Мишура из фантиков и оберток

Алина проснулась и, не вставая с кровати, решила проверить почту на телефоне. Он ждал всю ночь, моргая зеленым огоньком, – заряжался на комоде на расстоянии вытянутой руки, дальше она его не отпускала.

Письма приходили разные: предложения о сотрудничестве, комментарии к записям в блоге, спам, коммерческие заявки («сколько стоит разместить ссылку на наш магазин в вашем инстаграме?»). На их фоне особенно странным выглядело сообщение от незнакомой читательницы: «Помогите, пожалуйста!!!»

Письмо смутило и напугало одновременно: «Добрый вечер, увидела Вашу страничку в инстаграме, мне 33 года, из-за серьезных проблем с сердцем я с 17 лет в инвалидной коляске, перенесла 6 операций, через год, следующей осенью, у меня будет очередная операция, как любая девушка люблю краситься, ухаживать за лицом, может быть, сможете мне прислать косметику? Бесплатно? Буду очень благодарна, жду скорейшего ответа, я не стала бы просить, но у меня сейчас очень трудная ситуация, все деньги уходят на безумно дорогое лекарство, без него я умру, спасибо за внимание! Адрес мой напишу Вам! Спасибооо огромное за внимание!»

Ничего подобного прежде Алина не получала. Текст письма ввел ее в ступор. Положила телефон на ладонь, отключила экран и тихонько погладила подушечками пальцев прохладную зеркальную поверхность.

Несколько лет подряд она занималась ведением блога, или, как шутил муж, «собиранием ненужного хлама» и «пусканием пыли в глаза».

В нем она делилась впечатлениями о косметике, делала фото (свотчи, как их называли профессиональные блогеры) теней, помад и прочего, чтобы читателям было легче определиться при покупке. Ей нравилось общаться с «себе подобными», или «косметическими маньяками», как они называли друг друга в шутку.

Читателей тоже хватало, но за много лет как обожания, так и негатива подобное письмо она получила впервые.

Состояние ступора сменила решимость. Быстро, большим пальцем, Алина начала набирать ответ. Было невероятно жаль несчастную девушку, которая не может позволить себе косметику. Как такое происходит в жизни, почему это допускают?!

Недавно она приняла участие в благотворительном флешмобе, вышло удачно: Алина пожертвовала несколько коробок косметики, ее продали по бросовой цене, а заработанное перевели в фонд поддержки бездомных животных. Им купили еды и необходимые лекарства.

Непонятно, кому акция помогла больше – ей или собачкам и кошечкам, но после у Алины прошла ненадолго депрессия, стало легче общаться с людьми.

– Соберу посылочку бедной девочке, – повторял внутренний голос.

Все необходимое лежало близко: часть декоративной косметики и средств для ухода – напротив кровати, другая – на нескольких полках шкафа, еще немного – в обувных коробках.

По правде сказать, ее банки занимали слишком много места в небольшой однокомнатной квартире, которую они снимали с мужем. Несмотря на то что на каждый праздник для родных и близких на сто лет вперед у нее был заготовлен отдельный пакет с кремиками, шампуньками и лосьончиками, горы из коробок с косметикой только росли, их не становилось меньше.

Алина не очень распространялась об этом (только в инстаграме, для любимых подписчиков), но дополнительно для хранения тюбиков пришлось купить пару комодов в «Икее», которые муж собрал и поставил в прихожей. С каждой полки на нее с укором смотрели банки, тубы, флаконы, торчала тушь, выкатывались пузатые блески для губ и, словно герои известной сказки, просили: «Намажь меня».

Представители марок с удовольствием сотрудничали с Алиной. Кому не понравится молодая и симпатичная девушка, способная с одинаковой отдачей оформлять посты о любых продуктах – дорогих и копеечных – и делать яркие и не повторяющиеся коллажи.

Декор для них хранился отдельно, на балконе. Муж смеялся и называл Алину сорокой, которая тащит в дом все блестящее, украшает гнездо мишурой из сверкающих фантиков и оберток, имитируя лакшери лайф на трех квадратных метрах между сушилкой для белья и старым пылесосом, который жалко выкидывать на помойку.

Получалось это у нее с легкостью. Достаточно расставить банки на большом светлом фоне, положить рядом сухой цветок, солнцезащитные очки, возможно, сумочку подходящего цвета, раскрытый как бы не нарочно глянцевый журнал, вытянуть по всей длине кадра переливающиеся на свету бусы. Несколько перышек, стекляшек, и «сейчас вылетит птичка», которая, как по веткам, поскачет из одной соцсети в другую: пост-анонс, пост-анонс.

Алина спрыгнула с кровати, нашла коробку из-под подарочного пресс-кита и стала скидывать туда все, что могло пригодиться больной девушке.

«Я ее вмиг осчастливлю! – воодушевилась после успеха с собачками. – Надо только посмотреть, какого цвета и типа у нее волосы, чтобы подобрать подходящий уход». – Алина вела блог уже несколько лет и могла считать себя профессионалом в вопросах выбора косметики.

Бросила все в кучу, полезла в инстаграм. С фотографий на нее глядела миловидная девушка. Она то стояла, облокотившись на дорогое авто, то, смеясь, обнимала подружек в кафе. Алина замешкалась, перечитала письмо. Снимков инвалидного кресла она не нашла, но легко обнаружила привычное #фотоног.

Решила посоветоваться, как поступить, в сообществе бьюти-блогеров в фейсбуке. Описала ситуацию, нажала «опубликовать». Чтобы не нервничать и не ждать ответа перед монитором часами, заглянула в ванную, умылась, приняла душ, а после составила список покупок.

«Бананы, помидоры, гречка, – одной рукой набирала в блокноте телефона она, а другой стирала набегавшие от щиколоток все выше и выше к бедрам мурашки. – Молоко 1 бутылка, йогурты, зерненый творог, рис, картошка».

Алина старалась вести здоровый образ жизни, одновременно экономить и готовить дома. Работу найти не получалось, тратить весь заработок мужа на продукты было стыдно, пришлось делать вид, что кашка из злаков ей ближе, чем капкейки, пицца и роллы.

Так получалось меньше тратить на еду и дома оставались хоть какие-то деньги, чтобы сходить раз в месяц в кино или купить одежду на распродаже. Да и фотки с кашей, йогуртом и тегом #мойзавтрак или #мирдолжензнатьчтояем смотрелись симпатичнее, чем пирожки с картошкой.

Когда закончила со списком и отправила его по электронной почте мужу (все равно не смогла бы донести продукты до дома), Алина решила проверить фейсбук.

Никто в сообществе не знал, что делать, но некоторые девушки высказались. Надя, давняя знакомая Алины, считала, что отправлять ничего не стоит. По ее словам, такие люди уверены, будто другие им обязаны. «Думают, наверное, мы богатые», – написала она и поставила кучу смайликов.

Света напомнила всем о том, что раньше в истории России так и происходило: забрали у богатых имущество и поделили между теми, кто решил, что нуждается больше. «Все дело в ее предках, – решила Света. – Эта убогая психология ей просто по наследству досталась, не обращай внимания».

Настя рассказала, что читала о таких людях. Они пишут объявления в газетах, будто живут в деревнях и нуждаются во всем – от еды и одежды до любой техники. Она не верила, что кому-то надо столько всего, и предположила: наверное, это бизнес, «хотя, мало ли, может, и правда в России много бедных».

Алине стало совсем нехорошо. Она снова открыла инстаграм девушки. На глаза попалось фото с кофе из «Старбакса», следующее было с кусочком пиццы, а вот улыбающаяся, сияющая здоровьем, несчастная больная стоит в обнимку с подругами, «выгуливает новое платье» в крупном магазине, а вот примеряет смешную шапочку из новой коллекции известной марки.

«И ведь совсем не выглядит больной, – подумала Алина. – Более того, ее жизнь гораздо ярче моей, она постоянно куда-то ходит, чем-то занята. Это я сижу дома, делаю бесконечные макияжи, а после часами редактирую снимки в фотошопе. И хорошо, если пара из них получится удачными! И откуда у нее, черт возьми, телефон с таким высоким разрешением?»

Сначала Алина тихо свирепела, но в какой-то момент не уследила за собой и превратилась в кипящий чайник. Топнула ногой от бессильной ярости и села за ноутбук придумывать варианты ответов. Первый, самый простой: «Пошла ты!» – стерла в ту же минуту, слишком вульгарно и недопустимо даже по отношению к обманщицам. Она ведь публичный человек, это вопрос репутации.

Сочинять второй вариант пришлось дольше. Во время его написания периодически Алина произвольно стучала по клавиатуре и злобно рычала, когда не могла найти подходящее слово.

После долго жала на стрелочку backspace и терпеливо продолжала: «Добрый вечер! Так как вы не подписались, я не знаю вашего имени и как к вам обратиться. Помогите мне понять: вы пишете, что болеете и передвигаетесь в инвалидном кресле, но на фото в инстаграме у вас отличные, стройные ноги и вы на них неплохо держитесь. В чем же дело? Может, вы что-то приукрасили или не договариваете? Может, вы просто очень хотите получить косметику нахаляву, потому что думаете, что ничем не хуже меня? Но почему бы вам тогда не начать вести свой блог, отдавать этому занятию по 6—8 часов в день, а я буду ходить по кафе, встречаться с подругами и смотреть все новинки кино. Может, так и поступим?»

Алина поняла, что и тут ее немного заносит, но уже не могла успокоиться: мурашки взбунтовались – теперь ее порядком потрясывало.

Пошла на кухню выпить чаю, чтобы отвлечься. Еще больше расстроилась, когда вспомнила, что за день не сделала ничего продуктивного ни для блога, ни для соцсетей, ни для себя – только сидела перед монитором. После злополучного письма словно опустились руки, она еще глубже спряталась в ракушку, из которой только начала выбираться на свет, заведя блог.

Конечно, это не очень нормально, когда дома лежит тьма косметики и наверняка не всей ты успеешь воспользоваться – есть сроки годности. Но, как любому коллекционеру, ей нравились баночки – тубы, спреи, бруски мыла, пол-литровые бутылки, исписанные иероглифами, палетки теней и средства для завивки волос, флаконы с духами и щипцы для ресниц, ампулы от морщин и пена для умывания, бесконечная мицеллярная вода и тоники из разных трав, и помады, помады, помады. Они приносили радость и поднимали настроение, их нравилось держать в руках и перебирать, как другим людям марки, пластинки, дорогое вино или украшения.

К тому же доставались они бесплатно. Тратила Алина только время, которое воспринимала лишь как бесконечное вращение двух неравномерных стрелок, так беззаботно она к нему относилась.

Другой, более предприимчивый человек за те же шесть часов в день заработал бы необходимую сумму и купил все, что пожелает, но Алина просто не хотела этого делать. Ей нравилось, как косметика появлялась, словно из небытия, в ее квартирке, отвоевывая все больше и больше пространства. Она привыкла обрастать ненужными вещами, которые скоро придется выбросить на помойку.

Может, именно поэтому работа и не находилась, но развивать мысли о связи безработицы с блогом было равнозначно окончательному скатыванию в депрессию.

Чай оказался слишком горячим и обжигал язык и гортань, но стало немного легче. Алина занялась уборкой, а после углубилась в кулинарные книги, готовка успокаивала. К вечеру соорудила для уставшего мужа нехитрый ужин – крем-суп и бадейку салата.

– Что празднуем? – не понял тот.

– Мой нервный срыв, – ответила Алина и рассказала о письме.

Когда муж читал его, то периодически кривился, словно от зубной боли. Казалось, ему физически неприятна эта ситуация. После долго молчал. Алина очень настойчиво просила высказать свое мнение. Он еще тянул какое-то время, молча пил чай вприкуску с сахаром, старался перевести тему, но разговор все равно возвращался к одному и тому же предмету.

Поначалу он хотел рассказать ей об одном случае, который вспомнил сразу, стоило только прочитать письмо, но не смог – только покусал губы, но так и не произнес ни слова.

Постыдными поступками он не делился ни с кем. Близкие знали его другим – честным, ответственным парнем, на которого можно положиться.

Сегодняшний образ совсем не вязался с ним 13-летним. Особенно в тот день, когда он вместе с одноклассниками украл («Мы просто взяли на время», – скорректировал внутренний голос) у дяди инвалидное кресло, пока тот спал, и укатили к подземному переходу.

Пацаны перемазали ему лицо грязью, порвали штаны и рубашку, и он притворялся больным, припадочным – вполне натурально стонал, подвывал и пел какую-то жалостливую песенку, скривив рот. Даже слюни пускал! Не зря играл в КВН и школьных спектаклях: люди приняли выступление на ура. В шапку, которую бросили рядом с коляской, набралось много денег.

За вечер они заработали столько, сколько не удавалось родителям за месяц, но на радостях не заметили, как к ним подошли разношерстные, уродливые люди – «профессиональные нищие».

Они так сильно избили мальчишек, что один в итоге попал в больницу с переломом ребер («Он был очень толстый и просто не угнался за остальными», – успокаивала совесть).

Про коляску подростки от страха забыли, оставив у перехода, и бродяги ее сломали, да так, что та не подлежала ремонту. Дяде пришлось сидеть дома почти полгода, пока родители не выплатили долг за новую. Деньги у детей отняли нищие.

Он устроился на автомойку, чтобы поскорее выплатить долг. После уроков вместо спортивной секции ходил и до вечера мыл чужие машины. Так у него появилась аллергия на чистящие средства. В секцию вернулся, как только отработал долг.

Алина заметила сильный перепад настроения у мужа и решила его не беспокоить. Знала, что тот сильно устает после работы, и дала ему возможность немного побыть в тишине, помедитировать. Подождала, пока сам не позовет.

Через несколько минут он предложил помочь. Сел за ноутбук, быстро набрал текст.

Получилось неплохо: «Добрый вечер! Спасибо, что написали, мне очень приятно, что вы меня читаете! Я могу отправить вам косметику, но у меня нет возможности оплатить услуги доставки – почты или курьера (на ваше усмотрение). Так что, если вы готовы потратиться на пересылку наложенным платежом или курьером, напишите мне. С уважением, Алина».

Сама бы она такой текст точно не сочинила. Нажала кнопку «отправить». Дело сделано.

Алина глубоко вдохнула, выпрямила начавшую ломить спину. На выдохе стало невероятно легко, словно тело очистилось от заразы, вируса или тяжелой болезни.

Ответа не последовало ни в этот день, ни на следующий, ни даже через неделю.