41

Бэллард вышла из комнаты для допросов городского СИЗО, пересекла широкий коридор и вошла в диспетчерскую. Взглянула на монитор, на изображение, выведенное с камеры под потолком. Лейтенант Оливас сидел к ней лицом, с руками за спиной. Понимая, что Бэллард смотрит на него, он поднял голову и хмуро уставился в камеру.

Бэллард сфотографировала изображение на телефон и отправила снимок Роджерсу Карру, сопроводив его текстом:

Нужна помощь. Он отказывается со мной говорить.

Как и ожидалось, Карр сразу же ответил:

ЧЗХ?!!! Где вы?

«Что за хрень»… Ответ был краток. Сейчас не время для эсэмэс-перепалки. Нужно, чтобы Карр явился в тюрьму.

СИЗО. Приедете? Нужно его расколоть.

Тянулись минуты. Ответа не было. Должно быть, Карр крепко задумался. Стоит ли рисковать карьерой, участвовать в низвержении влиятельного лейтенанта, наживать себе врагов в департаменте? Бэллард пустила в ход еще один аргумент:

У меня есть улики.

Прошла еще одна минута. Казалось, она тянулась целый час. Карр ответил:

Уже еду.

Бэллард поняла, что все это время стояла затаив дыхание. С облегчением выдохнула, повернулась к двоим полицейским, что сидели перед мониторами, и сказала, что Карр уже едет.

Пятнадцать минут спустя, когда доложили о прибытии Карра, Бэллард все еще была в диспетчерской. Карр появился в коридоре. Бэллард вышла ему навстречу. Лоб его блестел от испарины. Значит, он прошагал три квартала пешком. Должно быть, выбежал из ПА сразу после их разговора. Проходя мимо комнаты для допросов под литерой «А», Карр заглянул в квадратное оконце в двери. Увидел Оливаса и тут же отвернулся, словно отказываясь верить своим глазам. Подошел к Бэллард и сдержанно спросил:

— Бэллард, что за хрень? Зачем вы его сюда притащили?

— Выманила его из ПА. Сказала, что кое-кто готов дать признательные показания.

— А потом взяли и арестовали? На основании каких, черт возьми, улик?

Последнее слово он произнес, едва не сорвавшись на крик. Поднес ладонь к губам, взглянул на полицейских в диспетчерской и вновь перешел на шепот:

— Послушайте, вы слишком торопитесь. Все улики, что у меня есть, указывают на Честейна. Не на Оливаса. Черт, он же лейтенант ОРОУ! Вы хоть понимаете, во что ввязались? Можете ставить крест на своей карьере. Прекращайте все это, сейчас же.

— Не могу, — сказала Бэллард. — Я уверена, что Честейн невиновен. Он знал, что убийца — коп, и принял меры предосторожности. Потому-то Оливас его и застрелил.

— Что за меры предосторожности? Бэллард, какие у вас доказательства? По-моему, вы настолько одержимы своей враждой с Оливасом, что…

— Кенни забрал из клуба улику, доказывающую, что стрелял полицейский.

— О чем вы говорите? Какую еще улику?

— Когда стрелок выхватывал пистолет, от кобуры оторвалась кнопка. Я там была. Видела, как он ее забрал. Эта кнопка, прослушка… Честейн понял, что убийца — коп.

Карр отвел взгляд, пытаясь собраться с мыслями, после чего придвинулся к Бэллард и навис над ней:

— Послушайте меня. Знаете, что вы видели? Честейн заметал собственные следы. Стрелял он, а вы крепко облажались. Невероятно! Так, сейчас я войду и поговорю с Оливасом. Попробую все разрулить — так, чтобы вас не выгнали с работы. — Он подал знак полицейским в диспетчерской, чтобы те открыли дверь, и снова взглянул на Бэллард. — Если повезет, будете патрулировать променад на велосипеде. По крайней мере, у вас по-прежнему будет жетон.

— Вы не понимаете, — возразила Бэллард. — У меня есть улики. Есть…

— Не желаю ничего слышать! — перебил ее Карр. — Я иду к Оливасу.

Тюремный охранник подошел к вмонтированным в стену шкафчикам. Отомкнул дверцу, вытащил ключ из замка.

— Оружие оставьте здесь, — сказал он. — Служебное оружие, запасной пистолет, нож — все, что у вас есть.

Карр подошел к шкафчику. Отстегнул с ремня кобуру, достал из заднего кармана складной нож. Оперся рукой на стену, поднял правую ногу и, закатав штанину, снял с лодыжки чехол с запасным пистолетом. Охранник закрыл шкафчик и протянул Карру ключ на эластичном ремешке. Обмотав его вокруг запястья, Карр обернулся к Бэллард:

— На одно лишь надеюсь: что вы, падая, не утянете меня за собой.

Охранник открыл дверь комнаты для допросов и отступил в сторону, пропуская Карра вперед. Перешагнув через порог, Карр направился к столу, за которым сидел Оливас.

Бэллард вошла следом за ним. Охранник закрыл дверь. Щелкнул замок.

Поняв, что Бэллард стоит у него за спиной, Карр начал оборачиваться.

— Я думал, вы…

Схватив его за правую руку, Бэллард завернула ее Карру за спину, одновременно врезавшись в него левым плечом. Этот прием она изучила еще в академии, а за годы службы отработала его до совершенства. Карр согнулся над столом, опрокинув стул. В этот момент Оливас вскочил на ноги — оказалось, руки его были свободны, — схватил Карра и прижал его к столешнице.

Навалился на него всем весом, а Бэллард тем временем сорвала с ремня наручники, нацепила их Карру на запястья и крикнула:

— Готово!

Оливас перетащил Карра на свою сторону стола, схватил за грудки и силой усадил на стул, где только что сидел сам. Ткнул большим пальцем в сторону камеры под потолком и сказал:

— Улыбочку!

— Что за бред?! — вскрикнул Карр.

— Нужно было тебя разоружить, — объяснила Бэллард.

И тут на Карра снизошло озарение. Он покачал головой:

— Понял, понял. Но вы ошибаетесь. Так нельзя.

— Да можно, — бросил Оливас. — У нас есть ордер на твое оружие.

— Сегодня он был с набедренной кобурой, — заметила Бэллард.

— Ну конечно, — кивнул Оливас. — Без той кнопки наплечная держится на честном слове.

— Послушайте, — начал Карр. — Не знаю, что вы о себе возомнили, но у вас нет оснований меня задерживать. Вы полностью…

— Знаешь, что у нас есть? Твой отпечаток на кнопке от сбруи, — сказал Оливас. — Той, что была найдена на месте преступления. И как она там появилась, если тебя не было в клубе?

— Чушь! — замотал головой Карр. — Ни хрена у вас нет.

— Улик достаточно, чтобы прогнать твои пушки по баллистике, — сообщил Оливас. — Если стреляли из них, подготовим шесть фото для опознания и бегом к окружному прокурору.

— А потом, сволочь, скажем тебе adiós, — добавила Бэллард.

— Знаешь, что самое забавное? Против тебя сработал твой жетон, — сказал Оливас. — Любой другой избавился бы от пушек. Но не ты: они же проходят по бумагам как служебные. Нельзя просто так явиться к шефу и сказать, что потерял оба пистолета. Готов поспорить, ты оставил их при себе и решил, что дело выгорит.

У Карра был ошарашенный вид. Подавшись вперед, Оливас положил ладони на стол и зачитал правило Миранды. Спросил у Карра, все ли ему понятно, но тот пропустил вопрос мимо ушей.

— Это ошибка… — пробормотал он. — Вы совсем охренели.

— Ты убил Честейна, — сказала Бэллард. — Ты всех их убил.

Вздрагивая от напряжения, она сделала шаг к столу. Побоявшись, что она вот-вот бросится на Карра, Оливас выставил между ними руку.

— Ты знал, что потерял кнопку от наплечной кобуры, — продолжала Бэллард. — У тебя был доступ к документам опергруппы. Ты прочел рапорт по уликам, но про кнопку там ничего не было. И ты понял: кто-то знает, что убийство совершил коп. Кто-то работает втихую.

— Бэллард, вы рехнулись, — сказал Карр. — И вскоре все об этом узнают.

— Как ты понял, что это Кенни? — спросила она. — Решил, что только он, любимчик лейтенанта, мог пойти на такой риск? Или тебе было все равно? Ты просто нашел себе козла отпущения с «береттой» и долгами? И решил, что сумеешь повесить все на него?

Карр не ответил.

— Что ж, мы все выясним, — сказала Бэллард. — Я все выясню.

Отступив от стола, она смотрела, как холодная реальность обрушивается на Карра, словно накрывая его толстым черным одеялом. Видела, как меняется выражение его лица. Как он ищет способ уболтать их с Оливасом, чтобы выйти из этой комнаты. И наконец понимает, что больше никогда не увидит солнечный свет.

— Я хочу поговорить с адвокатом, — произнес он.

— Не сомневаюсь, — сказала Бэллард.

Отправить