[517] Новый главарь банды Чжунлин

После вся ватага вернулась в логово, чтобы отпраздновать прибавление в банде. Бандиты выкатили бочки с вином и стали пировать, пару чашек силой влили и Ли Цзэ. Вино ему не понравилось, но оно немного развязало язык. Цзао-гэ не пил, все больше выспрашивал Ли Цзэ о том, кто он и откуда и что за люди были его родители.

Ли Цзэ мало что мог рассказать: отца он помнил очень плохо, а мать не любила о нем говорить, но он знал, что отец был отличным охотником и уважаемым человеком в деревне. Вот только однажды он промахнулся. Ли Цзэ не знал точно, от лап, или клыков, или рогов какого зверя погиб его отец, но деревенские понижали голос до шепота, когда говорили о том, как было изуродовано его тело.

– Это точно демон сделал! – авторитетно сказал Янь Гун, который, конечно же, сидел тут же и слушал.

Ли Цзэ нахмурился и высказал очень мудрую для мальчика двенадцати лет мысль:

– Я не встречал демонов. Чудовищами были и остаются люди.

– Демонов я тоже не встречал, – сказал Цзао-гэ, не забыв отвесить мальчишке-евнуху подзатыльник. – А ты помалкивай, Гунгун. Раскудахтался! Ты сам хоть одного видел?

Янь Гун демонов не видел, но верил в них, потому на его шее болталось несколько амулетов от злых сил. Он рассуждал так: не станут же люди просто так выдумывать такие ужасные вещи, они наверняка должны были происходить на самом деле.

– Самое время устроить набег на деревню, – сказал кто-то из бандитов, – пусть новый вожак покажет свою силу!

– Дельная мысль, – согласились остальные.

Ли Цзэ, услышав это, нахмурился еще сильнее и встал. Бандиты тут же стали пихать друг друга локтями: новый главарь будет говорить! Они отставили кружки и чашки, вытерли усы и бороды и выжидающе уставились на него.

– Мы больше не будем устраивать набеги на деревни, – категорично сказал Ли Цзэ, – но в деревню наведаемся нынче же.

Бандиты начали переглядываться. Как так не устраивать набеги? На то они и бандиты, чтобы грабить и убивать. Банда Чжунлин вот уже почти тридцать лет наводила страх на окрестные деревни.

К чести вожаков, прошлых и нынешних, людей зря они не убивали, но если крестьяне давали отпор, что бывало весьма редко, то в пылу сражения могли кого-нибудь и прирезать или пристукнуть.

Убить кого-нибудь из солдат, посланных в горы из города, чтобы избавить окрестности от разбойников, считалось хорошим делом, поскольку неизменно приводило к пополнению арсенала. Некоторые солдаты переходили на сторону бандитов и оставались в горах Чжунлин: жизнь простых вояк в армии была нисколько не легче крестьянской, разве только кормили получше.

Цзао-гэ поднял ладонь, чтобы галдевшие бандиты примолкли, и спросил:

– И зачем же мы наведаемся в деревню, если не будем ее грабить?

Ли Цзэ, задумчиво водя глазами по сторонам, не замечал, что глаза присутствующих округляются, а лица вытягиваются: он машинально вертел в руках клюку, которой ворошил угли в костре, и она давно уже превратилась в крендель под его сильными пальцами. Вероятно, бандиты сочли это намеком: ослушаешься приказа – в бараний рог согну!

– Крестьяне и без того нищие, – сказал Ли Цзэ наконец, но взгляд его все еще был отрешенным, – засуха сгубила посевы, старые запасы зерна отобрал ван, людям нечего есть, они буквально умирают с голода. Разве совесть не говорит, что стыдно измываться над слабыми?

– Была бы у нас совесть, – резонно заметил Цзао-гэ, – бандитами мы бы не стали.

Бандиты одобрительно загудели.

– Неправда, – возразил Ли Цзэ убежденно. – Ты хороший человек, Цзао-гэ. Ты поступил по совести, хотя просто мог убить меня и забрать подвеску себе, вместо того чтобы состязаться со мной. И свое место тоже ты мог бы не уступать, однако же сдержал слово.

– Убить тебя, – фыркнул Цзао-гэ, – когда ты валуны с одного пинка в свободный полет отправляешь! Это надо самоубийцей быть.

Бандиты загоготали.

– Но мы бандиты, – сказал Цзао-гэ уже серьезно, – мы грабим людей.

– Вот и будете грабить, – сказал Ли Цзэ, – только не людей.

– Разыщем логово демонов? – пришел в восторг Янь Гун.

– Если же не людей, тогда кого? – спросил Цзао-гэ, отвесив мальчишке-евнуху еще подзатыльник.

– Вана.

Воцарилось недолгое молчание.

Потом Янь Гун неуверенно спросил:

– А разве ван не человек?

– Этот – нет, – жестко выплюнул Ли Цзэ, и по его лицу пошла судорога. – Но я уверен, что он богат: у него есть и зерно, и золото. Зачем шерстить нищих крестьян, когда под носом такая богатая добыча? Неужели до сих пор никто до этого не додумался?

– Но вана хорошо охраняют, – сказал кто-то из бандитов, – у него две дюжины наемников.

– Это сотня разбойников или сотня трусов? – хлестко спросил Ли Цзэ.

Вот тут уже бандиты зароптали, даже Цзао-гэ нахмурил брови. В трусости никого из них нельзя было обвинить, все они были отчаянные ребята. И тем обиднее было слышать такое от мальчишки, пусть он и вожак.

– Да сдрейфили, – фыркнул Янь Гун, пихнув Ли Цзэ локтем в бок. – Слушай, Цзэ-Цзэ, мы и вдвоем справимся. Чур, добычу пополам.

– Умом тронулся, Гунгун? – опешил Цзао-гэ.

– А чего мне бояться? Цзэ-Цзэ благословение Небес получил, разве он не справится с какими-то жалкими наймитами?

Бандиты начали переглядываться и перешептываться. Этот момент они как-то упустили. Действительно, Ли Цзэ был невероятно силен и сам мог справиться с наемниками, но вместо этого предложил им устроить набег всем вместе, а значит, и добычу поделить поровну. Ветер сразу переменился, когда они подумали о барышах.

– А что? – загалдели они. – Можно и вана. Наемники? Да тьфу на этих наемников! Среди нас и настоящие солдаты имеются, и Ли-дагэ с нами, чего нам бояться?

– Ты хочешь только ограбить вана? – проницательно уточнил Цзао-гэ, пристально глядя на Ли Цзэ.

Лицо того было безразлично, когда он ответил:

– Нет, не только. Убить. Испросить чуда у Небес, чтобы вернуть ему жизнь, и убить снова. Пока не уймется этот клокочущий вулкан в груди. – И он сжал пальцами одежду поверх солнечного сплетения.

Цзао-гэ не особенно удивился, только покачал головой. Он подозревал что-то подобное: мальчишка хочет отомстить вану за смерть матери, потому и заручился поддержкой разбойников. Цзао-гэ разбирался в военном деле и знал, насколько хорошо бывают обучены наемники у богачей. Нужно быть безумцем, чтобы сунуться против них в одиночку, пусть ты и получил благословение Небес. И Цзао-гэ нисколько не сомневался, что Ли Цзэ тоже все это отлично понимает, поэтому и пришел в горы Чжунлин, чтобы бросить ему вызов. Но все это Цзао-гэ не особенно беспокоило: у бандитов численное превосходство, с наймитами они расправятся быстро. Куда больше его беспокоило будущее банды: что станет делать Ли Цзэ, когда его месть свершится?

Но Цзао-гэ был из тех, кто испытывает судьбу, поэтому он снова поднял ладонь, призывая бандитов к вниманию, и они его послушались по старой памяти.

– Ли-дагэ сказал грабить вана, – произнес Цзао-гэ. – Это приказ вожака, а приказы вожака выполняются безоговорочно.

«Поглядим, чего ты стоишь, Ли Цзэ, получивший благословение Небес», – подумал он.