Глава 9

На моём корабле, который плыл в сторону филиппинского флота, находились две абордажные команды. Первая, со мной во главе, атакует тяжёлый крейсер, вторая — один из филиппинских эсминцев. Насчёт второй команды я не беспокоился, ничего серьёзного им не предстоит, если не считать сам факт абордажа, что очень непросто, а вот мне и первой команде предстоит весьма нетривиальная задача. Захватить крейсер с несколькими сотнями членов команды — полдела, так там ещё и “мастер”, плюс вишенка на торте — командир-кицунэ. Сам по себе лис для меня не страшен, но сколько бед он может натворить своими иллюзиями, пока я до него не доберусь? Был вариант натравить на него Сорея — из невидимости, со спины, у него неплохие шансы задавить кицунэ, после чего запихнуть в тюремный камень. Да вот беда — лис последние часы постоянно находится в окружении множества людей. И хрен бы с ним, если бы эти люди были просто свидетелями, бежать-то с корабля им некуда, ликвидировали бы, если что, но они ещё и бойцы там не самые последние, так что Сорей запросто может опростоволоситься в попытках захватить лиса. Так что он сейчас просто наблюдает за ним. В случае чего, если лис решит сбежать — задержит.

Отдельно стоит упомянуть Адский высер. Когда я собирал команду для абордажа крейсера, то старался подобрать тех людей, кто был в курсе реальности ёкаев. А таких людей, как ни странно… Нет, не так. Людей у Аматэру, которые знают о ёкаях, хватает, но вот сильных бойцов, которых можно взять на столь сложную миссию, не так уж и много. Я даже удивился, насколько их мало. Да, если брать тех, кто сейчас сидит в Токусиме, знающих о ёкаях бойцов прибавится, но так то в Токусиме, а здесь, у себя под рукой, я насобирал сорок человек. Плюс ещё пару десятков обычных, по сути, пехотинцев, которые, в основном, заняты нарядами, как те же дежурные на входе в мой дом, и охраной моей персоны. В общем, когда я смотрел на список бойцов, которые должны взять штурмом тяжёлый крейсер, невольно подумал об Адском высере. Полтора десятка человек, которые знают о ёкаях, на дороге не валяются. Да, сами по себе члены отряда не очень сильны, технически Адский высер — отряд середнячков, но именно они умудрялись выжить там, где более сильные бойцы погибли бы без вариантов. Так что почему бы и нет?

Но даже с Адским высером в команде список выглядел жалким. Шестьдесят человек для захвата корабля с восемью сотнями членов экипажа… В основном обычных матросов, конечно, но там под сотню офицеров, которые аристократы и которые обязаны быть минимум “воинами”, а учитывая класс корабля, на него, скорее всего, брали от “ветерана” и выше. В общем, пришлось брать с собой пару отрядов тяжёлой пехоты. На такой большой корабль, как крейсер, этого всё равно маловато, но тут всё упирается в абордажные катера. Эсминец тоже не маленький кораблик, но и он не может нести таких катеров слишком много. Я даже в какой-то момент подумал о сокращении количества целей до одного крейсера, но Аматэру в этой операции и так отодвинуты в сторону, если мы ещё и отличимся захватом всего одного корабля, то это будет как-то совсем не комильфо. Пусть даже этот корабль — тяжёлый крейсер. В общем, решил оставить всё, как и планировал изначально. Ну да, захват крейсера будет происходить дольше, чем хотелось бы, но это не критично.

Первым на палубе нашей цели появился я. Кроме того что я мог это сделать, я ещё и должен был это сделать, так как первый и самый мощный удар получает тот, кто забирается на палубу первым. В моём же случае, благодаря Скольжению, я просто появился среди врагов и тут же начал их уничтожать, расчищая место высадки основных сил абордажа.

Первым делом прошёлся очередью из автомата по тем, кто был справа от меня, заодно снося мужика, продолжавшего палить по катеру из автоматической тридцатимиллиметровой пушки. Разворот, и остаток магазина улетел в тех матросов, что были слева. Отщёлкнул магазин, который тут же исчез в подпространстве, откуда достал новый и вставил его в оружие. Рывок вдоль палубы к тем противникам, которые были справа. Воздушной волной раскидал их, парочка матросов, из тех, кто поближе, даже умерли, после чего продолжил стрельбу по тем, кто изначально был слева. Правда, они там уже попрятаться успели, но мне не принципиально, так как на данном этапе абордажа я должен дать своим людям беспрепятственный доступ к палубе корабля, а не уничтожить противника. Лёгкое чувство опасности за спиной заставило присесть, пропуская над головой огромную сосульку. Разворот вполоборота и Молния сорвалась с моей руки, убивая… вроде “учителя”, но утверждать не берусь. С одной стороны, он умер слишком легко, а с другой — “ветераны” умирают чуть быстрее. Сразу после смерти ледяного бахирщика сделал Рывок, дабы уйти от ещё одной ледышки, появившейся на том месте, где я только что находился. Причём это уже точно “учитель”, так как техника довольно объёмная, настолько, что полностью перекрыла палубу, не давая стрелять в тех матросов, что были слева.

Рывок, на этот раз просто для того, чтобы оставшийся противник был в зоне видимости, Молнию в чувака на втором ярусе палубы, откуда он и пытался достать меня льдом, несколько очередей и Сферу давления в огромную сосульку, перекрывшую проход. Рывок уже на верхнюю палубу, где задетый, но не убитый “учитель” приходил в себя, несколько Ударов и прыжок вниз, на основную палубу. Выпустил пару очередей, оглянулся и сделал Рывок, чтобы сблизиться с оставшимися противниками, теми, что были закрыты от меня только что разбитой ледяной глыбой. Они, к слову, палили из ручного оружия по первым двум забравшимся тяжёлым пехотинцам, но тем, одетым в средние МПД, было плевать на автоматы. Собственно, сблизился я не совсем с противником, а со своими бойцами, из-за спин которых я и постреливал в филиппинских матросов.

Что ж, место для высадки группы абордажа мы, похоже, захватили. Во всяком случае, мне теперь не придётся метаться по довольно узкой палубе вправо-влево. С помощниками я могу удерживать сразу обе стороны.

В принципе, с моей стороны ничего особо не происходило. Разве что я решил превентивно сгонять вперёд, ближе к носовой палубе, где немного пострелял за углом… чёрт его знает, как этот дом, на вершине которого мостик, называется. В общем, немного пострелял впереди, завалил двух “ветеранов” и вернулся. А там четыре МПД и Щукин поливали огнём какого-то особо смелого мужика, который вышел на них, окружённый фиолетовой защитной сферой. Фиг его знает, что это. Может, Родовая техника, может, камонтоку, а может, и артефакт, но, что бы это ни было, оно придало хозяину слишком много самомнения, за что он очень быстро поплатился. Потому что Щукин и сам по себе тип опасный, а тут ещё и четыре ствола автоматических двадцатимиллиметровых пушек в руках облачённых в МПД тяжёлых пехотинцев. Короче, когда защитная сфера лопнула, мужчину… Лично мне показалось, что его в кровавую пыль превратили, а ту “пыль” испарил поток огня.

— Сурово вы с ним, — произнёс я, подойдя к Щукину.

— Суровая правда жизни, — ответил он с усмешкой. — Ибо нефиг.

Не совсем понял, что он имел ввиду, но, судя по всему, наши мысли сошлись. Ибо и правда нефиг лезть с голой жопой и щитом на разгорячённых бойцов Аматэру.

Попытки скинуть нас с палубы продолжались с небольшими паузами, но вот вся абордажная группа оказалась на корабле и уже мы пошли в атаку. Больше всего это походило на мясорубку. Моряков было много, и в основном это были обычные люди ну или бахирщики невысоких рангов, так что гибли они массово. Гибли, но продолжали нападать, что не могло не вызывать уважения. В какой-то момент вся верхняя палуба оказалась под нашим контролем, и филиппинцы на неё не совались, судя по всему, готовясь встретить нас внутри корабля. Ну или все предыдущие атаки были нужны как раз для того, чтобы подготовиться, то есть противник ждал нас на укреплённых позициях. Другое дело, что эти самые укреплённые позиции довольно сложно создать из ничего. Сомневаюсь, что команда крейсера заранее готовилась к отражению абордажа.

Разделившись на команды, зашли внутрь корабля. Большая часть команд отправилась на нижние палубы, дабы взять под контроль двигатель, генератор и всё такое. Ключевые точки на корабле, короче. Двадцать пять человек, двадцать семь, если считать меня и Щукина, приступили к планомерной зачистке всего, что выше верхней палубы, конечной целью которой был мостик. Ну а Адский высер остался контролировать саму верхнюю палубу. Кто-то всё равно должен был там остаться, так почему бы и не опытный отряд сработавшихся бойцов? Они тут один фиг не очень-то и нужны.

* * *

Адский высер бдел. Их было слишком мало, чтобы в одиночку контролировать верхнюю палубу такого большого корабля, так что можно было смело сказать, что в абордажную команду их назначили просто на всякий случай. Тем не менее это не повод филонить, поэтому, разделившись на две части, они заняли позиции на носу и корме крейсера.

— Нечасто у нас такое, кэп, — произнёс стоящий рядом с Изухо боец. — Тишь, благодать и скука.

— Радуйся, Джунго, — проворчал Изухо. — Хотя, ты же у нас “Псих”… Но ты всё равно радуйся.

— Я радуюсь, — ответил Джунго, поправляя локтем гранатомёт, висящий за спиной. — А насчёт позывного вы зря, кэп. Не нам с вами подшучивать над такими вещами.

— Умник хренов… — проворчал Изухо.

Он хотел продолжить, настроение у него было такое — ворчливое, но в этот момент со второго этажа ходовой рубки — ну или как там эта надстройка палубная называется — спрыгнул человек в явно офицерской форме. И почти сразу заметил семерых японцев, которые контролировали нос крейсера.

— В сторону! — выкрикнул Изухо, одновременно с этим рыбкой ныряя вправо.

Контролировать, послушали ли его остальные члены отряда, он уже не мог. Сделав перекат, что в полной выкладке не так уж и просто, Изухо вскочил на ноги и… Сердце у него определённо пропустило удар. Это точно был он, старпом крейсера, одна из ключевых фигур на корабле, чьё фото помимо прочих показывали всем абордажникам. Грёбанный “мастер”! Так тут ещё и не весь отряд, а лишь его половина…

— Врассыпную! — прокричал он на бегу, паля из автомата в сторону противника.

Стрелял он на автомате, так как лучше стрелять, чем не стрелять. А о том, что пули не повредят “мастеру”, Изухо в тот момент не думал. Отпрыгнул он в самом начале, кстати, не зря. Бахнуло за спиной знатно. Филиппинец практиковал стихию Воздуха, так что режущие и взрывающиеся техники — это то, чего следовало опасаться в первую очередь. Изухо и опасался, на рефлексах, как и с автоматом, создавая за спиной каменные стены. Хотя, каменными их назвать нельзя, на своём “ветеранском” ранге он стихию использовать не мог, но больше всего эти стены были похожи на каменные. Сразу после переката Изухо окинул палубу взглядом, так что свой бег он начинал, зная, что потерь в отряде нет, но, если продолжать просто бегать, они точно будут. А тут чуть в стороне бахнуло ещё раз, и, резко остановившись и присев на колено, капитан начал поливать противника уже прицельным огнём. Не для того, чтобы причинить ему вред, нет — для того, чтобы отвлечь. Краем глаза заметив, что виляющий из стороны в сторону Какеру резко отпрыгнул в сторону, пропуская над собой огромное горизонтальное воздушное лезвие, Изухо перестал стрелять и, оторвавшись от прицела, приподнял ствол автомата, запустив в “мастера” гранату из подствольника. Не убьёт, но точно отвлечёт. Проверять свои мысли он не стал, вскочив на ноги и молча ломанувшись в сторону. Буквально через пару секунд, то ли какой-то посторонний звук, то ли ещё что-то, заставило его резко отпрыгнуть влево. Его это точно спасло, но прогремевший рядом взрыв подхватил тело и швырнул прямо в находящуюся неподалёку стену рубки. Сам взрыв и последующий удар о стену вышибли из него дух, оставив в голове лишь одну мысли — “вот теперь точно конец”. Быстро подняться он не сможет, а значит, следующая техника “мастера” добьёт его. Тем не менее, благодаря какому-то звериному чутью Изухо сделал то, что, вполне возможно, сохранило ему жизнь — он тупо не двигался. Просто врезался в стену и замер на палубе. И ему повезло. Филиппинец посчитал его убитым ну или сильно раненым, вследствие чего проигнорировал. Не стал добивать. Спустя несколько секунд и четыре взрыва, не только от техник “мастера”, Изухо пришёл в себя в достаточной степени, чтобы довольно быстро вскочить на ноги и, поспешно окинув взглядом палубу, вновь поднять так и не выпущенный из рук автомат. Правда, почти сразу он его опустил, быстро перезарядив подствольник. Обычные пули тут никак не помогут.

На палубе тем временем творился какой-то хаос. “Мастер”, словно безумец, раскидывал вокруг себя техники, которые каким-то чудом всё ещё никого не убили, а бегающие из стороны в сторону бойцы его отряда продолжали попеременно отвлекать его внимание на себя. Ситуация бредовая. Какого демона противник просто не сосредоточился на ком-то одном? Почему не выбивает их по одному? И почему он так ни в кого ещё не попал? Такая удача даже для Адского высера нереальна.

Подловив момент, Изухо вновь пальнул из подствольника и сразу после этого создал каменную стену, побежав вдоль стены рубки. На удивление, ответа не последовало, так что Изухо остановился и побежал обратно, благо созданная им техника не давала увидеть его. Перезарядив подствольник, Изухо выглянул из-за стенки. Именно в этот момент в спину “мастера” прилетели сразу две гранаты ручных гранатомётов, которые в их отряде таскали с собой русские.

Вторая часть Адского высера прибежала на помощь. Забавно, но в этот момент Изухо почувствовал иррациональное чувство воодушевления — отряд в сборе. Теперь “мастеру” хана.

Ну а сам “мастер” в этот момент решил не выёживаться и в ответ на град пуль, гранат и одной брошенной мины поставил перед собой “воздушный щит”. Изухо приготовился стрелять ему в спину сразу, как только тот решит ответить его бойцам. Делать это сразу он не стал, так как, в отличие от него, не все члены Адского высера, первыми принявшие удар “мастера”, находились в таком хорошем состоянии. Тот же Какеру отползал на карачках в сторону. То ли ранен, то ли контужен. Через несколько секунд обстрела противник на секунду убрал щит, чтобы ответить, но тут же получил в грудь гранатой и сразу создал ещё один щит. Уловив краем глаза движение и повернув в ту сторону голову, Изухо стал свидетелем, в принципе, ожидаемого события — Джунго с позывным “Псих” достал из-за плеча свою трубу. Не барабанную пукалку русских, а настоящий гранатомёт, карманную артиллерию.

Изухо напрягся. Он жопой чуял, что именно сейчас произойдёт перелом. Либо пан, либо пропал, так как второй такой трубы ни у кого из них не было.

Секунда, вторая, и в сторону противника полетел гранатомётный выстрел… Только вот мимо. Чуть-чуть не попал “Псих”, угодив в стену рубки, рядом с которой “мастер” и стоял. Взрывом филиппинца откинуло в другую от стены сторону, прямиком на перила у борта корабля. Да с такой силой, что врезавшееся в них тело погнуло стальные прутья перил. Увы, хоть “мастер” и был оглушён, но всё ещё жив. Так ещё и “доспех духа” удержал. Правда, состояние у него всё же было не очень хорошим, по крайней мере, шевелился он не очень активно, довольно медленно поднимаясь на ноги. Но Изухо это всё уже не волновало, так как в этот момент, он на всех парах, отбросив в сторону автомат, нёсся в сторону “мастера”, которого продолжали осыпать пулями бойцы его отряда. Прекратили это делать они только в тот момент, когда капитан приблизился к “мастеру” слишком близко, но даже так Изухо успел получить по пуле в бок и плечо. Благо “доспех духа” “ветерана” тоже позволяет игнорировать подобную мелочь.

Тормозить перед филиппинцем он не стал, лишь чуть нагнулся, со всего маха врезаясь плечом в живот противника, вновь откидывая его к перилам. Мгновение, и чуть приподняв мужчину, Изухо выкинул его за борт, отправляя грозного врага поплавать в тёплой морской водичке. Сделав пару тяжёлых вздохов, Изухо уже открыл рот для озвучивания приказа, но был прерван выстрелами своих людей, которые не успокоились на достигнутом и продолжили поливать свинцом оказавшегося за бортом “мастера”. А тут ещё и Чукинов полностью перезарядил свой гранатомёт. Подбежавший “Псих” кинул за борт одну из своих мин и почти сразу подорвал её дистанционно. “Пиксель” с Мао тоже отличились, отправив за борт по паре ручных гранат. В общем, за всеми этими взрывами и поднимающимися столбами воды самого “мастера” не особо-то и видно было.

Но вот кидать всякое разное за борт прекратили, вода успокоилась и перед глазами собравшихся возле перил… или бортика, или как там у моряков эта хрень называется… В общем, перед глазами собравшихся возле Изухо бойцов предстало тело “мастера”, бултыхающегося на поверхности воды лицом вниз. Забрав у стоящего рядом “Пикселя” автомат, Изухо выпустил пару очередей в спину человека, на что получил несколько кровавых пятен и полный игнор от уже мёртвого человека.

— Какеру! — повысил голос Изухо. — Где ты там? Жив?

— Живой он, кэп, — откликнулся “Псих”. — Вон, на носу сидит.

Посмотрев в ту сторону, куда указывал Джунго, Изухо заметил сидящего на палубе связиста, который с остервенением тёр уши.

— Сходите к нему кто-нибудь и передайте командиру группы… — начал он, но прервался. — “Пиксель”, сбегай. Сообщи командиру, что мы тут “мастера” утопили.

— Понял, кэп, — кивнул Кадома. — Прям так и сказать? Типа, утопили?

— По-уставному, “Пиксель”, по-уставному, — вздохнул Изухо. — Но да, так и скажи. Мы ж его и правда… того. Утопили.

* * *

Мы находились прямо перед люком, ведущим на мостик, когда Такано Кизаши — командир Тёмной молнии, неожиданно сообщил:

— Господин, Адский высер докладывает, что у них только что был огневой контакт со старпомом крейсера.

“Мастер”… Против полутора десятка обычных бойцов. Зря я этих неудачников с собой взял.

— Потери? — спросил я, — глядя в визор лёгкого МПД, в который был облачён Такано.

— Потерь нет, — ответил он.

Не понял.

— Что с “мастером”? — нахмурился я.

— Ликвидирован, — ответил он и не очень уверенно добавил: — Эм… Утоплен.

— В смысле, утоплен? — взлетели у меня брови. — Какахи утопили “мастера”?

— Скинули за борт и закидали гранатами, — ответил он через несколько секунд.

Видимо, уточнял по внутренней связи. Зря я, кажется, шлем снял, хотелось бы услышать доклад из первых уст. Можно, конечно… Ай ладно, потом. Сейчас не до этого. Но вообще новость монструозная. Всякое с Адским высером происходило, и “мастеров” они убивали, но чтобы вот так, в чистом поле, то есть на палубе корабля, столкнувшись с ним лоб в лоб? Того самого “мастера”, что боевых роботов может аннигилировать, если их не слишком много, естественно? Тут только головой покачать остаётся. Какахи одним своим существованием подрывают репутацию ранга “мастер”.

Чёрт… Да как так-то?!

Переведя взгляд на Щукина, увидел старика с высоко поднятыми бровями, который упёр взгляд в переборку корабля и медленно качает головой.

— Щукин, очнись, — произнёс я. — Нам работать надо.

— Да… Да, извини. Просто… — произнёс он медленно. — Ладно, хрен с ним. Давай уже завалим этого оборотня и пойдём домой. На базу, в смысле.

— Нам бы его захватить, — вздохнул я и переведя взгляд на Такано, кивнул ему: — Стучись. Работаем по плану.

— Есть, — произнёс он, но так и сделав пару шагов в сторону люка, остановился. — Господин, командиры отрядов докладывают, что филиппинцы сдаются по всему крейсеру.

Прям по всему? Неужто их командование решило сдаться? Хотя почему бы и нет? Мы за последний час примерно половину команды корабля на тот свет отправили. Дальнейшее сопротивление бессмысленно.

— Стучись, — кивнул я на люк. — И не расслабляться.

Стоит, однако, помнить, что офицеры — это аристократы. То, что они приказали сдаться простым матросам, не означает, что на мостике нас ждёт тёплый приём. Для аристо норма — сражаться до последнего.

— Открывайте! — крикнул Такано на английском, предварительно постучав в люк прикладом автомата. — Обещаем жизнь и достойное отношение тем, кто сдастся!

Я не верил, что офицеры филиппинского крейсера просто возьмут и сдадутся, флотские всего мира имеют чрезмерную гордость и Филиппины тут не исключение. Там, где генералы с гордо поднятой головой объявят о капитуляции, моряки будут сражаться до последнего. Это не аксиома, но очень частое явление. Так что, когда люк открылся, а сделавший это офицер отошёл назад с поднятыми руками, я был удивлён. Всё слишком просто.

На мостике собрались восемь офицеров и четыре рядовых. Все они стояли у иллюминатора с поднятыми руками, туда же отошёл и открывший люк офицер. Странно, что не один из матросов. Кицунэ под личиной адмирала стоял в центре неровного строя, как и все остальные с поднятыми руками.

— Мы сдаёмся, не нужно лишних смертей, — произнёс лис. — Членам команды мы также отдали приказ сдаваться.

— Что ж, правильное решение, — произнёс я, как и он, на английском. — Вы ещё потребуетесь своей стране, когда мы уйдём.

Щукин и бойцы Тёмной молнии были собраны и готовы к бою, пристально наблюдая за пленными, я же, на удивление, совсем не ощущал опасности. Понятно, что здесь присутствующие филиппинцы мне не соперники, но ведь и от лиса опасностью не веяло.

— Такано, — произнёс я, осматривая строй пленников. — Займись ими, — и вновь перейдя на английский, продолжил: — Сейчас вас проводят к остальным пленникам. Всех, кроме адмирала. С вами у меня будет отдельный разговор.

— Слушаюсь, — произнёс Такано, после чего начал раздавать приказы своим бойцам.

Проверив филиппинцев на наличие скрытого оружия, их увели с мостика. Много времени это не заняло, так что уже через пять минут мы с Щукиным остались наедине с кицунэ.

— Сорей, — произнёс я.

В ответ на мои слова, сбоку от лиса из воздуха материализовался шиноби.

— Я к этому, наверное, никогда не привыкну, — пробормотал Щукин на русском.

А вот лис, чуть повернув голову, нахмурившись покосился на Сорея.

— Вот, значит, как, — произнёс он тихо. По-прежнему на английском. — Понятно. Значит, вы знали обо мне.

— Как видишь, — ответил я.

— Это ничего не меняет, — хмыкнул лис. — Я и не собирался сражаться с вами.

А вот это уже интересно.

— Поясни, — произнёс я с любопытством.

— Обязательно, — ответил он. — Но лучше не здесь. Я отвечу на все ваши вопросы. По возможности.

— Кратко, — поджал я губы.

— Хм, — окинул он взглядом мостик. — Если кратко, то… Мой клан знает, что кое-кто жив, и мы готовы торговаться.

— А Древний? — чуть приподнял я брови.

— Мы не подчиняемся ему напрямую, — ответил лис. — Только через главу клана. И Древнему это не нравится. У нас мало времени, господин Аматэру. У нас — это у клана Иллюзорного пламени.

Вопросов ещё больше стало.

— Сорей, — произнёс я со вздохом. — Упакуй его. А ты не сопротивляйся.

Достав из-за пазухи тюремный камень, Сорей приблизился к лису, на что тот, глянув на камень, поморщился. Однако сопротивляться не стал, дав спокойно затянуть себя внутрь артефакта.

— Неприятное зрелище, — заметил Щукин.

— Ощущение, как мне рассказывали, тоже не из лучших, — усмехнулся я.

— Да вообще плевать, — дёрнул он плечом. — Мы тут всё? Можно уже возвращаться?

— Пожалуй, — кивнул я. — С остальным и без нас справятся.

* * *

Звонок мобильника оторвал Нарухито от работы. Глянув на высветившийся номер, он непроизвольно вскинул брови. Отец очень редко звонил ему по мобильному телефону.

— Да, отец. Что-то случилось? — спросил он.

— Скажи мне, сын… Ты случайно не использовал недавно Пустых?

Казалось бы, куда уж ещё удивляться, но Нарухито вновь почувствовал, как его брови уносятся ввысь. С чего это отец заговорил о секретном отряде диверсантов, подчиняющихся исключительно Императору и наследнику? Который, к слову, лет сто назад помогли им создать Аматэру.

— Нет, — ответил он. — Я с ними уже несколько месяцев никак не взаимодействовал.

— Понятно… Что ж, не буду тебя отвлекать.

Оторвав от уха мобильник, Нарухито несколько секунд пялился на него, пытаясь понять, что происходит. В этот момент в дверь кабинета постучали.

— Да! — повысил он голос.

Открывший дверь секретарь низко поклонился.

— С Филиппин пришли срочные данные, господин, — произнёс он.

— Ну давай посмотрим, что там за данные, — произнёс Нарухито медленно.

Дождавшись, когда секретарь закроет за собой дверь, Нарухито с любопытством открыл принесённую слугой папку. Что ж там произошло?

* * *

Глава Рода Тайра находился у себя в кабинете, когда зазвонил телефон, стоящий на его столе.

— Слушаю, — произнёс он, подняв трубку.

— Здравствуйте, Тайра-сан, — услышал он знакомый голос.

Нагасунэхико. Масару даже догадывался, зачем он позвонил. Точнее, по какому поводу. Этот самый повод беспокоил и его, но ничего уже изменить было нельзя. Да и не нужно. Всё идёт по плану.

— Добрый вечер, Нагасунэхико-сан, — произнёс он в трубку. — Что-то случилось?

— Не то чтобы, — ответил Юшимитсу. — Просто новость тут узнал, хотел вашего мнения услышать.

— Что за новость? — удержался Тайра от вздоха.

— Захват филиппинского флота, — пояснил Нагасунэхико.

Ну да, кто бы сомневался.

— Кояма молодцы, отличная операция, — ответил Тайра. — Но на наш план это никак не влияет.

— Тут я склонен с вами согласиться, — произнёс Нагасунэхико. — Однако… Меня волнует способ, каким были захвачены корабли.

— Обычный способ, — сдерживая раздражение ответил Тайра. — Как ещё они могли не просто уничтожить, но и захватить целый флот? Только диверсия.

— Но как? — спросил Нагасунэхико коротко. — Как такое возможно?

— Откуда мне знать, Нагасунэхико-сан? — вздохнул Тайра. — Я бы тоже хотел знать, откуда у них такие диверсанты.

— А вам не кажется… — произнёс Юшимитсу неуверенно, — что тут замешаны Аматэру? Их глава ведь тоже принимал участие в захвате. А вдруг его вклад важнее, чем мы думаем?

Стиратель флотов. Тайра не мог не вспомнить прозвище главы Аматэру. Он и сам много об этом думал, и выходило, что… Не факт, но Аматэру и правда могли приложить к этому делу руку. Только вот…

— В теории такое возможно, — произнёс Тайра. — Но Тени Аматэру уничтожены в войне с Докья, и я всё же склоняюсь к тому, что это были диверсанты Кояма.

— А вот мне кажется, — произнёс Нагасунэхико, — что у Кояма не могли неожиданно для всех появиться диверсанты такого уровня. Скорее, мальчишка возродил Теней.

— Бросьте, Нагасунэхико-сан, — попытался успокоить его Тайра. — Невозможно просто взять и возродить такой отряд. Восстановить — да, но возродить…

Замолчав, он прикрыл глаза. Вот что его подспудно беспокоило. Возродить нельзя, но вдруг Теней Аматэру не уничтожали? Вдруг от них кто-то остался? А уж восстанавливать утраченное что Тёмная молния, что Тени Аматэру умели в совершенстве.

— Вы тоже об этом подумали? — произнёс Нагасунэхико. — Если Тени Аматэру просто восстановились, то это создаёт немало проблем.

— Не нам, — произнёс Тайра поджав губы. — На наш план это никак не повлияет.

— Очень надеюсь, Тайра-сан, — вздохнул в трубку Нагасунэхико. — Быть в чёрном списке Аматэру и так-то неприятно, а если их диверсанты не были уничтожены, ещё и опасно.

— Не беспокойтесь, Нагасунэхико-сан, — произнёс Тайра. — Не станут они нам гадить. Для Аматэру это невыгодно, а мы с вами знаем, что глава этого Рода старается подобного избежать. Ну а недовольство Аматэру мы и так переживём.

— Что ж… В основном я с вами согласен, Тайра-сан, — произнёс Нагасунэхико. — Рад, что мы поговорили. Мне было важно услышать ваше мнение.

— Всего хорошего, Нагасунэхико-сан, — произнёс Тайра. — Уверен, у нас всё получится.

— Уверенность — это хорошо. До свидания, Тайра-сан.

* * *

Сидя за столом одного из захваченных офисных зданий порта Таклобана, Кента читал донесения боевых групп. Захват порта прошёл быстро, как и прилегающих к нему районов города, а вот дальше, чтобы не терять людей зазря, объединённые силы Кояма и кланов Хоккайдо слегка притормозили. Захватывать города Кенте ещё не приходилось, но теорию он знал, как и то, что дело это не быстрое. В целом по плану альянс Аматэру не собирался брать филиппинские города, лишь некоторые, являющиеся узловыми точками в инфраструктуре этой страны. И Таклобан был такой точкой. Этот город в любом случае надо было захватить, просто, благодаря его сыну, альянс сделает это чуть раньше намеченного срока.

Отодвинув бумаги, Кента откинулся на спинку стула и устало потёр переносицу. Стар он уже для таких приключений, но будучи “виртуозом”, не мог не участвовать. Ради Рода и клана он обязан показать филиппинцам и членам альянса всю доступную Кояма мощь. Покосившись на стоящую на столе рацию, Кента вздохнул. Полчаса назад сын сообщил о результатах морской части операции, и этот результат сильно обеспокоил старика. Всё прошло идеально. Минимум потерь, максимум добычи. О плане с диверсиями он, естественно, знал, но честно говоря, не слишком на него надеялся. Кента был уверен, что диверсии пройдут успешно максимум на половине вражеских кораблей. Именно о захвате флота он и не мечтал, думал, сын в лучшем случае уничтожит флот филиппинцев без особых проблем. Однако ж…

— Значит, всё-таки соврала старуха, — пробормотал он, уперев взгляд в столешницу. — Не уничтожили их…

* * *

Захват филиппинского флота прогремел на весь мир. Уникальная операция с выдающимся результатом. Наверное, такого не было за всю историю человечества, чтобы один флот захватил другой в полном составе. Естественно, чаще всего об этом говорили на самих Филиппинах и в Японии. Правда, темы разговоров разнились. На Филиппинах царили злость, страх и уныние, а в Японии — удивление, жадность и гордость. Но вслух в обществе говорили в основном о том, какие Кояма красавчики и где они достали таких хороших диверсантов. Тем не менее во многих домах за плотно закрытыми дверьми обсуждали и иное.

— Ты правда думаешь, что Кояма потянули бы такое?

— А есть иные варианты?

— Аматэру…

— Да ладно, Аматэру великий Род, но Тени Аматэру уничтожены. Как они могли провернуть такое?

— И тем не менее. Главу Аматэру не зря прозвали Стирателем флотов.

— Но Тени…

— Да подумай ты! Откуда у Кояма спецы такого уровня? Во что ты больше веришь, в то, что Кояма из воздуха достали супер-диверсантов, или что Тени всё же не были уничтожены? У нас ведь есть лишь слова, к тому же даже не самой Атарашики-сан, а Кояма Кенты. Причём сказанные годы назад и неизвестно кому. Уничтожение Теней Аматэру — это общеизвестный факт, но с чего мы это взяли? Где доказательства?

— То есть ты считаешь… Демоны! А ведь без них так спокойно жилось.

— Есть и положительный момент — Аматэру больше не в составе клана Кояма. А значит, Теней больше не будут посылать решать проблемы зазнавшегося молодого клана.

— Давай лучше выпьем за то, чтобы мы оказались не правы.

— Ты сейчас серьёзно? Захват флота — это неопровержимый факт, и лучше я буду верить в то, что это были Аматэру. В ином случае, эти диверсанты появились у Кояма, а ты знаешь этот клан. Так что давай лучше выпьем за Теней Аматэру. В жопу Теней Кояма.

Отправить