Окситоцин – одна молекула любви и уз для всех нас?

Утверждать, что мы социальные животные, – значит прибегать к расхожему штампу, но с самого момента рождения мы действительно связаны с другими людьми. «Любовь – глубоко биологическое явление, – пишут супруги и соавторы Сью Картер и Стивен Порджес в журнале EMBO Reports. – Она пронизывает все сферы нашей жизни и служит источником вдохновения для бесчисленных произведений искусства. Кроме того, любовь оказывает огромное влияние на наше психическое и физическое состояние».

Пристально изучая биохимию любви, биологи снова и снова возвращаются к молекуле одного и того же вещества – окситоцина.

Еще совсем недавно он вызывал у нас интерес своим формальным участием в родах и лактации. Окситоцин – это нейропептид (маленький белок, с помощью которого осуществляется коммуникация нейронов). Изначально его удалось выделить из растертого в кашицу гипофиза. В начале XX века британский фармаколог Генри Дейл обнаружил, что можно ускорить роды у беременных кошек путем введения им такого гипофиза. Через пару лет «гормон быстрого деторождения» Дейла уже назначали женщинам при родах. Синтетический окситоцин до сих пор используется в родильных палатах.

Окситоцин вырабатывается во время родов и также вызывает сокращения гладкой мускулатуры, отвечающие за прилив молока во время грудного вскармливания. Окситоцин и гормон простагландин отвечают за сокращения матки на третьей стадии родов, когда выталкивается плацента. Именно по этой причине новорожденных прикладывают к груди сразу после появления на свет: выброс окситоцина при сосании провоцирует сокращение и сжатие матки и ослабляет послеродовое кровотечение. Очень удобно: окситоцин заставляет матерей кормить своих малышей и держать их при себе.

Влияние окситоцина на узы между матерью и ребенком в полной мере наблюдается у грызунов. Обычно крыса-мать всячески оберегает свое потомство и демонстрирует стереотипное материнское поведение: следит, чтобы все крысята находились поближе друг к другу, прикрывает их собой, вылизывает, вьет гнездо, а если кто-то из детенышей отбивается от остальных, спешит подтащить его обратно к выводку. Нейроэндокринологи обнаружили, что впрыскивание окситоцина в мозг девственных крыс заставляет их вести себя по отношению к приемным крысятам подобно любящим матерям.

Если это окситоцин побудил меня целовать и обнимать моих мальчиков после мучительных и утомительных родов, он заслужил мое всяческое уважение.

Окситоцин: что мы узнали у моногамной прерийной полевки

Окситоцин не только укрепляет узы между матерью и ребенком, но и эмоционально объединяет мужчину и женщину после секса (предположительно чаще это происходит после оргазма).

Многое из того, что нам известно об окситоцине и образовании пар, мы узнали благодаря прерийной полевке. Эти зверюшки стали подарком для ученых, исследующих окситоцин, потому что в отличие от большинства грызунов, известных своей склонностью к промискуитету, прерийные полевки моногамны и образуют пары на всю жизнь. Сью Картер, светило в сфере исследований окситоцина, посвятила себя изучению прерийных полевок. Она обнаружила, что в основе преданности у грызунов – окситоцин вместе с еще одним нейропептидом, вазопрессином.

Окситоцин и вазопрессин синтезируются нейронами гипоталамуса. Затем эти два нейропептида транспортируются по аксонам непосредственно в гипофиз, где упаковываются в пузырьки и хранятся для выброса в кровь, как гормоны. Окситоцин и вазопрессин также выступают в роли нейромедиаторов. Окситоцин- и вазопрессинсодержащие нейроны ведут от гипоталамуса к участкам мозга, участвующим в обработке социальной и эмоциональной информации, – таким как миндалевидное тело, гиппокамп и прилежащее ядро.

Во время совокупления происходит выброс окситоцина и вазопрессина. Они снижают страх и тревожность, уменьшая активность миндалевидного тела – ключевой области в нейронной сети страха в мозге, – и усиливают призывное поведение. Окситоцин в особенности снижает естественное сопротивление сближению с другими, характерное для большинства животных, и облегчает так называемое «поведение приближения». Без лишних объяснений ясно: чтобы произвести потомство, необходимо весьма тесно сблизиться с другим представителем того же вида.

По сравнению с их промискуитетными родственниками у прерийных полевок выше уровень окситоцина и больше рецепторов для этого нейропептида в мозге. Если выработка окситоцина блокирована, зверьки действуют как типичные грызуны – с мимолетными эпизодами спаривания, а не образуют пару с одним партнером на всю жизнь. Нашлись талантливые ученые, которым удалось путем генетических манипуляций уподобить выработку окситоцина в мозге обычных мышей выработке его у полевок, в итоге поведение мышей стало в большей мере напоминать поведение их моногамных родственников.

Действуя сообща с уймой нейрохимических веществ, окситоцин участвует в поразительном множестве видов социального поведения и физиологических процессов. Вот далеко не полный список его действий.

• Подавляет гормоны стресса кортизол и норадреналин, замедляет пульс.

• Способствует родительским заботам.

• Снижает интенсивность стресса у детенышей, разлученных с матерью.

• Снижает тревожность и депрессию посредством эстрогеновых сигналов.

• Важен для развития сердца плода, защищает взрослых от болезней сердца.

• Ускоряет нейрогенез у взрослых особей (грызунов), , .

Глядя на этот список, легко понять, почему нас так взволновал потенциал для человека, заключенный в одной крошечной молекуле (или двух, если учитывать вазопрессин). Однако, подобно всем сигнальным системам, соединяющим тело и мозг, окситоцин и вазопрессин способны оказывать влияние лишь в случае «присоединения» к своим рецепторам. Как и все прочие рецепторы, окситоциновые и вазопрессиновые рецепторы регулируются генами, гормонами, эпигенетическими факторами и жизненным опытом. Все никогда не бывает так просто, как нам хотелось бы.