9. Использование верблюдов в военном деле древних государств Передней Азии и Индии

Пустынные местности Ближнего Востока благоприятствовали использованию верблюдов в военном деле стран региона. Наиболее интенсивно верблюдов в походах использовали арабы, чему надо посвятить отдельную статью. В данной же заметке рассмотрим использование этих животных в Леванте, Месопотамии, Западном Иране и Индии. Если на территории Азии западнее Месопотамии в древности был распространен одногорбый дромадер, то уже в Двуречье содержали и одно-, и двугорбых верблюдов, а далее на восток – преобладал двугорбый бактриан. Можно заметить, что доместикация последнего произошла, вероятно, в Иране – Южной Туркмении примерно в середине III тыс. до н. э., тогда как дромадер был одомашнен в Западной или, скорее, в Южной Аравии в первой половине III тыс. до н. э., однако использование последнего в качестве ездового и вьючного животного распространилось лишь к концу II тыс. до н. э..

Аристотель ясно различал бактрийского верблюда с двумя горбами и одногорбого аравийского (т. е. Camelus bactrianus и Camelus dromedarius). Бактриан имел высоту до верха горба – 1,8–2,4 м, длину туловища – до трех метров и вес – 450–500 кг; он может нести 220–270 кг груза по 30–40 км в день или 80-100 км, будучи запряженным в телегу. Бактриан живет 35–40 лет, из которых с 4 до 20–25 лет может эффективно работать. Обладая густой зимней шерстью, животное хорошо приспособлено к холодным зимам Центральной Азии. Дромадер в целом легче бактриана, ноги и шея у него длиннее, рост взрослого самца – 1,8–2,3 м, длина туловища – 2,4–3,2 м, вес – 300–500 кг. Дромадеры хорошо приспособлены для жизни в сухом климате при небольшой влажности. Они делились на ездовых и вьючных, которых Лев Африканский в первой половине XVI в. именовал равахил и худжун. Рахила – верховая верблюдица – излюбленное животное для скоростной езды, о быстроте которой упоминал еще во второй половине VII в. до н. э. пророк Иеремия (2:23); также для езды использовались кастрированные самцы. Ездовых дромадеров арабы обучали с двухлетнего возраста, и они служили лет до 25. Дромадер идет двумя естественными аллюрами: широким (1,2 метра) шагом или рысью.

Ездовой дромадер передвигается со скоростью 9-17 км/ч и может проходить за 12 часов 170–260 км, и так в течение многих дней.

Рис. 69. Бегущий бактриан. Золотая аппликация длиной 8,7 см, вероятно, из Хамадана (V–IV вв. до н. э.). Частная коллекция в Нью-Йорке. Воспроизведено по: Ghirshman R. Perse: Proto-iraniens, Mèdes, Achéménides. Paris, 1963. P. 261, fi g. 317.

В I в. н. э. римский натуралист Плиний Старший, обобщив все известные ему сведения, так характеризует деятельность обоих видов верблюдов: «Все же они выполняют службы по переноске на спине грузов, а еще – конницы в битвах» (Plin. Nat. hist., VIII, 67), т. е. Плиний отмечает два важнейших способа использования верблюдов: как вьючного транспорта и боевого животного.

Рассмотрим свидетельства источников об использовании верблюдов в военном деле Передней Азии. На двух сирийских печатях, датированных XV–XIV вв. до н. э., изображены ездоки, сидящие на абстрактно изображенном животном, который считается верблюдом. Верблюды упоминаются в книге «Бытие» среди прочего мелкого и крупного скота и ослов в стадах Авраама и его потомков (Бытие, 12:6; 24:10–11; 30:43). Обычно данное сообщение Библии считается исследователями более поздним анахронизмом, ведь древние евреи были кочевниками, использовавшими ослов, хотя Дж. Фри пытается обосновать положение, что верблюды в то время уже были известны в Египте. Позднее армия объединенного Израильского царства не обладала мегаристами, однако при распределении должностей в имении царя Давида (ок. 1005-965 гг. до н. э.) упоминается начальник над верблюдами – Овил Исмаильтянин (I Парал. 27:30). Примечательно, что присматривать за верблюдами был поставлен не еврей, а кочевник, который умел с ними обращаться. В 701 г. до н. э. ассирийский царь Синаххериб (705–681 гг. до н. э.) взял в качестве добычи в Израиле «лошадей, мулов, верблюдов, рогатого скота и овец без счета». Мраморный рельеф дворца Синаххериба в Ниневии как раз показывает вывоз добычи из иудейского города Лахиш на повозках и на вьючном верблюде .

Рис. 70. Бактриан с наездником. Сирийская цилиндрическая печать (XV–XIV вв. до н. э.). Лувр. Воспроизведено по: Brentjrs В. Das Kamel im Alten Orient // Klio. Bd. 38.1960. S. 30, Abb. 3.

В самой Месопотамии, судя по терракотам из Урука, верблюд был известен уже во второй половине IV тыс. до н. э., однако он в ту эпоху, скорее всего, просто являлся представителем местной флоры, а не домашним животным. Причем бактриан (*udru/*uduru) в аккадских текстах встречается ранее дромадера (*gammalu/*gamallu), что, по мнению финского ассириолога А. Салонена, свидетельствует о более раннем знакомстве с двугорбым верблюдом в Двуречье.

Город Хиндану на Среднем Евфрате поставлял в качестве дани ассирийскому царю Тукультининурте II (890–884 гг. до н. э.) 30 верблюдов, столько же ослов и 50 голов рогатого скота, 200 ягнят и 14 больших птиц. В 858 г. до н. э. Салманасар III угнал в качестве добычи ослов и дромадеров из Дабигу – столицы Бит-Адини – арамейского государства в Северной Сирии. Об использовании дромадеров в качестве верховых животных в регионе свидетельствует известняковый ортостат из западного дворца в Тель-Халафе, датированный первой половиной IX в. до н. э., который представляет невооруженного наездника, сидящего на жесткой «подушке» и управляющего животным с помощью палки. Ортостат из расположенного неподалеку, на юго-востоке современной Турции, Кархемыша, датированный VIII в. до н. э., показывает наездника, сидящего на попоне, вооруженного луком, который, судя по положению руки, был или будет натянут. Вооружение мегариста луком ясно говорит о военном использовании верблюда в регионе. Вероятно, под арабским влиянием арамеи царства Гузана и поздние хетты из Кархемыша стали использовать верблюдов в военном деле.

Рис. 71. Жители Лахиша угоняются в плен ассирийцами (701 г. до н. э.). Рельеф из дворца царя Синаххериба в Ниневии. Британский музей. Воспроизведено по: Bulliet R. W. The Camel and the Wheel. Cambridge (Mass.), 1975. P. 81, fig. 32.

При Саргоне II (721–705 гг. до н. э.) верблюды входят в состав обоза ассирийской армии, и позднее ассирийцы использовали верблюдов лишь в обозе наряду с лошадьми, мулами и ослами. В 671 г. Асархад-дон (680–669 гг. до н. э.) для похода на Египет через Синай специально набрал массу верблюдов у арабских шейхов. Согласно греческому историку Ктесию Книдскому, полулегендарная ассирийская царица Семирамида вела караван верблюдов, переносящих разобранные суда, во время похода в Индию (Diod., II, 17, 2; Suid., s.v. Σεμι¡ραμις).

Рис. 72. Всадник на верблюде. Ортостат из известняка из Кархемыша (VIII в. до н. э.). Археологический музей в Анкаре, 76. Воспроизведено по: Orthmann W. Untersuchungen zur späthethitischen Kunst. Bonn, 1971. Taf. 28c.

Синаххериб при строительстве нового дворца в Ниневии планировал место для коней, мулов и верблюдов.

В Западном Иране, как показал австралийский археолог Д. Поттс, в конце II тыс. до н. э. разводили дромадеров, но в I тыс. до н. э. появились и бактрианы, заимствованные с Востока. Именно последних брали ассирийские цари для скрещивания с местными одногорбыми с целью улучшения качества животных . Пехлевийская книга о сотворении мира «Бундахишн» (14, 16) упоминает два вида верблюдов, с одним и двумя горбами, различая при этом горных и равнинных. Это ясно свидетельствует о сосуществовании дромадера и бактриана на территории древнего Ирана.

Рис. 73. Черный обелиск ассирийского царя Салманасара III (859–824 гг. до н. э.) из Нимруда (Кальху) с изображением принесения ему дани покоренными народами. Народы идентифицируются по надписям. В верхнем регистре представлена дань из Гильзану в Северо-Западном Иране, во втором сверху – из Израиля, в третьем – из Мушри, четвертом – из Шухи на среднем Евфрате, в пятом – из познехеттского Хаттина ⁄ Паттия в современной Южной Турции около Антакьи. Воспроизведено по: Walser G. Die Völkerschaften auf den Reliefs von Persepolis: Historische Studien über den sogenannten Tributzug an der Apadanatreppe. Berlin, 1966. S. 17, Abb. 3.

В анналах Ашшурнасирпала I (1047–1029 гг. до н. э.) упоминается посылка купцов для приобретения самок бактриана, что ясно свидетельствует о редкости двугорбых верблюдов в Месопотамии в эту эпоху. В 857 г. до н. э. Салманасар III получил в качестве дани бактрианов из Гильзану в Северо-Западном Иране к югу от озера Урмия, а также из точно не атрибутируемой страны Мушри (Musri), вероятно, в Иракском Курдистане. Из страны Баршуа, локализируемой к югу от озера Урмия, в последней четверти IX в. до н. э. урартские цари Ишпуини и Менуа вывели 1120 лошадей, 12000 голов крупного рогатого скота, верблюдов, а также более 15000 голов мелкого рогатого скота. Вид верблюдов по надписи не может быть установлен, так как слово написано шумерограммой. Численность захваченных верблюдов не сохранилась, но она реконструируется М. Сальвини как 365, что свидетельствует о развитии верблюдоводства в Северо-Западном Иране к этому времени. Преемник Менуа Аргишти I (ок. 786–764 гг. до н. э.) на восьмом году царствования совершил поход на страну Манна, к югу от Урмии, где захватил «606 коней, 184 верблюда, 6257 голов крупного рогатого скота, 33203 головы мелкого рогатого скота». В следующем году царь вывел из Бушту, части страны маннеев, неизвестное количество коней, 100 верблюдов, 22 529 голов крупного рогатого скота, 36830 голов мелкого рогатого скота. В одиннадцатый год правления урартский монарх захватил в Алатеие, области страны Манна, «290 (?) коней…, 101 верблюда, 4909 голов крупного (и) 19 550 голов мелкого рогатого скота», а в следующем году Аргишти в пограничном конфликте добыл 170 лошадей, 62 верблюда, 2411 голов крупного рогатого скота, 6140 голов мелкого рогатого скота. Как видим, у маннеев верблюды к этому времени стали обычными животными, которых наряду с лошадьми и рогатым скотом захватывали урарты.

После второй мидийской кампании 737 г. до н. э. Тиглатпаласар III наложил на Манну, Эллипи, Мидию и «всех горцев востока», т. е. на территорию современного Северо-Западного Ирана, ежегодную дань, состоящую из «коней, мулов, пригодных для ярма, бактрийских верблюдов, рогатого скота и овец». В 740-х гг. до н. э. урартский царь Сардури II совершил поход на Эриахи, локализируемое на севере современной Армении, откуда он вывел в качестве добычи 1613 лошадей, 115 верблюдов, 16529 голов крупного рогатого скота и 37685 мелкого, что свидетельствует о незначительном распространении верблюда на территории Армении. В 702 г. до н. э. около северомесопотамского города Киш Асархаддон нанес поражение вавилонскому царю Мардук-апла-иддину и его эламским, халдейским и арамейским союзникам. После битвы в лагере противника ассирийцы захватили «колесницы, повозки, мулов, ослов, верблюдов и двугорбых верблюдов». Следовательно, верблюды использовались как транспорные животные обоза армии. Из первого похода в Вавилонию Синаххериб привел в Ассирию «208000 пленных, 7200 лошадей и мулов, 11780 ослов, 5230 верблюдов, 80050 быков, 800100 овец». В 673 г. до н. э. царь Асархаддон вторгся в Мидию, в область Патушарра (Patusharra) на границе Соляной пустыни, где захватил двух вождей и вывел их в Ассирию вместе с «их людьми, верховыми лошадьми, рогатым скотом и (бактрийскими) верблюдами» .

Согласно рассказу Ктесия, передаваемому Элианом, у каспиев «верблюдов насчитывается множество, самые большие – соразмерны самым большим коням, с очень хорошей шерстью» (Ael. Nat. anim., XVII, 34). В данном случае каспии – неиндоевропейский народ, живший на юго-западном берегу Каспийского моря (Hdt., Ill, 92–93; Strab., XI, 2, 15; 8, 8), о котором Элиан рассказывает и в других соседних пассажах (Ael. Nat. anim., XVII, 17; 33–34, 38). И.В. Пьянков отождествляет этих каспиев с кадусиями.

В общем, в Месопотамии и Западном Иране держали и дромадеров, и бактрианов, которых, впрочем, использовали для перенесения обоза в ходе боевых действий, а не для ведения боя с них.

В Ахеменидскую эпоху и после завоеваний Александра Македонского, в период эллинизма, ситуация с использованием верблюда в Передней Азии не изменилась. Если обратиться к классической Греции, то увидим, что верблюды восточных соседей были тут хорошо известны. Любитель рассказывать Геродот даже отказывается описывать верблюда, отмечая его вид как хорошо известный грекам (Hdt., Ill, 103). В эпоху развитого эллинизма и в период ранней империи (III в. до н. э. – II в. н. э.) мегаристы даже не считались регулярным родом войск в эллинистических монархиях – их не упоминают в своих «Тактиках» ни Асклепиодот, ни Элиан, ни Арриан, описавшие даже такие экзотические рода войск, как колесницы и элефантерия. Эллинистические правители по сложившейся уже традиции использовали верблюдов для обоза и/или привлекали в армию арабских мегаристов. Нам, в частности, известно, что понтийский царь Митридат VI даже закупил в Средней Азии более сильных бактрианов, чтобы переносить казну и обоз (Plut. Lucul., 11; Amm., XXIII, 6, 56).

* * *

Индия не была классической страной, где верблюд широко использовался в военном деле, в котором преобладающее место занимали колесницы, а позднее слоны. В северо-западной части Индийского субконтинента, где сухой климат благоприятствовал, разводили как одногорбых дромадеров, так и двугорбых бактрианов. Остатки костей дромадера найдены в Мохенджо-Даро и Хараппе, однако животное не представлено на печатях и терракотах, что может говорить лишь о представителе дикой фауны. Бактриан появился в Пакистанском Белуджистане в начале II тыс. до н. э., а в самой Индии – в I тыс. до н. э..

В 460-х гг. до н. э. Эсхил пишет в драме «Просительницы»: «Таковы индийские кочевницы, едущие на верблюдах, что скачут по земле, соседний с эфиопами» (Aesch. Suppl., 284–288; Schol. ad Aesch. Suppl., 284–285). Поскольку автор в данном пассаже упоминает Данаид, прибывших из Египта, то казалось бы, что речь идет об Африке, о кочевниках-ливийцах, которые, по представлению драматурга, ездили верхом на верблюдах в пустыне около эфиопов, обитавших к югу от ливийцев (Hdt., Ill, 17–26). Однако этноним «индийские» препятствует данному чтению, и следует посчитать, что Эсхил имеет в виду именно восточных эфиопов, обитавших в Гедросии в современном Южном Иране (Hdt., VII, 70; Strab., 1,2,24–28; II, 3,8), т. е. в этом случае речь могла идти о кочевых жителях современного Западного Пакистана и Южного Афганистана, которых и Геродот причислял к индам (Hdt., Ill, 98-106). Более того, по словам «отца истории», для перевозки золота индийцы, живущие около Пактики, использовали упряжку из трех быстроходных верблюдов, на среднем из которых ехали сами (Hdt., Ill, 102–104; ср.: Timoth. De anim., 5,11. 4–9), что вполне согласуется со сведениями Эсхила. Этих индийцев географ Страбон (XV, 1, 44), ссылаясь на посла царя Селевка Никатора Мегасфена, называет дерды, которые сопоставляются исследователями с древними жителями Кафиристана в Гиндукуше.

И позднее инды – кочевники Восточного Афганистана – использовали верблюдов для быстрых путешествий, как сообщает Флавий Филострат в «Жизни Аполлония Тианского» – философа-неопифаго-рейца, жившего в I в. н. э. (Philostr. Vita Apol., II, 6). «История Младшей Хань» (гл. 118, 12), описывая владение Дунли, подчиненное Большим юэчжам, сообщает: «Ездят на слонах и верблюдах. В путешествии в соседние владения, если встретят нападение, то сражаются, сидя на слонах». Следовательно, в древней Северной Индии в первые века новой эры верблюды использовались лишь для езды, тогда как сражались на слонах. Так, на восточных воротах ступы из Санчи представлены ездоки на бактрианах, управляющие верблюдом с помощью повода (начало I в. н. э.).

Более того, как и в современном Пакистане, верблюдов запрягали в повозки. Страбон со ссылкой на сподвижника Александра Македонского Неарха отмечает, что в Индии верблюды ходят под ярмом (Strab., XV, 1, 43). Индийские «Законы Ману» (II, 204; XI, 202) рубежа эр упоминают как самые обычные повозки, запряженные быками, лошадьми и верблюдами. А на изображении из Матхуры (I–II вв. н. э.) показаны два бактриана, запряженные в двухколесную повозку.

Обратимся к «Артхашастре» (X, 4) Каутильи, чтобы понять, как использовали верблюдов в военном деле. Источник упоминает верблюдов лишь в связи с обозом, рекомендуя при нехватке слонов заполнить центр боевого порядка мулами, верблюдами и повозками. Если судить по предыдущим сообщениям, верблюды в индийских государствах чаще использовались запряженными в повозки, которые, вероятно, и подразумевает Каутилья.

О собственно военном использовании верховых верблюдов в Индии может служить описание фигур чатуранги – индийской игры, предшественницы шахмат, которую доставили иранскому шаху Хосрову I Ануширвану (531–579 гг.) из Каннуджа в Северной Индии. Согласно «Шахнаме» Фирдоуси, наряду со слонами и всадниками фигурки представляли собой верблюдов с двумя наездниками на каждом. Верблюд в данной игре рассматривается комментаторами как позднее арабское добавление к игре, ведь в пехлевийском тексте «Книги о чатранге» верблюды не упоминаются вовсе. Однако подобный способ езды известен в Северо-Западной Индии. В Раджастхане до новейших времен использовали верблюжье седло для двух человек. Английский подполковник Дж. Тод (1782–1835), бывший в 1818–1822 гг. чиновником в Раджапутане, так рассказывает о мегаристах княжества Джайсалмер (Jaisalmer): «На каждого верблюда посажены два человека, один обращен лицом вперед, другой – назад. Они отличны в ходе отступления, но, когда вынуждены вступить в ближний бой, они заставляют верблюда встать на колени, связывают ему ноги и, отходя назад, создают бруствер из его тела, кладя ружье (matchlock) на вьючное седло». В 1840-х гг. на дромадерах британского Синдского верблюжьего корпуса (Scinde Camel Corps), защищавшего северо-западные границы от набегов племен, сидело по местному образцу также по два человека: туземный вожатый и солдат.

Верблюдов использовали на северо-западе Индостана с его засушливым климатом и пустынными районами. Китайская «История Тан» (гл. 211) прямо сообщает, что в Центральной Индии вообще нет верблюдов, что, в общем, соответствовало действительности VII в.

Рис. 74. Верблюжий корпус Биканера (первая половина XX в.). Воспроизведено по: URR: http://www.indianrajputs.com/pictures.php?category =Group%20Photos&page = 2 (дата посещения: 03.02.2019).

В основном верблюды использовались в Индии как транспортное средство в обозе армии, вероятно, чаще как гужевой транспорт, но в северо-западных пустынных областях, по крайней мере в VI в., существовала кавалерия на верблюдах, которая, впрочем, должна была спешиваться для боя. Подобная тактика вполне может быть объяснена влиянием кочевников данного региона. Вьючными и гужевыми были бактрианы и дромадеры, а ездовыми – обычно дромадеры. Распространению верблюда в данной части индийского субконтинента, вероятно, способствовало мусульманское завоевание и военная культура ислама, широко применявшая верблюдов в военном деле. Еще в XIX – первой половине XX в. гуджаратские государства Кач и Саураштра, раджпутские государства Биканер, Джайсалмер, Джодхпур и Мевар располагали отрядами верблюжьей кавалерии, посаженной на дромадеров. Причем в двух последних мегаристы были иррегулярными подразделениями.

В общем, в Передней Азии и Северо-Западной Индии оба вида верблюдов использовались в военном деле древних государств. Более быстроходный дромадер служил средством передвижения и переноски военных грузов, тогда как более сильный бактриан обычно использовался в обозе. Непосредственно же с верблюдов, похоже, бой не вели, но спешивались с них.