18
Чжан яростно перетряхивал ящики в глубине кладовки, пытаясь найти что-нибудь полезное. Ему не попалось ни одного прибора для электрокоагуляции, зато он обнаружил блистерные упаковки с таблетками – обезболивающими и антибиотиками – и наборы для генной терапии. Все это он рассовал по карманам. Лекарства могли понадобиться позже, если ревенанты доберутся до них.
Если они будут ранены. Если ревенанты не… убьют их.
Он нашел еще пару лазерных скальпелей, которые могли помочь только на очень близком расстоянии, но прихватил и их.
– Док! – крикнул Паркер, связавшись через устройство в ладони. Чжан замер, приготовившись услышать новости. – Петрова… У нее… у нее приступ или…
Чжан услышал звон разбитого стекла одновременно по аудиосвязи и собственными ушами. На мгновение он застыл, не в силах пошевелиться, не в силах думать.
– Вот дерьмо, – сказал Паркер и отключился.
Чжан схватил пилу и скальпель и бросился вниз по лестнице. Увиденное вызвало у него панику, настолько сильную, что ИМС изогнулся на его руке и вонзил в запястье золотые клыки.
Ревенанты были внутри здания.
Они сломали металлические ставни и разбили одно из окон. Чжан с ужасом наблюдал, как ревенант лезет через торчащие осколки стекла и черная пыль оседает вокруг, пока он прокладывает путь, не обращая внимания на изодранную в клочья кожу.
В дальнем конце комнаты Паркер стоял на коленях на полу, обнимая Петрову. Ее трясло, глаза закатились так сильно, что Чжан не видел ничего, кроме белков, – ужасный контраст с черными глазами ревенантов. К примеру, тех двоих, что надвигались на них с вытянутыми руками, разинув рты с осколками зубов.
«Мы покойники», – подумал Чжан.
Это было так… так несправедливо: после всего, через что они прошли, чтобы попасть сюда…
Они просто умрут. Губы Чжана задрожали. Ему показалось, что он сейчас зарыдает.
И тут подействовало лекарство. Словно кто-то открыл дверь в зимний день и порыв холодного воздуха ворвался в голову, заморозив все ужасы и эмоции, которые боролись в нем в этот момент.
Ревенант наконец протиснулся в окно и упал на пол. Стекло разрезало ему руку так, что теперь она бесполезно болталась. Он повернул к Чжану ничего не выражающее лицо, а затем двинулся в его сторону. Все происходило будто в замедленной съемке.
Чжан поднял лазер и полоснул по щеке и рту твари. Кожа разошлась, обнажив черную кость. Как врач, он должен был ужаснуться, увидев такую рану, а уж тем более – нанеся ее.
Но в тот момент ему было все равно. Спасибо препарату, бурлящему в венах. Он вытеснил из головы все мысли, кроме одной: выжить.
Ревенант пошатнулся, но Чжан знал, что едва его задел. Существо вскинулось и бросилось в атаку, его руки выгнулись, словно желая заключить Чжана в объятия. Пасть распахнулась, и оскаленные зубы – все еще белые – щелкнули.
Чжан вывернулся из-под руки твари и бросился вперед, отбросив ее на кушетку. Голова ревенанта откинулась назад, подбородок задрался. Чжан поднял пилу и рассек сухожилия и мышцы на горле. Рана стала бы смертельной для человека. Но существо не пострадало.
Однако Чжан еще не закончил.
Ревенант потянулся рукой к его лицу, сломанные ногти впились в щеку и лоб. Не обращая внимания на боль, Чжан наклонился вперед, заставляя пилу вгрызаться все глубже и глубже, пока она не достигла позвоночника твари.
Голова существа взорвалась облаком черной жирной пыли.
Тело мгновенно обмякло, конечности переплелись, ревенант упал на кушетку и сполз на пол. Чжан от души пнул его ногой.
Затем повернулся и посмотрел на Петрову и Паркера. Увиденное не сулило ничего хорошего. Призрак пытался сдержать двух ревенантов, но у жесткого света были пределы. Твари толкались, просовывая руки сквозь голограмму, словно знали, что препятствие не настоящее. Паркер изо всех сил старался закрыть Петрову собой, но все было бесполезно. А сама она не смогла бы защититься.
Чжан подумал, что она, к счастью, даже не почувствует, как ревенанты будут рвать ее кожу зубами и пальцами. Он поднял руку и приказал ИМС действовать – бороться, спасти Петрову. Золотые змейки отделились и начали формировать лезвия и головки топоров, и он подумал, что в кои-то веки прибор подчинился его желанию.
Но прежде, чем он успел дотянуться до Петровой, Плут проскочил мимо и бросился на ревенантов, размахивая зелеными руками.
– Док, – крикнул робот. – Док! Окно! Не пускай их!
Коктейль из препаратов в крови позволил Чжану отвлечься от того, что происходило здесь дальше, и повернуться к окну. Очередной ревенант стремился попасть в комнату, его пальцы уже впились в подоконник, а макушка торчала в оконном проеме гротескной пародией на роды. Чжан вытолкнул его обратно на улицу. Золотые лезвия ИМС резали и кололи руки твари, тянущиеся к Чжану, пока те не исчезли.
Чжан заметил совсем рядом, у стены, высокий медицинский шкаф. Собравшись с силами, он схватил его, с ужасным скрежетом подтащил к окну, прикрывая его, и прижался к шкафу спиной, хотя снаружи уже начали наседать ревенанты.
Чжан понимал, что должен укрепить баррикаду, иначе твари просто опрокинут шкаф, и тогда ничто не помешает им проникнуть внутрь. Помочь остальным он не мог. Поэтому в ужасе смотрел, как Плут пытается удержать ревенантов, не подпустить к Петровой. Робот был намного сильнее человека, но даже у него не получилось бы вечно сдерживать натиск тварей.
Где же Паркер? Чжан не видел его в творившемся хаосе.
Внезапно помещение озарилось яркой вспышкой, и от оглушительного хлопка у Чжана зазвенело в ушах. Недоуменно моргая и дико озираясь в поисках источника шума, он увидел Паркера по другую сторону от Плута. Призрак сжимал в обеих руках пистолет Петровой.
– Ублюдки! – кричал Паркер. – Ублюдки! Ублюдки!
Он стрелял, снова и снова, пока пистолет не щелкнул. Паркер еще раз нажал на курок, но ничего не произошло: кончились патроны.
По крайней мере, ему удалось завалить одного из ревенантов. Плут в это время боролся с другим. Чжан хотел броситься на помощь – отчаянно хотел, – но понимал, что, если отойдет от шкафа, который закрывает окно, тварей будет не остановить.
Плут изо всех сил бил ревенанта по лицу, опять и опять, а тот все пытался добраться до Петровой. Ее припадок закончился, но она все еще была без сознания – Чжан не знал, сколько времени пройдет, прежде чем она очнется. Паркер опустил пистолет и бросился в драку, пытаясь оттащить ревенанта от робота. Ему удалось заставить тварь запнуться о собственные ноги. Плут воспользовался этим и очень-очень быстро обрушил зеленые кулаки на ее бедра.
Сначала Чжану показалось, что он услышал еще выстрелы. Потом он понял, что это был за звук – Плут сломал ревенанту обе бедренные кости. Тот пытался подняться, но шатался и падал. Его голова ударилась об пол, и тогда Плут подпрыгнул и с силой опустился на нее обеими ногами. Снова раздался ужасный треск, и ревенант упал без движения.
Прижавшись спиной к шкафу, Чжан чувствовал, как твари снаружи толкаются и напирают. Повсюду по-прежнему раздавался ритмичный стук: ревенанты все так же пытались выбить двери.
Рот Паркера был открыт – казалось, что призрак тяжело дышит, – его грудь вздымалась. Однако звука не было, словно программное обеспечение слишком перегрузилось, чтобы добавить голограмме еще и звуковые эффекты. Паркер посмотрел диким взглядом на пол, потом на Чжана.
– Что нам делать? – спросил он, опустился рядом с Петровой и притянул ее к себе. Она не отреагировала. – Что нам делать? – повторил он.
Чжан не знал, что ответить.
