Глава 9
Не успела я войти в комнату, как Ленка огорошила меня просьбой:
– Вииик! Помнишь, свой концертный мейкап? Ну, когда ты «Кукушку» пела. Ты тогда таа-ак красиво накрасилась, просто блеск! Сделай мне в тихий час смоки айс! Пожа-а-луйста!
Змея внутри меня зашипела: «Зззачем тебе макияж, как у Барби? С какой стати ты мой стиль копировать будешшшь? Ведь таких, как я, хоть пруд пруди. Иди-ка лучшшше к Карине. Пусть она тебя накрасссит».
Впрочем, я не позволила змее укусить эту двуличную лицемерку, а вполне дружелюбно спросила:
– С чего это ты загорелась сегодня преобразиться?
– Так дискотека же! – ответила она.
Ну конечно! Дискотека! Вот оно, решение!
У меня сразу же сложился в голове пазл: вечером я всех ослеплю. А чего откладывать? Буду неотразима. Изо всех сил постараюсь. На Каринку никто и не взглянет.
Я придирчиво пересмотрела тряпки из чемодана. Выбрала ультрамини (ха, увидим теперь, чья возьмет). Достала из тумбочки эпилятор, включила его и принялась водить плавающим розовым валиком по левой ноге.
Слава тому, кто придумал эпиляцию. Если бы не процедура, разве я бы заметила ЕГО? Как же! Заметила бы через пару дней, когда он бы налился моей кровью под завязку.
В памяти с бешеной скоростью замелькали плакаты, которые я раньше рассматривала в медицинском отделении санатория и в парке:
«Крымская геморрагическая лихорадка».
«Летальность 10–40 %».
«Сыпь на кожных покровах и слизистой, кровотечения внутренних органов, гематомы».
А-а-а-а-а!
А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!
Расстояние до кабинета медсестры я покрыла в несколько секунд. В одной тапке. С выпученными глазами.
– Кле-е-ещ! – завопила я и чуть было не снесла дверь.
– Показывай, – совершенно спокойно (бездушная!) приказала медсестра.
Она осмотрела коричневое пятно на щиколотке, села за стол и принялась писать.
Только представьте себе: я, может быть, умираю, а она знай себе пишет.
– Когда вы его будете вытаскивать? – не выдержала я.
Медсестра медленно подняла на меня взгляд и ответила:
– В больнице вытащат. Иди, собирайся. Я тебе направление выписала.
Я даже рот закрыть забыла. Значит, я так и буду с клещом в ноге расхаживать?
А потом пришлось ждать, пока Анна Валерьевна сдаст отряд дежурной воспитательнице и вызовет такси. Все это время отвратительное насекомое сидело у меня под кожей. Ы-ы-ы-ы.
А больница? Как можно размещать больницу на окраине города? Я пока доехала, вся извелась – представляла, как клещ пьет мою кровь и раздувается. Едва вытерпела.
Наконец, я оказалась в кабинете врача. Медсестра велела мне сесть на кушетку и положить ступню укушенной ноги на колено другой. Не успела я испугаться, как все было кончено.
– Зверь, – со смехом сказал врач, показав мне отправленное в пробирку насекомое.
– Доктор, а какова вероятность того, что клещ был… плохим, ну, инфицированным? – спросила я.
– Вероятность ничтожно мала, – успокоил меня врач. – В Кисловодске ни одного случая заражения в этом году не зафиксировали.
Я приободрилась. Почувствовала себя настолько в духе, что даже поболтала с Анной Валерьевной на обратном пути в санаторий.
– Расскажите, как нарты-богатыри превратились в горы, – попросила я.
– На этот счет существует множество легенд, – сказала она. – Вот, например, такая.
В давние времена жили в этих местах богатыри, и самым главным из них считался умудренный годами великан Эльбрус. И было у вождя славного племени два ребенка – сын Баксан и дочь Малка. Очень он любил своих детей и с беспокойством думал о том, что однажды придется выдать Малку замуж. Это означало, что с ней предстоит расстаться, – отпустить из родного дома. Того он не ведал, что дочь давно была влюблена в бедного пастуха по имени Терек.
Никогда Эльбрус не позволил бы родному чаду уйти в нищую семью, поэтому Малка решилась убежать из дома. Темной ночью отправилась она в путь, чтобы соединиться с возлюбленным. Утром отец обнаружил исчезновение дочери и послал сына ей вдогонку. Быстро настиг Баксан сестру и стал заклинать ее вернуться домой. «Малка, отец в гневе. Возвращайся!» – говорил он.
«Прошу тебя, пожалей меня! Нет мне жизни без Терека!» – умоляла сестра брата. «Если я явлюсь домой без тебя, не простит меня отец», – отвечал Баксан. Тогда Малка предложила брату бежать на восток вместе с ней.
Долго ждал Эльбрус своих детей. Наконец, он понял, что они не собираются возвращаться. Исказилось гневом лицо великана, проклял он непокорных, превратив их в реки. Рассердились за это на Эльбруса боги и заставили его окаменеть.
Река Малка начинает путь от ледников двуглавой горы. Вслед за ней спешит Баксан. Спешит и настигает. Они вдвоем несут воды, пока не сольются с Тереком, чтобы всем вместе мчаться к Каспийскому морю.
* * *
На дискотеку я так и не пошла. Боевой настрой улетучился. Пока отряд веселился на танцполе, я лежала в комнате, смотрела в потолок и думала о легенде.
Не бывает такого. Отец не разрушит своему ребенку жизнь. Отругает, накажет, но не станет ломать судьбу.
Наверное, это не настоящая легенда.
