24

В отделении интенсивной терапии, что на третьем этаже медицинского центра Университета Южной Калифорнии, Бэллард ждали новости: хорошие и плохие. Рамона Рамон пришла в себя. Состояние ее стабилизировалось, но она по-прежнему была интубирована и не могла говорить. Судя по тактильным сигналам, она не знала, что с ней случилось и как она оказалась в больнице.

Бэллард разрешили войти в палату. Рамона подняла опухшие веки, и Бэллард впервые заглянула в ее глаза, полные пещерного ужаса. Должно быть, очнувшись, Рамона поняла, в каком кошмарном положении оказалась. Зрелище было тяжкое.

— Рамона, — начала Бэллард, — меня зовут Рене. Я детектив из Управления полиции Лос-Анджелеса. И я найду того, кто вас изувечил.

Положив папку на тумбочку, Бэллард встала у кровати. Рамона отвела взгляд. Видно было, что она нервничает. Правая щека ее оставалась распухшей, и лицо выглядело асимметричным. Бэллард, взяв ее за руку, положила большой палец Рамоны на свою ладонь.

— Теперь вы в безопасности, — сказала она. — Никто не сделает вам больно. Если понимаете мои слова, нажмите большим пальцем мне на ладошку.

Через некоторое время Бэллард ощутила нажатие.

— Что ж, замечательно. Очень хорошо, Рамона. Давайте сделаем так: я буду задавать вам вопросы, требующие ответа «да» или «нет». Если ответ «да», нажмите один раз. Если «нет», дважды. Договорились?

Снова подождав, она почувствовала одно нажатие.

— Отлично. Сестра говорит, вам трудно вспомнить, что с вами случилось. Совсем ничего не помните?

Два нажатия.

— То есть что-то вспоминается?

Одно нажатие.

— Давайте я расскажу, что нам известно. После этого продолжим. Сегодня понедельник. В четверг, поздно вечером, вас нашли на бульваре Санта-Моника, на парковке неподалеку от Хайленд-авеню. В дежурную часть поступил анонимный звонок. Прибыв на место, патрульные поначалу решили, что вы мертвы — так жутко вы выглядели.

Рамона опустила веки. Глаза ее оставались закрытыми, и Бэллард продолжила:

— Когда патрульные ждали «скорую», вы ненадолго пришли в себя. Сказали что-то насчет «Дома вверх дном», а потом снова потеряли сознание. Вот и все улики, с которых мы начали. После этого я побывала у вас в трейлере. Мне сказали, что вас не было пять дней. Думаю, все это время кто-то держал вас в плену. И делал вам очень больно.

Бэллард увидела, как в уголке глаза Рамоны появилась слеза. Сморгнув ее, Рамона посмотрела на Бэллард. Пришло время задавать вопросы.

— Рамона, вы помните «Дом вверх дном»?

Два нажатия.

— Отлично. Как насчет человека, который вас бил? Его помните?

Бэллард ждала, но Рамона не реагировала.

— Это значит, что воспоминания нечеткие?

Одно нажатие.

— Ладно, ничего страшного. Все в порядке. Давайте начнем с самого начала. Помните расу этого человека?

Одно нажатие.

Главное — не задавать наводящих вопросов. Один неверный шаг, и адвокат порвет Рамону в клочья прямо на свидетельской трибуне.

— Хорошо. Я буду перечислять, а вы нажимайте один раз или дважды. Договорились?

Одно нажатие.

— Это был латиноамериканец?

Два нажатия.

— Хорошо. Афроамериканец?

Два нажатия.

— Белый?

Одно долгое нажатие.

— Отлично. Значит, белый мужчина. Спасибо. Давайте попробуем его описать. У него были какие-то особые приметы?

Два нажатия.

— Он носил очки?

Два нажатия.

— У него были усы или борода?

Два нажатия.

— Он был высокий?

Одно нажатие.

— Выше шести футов?

Рамона потрясла ее руку, тем самым добавив к сигналам «да» и «нет» еще один.

— Хотите сказать, что не уверены?

Одно нажатие.

— Хорошо, поняла. Отлично. Если не уверены, потрясите меня за руку. Теперь хочу показать вам несколько фотографий. Это набор карточек для опознания. Мне нужно выяснить, похож ли кто-то из этих людей на того, кто вас избивал. Вы готовы взглянуть?

Одно нажатие.

— Я покажу сразу шесть. Не торопитесь, рассмотрите их хорошенько. Потом я спрошу, есть ли среди них знакомое лицо. Договорились?

Одно нажатие.

Отпустив руку Рамоны, Бэллард повернулась к тумбочке, взяла папку и откинула бумажную обложку. Под ней скрывалась еще одна папка с шестью отверстиями для фотографий. Каждое фото было помечено порядковым номером. Бэллард поднесла папку к кровати, так чтобы она оказалась на расстоянии фута от глаз Рамоны. Взгляд потерпевшей — испуганный, тревожный — скользил от одной карточки к другой. Бэллард молча держала папку.

— Ну что ж, — сказала она через минуту и вновь положила большой палец Рамоны себе на ладонь. — Кто-нибудь из этих людей похож на вашего обидчика?

Бэллард ждала. Наконец Рамона потрясла ее руку.

— Вы не уверены?

Одно нажатие.

— Хорошо, пройдемся по порядку. Мужчина под номером один. Он похож на того человека?

Два нажатия.

— Мужчина на фото номер два? Похож?

Два нажатия.

— Хорошо. Как насчет номера третьего? Он похож на того, кто вас бил?

На сей раз Рамона потрясла ее руку.

— Вы не уверены, но некоторое сходство есть?

Одно нажатие.

— Хорошо. Теперь следующий. Человек на фото под номером четыре.

Рамона вновь потрясла ее руку.

— Номер четыре тоже кажется вам знакомым?

Одно нажатие.

— Переходим к номеру пятому, Рамона. Скажите, не этот ли человек вас избивал?

Рамона легонько, неуверенно потрясла ее руку.

— Значит, номер пять тоже под вопросом. Теперь взгляните на шестого. Не он ли вас бил?

Два сильных нажатия.

— Поняла. Точно не он.

Захлопнув папку, Бэллард положила ее обратно на тумбочку. Трое из шести показались Рамоне знакомыми, но напрямую она никого не признала. Фото Трента было пятым. Остальные двое, что привлекли ее внимание, сейчас отбывали наказание в окружной тюрьме. Следовательно, у них не было возможности совершить это преступление.

Неважный результат, но Бэллард приказала себе не огорчаться. Рамона еще не оправилась от черепно-мозговой травмы. Выздоровление — дело небыстрое, у всех проходит по-разному. Бывает, память возвращается полностью. Бывает, не возвращается вовсе. Короче говоря, игра на выжидание, но Бэллард такой вариант не устраивал. Пока Рамона выздоравливает, преступник — Трент или кто-то еще — может снова нанести удар.

Сделав довольное лицо, она повернулась к кровати.

— Рамона, вы умница. Главное, что идете на поправку. Позже повторим. Может, вспомните что-нибудь еще.

Наклонившись, она пожала Рамоне руку.

— Завтра загляну вас проведать.

Рамона ответила слабым рукопожатием.

По пути к лестнице Бэллард заметила охранника в форме. Тот прохаживался у сестринской комнаты. Раньше Бэллард его не видела. Она подошла ближе, продемонстрировала ему жетон и сказала:

— Бэллард, Управление полиции Лос-Анджелеса. Вы всегда дежурите на этом этаже?

— Нет. Главная медсестра попросила усилить охрану. Говорит, здесь находится жертва преступления.

— Хорошо. Рузвельт дал добро?

— Не-а. Рузвельт распоряжается в ночную смену.

Бэллард протянула охраннику свою визитку.

— Присматривайте за пациенткой из триста седьмой. Если что случится, дайте мне знать, хорошо?

Изучив визитку, охранник кивнул:

— Договорились.

У дверей больницы Бэллард задержалась, чтобы все обдумать. Ситуация была весьма безрадостная: дело застопорилось по всем фронтам. Рамона так и не опознала преступника. Улик нет, а значит, нет и дела против Трента. Однако Бэллард нутром чуяла, что преступление совершил именно он.

Что касается Честейна и бойни в «Дансерз», Бэллард уже не раз предупредили, что не следует совать нос не в свое дело, а Карр — ее человек в опергруппе — похоже, не горел желанием заниматься ее версией.

В общем, Бэллард приуныла. Она чувствовала себя беспомощной. Сунув руку в карман, она провела большим пальцем по зубчикам ключа — того, что вчера получила от Беатрис Бопре. Разочарование — опасная штука. Оно толкает человека на отчаянные поступки. Больше всего ей хотелось отправиться в «Дом вверх дном» и взглянуть на него изнутри. Но нужно было все взвесить. Проникновение в чужое жилище — шаг за черту, из-за которой нет возврата.

Оставив ключ в кармане, она достала телефон. Позвонила в дилерский центр «Акура» и попросила пригласить Томаса Трента. Для начала нужно убедиться, что дом подозреваемого пуст.

— Извините, у Тома сегодня выходной, — ответила секретарша. — Что ему передать?

— Ничего. — Бэллард нажала на иконку отбоя, чувствуя, что на душе стало полегче.

Итак, визит к Тренту придется отложить. Риск слишком велик, так что ничего не выйдет. Даже если Трента не окажется дома, он может объявиться в любой момент.

— Ну и хрен с ним, — решила Бэллард.

Мерзкое ощущение: куда ни кинь, всюду клин. Пора от него избавиться. Бэллард вспомнила, что у нее сегодня выходной. Было всего лишь два часа пополудни. До завтрашнего вечера она совершенно свободна. Что ж, самое время привести голову в порядок.

Бэллард решила, что поедет на север.

Отправить