105

Лестница спускалась еще на восемь пролетов. Снизу поднимались волны влажного тепла, и комбинезон Петровой прилипал к телу, заставляя ее задыхаться, как будто она пыталась дышать через мокрый шелк. Вытерев пот с лица, она оглянулась и увидела Мо и Чжана, которые внимательно за ней наблюдали.

– Уже недалеко, – сказала она, дойдя до очередной лестничной площадки, но увидела, что ступеньки заканчиваются прямо под ней.

Протоптанная тропа вела к входу в очередной туннель, на стене которого были закреплены поручни. Они были топорными и необработанными, в отличие от тех, что им встречались в других туннелях. Петрова прикоснулась к стене и почувствовала глубокие борозды на камне. Следы ручных инструментов, подумала она.

Когда все машины отключились, роботы деактивировались, буровые установки, сверлильные устройства, экскаваторы и грейдеры замолчали – сколько шахтеров здесь осталось? Они продолжали работу с помощью ручных инструментов, используя древние технологии. Они делали все что угодно, лишь бы пробиться вниз, к тому, что ждало их в центре этой паутины туннелей.

Она не приблизилась к пониманию, что это за существо. Возможно, василиск мог бы рассказать, но она не хотела рисковать, выводя его из состояния покоя. Она знала, что он вот-вот начнет свою игру. Захватит ее мозг и будет управлять ею, как машиной. Она старалась это отсрочить.

– Чжан, – позвала она. – На два слова.

Он подошел к ней, но прежде чем она заговорила, Мо спросил:

– Чувствуете?

Он прикоснулся к поручню возле одного из кронштейнов, крепящих его к стене. Чжан положил руку на поручень и резко отдернул, как будто его ударило током.

Петрова посмотрела на потолок, на пыль, которая осыпалась со стен и собиралась на полу. Ей казалось, что пыль оседает и в горле, что из-за нее она может задохнуться.

– Эта вибрация, – сказал Мо. – Как будто впереди что-то большое, какая-то огромная машина.

Петрова тоже чувствовала вибрацию, но было еще кое-что. Она протянула руку и осторожно коснулась поручня кончиками пальцев. Это не шокировало ее, и вибрация, о которой говорил Мо, не была особенно мощной. Гораздо ярче было ощущение неправильности. Ее охватил ужас. Впереди их не ждало ничего хорошего.

Чжан встал рядом, слишком близко для такой жары, на лице у него все было написано.

– Мне нельзя доверять, – произнесла Петрова. – С этого момента.

– Василиск.

Она кивнула.

– Я больше не могу бороться. Я думала, что буду сильнее него.

– Это не вопрос силы. Я изучил эту тварь лучше, чем кто-либо другой. Я видел, как она унесла множество жизней. Как можно бороться с чем-то, что звучит как твои собственные мысли? Как можно победить то, что было создано для манипуляции людьми? Буквально создано, чтобы использовать наши слабости, наши уязвимые места? Это не ваша вина, Петрова. Ни один человек не мог бы бороться вечно. Вот почему я не хотел спускаться. Вот почему я не хотел…

Она положила руку ему на грудь. Умоляя успокоиться. Выслушать.

– Моя мать, когда была носителем, долгое время держала его в узде. Я не такая сильная, как она. Теперь я понимаю. Он собирается делать здесь все, что захочет. Мне надо убедиться, что вы с Мо будете в безопасности, когда это случится. У нас есть время до нападения ревенантов. Может, вам двоим стоит уйти?

– Нет, – сказал Чжан.

Без вопросов, без споров. И она была очень рада это слышать.

Даже если знала, что это неправильное решение.

– Воздух, – нахмурился Мо. Он держал винтовку в обеих руках и слегка присел. Петрова подумала, что это, похоже, боевая стойка. – Местный воздух. Странный.

Она посмотрела на Чжана.

– Вы должны быть готовы. Если настанет момент, когда я не смогу снова стать собой… – Она имела в виду свою смерть или безумие, до которого ее доведет василиск, после чего она не сможет прийти в себя. – Если я попытаюсь причинить боль вам или Мо, если я…

– Нет, – повторил Чжан и оттолкнул ее руку. – Послушайте. Кажется, здесь была дверь.

– Черт возьми, я готов, – заявил Мо.

Петрова подошла и посветила на стену в конце туннеля. Стальные балки были вбиты в скалу в качестве опорных колонн, а за ними виднелся дверной проем. Во всяком случае, дверная рама. И петли.

– Здесь была дверь, но сейчас ее нет. – Чжан выглядел озадаченным.

– Пошли. – Мо указал на вход. – Странное ощущение, да? Давайте покончим с этим.

– Это приз, – произнесла Петрова. По лицу Мо было видно, что он не понимает, о чем речь. Трофей василиска был почти перед ними. То, что он должен был охранять. Именно из-за приза возникло странное ощущение: вокруг него была аура, своего рода поле телепатической энергии, и они были так близко, что ощущали ее так же легко, как влажность воздуха.

Она шагнула к двери. Ее мозг дергался, бился в конвульсиях. Василиск был взволнован. Он был в восторге.

– Пока еще нет, – сказала она.

Мужчины посмотрели на нее, и она покачала головой. Она говорила не с ними. «Пожалуйста, – подумала она. – Пожалуйста, дай еще несколько мгновений. Дай мне сначала увидеть своими глазами».

Василиск метался взад-вперед, и ей казалось, что она потеряет равновесие, что он свалит ее на пол. Но ей удалось удержаться на ногах. Паразиту идея не понравилась. Но еще секунду-другую он решил подождать.

Центральная пещера была ярко освещена. Вибрация, которую они ощущали, шла от колоссального размера генераторов, которые питали сотни огромных софитов, направленных в одну сторону. Свет заливал все вокруг, так что Петрова удивленно заморгала, пока привыкали глаза.

Пещера оказалась больше, чем она ожидала. Громадный естественный пузырь в недрах планеты, киста в горной породе. Стены были такими высокими, такими далекими, что казались темными границами светового шара размером со стадион – обширного открытого пространства, наполненного воздухом. Благословенный ветерок ласкал лицо Петровой, когда она шагнула вперед, к свету. Пол был почти гладким: ревенанты выровняли его своими кирками и лопатами. Следы работы были повсюду, и Петрова осознала масштаб их задачи.

Здесь раньше не было пещеры. Шпиль, возвышавшийся сейчас перед ними, когда-то был погребен под сплошной скалой. Шахтеры, а затем и ревенанты убрали вокруг него все камни: взорвали и вытесали вручную там, где это было необходимо. Они сбили и соскоблили с него породу, словно палеонтологи, добывающие хрупкий образец окаменелости.

Чтобы явить нечто прекрасное.

Когда Петрова видела пещеру глазами дронов, ей казалось, что в центре возвышается гора, которая покрыта бледными телами ревенантов – словно термитами, выгрызающими ячейки в гнезде. Теперь это место совершенно преобразилось.

То, что раньше выглядело как гора, стало собором. Небоскребом. Нет.

Совсем не то. Оно не было похоже ни на что из того, что могли бы построить люди.

Грандиозное сужающееся кверху сооружение из базальтовых колонн. Петрова подумала о колоннах, которые видела в пещере пауков: похоже, но увеличено в десять, в сто раз. Тысячи отдельных шестиугольных колонн сплелись в единый шпиль, каменный столб. Он сверкал на свету, словно был сделан из золотой или платиновой руды.

Возле его основания, наполовину утопленного в скале, Петрова заметила сферу из блестящего серебра, с практически идеальной зеркальной поверхностью, напоминающую гигантскую каплю ртути. Вот что раскапывали ревенанты. Когда-то сфера была полностью погребена в скале, но сотни рук работали бесчисленное количество часов, откалывая камень, очищая фрагмент за фрагментом, пока серебряная сфера почти полностью не открылась свету. Они срезали возвышающийся базальтовый шпиль так, что казалось, будто колонна дугой нависла над ней, защищая.

Под определенным углом казалось, что шпиль – это величественное дерево, а сфера – спелый плод, свисающий с безлистной ветви.

– Вот оно, – произнесла Петрова. И это были самые ненужные два слова, которые она когда-либо говорила. – Это… то, что…

– Петрова, – позвал Чжан. Он потянулся к ней, но она оттолкнула его руку. Зашаталась, согнулась.

– Я в порядке, – откликнулась она, выпрямляясь.

– Василиск, – сказал Чжан, но она покачала головой.

– Нет. Не василиск.

Сфера, серебряная сфера – в ней что-то было. Что-то не совсем похожее на василиска. Но, как и он, существо в сфере могло общаться только мыслями. Оно засоряло ее мозг беззвучными словами, безголосыми командами. Оно манило. Притягивало ближе, шаг за шагом.

– Вы тоже это чувствуете? – спросила она.

Чжан закрыл глаза. Затем кивнул.

– Там что-то есть.

– То, что чувствовали шахтеры.

– Доктор, – вспомнил Чжан. – Доктор из дневника… Если вы подойдете слишком близко к этой штуке, она может вас захватить.

– Насколько близко можно подойти без опаски? – уточнил Мо, стоя далеко позади них.

Петрова повернулась к нему и улыбнулась.

– Это не тот вопрос, о котором мы должны беспокоиться, – сказала она.