Вербальная реакция: искажение

Представь, что ты руководитель компании и хочешь побеседовать с сотрудником. Ты вызываешь его к себе в кабинет. И хочешь узнать у него точную и правдивую информацию о результатах работы, потому что от этого зависит успешность крупной сделки. И вот ты задаешь нужные вопросы. И видишь физиологическую реакцию. Сотрудник вспотел, характер дыхания изменился, перед ответом возникла небольшая пауза, так как он сглотнул слюну и облизнул губы. И потом он начинает отвечать. Ты уже ему не веришь, потому что он нервничает. А нервничает он оттого, что побаивается тебя. А может у него страх оттого, что он вчера унес с работы пачку бумаги и переживает, что ты узнал об этом. Или он всегда волнуется при разговоре с начальством. Ты не узнаешь причины, потому что физиологическая реакция неспецифична, на разные стимулы ты будешь видеть схожие реакции. Что же делать в этом случае?

Правильно, искать реакции, являющиеся специфическими. Именно вербальные реакции и являются таковыми. Собеседник передает сообщение исходя из своей структуры личности и сделанных выборов. Ничего случайно не вылетает воробьем, все что вылетело, — все свое, родное. После предъявления стимула мы будем отслеживать реакции по цепочке: ТОЗ, проявление физиологических реакций через вегетативную нервную систему и вербальную реакцию.

Речь является уникальным феноменом, доступным ограниченному количеству живых существ на Земле. Это исторически сложившаяся форма коммуникации людей с помощью языковых конструкций. Посредством языка информация об окружающем мире и самом человеке, полученная предшествующими поколениями, становится достоянием последующих поколений. Так как процесс речи предполагает формирование и формулирование мыслей языковыми средствами, мы видим, что это процесс сознательного творения. Специфичность речи заключается в соединении двух сторон его деятельности — коммуникативной и интеллектуально-мыслительной. Поэтому психолингвистический анализ речи представляет очевидную прикладную ценность для решения задач выявления лжи собеседника. Рассматриваемые в нем процессы и характеристики отражают как наличие интеллектуальных затруднений, так и переживаемые человеком в процессе лжи эмоции. Для решения задач детекции лжи речь является самым информативным каналом, позволяющим сделать достоверный вывод о ложности или истинности информации. Для раскрытия темы основное внимание я уделю наличию речевых паттернов, свидетельствующих о сокрытии информации в структуре сообщения.

Речевые паттерны — это часто используемые речевые структурные компоненты при сокрытии информации. В этой главе ты узнаешь о самых распространенных речевых паттернах.

Согласно классификации, которую представил Пол Экман в своей книге «Психология лжи», выделяют две основные формы лжи — умолчание и искажение. Умолчание является социально приемлемой формой лжи, при которой человек не предоставляет ложной информации, но и не сообщает истинную. Она является привычной для многих людей, поэтому зачастую может не вызывать никаких признаков лжи и мук совести. Кроме того, умолчание еще и менее социально наказуемо, многие вообще не считают ее ложью. «Я никого не обманываю, я просто иногда недоговариваю». Как говаривал английский государственный деятель У. Форстер: «Какой смысл лгать, если того же результата можно добиться, тщательно дозируя правду?» Однако если человек опустил, умолчал часть информации сознательно, имея при этом собственную выгоду и интерес, он солгал. Как же вывести такого лжеца на чистую воду? Твоя задача как верификатора — обнаружить речевые паттерны умолчания (о них в следующей главе) и перевести эту форму лжи в искажение.

Искажение — это более осуждаемая, порицаемая и энергозатратная форма лжи. Именно она предполагает и сокрытие истинной информации, и предоставление ложной — фальсификацию информации. Про искажение говорят: «Он врал мне прямо в глаза», «Она откровенно обманывала». Лжецу в этом случае необходимо больше ресурсов, когнитивных, интеллектуальных, творческих, мнемонических, регуляционных. Нужно создать другую реальность, помнить о сказанном, контролировать свои эмоции и состояние, и выглядеть при этом убедительным. Умолчание в искажение переводится просто, с помощью уточняющих, проверочных вопросов, вопросов по деталям.

Рассмотрим, в какой форме и с каким вербальным сопровождением проявляется искажение.

1. Усиленные оправдания. При ответе на вопрос собеседник утяжеляет свои слова аргументацией, дополнительными деталями, излишними доказательствами и тезисами. Там, где можно ответить просто, одним словом, он добавляет информационной и мотивационной нагрузки. Логика здесь простая: лжец хочет убедить верификатора в истинности слов, но, зная об их ложности, желает перестраховаться, дополнительно их чем-нибудь подкрепить. И здесь, для лучшего понимания, я сделаю небольшое лирическое отступление.

В нейролингвистическом программировании существует одна интересная системная модель, разработанная Робертом Дилтсом. Она включает в себя несколько нейрологических уровней, ее называют «Пирамида логических уровней». Если посмотреть на модель логических уровней целиком, то она будет выглядеть, как пирамида, в которой каждый верхний «этаж» иерархически выше нижних и управляет ими. Модель логических уровней описывает структуру системы, такой как человек, организация или общество. Структура пирамиды логических уровней (рис. 1):

1. Окружение, среда обитания, мир, предметы, люди, места, даты, сроки, и все, что нас окружает. Отвечает на вопросы: Что? Где? Когда? С кем?

2. Поведение: все, что связано с деятельностью человека (организации), уровень, отвечающий на вопрос: Что делает? Он посвящен информации об изменениях и движениях.

3. Способности: уровень источников и направления движения, уровень опыта, который стоит за нашим непосредственным восприятием окружения. Отвечает на вопрос: Что я умею? Что умею лучше всего? Что я люблю делать? На что я способен?

4. Убеждения/Ценности: глубокий уровень, структурирующий весь опыт человека как личности. Они формируются под влиянием разных факторов: семья, школа, окружение, среда, культура и так далее. Отвечает на вопросы: Почему я так поступаю? Чем обосновываю причины своих поступков? Зачем, во имя чего я делаю то или иное? Что для меня самое важное? Каковы мои главные ценности жизни?

5. Личностное своеобразие (идентичность): с какой личностной ролью или самоощущением вы связаны. Главный вопрос здесь: Кто я? В чем мое отличие от других людей?

Структура пирамиды начинается снизу, с уровня окружения, следующий — уровень поведения и так далее. Вопросы, которые нас интересуют в контексте детекции лжи, связаны, как правило, с двумя нижними уровнями, это вопросы: Кто? С кем? Где? В каком месте? В какое время? Что делал? Что сделал? Например: «Где вы были в 12 часов дня, когда произошло ограбление?» или «Это вы вынесли деньги из сейфа?». Логичными и правдивыми ответами являются ответы на этих же уровнях. Например: «Я был дома», «Нет, я не брал эти деньги!». Лжецы, использующие искажение, часто «перепрыгивают» нижний уровень и отвечает из более высокого уровня. Например, жена, заподозрив мужа в измене, спрашивает:

— Ты мне изменял? (уровень поведения).

— Ты что! Я тебя очень люблю! Я не способен на такое! (уровень способностей).

Или:

— Это ты украл деньги из моего кошелька? (уровень поведения).

— Как ты можешь такое спрашивать! Нет, я честный человек! (уровень ценностей, личностного своеобразия).

Или:

— Это вы угнали автомобиль? (уровень поведения).

— Что? Нет! Зачем мне это? Какой в этом смысл? Я прекрасно зарабатываю! (уровень ценностей).

Использование подобных «прыжков» и утяжеление аргументами будет проявлением речевого паттерна «Усиленные оправдания».

2. Дача клятв является разновидностью вышеупомянутого речевого паттерна. Проявляется он в том, что человек использует обращение к клятвам, торжественным заверениям там, где также достаточно простого ответа. Представь, как нелепо звучит такой диалог:

— Милый, это ты съел мой йогурт?

Как только слышишь подобные фразы, обрати внимание и, по возможности, перепроверь информацию. Самое интересное, что многие люди, услышав это, успокаиваются и начинают верить, как будто это гарант правды и непричастности человека.

3. Эмфаза. Это эмоционально-экспрессивное выделение, подчеркивание какого-либо значимого элемента высказывания или его смысловых оттенков. Лжецы прибегают к эмфазе, чтобы убедить невербальными средствами в правдивости своих слов, «продавить» интонационно свою «правду». Не всегда эмфаза — признак лжи, но если в ней нет художественной или стилистической необходимости, и на простой вопрос, ты сталкиваешься с подобным речевым паттерном, обрати на это внимание. Пример использования эмфазы:

— Вы передали закрытую информацию контрагенту?

В данном случае эмфаза выражена акцентно-интонационным подчеркиванием первой части сообщения, которую необходимо донести до оппонента, как обязательной для его восприятия. «Еще раз повторяю, у меня никогда не было секса с той женщиной, мисс Моникой Левински». Те самые слова Б. Клинтона о своей зазнобе как раз содержали эмфазу.

Одно уточнение: если человека спрашивают об одном и том же разные люди и с определенной периодичностью — такая реакция вполне объяснима, и уверенно относить такие слова к признакам лжи не рекомендую.

4. Признание в эмоции, но сокрытие ее истинной причины. Собеседник признает наличие эмоции, особенно в случае ее очевидности, но выдает другую причину, вызвавшую ее. Такое часто встречается при расследованиях. Причастный нервничает, боясь раскрытия правды, это становится заметно верификаторам, и он объясняет это своим волнением перед проверкой на полиграфе — «Да я просто волнуюсь, потому что в первый раз прохожу полиграф». Сюда же относятся в бытовых контекстах случаи нежелания исполнять супружеский долг, где нежелание признается, а настоящая причина нежелания скрывается или маскируется другими факторами: головная боль, загруженность на работе, стресс, усталость и др.

5. Подача правды в виде лжи. Лжец преподносит правду таким образом и с такими выразительными средствами, что в нее становится сложно поверить, или же он преподносит правду так, что дальнейшее углубление в тему может сделать собеседника посмешищем. Например:

— Дорогой, где ты был?

— Где же я мог еще быть, конечно, у любовницы! При этом ответ может произноситься саркастичным, издевающимся голосом, словно утрирующим слова. Фактически муж сказал правду, но сделал это с двойным посланием: вербально-смысловое отражение верное, а невербальная обертка — искаженная. При восприятии такого сообщения мы получаем искаженное произведение (-a×b= — ab).

Кстати, именно этот паттерн использует героиня Шерон Стоун в фильме «Основной инстинкт». Она описывает убийство в своей книге, издает ее, затем совершает подобное убийство. При допросе с детективами она снисходительно и играючи рассуждает так: «Зачем мне описывать убийство и убивать, если вы тут же заподозрите меня?» Ну что ж, расчет был верным.

6. Легенда (полуправда). Данный речевой паттерн является самым сложным для разоблачения. При его использовании лжец продумывает свою ложь до мелочей, вплетая в нее элементы правды, что затрудняет верификацию. В этом случае лучше обращаться к дополнительным источникам информации, помимо вопросов, например обращаться к базам, к людям, которые могут дать дополнительную информацию о человека. Например, в случае появления в жизни человека, претендующего на близость, с которым у тебя нет общих знакомых, или в случае трудоустройства в компанию сотрудника, который, по его словам, официально нигде не работал, и неоткуда взять фактическую информацию.

И еще один момент: в ситуации стресса обманщик может нечаянно проговориться, выдать себя неосторожными высказываниями и утечками речи, так называемыми «оговорками по Фрейду». При правильно построенной беседе утечек может быть достаточно. Иногда люди даже не понимают, что все рассказали о себе. Поэтому будь внимательным и обращай внимание на эти оговорки.