Септуагинта
С именем Деметрия Фалерского связано еще одно примечательное начинание: перевод на греческий язык Пятикнижия Ветхого Завета. Этот перевод получил название «Септуагинта». Именно Деметрий Фалерский рекомендовал молодому царю Птолемею II Филадельфу, ставшему соправителем Египта, перевести на греческий язык законы иудеев, чтобы они хранились в Александрийской библиотеке. А для более точного перевода решили пригласить иудеев из Иерусалима. Вскоре в Александрию прибыли 72 толковника со свитками Закона. Для прибывших был устроен семидневный пир, после чего краткий отдых, а затем толковники приступили к переводу в уединенном помещении на севере острова Фарос.
Переводили текст семьдесят переводчиков (отсюда название «Септуагинта» – «семьдесят» на латыни), а еще два вместе с Деметрием Фалерским сводили переведенный текст в один и устраняли разночтения. Деметрий Фалерский являлся, говоря по-современному, как научным руководителем этой работы, так и редактором окончательного варианта текста. Интересно, что на острове Фарос, где трудились толковники, в морской пещере находился храм богини Исиды. Таким образом, перевод иудейских книг на греческий происходил под «покровитель-ством» одной из главнейших богинь египетского пантеона.
Есть мнение, что именно Деметрий Фалерский – автор «Книги Экклезиаста», и написал он ее как раз в этот период. Он имел возможность разместить свое творение в окончательной редакции Пятикнижия. Книга, пронизанная глубокой печалью о том, что все «суета сует», вполне могла быть написана им, человеком, на себе испытавшем превратности судьбы, взлеты и падения.
Трудно переоценить значение Септуагинты. В жизни церкви этот текст вот уже две тысячи лет занимает особое место. Благодаря ему эллинистический мир впервые познакомился со Священным Писанием. И в основу славянского перевода Ветхого завета тоже положен текст Септуагинты. Только значительно позднее был сделан перевод с масоретской редакции (средневековая редакция текстов Танаха, которая считается в раввинской среде единственно верной).
Таким образом, благодаря трансконтинентальной торговле распространялись религиозные идеи, которые потом сыграли огромную роль в человеческой цивилизации.
После создания Септуагинты на острове Фарос стал возводиться знаменитый Александрийский (или Фаросский) маяк.
Архитектором Фаросского маяка был Сострат Книдский.
Маяк состоял из трех мраморных башен, возведенных на основании из массивных каменных блоков. Нижняя часть башни была прямоугольной. Над этой частью располагалась меньшая, восьмиугольная башня со спиральным пандусом, ведущим в верхнюю часть, где горел огонь и которая формой напоминала цилиндр.
Маяк был построен для того, чтобы корабли могли миновать рифы на пути в александрийскую бухту. Ночью им помогало отражение языков пламени, а днем – столб дыма. По одной из версий семиметровая позолоченная статуя Посейдона, венчавшая фонарь – купол маяка, имела лицо Александра Македонского. Маяк функционировал больше тысячи лет, но в 796 г. н. э. был сильно поврежден землетрясением. В конце XV века на месте маяка была воздвигнута крепость, сохранившаяся до наших дней.
Таким образом, можно говорить об определенном плане-программе Птолемеев, которые видели Александрию как культурный центр и блестящий город, способный потрясти воображение. Речь идет не только о поднятии и укреплении престижа царской власти, но и о глубочайшем понимании, что без воспитания культурной элиты невозможно процветание и укрепление государства.
Благодаря политике первого Птолемея Александрия стала «венцом все городов» эллинистического мира, по выражению Аммиана Марцеллина, римского историка, жившего в IV веке н. э.
