем, от второй колесницы она отличается таким различием, что в той один конь и вес бойца несет <***> пока носит самого всадника, ярмо, со скрытым тянущим дышлом менее плотно охватывает коня. (4) Здесь так же можно повернуть развернутые серпы, опущенными веревками, и для уничтожения врагов длиннее вытянуть их от оси. (5) Однако веревка (либо, когда она ослаблена, серпы развертываются, либо, когда стянута, поднимаются над теми же осями) соединяется с кольцом, висящим на внешней части задней стороны ка-тафракты, посредством которой одетые кони защищены от любых налетов метательных снарядов».

Изображение различных курродрепанусов из Cod. Latini Monacensis 10291. а) собственно курродрепанус; б) одиночный курродрепанус; в) щитоносный курродрепанус.

Воспроизведено по изданию: Anonymi auctoris de rebus bellicis / Recensuit R. I. Ireland. Lipsiae, 1984. Tab. VI–VIII

Таким образом, перед нами – серповоз с двумя конями и с одним верховым возничим. Но у данной колесницы вместо ножей на длине основания расположены «круглые щиты, окаймленные острым железом» (et clipeis acuto ferro circumdatis)⁸⁶. И, как ниже указывает сам автор (De reb., 14,2), скорость данной повозки быстрее предыдущей.

В целом же две последние модели аппарата представляют лишь модификациями первого вида. Отметим так же, что одиночный курродрепанус малоэффективен из-за тяжести груза, тащимого конем, а для щитоносной колесницы прикрытие сзади круглым щитом (clipeus) с остриями, в общем, не является необходимым.

Так не были ли данные серповозы чисто теоретическим нововведением, которые аноним рекомендовал использовать императору? Ведь об изобретении военных машин говорит и сам автор трактата (De reb. praef., 7; 11; 16; 6,4–5; 18,7). Кроме того в поздней античности (III–V вв.) о конструкции настоящих серпоносных квадриг знали лишь по описаниям древних, о чем свидетельствует комментаторы Сервий Гонорат и Лактанций Плацид⁸⁷. Вегеций так же сообщает о подобной куррудре-панусу конструкции, но без серпов, когда он рассказывает о том, как римляне боролись со слонами Пирра: «запрягались к колеснице по два катафрактных коня, сидящие на которых клибанарии направляли са-риссы (то есть очень длинные контосы) на слонов» (Veget., 111,24: bini catafracti equi jungebantur ad currum, quibus insidentes clibanarii sarisas, hoc est longissimos contos, in elefantos dirigebant). По-видимому, тут Вегеций или его непосредственный источник интерпретирует в позднеантичных терминах четырехколесные повозки, которыми римляне пытались противостоять слонам царя Эпира (Dion. Hal. Ant. Rom., XX,1,3–4; Zonara, VIII, 5D). Однако, сама интерпритация примечательна: автор, по существу, говорит о конструкции того же курродрепануса появление которого могло относится на рубеже IV–V вв., к глубокой древности: о противослоновьих телегах в битве при Аускуле (279 г. до н. э.)⁸⁸.

Так не могли ли данные «представления» анонима просто быть неверным пересказом конструкций квадриги с серпами предшествующих эпох? Видимо, нет. Об этом свидетельствует и количество лошадей, и расположение серпов, и даже их предлагаемое использование. Да и конструкция данных серповозов, как я уже сказал, представляет несколько иной, модернизированный тип⁸⁹. Во-первых, отсутствует кузов, что позволяет облегчить вес аппарата и следовательно, уменьшить количество тягловых животных. Возница же, по традиции забронированный (De reb., 12,2), стал по существу всадником, способным поражать врага пикой (contes)⁹⁰. Кроме того, серпы теперь крепились не стационарно, но во избежание ранений на марше своих же воинов, подымались кверху.

Две альтернативные реконструкции британским археологом Марком Хесселом курродрепануса с автоматическими бичами, приводимыми в движение зубчатой передачей.

Рисунки А. В. Сильнова по изданию: Hassall М. W.C. The Inventions // De Rebus Bellicis. Pt. 1. Oxford, 1979. P. 79. Fig. 4-5

Впрочем, Э. Томпсон полагал, что сведения о колесницах с серпами аноним черпал лишь из книг, тогда как В. Либешюц просто считает их авторской фантазией; М. Хесселл думал, что хотя колесницы и не были сделаны, но их конструкция была жизнеспособна⁹¹. Естественно, что данная серпоносная «борона» была задумана не на пустом месте, но по древним образцам, возможно эллинистического времени, которые были усовершенствованы анонимом⁹². Кроме того, автор рекомендует использовать данные аппараты несколько другим образом, чем древние употребляли квадриги с серпами, а именно: против вражеской бегущей пехоты (De reb., 19,7), в боях у укреплений (praesidia) на ровной местности (De reb., 18,8). Действительно, одиночный, бронированный курродрепанус далеко не ускачет – устанет лошадь, да и скорость его будет незначительна по сравнению со всадниками, поэтому им, как и серпоносной колесницей нужно было действовать против вражеской пехоты, а не против конницы неприятеля нецелесообразно. Вместе с тем, употребление этого серповоза показывает явную деградацию данного рода оружия, по сравнению с серпоносной квадригой: вместо ударной, передовой атаки на врага, рекомендуется всего лишь преследовать бегущего противника.

Французский археолог Соломон Рейнак (1858–1932) справедливо заметил, что в случае с курродрепанусом автор предлагает возобновить уже изобретенное оружие, как это было с подпанцирной рубашкой (De reb., 15,1) и с мостом из бурдюков (De reb., 16,1)⁹³. Но тогда встает вопрос о времени появления курродрепануса. В самом трактате об этом читаем: «Тип такого вида военной повозки, который оказывается снабженным оружием сверх положенного, обнаружила необходимость парфянской битвы» (De reb.: 12,1: Huinsmodi pugnacis vehiculi genus, quod armis praeter morem videtur instructum, repperit Parthicae pugnae necessitas). Уже иезуит Герман Гуго (1588–1629) задался вопросом, что это за «парфянская битва»⁹⁴. Данная проблема и позднее являлась предметом обсуждения. Так, немецкий историк Рихард Неэр истолковывал это известие в том смысле, что аноним хочет сказать, что персы (= парфяне) изобрели колесницу с серпами, как это и описывает Ксенофонт⁹⁵. С. Рейнак так же отметил, что идея серпоносных колесниц у позднеантичного инженера, не нова и автор приписывает такие повозки парфянам, т. е. персам⁹⁶. Но ведь можно было бы предположить, что парфяне названы тут своим именем, ведь далее автор упоминает и собственно персов (De reb., 19,4: Persarum… gens). Либо можно было бы подумать, что автор действительно по терминологии того времени называет Сасанидов парфянами⁹⁷. Таким образом диапазон поиска даты изобретения таких серповозов довольно широк.

Аноним называет свои аппараты currus falcatus (De reb., 18,8; 19,7), то есть традиционным названием для упряжки с серпами⁹⁸, считая, что данные колесницы типологически близки к настоящим серпоносным квадригам.

И мы вправе ожидать, что под подобным наименованием эти аппараты фигурируют в древних военных трактатах. Философ Асклепиодот (I в. до н. э.), опирающийся в своем труде на «Тактику» Посидония Родосского, говорить лишь о редком применении серпоносных колесниц (Asclep. Tact., 8,1)⁹⁹. Элиан, писавший свою «Тактическую теорию» около 110 г.¹⁰⁰, упоминает, что колесницы с серпами использовались в предшествующую эпоху (Tact., 22,1). И, наконец, Арриан в написанной им самим без какого-либо прототипа главе «Тактического искусства» (19,6) прямо заявляет, что в его время колесницы не используются в военном деле (136 / 7 г.)¹⁰¹. А ведь он, возможно, лично участвовал в парфянской войне Траяна (115–117 гг.; loan. Lyd. De mag., 111,53)¹⁰². Поэтому, скорее всего, в первой четверти II в. колесниц с серпами уже не существовало. «Византийский аноним VI в.» и император Лев VI (886–912 гг.), следующие в своих тактиках античной традиции, так же говорят о неупотреблении данных колесниц (Anon. Byz Tact., 14,5; Leo. Tact., 1,7). Таким образом, тактики прямо высказываются против использования серпоносных упряжек во II–IX вв., считая их бесполезными. Следовательно, видимо, прав Р. Неэр, полагающий, что, аноним просто передает античную традицию об изобретении серпоносных колесниц древними персами. И мы вправе предположить, что курродрепанусы не только не получили широкого распространения¹⁰³, но могли быть сделаны лишь экспериментальные образцы по преподнесенному императору тексту трактата с рисунками (ср.: De reb., 7,1). Хотя сам автор, видимо, полагал, что его предложения будут претворятся в жизнь (ср.: De reb., praef., 3). Ведь не случайно же пишет, видимо, о будущем применении данных колесниц: «Однако какие потери машины такого рода причиняют врагам или каковые разгромы они производят в расстроенных рядах, лучше расскажут те, кто знает войны на практике» (De reb., 12,4: Qualia vero huismodi machinae funera hostibus immittant vel quas turbatis ordinibus strages efficiant, dicent melius qui usu bella cognoscunt). Таким образом, аноним сам не будучи профессиональным военным, справедливо полагал, что описывать действие данных аппаратов в бою – дело практиков¹⁰⁴. Однако строить такие машины ради преследования врага, т. е. для цели, с которой итак неплохо справлялась конница, было бы не целесообразно. Тем более при финансовых трудностях поздней империи (ср.: De reb., 1; 3). Кроме того, у нас нет и свидетельств, что подобные серповозы когда-либо применялись римлянами¹⁰⁵.

Второй тип оружия, создатель которого руководствовался идеей прикрепления оружия к повозке и который, в свою очередь, мог опираться на уже известную конструкцию серпоносной колесницы – это тиходифр (tichodifrus). Автор рассказывает об его конструкции следующим образом (De reb., 8,3–4): «Следовательно, этот самый тиходифр конструируется не более высоким, но более низким, чтобы внутри себя он мог утаивать ступни скрытно подступающих к врагу; он, когда две плетенки размещены сверху и приколочены гвоздями, защищает прикрытых внутри себя от любого налета; в самом деле, он, скрытно движим двумя колесами для продвижения машины вперед. (4) Концы его осей и перёд, а так же и верхняя плоскость, вооружаются тщательно прилаженными трезубцами и ланцеями для того, чтобы кому-либо, намеревающемуся атаковать через места, лишенные обороны, то есть верхнюю часть, не представилась такой возможности». Далее автор уточняет, что «настилы этого же тиходифра, снабженные… острыми наконечниками» (De reb.: 19,6: eiusdem tichodifri tabulatis… acutis ferreis communitis). О применении данного аппарата аноним кратко сообщает, что его катят два человека и что он прикрывает стреляющую баллисту и что под его защитой на поле боя будет удобно подходить к врагу, а при осаде – к стенам города (De reb., 8,1; 19,5–6).

Тиходифр и клипеоцентр. Изображение из Cod. latini Monacensis 10291.

Воспроизведено по изданию: Anonymi auctoris de rebus bellicis / Recensuit R. I. Ireland. Lipsiae, 1984. Tab. IV.

Как видим, описание довольно туманное¹⁰⁶. С одной стороны, машина прикрывается сверху двумя плетенками, которые, видимо, имели форму домика, как на обычных четырехколесных осадных черепахах (Apollod. Poliorc., 143; Athen. Meehan., 18–19; 38; Veget., IV,15–16; Anon. Byz. Poliorc., 207; 209)¹⁰⁷. Причем это покрытие, видимо, прибивалось к шасси, которое показано на миниатюре в рукописи¹⁰⁸. С другой стороны, чтобы баллистика стреляла под прикрытием тиходифра, последний, видимо, имел довольно низкую переднюю стенку. Отсюда и вытекает фраза о защите ног наступающих и информация о том, что в данной машине находится именно щитоносцы (De reb., 19,6: scutati), которые спереди сами прикрывают себя щитами. Таким образом, инженер, создавая проект данного аппарата, комбинировал несколько идей: образ двухколесной повозки, которая, возможно, происходила от трехколесной рамы осадного щита (Veget, IV,16)¹⁰⁹ и идею защитных функций этого щита. Мысль же о наконечниках копий, прикрепленных к переду тележки, видимо, имела ту же основу, что и соответствующие острия у курродрепануса. А приспособление трезубцев к аппарату могло быть позаимствовано из реальной военной практики IV в. (Athen. Meehan., 38; Amm., XXIII,4,12)¹¹⁰. Автор, который, по-видимому, изобрел данный вид машины (De reb., 8,2), скомбинировал в тиходифре функции легкого переносного осадного щита и мобильной рогатки. В общем, шасси тиходифра лишь внешне походило на курродрепанус, но по своим функциям первый не имело ничего общего с серпоносными колесницами. Из других источников о применении данного аппарата ничего не известно¹¹¹.

Итак, подводя итог, следует отметить, что употребление и курродрепану-сов, и тиходифра в античности нам не известно, и они, вероятно, являлись изобретениями нашего автора, который рекомендовал их для применения императору. Если же принять датировку трактата концом 360-х гг., то этим принцепсом мог оказаться Валентиниан I (364–375 гг.), который сам увлекался моделированием военных аппаратов (Amm., XXX,9,4; Aurei. Viet. Epit. de Caesar., 45,6). И, следовательно, очень возможно, что опытные образцы этих машин были все же сделаны, однако они оказались не достаточно эффективны и их практически не использовали. Вместе с тем, именно трактат «О военных делах» наряду с «Эпитомой» Вегеция оказал большое влияние на военную теорию и, вероятно, практику эпохи средних веков и Возрождения.