Глава 17
В Судебную коллегию по уголовным делам
Краснодарского краевого суда от адвоката
Адвокатской палаты
гор. Москвы
Таганцева Марка Сергеевича
в интересах осужденного
Зеленского Макара Арсеньевича ч. 1 ст. 105 УК РФ
КАССАЦИОННАЯ ЖАЛОБА
на приговор городского суда г. Сочи
21 января 2012 г. приговором городского суда г. Сочи Зеленский М.А. осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к наказанию в виде 10 (десяти) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
С приговором суда не согласен, поскольку он постановлен с нарушением ст. 297 УПК РФ и является незаконным, необоснованным и несправедливым…
Суд при вынесении приговора существенно нарушил нормы процессуального права…
Неоднократно мной были заявлены ходатайства о проведении дополнительного следственного эксперимента, в удовлетворении которых председательствующий необоснованно отказывал.
Считаю, что Зеленский М.А. не совершал убийства Старченко М.Г., не виновен и его необходимо оправдать в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ…
На основании изложенного и руководствуясь ст. 375, 379–384 УПК РФ,
ПРОШУ:
1. Отменить приговор городского суда г. Сочи от 21 января 2011 г. и направить дело на новое рассмотрение в другом составе суда.
«» 2012 года. Адвокат: Таганцев М.С.
в интересах осужденного
Зеленского М.А.
Секретно
агент Ефимов
АГЕНТУРНАЯ ЗАПИСКА №…
Источник сообщает, что, находясь в ресторане со Старченко Григорием Николаевичем, который пригласил источника отметить день рождения, будучи в сильном алкогольном опьянении, Старченко проговорился, что его сын на самом деле убит не был, а находится за границей в Австралии, куда он, Старченко Г.Н., отправил его, опасаясь за его жизнь.
На вопрос источника, за что его хотят убить, Старченко ответил, что сын проиграл в карты огромную сумму денег. Называется один миллион долларов.
Испугавшись, что наговорил лишнего, Старченко опомнился и больше к этой теме в разговоре не возвращался.
Принял оперуполномоченный ОУР
ст. лейтенант Сидоров
Заместитель начальника уголовного розыска города, читая данную записку, почувствовал, как у него встали дыбом не только остатки волос на голове, но и вздыбились все остальные, разбросанные пучками по телу.
— Как тебе ума хватило зарегистрировать такую агентурную записку?! — орал он на стоявшего перед ним навытяжку подчиненного. — Да если эту бумагу увидит какой-либо проверяющий из Москвы, на уши поднимут всех! Всю сочинскую полицию, следственный комитет и даже прокуратуру! Мало никому не покажется!
— Так я, товарищ полковник, считал эту информацию важной, поэтому поставил ее на свой контроль. Как лучше хотел.
— Идиот! В зад себе засунь эту бумажку, и чтоб я ее больше не видел.
Полковник нервно открыл флакон с таблетками и закинул в рот сразу две штуки.
— Если бы записка не была зарегистрирована, ее стоило бы сжечь, а пепел по ветру над морем развеять, чтоб и следа не осталось, — в сердцах сказал он, но уже более спокойно. — Но теперь поступим иначе. Пусть Сидоров перепишет ее примерно следующим образом: «Источник сообщает, что после того, как Старченко слегка протрезвел, он разрыдался и заявил, что все сказанное — его фантазии, вызванные сильными переживаниями из-за смерти сына. Он почти каждую неделю ходит к нему на могилу и разговаривает там с ним, как с живым».
Москва. Спустя пять месяцев
Машина неслась по свободной трассе, не встречая препятствий. Марк был уже за МКАДом, ехал в свой загородный дом. Он включил погромче музыку, открыл окно, впуская утреннюю прохладу, и с наслаждением откинулся. Крутя одной рукой руль, он меланхолично поглядывал по сторонам.
День обещал быть спокойным и размеренным. Обычный будничный день. И слава богу: последнее время очень не хотелось никаких потрясений.
Достав из бардачка шоколадную конфету, он развернул ее и меланхолично сунул в рот. Мысли его были заняты обдумыванием деталей написания надзорной жалобы, которую он собирался подавать в Президиум Краснодарского краевого суда. Его не устраивало, что кассационный суд оставил приговор Макару Зеленскому без изменений, снизив срок наказания всего лишь на два года — с десяти лет до восьми, а кассационную жалобу без удовлетворения.
На светофоре Марк остановился, лениво повернул голову направо. В глаза бросились крупный нос, короткопалые волосатые руки на руле, короткая стрижка с проседью. В джипе, остановившемся рядом с ним бок о бок, сидел отец Михаила Старченко Григорий. Вот недаром же говорят, что если где случайно и встречаться, то именно в Москве. Со всей страны люди приезжают и потом в многомиллионном городе друг на друга натыкаются. Фантастика, но факт.
Марк достал очередную конфету и машинально взглянул в сторону Старченко. И в этот момент мужчина наклонился так, что стал виден пассажир на переднем сиденье. Его глаза, нос, губы, лицо в профиль и затем анфас, когда парень на мгновение повернулся, — без всякого сомнения, это был «покойный» сын Григория Николаевича Михаил. Конечно, Марк не видел его живым, но за время проведения расследования насмотрелся столько самых разных фото и видео парня, что мог узнать его с закрытыми глазами на ощупь.
Джип тронулся, и Марк торопливо направил свой автомобиль следом.
Старченко набирал скорость. Марк старался от него не отставать. Но когда стрелка спидометра перевалила за сто двадцать и стала неуклонно подбираться к двумстам, сомнений не осталось: Старченко понял, что его заметили.
— Вадим? Кто у тебя сейчас на постах? Люди надежные? — прокричал Марк в телефон. — Мне позарез нужно остановить одну машину! Под любым предлогом! Двадцать третий регион, госномер сто сорок пять, буквы «эр-у».
— Понял, Марк Сергеевич, сейчас всех обзвоню.
— Да поскорее! — поторопил он и, уже отложив телефон, добавил: — Гонит так, что не дай бог перевернется. Ему, может, и все равно, а мне на тот свет не хочется.
У развилки шоссе Марк притормозил, не решаясь ехать на красный свет. Старченко-старший, не задерживаясь и едва не врезавшись в бензовоз, понесся дальше. Вероятно, страх быть пойманным оказался сильнее доводов разума.
— Уйдет же, уйдет, — ударил в сердцах по рулю Марк. — Вадим! За рулем автомобиля неадекватный человек. Сейчас создал аварийную обстановку на дороге, бензовоз едва не перевернулся. Останавливайте любыми силами!
— Понял, Марк Сергеевич.
Марк мысленно поблагодарил папу и судьбу, благодаря чему у него в органах ФСБ и МВД всегда было полно друзей. Не зря же говорят: «Не имей сто рублей, а имей друга — начальника ГАИ». Кто бы его сейчас слушал, если бы не связи?
На следующем посту ГАИ первое, что увидел Марк, был перевернувшийся и дымящийся автомобиль. Рядом стояли оба Старченко — отец и сын, с руками, закрученными за спину лихими молодцами-полицейскими.
— Ну, здравствуй, Миша, — сказал Марк, выходя. — И как тебе в покойниках числиться — понравилось? Не тесноват оказался саван мертвеца?
Спустя две недели.
Сочи, загородный дом Арсения и Альбины Зеленских
— Карина, неси блюдо, утку уже нужно вынимать! — крикнула Альбина.
— Бегу, бегу.
Карина стремглав, по-молодому понеслась в дом.
Дина проводила ее взглядом. За то время, что прошло с их первого знакомства, обе женщины на ее глазах подверглись нескольким метаморфозам. От растерянных и оглушенных горем до совершенно потерявшихся во времени и пространстве — особенно Альбина. Карина все-таки, хотя и сильно переживала, но не доводила себя до такого состояния, как мать Макара. А потом — обратно, в цветущих жизнерадостных женщин.
Только иногда по лицу Альбины пробегала тень, когда речь заходила о здоровье Макара. Предстояли две операции: нужно было исправить неправильно сросшиеся кости руки и удалить опухоль. Как объяснили врачи, стресс, сильнейшие переживания привели к тому, что у мальчишки не выдержала иммунная система. Но прогноз давали благоприятный: Макар быстро шел на поправку.
— Дина, а вы умеете готовить утку по-пекински?
— Нет.
— О, вам обязательно нужно научиться! Это такая вкуснятина, Марку Сергеевичу обязательно понравится!
— Нет, спасибо, — Дина поежилась, мысленно прикинув весь процесс. — Это слишком долго и хлопотно. Я не выдержу.
— Но почему? Может, вам только кажется, что все так сложно?
— Я люблю быстрые рецепты, — пояснила Дина. — А готовить одно и то же блюдо несколько дней — не по моему темпераменту. Эта несчастная утка у меня или протухнет, или засохнет. Я просто о ней забуду.
— Ну ладно, тогда будете к нам приезжать ее есть, — улыбнулась Альбина.
— Вот это с удовольствием!
Утка оказалась великолепной. Настолько, что на время за столом воцарилась полная тишина. Даже Дина, которая последнее время страдала полным отсутствием интереса к еде, отдала должное мастерству повара. Но, насытившись, принялась исподтишка разглядывать, кто как ест.
Марк и здесь не изменял себе. Она всегда поражалась, как ему удается быть таким подвижным и бойким, оставаясь одновременно роскошно вальяжным. Иногда Дина казалась сама себе рядом с ним мелкой и суетливой.
Он и сейчас ел все спокойно и с расстановкой, вот только между бровями у него пролегли две глубокие морщинки. Дина догадывалась отчего: он уже полностью погрузился в новое дело.
— Марк Сергеевич, расскажите нам все-таки по порядку, как на самом деле все произошло, — попросила Карина.
Все сразу же перестали жевать и уставились на Марка. Он поперхнулся:
— Вы уверены? За столом все-таки сидим.
— А ты без кровавых деталей, только суть, — поддержала просьбу Дина. — Ну, пожалуйста!
— Ладно, слушайте. История началась давно, еще два года назад. Именно тогда Михаил Старченко увлекся карточной игрой. Человек он, как вы, наверное, знаете, увлекающийся, безбашенный, поэтому остановить его не могли ни доводы разума, ни уговоры друзей. Поначалу он, как и полагается новичку, проигрывал малые суммы. Потом карманных денег ему стало не хватать, и он начал занимать у друзей. Друзья у него в основном люди небогатые, только Макар мог похвастаться крупными карманными суммами. Так набежал долг в сто тридцать тысяч. Естественно, эта цифра возникла не сразу. Сначала были пять тысяч, потом еще пять, потом десять — на «отыграться». Парадокс таких долгов в том, что когда человек дает в долг приличную для него сумму и подсознательно чувствует, что ему могут не вернуть, он начинает нервничать и совершать ошибки. Одна из них, самая распространенная, кстати, это занимать должнику снова и снова, покупаясь на его обещание «потом все одним разом отдать».
Так, Макар однажды снял со своей карточки уже двадцать пять тысяч. Михаил убедил его: для возврата карточного долга ему нужно именно столько, иначе он не поднимет пятьдесят. Как вы догадываетесь, эти деньги он благополучно проиграл. Конечно же он и сам горячо верил, что это досадная случайность, и убедил в этом Макара. Но на сумме в сто тридцать тысяч Макар сломался. Решительно отказав Михаилу в новых деньгах, он потребовал вернуть весь долг.
Старченко деньги нашел — у отца в сейфе. Вот только отдавать их своему кредитору он не спешил. Вместо этого он решил снова попытаться выиграть в карточной игре.
Дальше все еще печальнее. В тот же день он не только проигрывает украденные у отца деньги, но и влезает в крупный долг. Его кредитор, Гурген Салавян, давно положил глаз на земельный участок, принадлежащий Григорию Старченко. Но Григорий Николаевич расставаться с землей ни в какую не соглашался.
Испробовав все доступные ему методы воздействия на неуступчивого продавца, Гурген решил действовать хитрее. Щедро одаривая Старченко-младшего кредитами, он успокаивал его, заверяя, что тот может не торопиться отдавать долг. Михаил сорил деньгами, наивно полагая, что Гурген все делает из чистой симпатии к нему. Салавян же, дождавшись, когда сумма приблизится к миллиону долларов, потребовал долг вернуть. В сумму было включено все — даже плата за такси, счета в ресторане… Участок же, на который претендовал Гурген, стоил чуть больше миллиона.
«Если деньги не будут отданы, ты умрешь», — пригрозил Салавян Старченко-младшему.
Михаил испугался и рассказал все отцу. Разразился страшный скандал. Тут я оговорюсь: в некий период времени, когда я вел расследование, нестыковки в сроках пропажи Старченко и появления тела заставили меня подозревать в убийстве отца. Эту версию подтверждал и разразившийся в их доме скандал. По свидетельству соседей, Григорий Николаевич страшно кричал, Лариса Васильевна плакала.
Но я быстро отбросил в сторону эту версию: не совпадали сроки. После того скандала Старченко-младшего видели живым. Но у Старченко-старшего к тому времени уже был план. Не буду утомлять подробностями расследования, расскажу саму суть. Идея заключалась в том, чтобы переправить Михаила на какое-то время в Австралию. Для этого заранее был сделан загранпаспорт на чужое имя и снята квартира. Для того чтобы все подготовить, Григорий Николаевич летит в Австралию в конце сентября. А вернувшись, назначает дату и время. Место должно было быть не слишком шумное, но и не заброшенное — иначе труп не нашли бы в нужные сроки. Решили, что висячий мост у форелевого хозяйства — самое то. По замыслу Старченко-старшего, труп должны были найти в ближайшие же дни. Но тут возникла неувязка: из неопознанных трупов, которые ему предлагали в морге к захоронению, только один был более-менее похож на Михаила. Остальные настолько отличались по возрасту и внешности, что даже думать было нечего выдать кого-либо из них за Старченко-младшего. А тот труп, что был похож по росту и цвету волос, имел сильные гнилостные изменения. Погибший парень был найден в июле, спустя десять дней после смерти. Труп нашли там же, в Мзымтинском ущелье. Чета Старченко дала согласие и оплатила «услуги».
Тело погибшего парня обрядили в одежду Михаила и ночью перевезли на катафалке к реке Мзымта. Санитары городского морга, которые выполняли эту «работу», вероятно, были пьяны, или что-то им помешало сделать все как надо. Возможно, они просто не смогли в темноте пронести тело по качающемуся мосту. И потому труп они оставили не с той стороны реки.
Дальнейшее вы знаете. Поскольку лицо парня было разбито при падении со скалы, опознание велось по одежде и внешним признакам. От экспертизы ДНК родители Старченко отказались.
К тому времени Михаил уже был в безопасности в Австралии, и этот факт приводил Григория Николаевича в такое радужное расположение духа, что он не мог удержаться от улыбки даже на похоронах собственного «сына».
— Но почему Макар?! — возмущенно воскликнула Карина. — За что мальчика-то наказали?!
— Я объясню. Лариса Васильевна именно Макара считала виновным во всех злоключениях своего сына. Косвенно это было именно так: в первый раз именно Макар привел Михаила поиграть в карты на деньги. Но потом Михаил играл уже сам.
— Если человек хочет найти виновного, то всегда найдет, — буркнула Карина.
— Я все равно не понимаю, — возмущенно нахмурилась Альбина. — Она тоже мать! Неужели ей не было жалко моего сына?!
— Ничуть, — фыркнула Карина. — И я могу пояснить почему. Когда Макара освободили, я позвонила Ларисе. Спросила: как она могла так поступить?
— И что она ответила?
— Сказала, что ее совесть чиста, ведь Мишу грозились убить, а виноват в этом, дескать, Макар. Если бы не он, Миша бы не начал играть. И если Миша рисковал жизнью — его грозились убить, то Макару всего-навсего предстояло отсидеть положенный срок. И еще цинично добавила: вот у него и было бы время обо всем хорошенько подумать. Так что, я думаю, прежде всего, Ларисе было жалко себя. И, разумеется, своего сына. Михаил отправлялся в чужую страну, причем на неопределенный срок — никто не мог знать, когда угроза исчезнет. Там парень находился бы без всякого контроля с ее стороны, и, значит, с ним могло случиться все что угодно. В глубине души она знала: Михаил слабый человек и он может пуститься во все тяжкие.
— А кого же похоронили вместо Миши? — поинтересовалась Альбина, которой по-матерински жалко было неизвестного погибшего парня.
— Полиция установила его имя. Это Евгений Синицын, уроженец Сибири. Приехал отдыхать в гордом одиночестве дикарем на побережье. Вечером у костерка услышал от малознакомых людей рассказы о Мзымтинском кладе, решил поехать, поискать. Если получится, то и поживиться. Когда к вечеру следующего дня он не появился в лагере, соседи решили, что он отправился домой. Они нашли его следы случайно — по взятому в прокат и не возвращенному альпинистскому оборудованию. Позже я разыскал его в базе данных пропавших без вести.
— А как же вещи? — удивилась Дина. — Он же наверняка не брал их с собой.
— Да кому это надо, — вздохнула Карина. — Просто не нашлось рядом неравнодушного человека, вот и все.
В этот момент из открытых окон донеслась громкая музыка.
— Тетя Карина, пойдемте танцевать, — потянула тетю за собой Алена, младшая сестра Макара.
— Аленушка, потанцуй пока сама, — попыталась отказаться Карина.
— Нет, нет, пойдемте!
— Потанцуй со мной, — улыбаясь, притянул сестру к себе Макар. — Знаешь, как я по тебе скучал? До сих пор поверить не могу, что ты рядом.
Девочка счастливо засмеялась в ответ на его слова и ласково прижалась к брату.
Альбина, с тихой нежностью наблюдавшая за своими детьми, вдруг помрачнела. Глаза ее наполнились слезами, и она, подняв лицо к небу, будто молясь, еле слышно произнесла:
— Воистину, не зря говорят: «Спасибо тем, кто, войдя в нашу жизнь, сделал ее прекрасной. Отдельная благодарность и всем тем, кто, исчезнув навсегда из нашей жизни, сделал ее еще лучше».
notes
