95

Они сели подальше от горнодобывающего комплекса. Перед этим дважды облетели периметр и не заметили никаких признаков ревенантов, но проклятые твари были мастерами прятаться в темноте. Поэтому Чжан смотрел в оба, когда Петрова вела их к оперативному центру. Она держала ультрафиолетовый фонарик наготове, следя за каждой тенью. Мо шел сзади, направив винтовку под углом вверх, чтобы по ошибке не подстрелить кого-нибудь из своих.

Они добрались до высокого здания и поспешили внутрь. Там было еще темно – солнце едва поднялось над горизонтом, – и Чжан думал, что у него случится сердечный приступ, пока они следовали в центр управления, расположенный на самом верхнем этаже, где свет проникал в помещение через широкие окна, неся облегчение.

Петрова подошла к центральной рабочей станции и активировала функции наблюдения за шахтой. Камеры включились, и десятки экранов открылись, показывая террасы. Некоторые из них были залиты водой, лужи, на которые попадали солнечные лучи, ярко блестели. Нигде ничего не двигалось, вплоть до входа на нижние уровни. Полукруглая арка, ведущая в лабиринт подземных туннелей, выглядела так же, как и в прошлый раз, когда Чжан видел ее с дрона.

Внутри нижних помещений камер не было. Чжан вспомнил о докторе, который прибыл сюда, чтобы попытаться выяснить, откуда взялись ревенанты. Судя по последней записи, все они находились в туннелях. То, что было там, добралось до них. Постепенно изменило. У Чжана засосало под ложечкой, когда он подумал, что доктор все еще может быть там, внизу, – ревенант, который копает скрюченными руками, чтобы добраться до древнего зла.

Петрова кивнула и выключила экраны. Они получили максимум информации.

Мо вернулся за коптером и приземлился на крыше оперативного центра. Остальные встретили его там и поднялись на борт.

Нынешнее тело Плута было достаточно маленьким, чтобы поместиться в кабину, но вчетвером они оказались бы в тесноте, поэтому робот снова занял грузовой отсек, заполненный их снаряжением. Это означало, что он не увидит, куда они летят. Чжан представил себе, каково это – спускаться в шахту, зная, что в любой момент на них могут напасть без всякого предупреждения. Зная, что можешь умереть, даже не подозревая, что это вот-вот случится.

Плут обладал чувствами, которых не было у человека. Чжан решил, что с роботом все будет в порядке.

Медленно, стараясь по возможности не касаться стен, Мо вел коптер, минуя террасы и обрывистые склоны. Свет мерк по мере того, как они опускались все ниже и ниже, как будто солнце двигалось в обратном направлении. Вскоре они оказались во мраке, в вечной мгле. Камеры на дронах справлялись и в условиях недостаточной освещенности, но Чжан был ограничен собственными глазами. Когда они достигли дна, до них дотягивался лишь один слабый луч света. Они вылезли из коптера и достали снаряжение. Впереди высилась полукруглая арка.

– Все будет хорошо, – прошептал Чжан себе под нос. – Все будет хорошо.

Остальные повернулись и уставились на него. Он понял, что никто не разговаривал с тех пор, как они покинули центр управления. Казалось, нарушить тишину сейчас – значит сглазить их. Его сердце упало в желудок.

– Простите, – пробормотал он.

– Чш-ш-ш, – сказала Петрова.

И повела его через арку.