Первый военный устав по артиллерии?

Возьми три фунта селитры, фунт с четвертью серы, полтора фунта уголья, и то все смешати гораздо, вместе крути ево вином, уксусом, да двема свежими воды, да можешь крутити мужскою мочою, который вина много пьет, чем моча старее, тем лутче, потом перепусти в скляницах.

«Воинская книга» 1607 г.

В недолгое царствование Василия Шуйского впервые появилась «Воинская книга», а по сути – перевод иностранных трактатов по военному делу. Россия начала осваивать не только практические, но и теоретические основы артиллерии.

В историографии существует несколько ошибочных мнений относительно этого сочинения. Так, в целом ряде изданий, в том числе энциклопедических, его часто именуют первым воинским уставом на Руси, ошибочно датируя трактат 1621 годом.

В 1606 г. переводчикам М. Юрьеву и И. Фомину по указу Василия Шуйского была выдана книга «Das Kriegsbuch» («Военная книга») авторитетного теоретика барона Леонарда Фронспергера (1520–1575 гг.), которую можно назвать подлинной энциклопедией военного дела XVI столетия.

М. Юрьев и И. Фомин окончили работу к маю 1607 г. и преподнесли свой перевод царю. «…воздадим хвалу Всевышнему Богу, – писали переводчики, – за еже сподобил нас таковое великое дело по вашему царскому повелению совершити… (выделено мной. – А.Л.)». «Дело» действительно было «великое» – увесистый фолиант состоял из «наук», в которых перечислялись рецепты приготовления «огненных смесей», правила «прямого и убойчивого стреляния» из орудий и др. Фактически это был прямой перевод только второй части «Военной книги» Фронспергера – об этом прямо говорится в тексте, заканчивающемся словами «конец вторые части сей воинския книги».

По содержанию «Воинская книга» 1607 г. представляла собой учебное пособие для артиллеристов – до этого времени процессы производства взрывчатых смесей не были теоретически обоснованы. Книга дает представление о познаниях средневековых людей в области математики, физики, химии. В книге отсутствуют чертежи, хотя по тексту составители нередко на них ссылаются – в тексте, как правило, оставлялись места для рисунков с подписями, например: «тут быть знамени». По-видимому, со временем они были потеряны, поэтому в поздних списках их невозможно отыскать.

Но труд М. Юрьева и И. Фомина не производил впечатления законченного сочинения, в нем было много смысловых погрешностей дословного перевода. Специалисту в области огнестрельного дела – «пушкарских дел мастеру» – Анисиму Михайлову-Радишевскому царь Василий повелел переработать «Воинскую книгу»: «…указал сию книгу с немецкого и латинского (в другом списке: «из немецкого и латинского и французского». – А.Л.) языков на руский язык перевести». Начав работать в 1607 г., Анисим Михайлов-Радишевский сумел окончить труд только к 26 сентября 1620 г. («написал сию воинскую книгу к царскому величеству… в лето 7129 сентября в 26 день»). Переводчик подверг текст авторской обработке, располагая статьи («указы») по своему усмотрению. Это можно легко заметить, сопоставив номера статей труда Анисима Михайлова со статьями «Воинской книги» 1607 г. и «Военной книги» Л. Фронспергера. Переводчик довольно странно пользовался немецким оригиналом, иногда значительно сокращая, а в других случаях расширяя содержание статей. Так, в «статейную роспись пушкарей» составитель зачем-то вставил наставления о стрельбе из орудий, в параграфы 311–332 Анисим поместил перевод 49 артикулов из «Artickelbrieff der Büchsenmeister» и т. д.. По этим причинам сопоставлять перевод с оригиналом достаточно сложно. Такое сравнение сделал О.В. Русаковский.

Труд, начатый по указу Василия Шуйского, получился очень объемным и содержательным – он состоял из 663 статей. В отличие от перевода Юрьева и Фомина новое сочинение имело более пространное название: «Воинская книга о всякой стрельбе и огненных хитростях по геометрийскому прямому обычаю и проразумлению; сиречь по землемерному делу прираженного подвигу великою силою, вверх далече и близко направляемо бывает стрельбою и бросанием…»

Интересно отметить неточности перевода с немецкого оригинала. Так, за пьянство, оставление орудия без присмотра, пропажу боеприпасов и т. д. артиллеристам, по немецким законам, полагалось «наказание телесное» («Leibstraff»), которое А. Михайлов-Радишевский неверно перевел как «наказание смертное», что сделало уголовные законы для пушкарей чрезвычайно жестокими. К слову сказать, в действительности данный закон так и остался на бумаге – в судебной практике XVII в. смертная казнь за перечисленные правонарушения не наблюдается.

Более обстоятельно отражен уровень научных знаний в области физики и химии. В труде описаны наблюдения о сопротивлении материалов, способах уловления звука, приводятся соотношения удельного веса металлов и т. д. Некоторые теоретические рассуждения носят наивный характер. Например, ученые люди тех времен были уверены, что при выстреле орудия строго по вертикали ядро должно было «назад в пушку упасть». Знание химии, по мнению составителей, необходимо для производства взрывчатых веществ. В книге подробно описываются рецепты приготовления серы, селитры, пороха и наблюдения над химическими реакциями. Вообще, физические и химические познания, изложенные в труде, являются его самой научной составляющей частью.

Именно с перевода наставлений Леонарда Фронспергера в 1607–1620-х гг. начался новый период развития военно-теоретической мысли. «Воинская книга» М. Юрьева и И. Фомина 1607 г. и «Воинская книга о всякой стрельбе…» 1620 г. А. Михайлова-Радишевского были размножены в списках. В записях расходов «царицыной мастерской палаты» 1625 г. была зафиксирована выдача «книжным писцом Юрью Евсееву да Улану Насонову на киноварь да на чернила две гривны; пишут государеву воинскую книгу (выделено мной. – А.Л.)».

Списки русских переводов имели хождение в качестве справочной литературы в военных ведомствах – в Разрядном, Оружейном, Пушкарском и Тайном приказах. Роскошно оформленные «воинские книги» также хранились в библиотеках бояр и воевод, людей, компетентных в ратном деле. В описи дел 1681 г. описывается «Книга, в десть, ратного строю, которая по указу в.г.ц. и в.к. Василья Ивановича, всеа Росии самодержца, переведена во 114-м году с воинской немецкой книги для ведома всяких тамошних воинских чинов и урядств». В записях отмечено, что когда-то фолиант преподнес царю боярин Н.И. Одоевский. Вероятно, книга поступила в царские хоромы в 1640-е гг. В перечневой росписи оружейной казны 1647 г. (РГАДА) упоминается хранящаяся в кипарисном сундуке «Книга ратного строю скорописная, выдана из государевых хором в Оружейный приказ. А ко государю та книга взята у боярина князя Никиты Ивановича Одоевского».

В 1677 г. по заказу боярина и оружничего Богдана Матвеевича Хитрово был сделан список с «Воинской книги» 1607 г. Увы, этот список, фигурировавший в описи библиотеки Ф.Г. Браузе как «Устав воинскаго строю царя Василия Ивановича Шуйскаго», погиб в пожаре Москвы 1812 г. вместе с другими ценнейшими манускриптами.

Известно всего два неполных списка перевода М. Юрьева и И. Фомина 1607 г. Первый экземпляр хранится в Научной библиотеке им. Н.И. Лобачевского и представляет собой книгу, состоящую из 221 главы («наук») и 389 листов. Второй экземпляр находится в отделе рукописей Российской национальной библиотеки. Фактически он является лишь фрагментом «Воинской книги», включающим всего 76 листов и главы с 367-й по 499-ю. Таким образом, если сопоставить два списка, оказывается, что текст между 221-й и 367-й главами утрачен.

«Воинской книге о всякой стрельбе» повезло несколько больше – один из ее списков был опубликован в 1777 и 1781 гг. В 1775 г. при разборе старых вещей Оружейной палаты князь Г.А. Потемкин обнаружил «древнюю рукопись». Вероятнее всего, князю попался в руки безымянный манускрипт, который в описях Оружейный палаты XVII в. значился как «Книга ратного строю скорописная, переплетена, в десть, в новых досках». После ознакомления Григорий Александрович приказал эту рукопись «при Военной типографии напечатать». Издание было осуществлено асессором В.В. Рубаном. Поскольку манускрипт не имел титула, издатель присвоил ему свое название: «Устав ратных, пушечных и других дел, касающихся до воинской науки… в 1607 и 1621 (дата ошибочная, сентябрь 7129 – это 1620 г. – А.Л.) годех выбран из иностранных военных книг». Именно под этим не совсем корректным названием он и вошел в историографию.

Сам список, по которому было осуществлено издание, в XIX в. бесследно исчез, возможно, сгорел в московском пожаре 1812 г. Тем не менее в архивных собраниях Санкт-Петербурга сохранилось два списка «Воинской книги о всякой стрельбе».

К сожалению, нельзя с уверенностью ответить на вопрос, были ли переведены в годы Смуты еще какие-то иностранные труды «о воинских урядствах». В описи 1676 г. документов «приказу Тайных дел» упомянута «Книга судебная, и о ратном ополчении и о всяких урядствах 114-го году; переведена с немецкого языку на русской язык при царе и великом князе Василье Ивановиче всеа Руси». Отметим, что похожее название имеет первая часть работы Л.Фронспергера «Von kayserlichem Kriegszrechten, Malefitz und Schuldhändlen, Ordnung und Regiment» в 10 частях, объясняющая военную судебную систему («королевское военное право»), военный строй и порядок. Однако историк О. Русаковский высказал убедительную версию, что «и эта рукопись содержала перевод фрагмента распорядка Филиппа Клевского, один из начальных разделов которого озаглавлен сходным образом: «О заповедях и устроениях, распорядке и устроении войска».

Кроме того, в описях частной библиотеки профессора Московского университета Фёдора Григорьевича Браузе сохранилось интересное упоминание о книге под номером 278: «Таинства воинского искусства с немецкой книги. Поднесенной императору Карлу V перевод, сделанный по повелению царя Василия Иоанновича 1606 года. Оригинал переводчика, отлично чистого письма, которое того самого времени, в л(ист)». Что это могла быть за книга?

Император Священной Римской империи германской нации Карл V скончался в сентябре 1558 г., следовательно, имелась в виду не «Военная книга» 1573 г., а более раннее издание. Может быть, речь шла о трактате Л. Фронспергера «Пять книг о военном строе и порядке» (Fünff Bücher, vonn Kriegs Regiment und Ordnung), вышедшем в издательстве Давида Цопфеля в 1555 г., который действительно был преподнесен незадолго до смерти Карлу V. Но с учетом того, что «довольно существенную часть сочинения Фронспергера занимает выполненный им немецкий перевод франкоязычного «Военного распорядка герцога Филиппа Клевского», может быть и так, что «не менее обоснованной выглядит, однако, попытка отождествить эту неназванную книгу с «Распорядком» Филиппа Клевского, посвятившего свое сочинение Карлу V, причем информация об этом сохранилась и в казанской рукописи. Возможно, в библиотеке Браузе хранился всего лишь еще один список перевода второго тома «Kriegßbuch» или его фрагмента».

К огромному сожалению, мы никогда не сможем, наверное, узнать, что из себя представлял русский перевод – во время нашествия Наполеона московский «пожар двенадцатого года» навсегда скрыл от нас разгадку «воинских книг» царя Василия Шуйского.

Поскольку «воинские книги» 1607 и 1620 гг. плохо изучены, вокруг них образовался ряд устойчивых стереотипов и ошибочных утверждений.

В свое время В.Д. Назаров выдвинул предположение, что создание «Воинской книги» следует связать с деятельностью Лжедмитрия I, а сам перевод отражает реалии польско-литовского военного дела. Но аргументы историка следует признать неубедительными. В предисловиях «воинских книг» 1607 и 1620 гг. вполне определенно говорится, что работа над переводом началась по особому указу Шуйского в мае 1606 г., а все статьи являются дословными переводами немецких и, предположительно, французских (книга 1620 г.) артикулов. Описания войсковых должностей соответствуют не польско-литовским, а европейским аналогам: «полевой маршалк» – «feld-marschalk», «большой или воеводский пристав» – «ober-feld-profoss», «большой чиноначальник» – «ober-schuldheiss» и т. д. Наличие полонизмов у А. Михайлова-Радишевского (у М. Юрьева и И. Фомина они отсутствуют) можно объяснить тем, что переводчик был родом с Волыни.

Многие историки полагают, что перевод Михайлова-Радишевского является «первым военным уставом». На самом деле первым руководством по военному делу следует признать «Военную книгу» 1607 г., причем назвать ее «уставом» можно лишь с определенной долей условности. Переводной трактат не являлся сводом правил и наставлений, обязательных к исполнению. Барон Леонард Фронспергер составлял рекомендации, обобщал опыт германской военной науки. Собственно и русский перевод был сделан с одной целью, обозначенной в предисловии – «для ведома всяких тамошних чинов и урядств», т. е. для изучения европейского военного дела, чтобы в будущем на основе немецкого трактата создать собственное «доброе строение ратных людей». Никаких других директив об обязательном внедрении положений «Воинской книги» в военную организацию Российского государства нет. Правильнее назвать ее военным трактатом, нежели уставом.

Также напрасно некоторые отечественные историки рассматривают другие положения книги 1607–1620 гг. применительно к российским реалиям того времени. Исследователи ошибочно используют ее в качестве источника по русской артиллерии, безосновательно показывают связь «Воинской книги» с русской действительностью. Между тем абсолютно все артиллерийские положения «устава» связаны с немецкой и частично французской классификацией орудий. Ничего подобного описанному в «указах» 233–269 («указы росписи снарядам») в русской артиллерии первой половины XVII в. не было.

Вопрос применения некоторых положений «Воинских книг» на практике еще требует пристального изучения. Так, должность «голову у наряда» с первой четверти XVII в. заменяет «пушкарский голова», впервые упоминаемый в «воинских книгах» («zeugmeister» у Фронспергера).

Согласно документам XVII в. пушкарский голова сочетал в себе функции «пушечного приказчика» и «головы у наряда», ему предписывалось «… у пушечных и у колокольных и у всяких литейных дел быть ему (голове. – А.Л.) безпрестанно, а что будет на Пушечный двор к литью и на поделку, ко всяким делам, надобно какого лесу или иных каких запасов, и ему лес и всякие запасы велеть в рядех у торговых людей, с целовальниками, и с пушечными, и с колокольными, и с иными мастерами приторговывать… без прибавочной цены, и тому покупные росписи, за своею и за целовальниковыми руками подавать в Пушкарский приказ, и тое покупку записывать в книги…».

Мы не знаем, применялись ли в боевых действиях те многочисленные «огненные хитрости», описанные в этих трактатах, или же артиллерийские мастера использовали свои рецепты и приемы.

Стоит надеяться, что в обозримом будущем всё же «воинские книги» 1607–1620 гг. будут опубликованы в издании, соответствующем правилам публикации исторических источников, с привлечением всех сохранившихся списков и с выявлением всех заимствованных из иностранных сочинений фрагментов.