Глава 10

Карась вернулся через несколько минут, притащив с собой кучу всего. Патроны, кобуру с оружием, стрелковые наушники, защитные очки, аптечку и штатив с камерой.

— Ну что, Пётр, вот твой красавец! Мой любимец — «Барс-1К». В спецуре, считай, только с него и палил на зачётах. Двухрядный магазин, ёмкость пятнадцать патронов. Калибр девять на девятнадцать. Надёжный, лёгкий, неубиваемый. Просто мечта!

Я с сомнением посмотрел на предложенный пистолет и не смог скрыть разочарования. Нет, ну что это за хлопушка? Он в моих руках как игрушечный выглядит. Я привык к настоящим пушкам! Вот был у меня в Комитете табельный «Орлан». Ух, та ещё гаубица! Слона на бегу свалила бы. При выстреле отдача до самых плеч пробивала. А с этого, прости господи, «Барса» только по воробьям палить…

— Что, не нравится? — погрустнел Стас, заметив мою реакцию.

— Да просто первый раз такой в руках держу, — съехал я. — Разрешишь тестовый прогон сделать перед основным зачётом? Заодно и объяснишь, что от меня требуется.

— Ну, в принципе, пока запись не началась, можешь немного пошмалять, — почесал затылок работник центра.

— Ага, благодарю.

Приняв кобуру и коробку с патронами, я положил оружие на стойку. Так-с, что тут у нас? Угу, двухсторонний механизм сброса магазина. Это удобно. Флажок предохранителя в положение «выкл». Есть. Затвор отвести назад и поставить на задержку. Патронник пустой. Отлично. Спусковая скоба… оп! Не извлекается. И как тогда здесь рамку затворную снимать? Что-то никаких рычажков я не наблюдаю. Ну-ка, ну-ка, интересно…

Пока я крутил в руках пистолет, по бокам от меня встали Зорин и Карась. Оба внимательно следили за моими манипуляциями. Но если Коленка больше посмеивался надо мной, то Стас наблюдал с долей некоторого сочувствия.

— Справа на раме штифт нажимной, — шепнул он мне.

— Эй, Карась, что за подсказки? — тут же возмутился бритоголовый.

— А чё? Мы ж ещё не начали, — невинно захлопал глазками экзаменатор. — Ты чего, Лёха, своего же человека валишь?

Пока эта парочка препиралась, я нашёл неприметный кругляш, который нужно было утопить пальцем. И тогда затворная рама без проблем снялась с направляющих. Ну а дальше осталось только скрутить со ствола возвратную пружину. Вот и вся неполная разборка. Проще пареной репы.

На всякий случай, я ещё раз медленно собрал и разобрал «Барса», выискивая какие-нибудь нюансы. А затем обратился к Карасю:

— Какое там время даётся по нормативу?

— Девять секунд на ЛО-1, — ответил тот.

— Угу, понятно. А на третью категорию?

— Шесть, — хмыкнул собеседник.

— Секундомер под рукой? — деловито уточнил я.

— А то как же! — усмехнулся Стас, демонстрируя мне компактное устройство.

Серьёзно кивнув, я поставил пистолет на предохранитель, положил перед собой и отчитался:

— К выполнению норматива готов.

— Приступить! — гаркнул Карась, одновременно с этим нажимая кнопку на секундомере.

Мои руки метнулись к «Барсу» и в мгновение ока разобрали его на составляющие — магазин, рама, пружина. А затем я точно так же быстро его собрал и отчитался:

— Закончил!

Ответом мне стала подозрительно долгая пауза.

— Э-э-э… пять с половиной секунд? — вскинул бровь Стас, недоверчиво глядя сначала на экран секундомера, а затем на Зорина.

Тот, кстати, тоже выглядел так, будто я ему только что какую-то чёрную магию показал.

— О, так я, значит, уложился в норматив по третьей категории? — хрустнул я пальцами.

— Слышь, Пётр, ты это… того… я ж время только на неполную разборку тебе назвал, — потерянно пробормотал Карась.

— Да? А сразу предупредить никак было? На кой хрен я так суетился? — упёр я кулаки в бока.

Стас несколько раз недоумённо моргнул, а затем расхохотался.

— Ну, Лёха, ну даёшь! — хлопнул он Зорина по плечу. — Ну и самородки в вашей «Оптиме!» Где только таких откапываешь?

Коленка словно и не услышал вопроса. Он не сводил взгляда с пистолета, непонятно что пытаясь в нём рассмотреть.

— Ладно, можешь не отвечать, хитрован! — махнул на него рукой Карась, после чего повернулся уже ко мне. — Ну что, Пётр, пострелять хочешь?

— Не откажусь, — не стал я отвергать столь щедрое предложение.

— Тогда дерзай! Патроны перед тобой. А я заодно оценю, как ты магазин снаряжаешь и обращаешься с оружием.

— Тоже на время? — уточнил я.

— Да не обязательно, — пожал плечами Стас. — Тут правильность действий основополагающий фактор. Вот стрелять уже будешь на скорость.

— Лады, — показал я пальцами «окей» и приступил к делу.

Снаряжение магазина для меня всегда было медитативным занятием. Я неспешно извлёк патроны, внимательно осмотрел их со всех сторон на предмет ржавчины, наличия вмятин или забоин. Потрогал каждый капсюль. Проверил, чтоб пули крепко сидели в гильзах и не шатались. А при обращении с пистолетом следил, чтобы ствол смотрел строго по направлению развешанных вдалеке мишеней. В процессе, естественно, я вообще не касался спускового крючка, чтоб не давать повода упрекать меня в создании опасных ситуаций.

— Гуд, всё чётко, как в аптеке! Никаких лишних движений, видно, что умеешь, — похвалил меня Карась. — Ну что, бахнем для затравочки? Дистанция двадцать пять метров, пять выстрелов, таймер на пятнадцать секунд. Двадцать очков — минимальный проходной балл на ЛО-1. Подсчёт автоматический. На экране над головой твой результат высветится. После истечения времени очки за попадания уже начисляться не будут, но можешь продолжать стрелять, если хочешь. Всё понятно?

— Предельно, — кивнул я.

— Отлично. Тогда проверяй ствол, цепляй кобуру на ремень.

Сказано — сделано. Кобура тут, конечно, убогая. Кожаная, закрытая, неудобная. Не люблю такие. Эффективным хватом оружие из такой не возьмешь с ходу. Ну да ладно.

— Приготовиться к стрельбе! — скомандовал Стас.

Я неспешно извлёк незаряженный «Барс», наставил на мишень, посмотрел на состояние прицельных приспособлений. Мушка что-то изрядно тут отполированная. Её бы зажигалкой подпалить для лучшей контрастности. Но мне, в целом, не мешает. Несколько раз нажал на спуск, проверяя запас свободного, а заодно работу бойка, и поставил на предохранитель. В последнюю очередь надел защитные очки и наушники.

— Заряжай!

Снова достаю пистолет. Магазин с щелчком заскакивает в основании рукояти. А затем прячу оружие и полностью застёгиваю кобуру. Ну, с богом…

— К бою!

Ну тут уже моя стихия. Вбитые в подкорку рефлексы отработали даже в чужом теле.

Правой рукой срываю застёжку кобуры, открываю клапан, левой дёргаю за вспомогательный ремень с кольцом, чтобы поднять пистолет. Затем за долю мгновения хватаюсь за рукоять, коротким рывком отвожу затвор, а одновременно с этим большим пальцем опускаю флажок предохранителя, и…

«Барс» задёргался в моих ладонях, выплёвывая гильзы. Раз-два-три-четыре-пять. Быстро кладу пули в подвешенную грудную мишень. С такой детской отдачей я отстреляюсь на зачёт как за нехрен.

— Закончил! — отчитался я, удерживая оружие в направлении мишени.

Не получив больше никаких команд, я поставил пистолет на предохранитель и сунул в кобуру.

— Ну что там? — оглянулся я на Карася.

Поскольку я был в наушниках, то не расслышал, что он сказал. По губам показалось, что «Похудеть». Но это ж бессмыслица какая-то…

— А? Чего? — перепросил я, открывая уши.

— Ты… ты… это чё щас было? — выпучил глаза Стас. — За три и девять секунд выбил сорок два балла…

— Ну дык, а что ты хотел? — разворчался я. — У вас патроны говёные. Как будто из разных партий. У меня на третьем и четвёртом выстреле ствол подбросило сильнее, чем на первых двух. Дай мне нормальные, я тебе пятьдесят выбью, как два пальца!

— Петя-Петя, погоди, не гони так! — излишне эмоционально замахал руками экзаменатор. — Это же охрененный результат! У нас на весь центр лишь несколько человек так умеют стрелять! И даже я в их число не вхожу. Я больше по винтовкам…

— Да было бы что уметь, — пренебрежительно хмыкнул я.

Не, ну в самом деле, чего так удивляться? Дядя Мороз с короткостволом в обнимку больше лет провёл, чем вы живёте. Ну, ладно, может и не больше. Но без малого сорок лет стажа у меня точно наберётся. Для меня стрелять — так же естественно, как ложкой в рот попадать. А у этих салаг уже челюсти отвисли. Особенно у Зорина. Стоит, хлеборезку раскрыл, аж гланды видно.

На громкие восхищения Карася к нашей огневой позиции стеклось ещё с полдесятка человек со всего тира. Все они задирали головы, глядя на экран с результатом, одобрительно кивали, а затем оценивающе меня рассматривали.

— Ну ты, Пётр, в натуре Клинт Иствуд, блин, — выдохнул экзаменатор. — Слушай, а давай ещё разок, только системе «стреляй-не стреляй», а? Там хоть и сложнее, но интересней. Мне уже просто любопытно, что ты ещё умеешь.

— А давай! — махнул я ладонью.

— Ништяк! Щас всё настрою, обожди…

Карась вытащил откуда-то из кармана своей формы предмет, похожий на пульт, и принялся там что-то щёлкать. В результате его манипуляций на расстоянии метров десяти перед моей позицией неспешно выехало широкое полотно. Даже с дистанции было видно, что оно изготовлено из весьма плотного пулеулавливающего материала.

— Значит, смотри, обрисовываю задачу, — пустился в объяснения Стас. — Здесь в разных местах будут появляться проекции-мишени. Но не по всем можно шмалять. Их несколько типов. Первый — условный мирный гражданин. Он же «не стреляй». Попадание по нему — автоматический провал. Второй — нападающий с ножом. В него палить можно, но только по разрешённым зонам поражения. Плечо ведущей руки, голень, бёдра. Попадание в корпус, шею и голову — штрафные баллы. Затем вооружённый стрелок — этих можно и нужно валить наглухо. Чё там ещё у нас? А, точно! Обманки! Лица с предметами, похожими на оружие. Ну, типа, с зонтиком или какой-нибудь другой хренью. Набор шаблонов огромный, и постоянно обновляется, так что я сам не знаю, чего там придумывают. Попадания и очки также вычисляются системой.

— «Заложника» забыл, — подсказал кто-то из наблюдателей.

— О, блин, в натуре! — хлопнул себя по лбу Карась. — Самая подсирающая проекция — нападающий, прикрывающийся заложником. Выпадает редко, но за неё может конский штраф по баллам прилететь, если зацепишь не того. Теперь вроде всё.

— Что за бестолковый аттракцион, — недовольно фыркнул я.

— Ну а ты как хотел, Пётр? — развёл руками экзаменатор. — Нанимателю неправомерное убийство принесёт больше геморроя, чем твоя смерть. Так что ситуацию надо выкупать быстро и безошибочно. На этом этапе многие и сыплются, правда ведь, Лёха?

Карась, не скрывая ухмылки, подмигнул Зорину, на что тот раздражённо цокнул языком, ничего конкретного не ответив.

— Короче, мне всё ясно. Запускай шарманку, — твёрдо решил я, надевая наушники.

— Ну, Пётр, дерзай! Не оплошай, — приободрил Стас, явно за меня болея. — Заряжай! К бою!

Я достал «Барса» из кобуры и дослал патрон так быстро, что пришлось ещё около двух секунд ждать, пока на полотне появится первая проекция. Вот возникло изображение мужчины с пистолетом. Однако оружие он держал, отставив в сторону, а не направив на меня. Потратив долю секунды на размышление, я решил не рисковать, и поразить плечо. Ведь с размотанным в кашу суставом он точно ствол не поднимет.

Стоило мне выстрелить, как проекция сразу же исчезла. Небольшая пауза. Новая картинка — хмурый тип с ножом. Работаю по правому колену. Отдача подбрасывает «Барса». Есть попадание. Несите следующего.

Опа! «Заложник» выпал, о котором меня предупреждали. Ну, это совсем просто… Жму спуск, и вижу, как в лучах проектора взмётывается фонтанчик пыли. Аккурат в области лица условного злоумышленника, который выглядывал из-за спины заложника.

Следом показали ещё одного вооружённого. На сей раз со вскинутым пистолетом. Выстрел! Попадание точно в лоб. Следующее изображение… стоп! Обманка. Человек с зонтом, но провокационно держит его на манер ружья. Ждём. Снова хмырь с ножом. Привычно отстреливаю ему ногу. Далее обманка. Бездействую. Стрелок. Попадание в грудь. Опять стрелок! Лови пулю в морду…

Моё первоначальное пренебрежение к такому формату испытания бесследно схлынуло. На поверку оно оказалось настолько увлекательным, что я даже расстроился, когда световой сигнал известил об окончании. Всего было выведено пятнадцать разнообразных проекций, из которых пять являлись либо мирными, либо обманками. С моим опытом нечего и думать о провале. Однако на экран над головой я смотрел с некоторой опаской. Мало ли, какую-то тонкость мне объяснить забыли?

На вмонтированной в стену ЖК-панели красовались гордые восемьдесят девять баллов. Но мне пока это ни о чём не говорило. Зато сказали аплодисменты. Карась и добровольные наблюдатели лыбились, демонстрируя все свои пломбы в зубах, и хлопали, как дети у цирковой арены.

— Ёклмн, Пётр, ну самородок! — похвалил меня экзаменатор. — Любо-дорого смотреть было! Отлично отработал!

— А максимальный балл какой? — не спешил я радоваться.

— Сотка. Но её на моей памяти ещё никто не выбивал. Там система хитрая, всех нюансов оценки даже я не знаю.

Я цокнул и неодобрительно покачал головой. Ну нет уж. Если я её не выбью, то это будет удар по самолюбию старика Мороза. Можно, конечно, оправдывать себя тем, что тело Петра Бугрова не подготовлено к стрельбе и вообще ствол впервые в руках держит. Однако…

— Товарищ Карась, а может, запустишь ещё раз эти весёлые картинки? — азартно осклабился я. — Уж больно мне понравилось.

— А чего ж не запустить! — охотно согласился Стас, нажимая кнопки на своём пульте.

Зорин раскрыл было рот, будто собираясь что-то возразить. Но его даже слушать никто не стал. Народ жаждал зрелищ и новых рекордов.

Когда мы возвращались из стрелкового центра, Коленка был даже более хмурым, нежели обычно. Таких успехов в прикладной стрельбе он от меня явно не ждал. Я с лёгкостью выполнил все нормативы на приоритетный уровень, однако корочки ЛО-3 мне никто не дал. Уж больно смутил их мой нулевой стаж владения оружием. Пришлось довольствоваться пока второй категорией и разрешением на гражданское ношение.

Но сей мрачный момент с лихвой компенсировался другим — прямо сейчас мы с Зориным ехали в оружейку, чтобы выбрать мне ствол! Ух, до чего же волнительно. Аж ладошки вспотели. Отвык я за последние годы от этого успокаивающего чувства приятной тяжести на поясе.

Всю дорогу бритоголовый то и дело порывисто вздыхал, будто собирался заговорить. Но всякий раз выпускал воздух, так и не произнеся ни слова. Ну а мне с ним вообще болтать неинтересно было. Я с головой окунулся в мировую сеть, изучая технические характеристики различных стволов.

Поездка закончилась для меня слишком неожиданно. Мне показалось, что я успел почитать статьи только о шести-семи, ну, максимум десяти пушках. А внедорожник Зорина уже плавно затормозил перед двухэтажным зданием. Там во всю стену красовалась здоровенная вывеска «Тактик-Холл», где вместо буквы «О» светился неоновый круг в виде снайперского перекрестия.

Не говоря ни слова, мы с Коленкой выгрузились из машины и прошествовали к дверям. Внутри нас встретила череда просторных залов, где стены и витрины были уставлены самыми разнообразными видами вооружения и спецсредств. Тут можно было отыскать всё — от газового баллончика и ножа до снайперской винтовки неприлично крупного калибра.

Один из консультантов, заметив посетителей, поспешил к нам, расплываясь в дружелюбной улыбке:

— Алексей Аркадьевич, рады вас видеть! — провозгласил он.

А я даже не удивился. Привык, что у моего спутника везде знакомые.

— Ага, привет, Жень, — кивнул бритоголовый. — Семёныч у себя?

— Да, сейчас позову.

— Не надо, дорогу знаю, — отказался Зорин.

У меня уже пальцы сводило от желания подержать в руке все эти железки. Но пришлось тащиться на второй этаж к какому-то седому деду, который, видимо, здесь был за главного.

— День добрый! — поздоровался мой сопровождающий.

— А-а, большой клиент пожаловал! — обрадовался старик. — Какими судьбами, Алексей? По работе, али просто на новинки поглазеть?

— Первое. Нового сотрудника надо вооружить.

— Ну, раз такое дело…

Дед тщательно изучил мои новенькие документы, а потом снова куда-то повёл. Я уже зубами скрипел от нетерпения, но ожидание того стоило. Когда мы подошли к витрине с короткостволами, у меня глаза загорелись. Почувствовал себя ребёнком в кондитерской лавке.

Каких только пушек тут не было. И совсем мелкие — с женскую ладошку, и нелепо огромные бандуры, к которым впору колёса приделывать, как к зенитке. Воронённые, хромированные, полимерные, разноцветные…

Ну-с, приступим! Посмотрим, что в руку просится…