Слава деяний

Разумный государь достигает успеха и создает славу, благодаря времени, установленному небом, расположению людей, способностям и своему положению. Вне времени, даруемого небом для произрастания растений, даже десять Яо не могли бы произвести одного колоса зимой; если идут против желания людей, даже Бынь Юй не в состоянии использовать человеческой силы.

Поэтому, если найти время, назначенное небом, колос рождается сам без всяких посторонних усилий; если приобретено расположение людей, они сами стремятся к усовершенствованию без всякого воздействия со стороны правителя; когда правители руководят способностями подданных, то те сами доводят их до совершенства. Приобретая положение, достигают славы без всяких усилий.

Как течение воды, как плавание судна есть результат естественных условий, так и государь осуществляет свою безграничную волю; почему он и называется разумным государем.

Даже способный, не имея власти, не может справиться с негодным. Если предмет вышиной в дюйм поместить на высокую гору, то он будет выше долины, лежащей на высоте 8000 футов; но это не значит, что он выше: его место высоко. Цзе, будучи императором, мог править миром. Это не значит, что он был способным человеком: его положение было важное. Яо, будучи простым смертным, не мог исправить трех семейств. Это не указывает на его негодность: его положение было низкое. Тысячи фунтов плавают на корабле, и незначительная тяжесть тонет без него. Это не значит, что тысячи фунтов легки, а крупинки тяжелы; идет речь о наличности известных условий или их отсутствии. В силу этого отношение короткого к высокому определяется их взаимным положением; негодный правит способным, благодаря своему положению.

Вселенная, объединяя свои силы, поддерживает владыку людей, почему он спокоен; все единодушно утверждают его на престоле, почему он пользуется почетом; чиновники, относясь бережливо к своим способностям, исчерпывают свои силы и, будучи преданы престолу, этим выражают почет государю. Если государь правит преданными чиновниками, то он долго наслаждается жизнью, и слава его создается.

Идеи и реальности определяются, взаимно поддерживая друг друга; тело и тень устанавливаются при взаимном соответствии. Следовательно, желания чиновников и государя одинаковы, но различно их применение. Государь беспокоится, что не будет ответа, почему и говорится: «Удары одною рукою, до боли, беззвучны». Чиновники же беспокоятся, что они не достигнут успеха. Поэтому и говорится: «Рисуя правой рукой круг, в то же время рисовать левой квадрат – не сделаешь ни того ни другого».

Итак, «в государстве, в котором есть порядок, государь – это барабанная палочка, чиновники – барабан, способности – экипаж, а дела – лошади». Вследствие этого, при избытке сил, людям легко ответить требованиям; обилие же талантов удобно в делах.

При недостатке сил отличающихся в делах, доверия к близким, власти – у создавших себе славу, когда близкие уже пользуются любовью, но отсутствует связь с дальними, слова не будут соответствовать действительности. Не совершить подвигов – и не будет славы даже при обладании добродетелями Яо и Шуня и при поведении аналогичном Бо И, если положение не превозносится миром.

Тем, кто в древности мог отличиться и создать себе славу, толпа помогала своими силами, близкие способствовали успеху дела, отдаленные прославляли их имена, а почитаемые поддерживали их своим положением.

В силу этого заслуги горы Тай-шань постоянно существуют в государстве, а слава солнца и луны давно царит на небе и на земле. Поэтому-то Яо, будучи императором, сохранил свою славу, а Шунь, будучи подданным, достиг успеха.

Достоинство

Сохранившие достоинство в древности наблюдали за небом и землею; смотрели на реки и моря; исходили из положений гор и долин, освещения солнца и луны, действий, производимых четырьмя временами года, расположения облаков, направления ветра, не связывая своего сердца мудростью, а себя личными побуждениями.

Предоставляли закону успокоение смуты; в наградах и наказаниях полагались на истину; предоставляли мере определить действительный вес; не противились небесному закону, не шли против чувств; не искали мелких недостатков, которых не видно, ибо ради этого пришлось бы напрасно тратить силы. Не добивались, смывая грязь, узнать то, что трудно было постичь; не были поспешны в том, что вне закона; не медлили с законом. Блюли сложившиеся правила, руководясь естественностью.

Счастие и бедствия – результат закона, а не любви или отвращения; искание славы или позор всецело зависит от самого себя, но не от других людей. Поэтому в период высшего покоя закон уподобляется утренней росе, которая чиста и не распадается на части. Если в сердце нет скрытого неудовольствия, а на устах докучливых слов, экипажи (способности) не изнашиваются и лошади (дела) не изнуряются в дальних дорогах; знамена не стоят в беспорядке; народ не умирает под ударами разбойников-инородцев, имена рыцарей не записываются на страницы истории, рассказы об их подвигах не вырезают на блюдах и чашах. Скрижали истории остаются пусты.

Поэтому нет, по-моему, выше пользы, чем польза простоты и ясности, не бывает более долгого счастия, чем покой. Если, даровав каменщику тысячелетнюю жизнь, поручить ему, с киркою в руках, по циркулю и наугольнику, с веревкой и тушью (уровнем) вымерить гору Тай-шань, а Вынь Юю с оружием (в руках) привести в порядок народ, то при всем напряжении их сил и тысячелетней жизни гора Тай-шань не станет правильной, а народ не будет уравнен. Поэтому правившие миром в древности не заставляли первых изощрить искусство для изменения формы горы Тай, а второго – истощать свою силу на гибель всего народа.

Они, руководясь путем, соблюдали в полноте закон. Благородные наслаждались, и низкие предатели укрощались. Спокойно и безмятежно они, исходя из велений неба, поддерживали главное; они направляли народ так, что у него не было проступков против закона, а рыба не страдала от потери воды. Так дело обстояло при них, почему в мире, даже в малом, не было ничего невозможного с небом и землей, и все процветает; он в своих побуждениях считается с горами и морями, и государство достигает богатства.

Если у государя нет яда гнева, у низших нет беды от скрытого ропота. Высшие и низшие тогда будут во взаимном согласии: они считают своим жилищем путь. В силу этого накопляется постоянно существующая польза; великие деяния совершаются, устанавливается слава, добродетели передаются в потомство. Это идеал порядка (управления).