Книга: Счастье по-драконьи. Новый год в Академии
Назад: Глава 4
Дальше: Глава 6

Глава 5

Полночь застала нас с Мартой на подоконнике нашей комнаты в общежитии. Тесно прижавшись друг к другу и закутавшись в широкий пушистый плед – один на двоих, мы отхлебывали из больших керамических кружек давно остывший травяной чай и лихорадочно листали книги о драконах.
Вчера, пока я ужинала, общалась с родственниками и, не забывая улыбаться, вежливо выслушивала мамины советы с наставлениями, подруга успела подобрать нужные артефакты в хранилище и рукописи в библиотеке. Как моя Тень, она имела свободный допуск во все помещения, чем с успехом и воспользовалась. И вот теперь, вместо того чтобы отсыпаться перед экзаменом, мы, немного уставшие, изрядно помятые, но полные энтузиазма и жажды знаний, нетерпеливо перебирали добытое сегодня вечером богатство, зачитывая друг другу самые интересные фрагменты.
Начали мы с «Вестника этхорского императорского дома» десятилетней давности, невесть как затесавшегося в нашу семейную библиотеку, но ни портретов самого великого драконьего императора Анира Анхагара, ни изображений его родственников так и не нашли.
– Логично, – бодро прокомментировала подружка. – Вы, Дагвины, тоже не спешите выставлять на всеобщее обозрение свои лица.
– У нас дар и фамильный артефакт… Вот, – я дотронулась до амулета, который отключился, как только я покинула дворец, и сейчас бездействовал. – А у них, насколько мне известно, ничего подобного нет.
– Может, и нет, – не стала спорить Марта. – Но это не мешает правящим драконам с успехом скрывать внешность от публики. За пределами Этхора вообще мало кто представляет, как выглядят члены императорской семьи. Разве что твой отец и Алистер… Слушай, ты точно решила ничего брату не рассказывать? А что, если…
– Никаких «если», – упрямо поджала я губы. – Стоит Алу узнать, что я спонтанно перенеслась на территорию вражеского государства и оставалась там одна… без защиты… даже без тебя, и он без промедления запрет меня в комнате. Навесит кучу самых громких «вопилок» и «кричалок», а на занятия станет водить под конвоем. Даже если это выдаст мое происхождение. А уж если решит привлечь еще и дядю Клемора…
Я поежилась.
– Да, герцог Клемор – то еще стихийное бедствие, – поддержала Марта.
– Неотвратимое…
– Разрушительное…
Мы затихли, вспоминая моего дядюшку, по совместительству – главу королевской службы безопасности. И дар у него полностью соответствовал должности: магия голоса. Начнет с тобой беседовать по душам, моргнуть не успеешь, как все уже ему выложил, даже то, что сам давно забыл.
– Ал и слушать меня не станет. – Я прислонилась к теплому боку подруги. – В отличие от тебя.
– Я – твоя Тень, – обняла меня за плечи Марта. – Часть тебя. И как никто другой знаю, как важна для тебя свобода. Но учти, это до первой реальной угрозы. Безопасность важнее всего, сама понимаешь.
– Понимаю, понимаю… – поспешно затараторила я. – Ну… Мы же все предусмотрели. Накопители, оповещалки, защитные амулеты, экранирующие… Ты меня обвешала побрякушками, как ребенок весеннее древо. Я в таком виде точно далеко не упрыгаю. Ну а если вдруг… мне теперь хватит энергии, чтобы тут же перенестись обратно.
Марта несколько секунд скептически разглядывала меня, а потом махнула рукой.
– Ладно…
И потянулась за следующей книгой.
– Кошмар какой-то! У этих драконов академий больше, чем у нас, – возмущенно выдала она через некоторое время. – Все пересмотреть ночи не хватит.
– Та была большая и очень старая. – Я закрыла глаза, вспоминая башни, замковые шпили и стены, больше напоминавшие крепостные. – Внушительная.
– Так… – Марта зашуршала страницами. – Вот. Тут написано: «Главное учебное заведение Этхора – академия Шиетан, расположена в столице…»
– Замечательно, давай о ней что-то поищем.
План оказался удачным, и уже спустя полчаса мы обе задумчиво рассматривали портрет молодого мужчины, под которым значилось: «магистр Бастиан Тейдж».
– Значит, все-таки простой преподаватель, – первой отмерла подруга.
Я пожала плечами, и мы опять уставились на картинку.
– Красивый… – через пару ударов сердца вынесла вердикт Марта.
– Ага, – согласилась я коротко.
– И наглый, – добавила еще одну характеристику подруга.
– Не без этого, – кивнула я.
– Самоуверенный, самовлюбленный и наверняка бабник, – моя Тень была откровенна и безжалостна. – Но хорош, – добавила она, помолчав.
Я лишь тоскливо вздохнула и тут же удостоилась внимательного взгляда.
– Та-а-ак, – насмешливо протянула подруга. – Похоже, стоит добавить в твою связку еще парочку-другую амулетов. Завтра же. А сейчас, – она решительно захлопнула книгу, – давай-ка спать. Через пять часов подъем и экзамен. Если не отдохнем, плохо нам придется.
Я поморщилась, но послушно сползла вслед за Мартой с подоконника. Да, денек нам предстоит сложный. Выспаться и набраться сил точно не помешает.
* * *
Магистр Гортей Мара был строен, широкоплеч, длинноног, хорош собой, строг и прямолинеен до неприличия. Как может быть груб и прямодушен вояка до мозга костей. Созданный, чтобы воевать, и, кажется, даже рожденный на поле боя.
Мара преподавал у нас военное дело, и по нему сохла половина девушек «портального» потока. Молча и тайно, стараясь держаться от предмета своих грез на безопасном расстоянии. На всякий случай. Потому что боялись магистра так же страстно, как и обожали.
Сам магистр воспринимал назначение в Асавайн и обязанности нашего наставника как наказание свыше за все его грехи.
Ну посудите сами, какие из «попрыгунчиков» воины? Никто из нас, даже юноши, не отличался атлетическим сложением, боевыми навыками и стратегическим мышлением. Предназначение портальщика – не размахивать клинком или швырять файерболы, а своевременно открывать пространственные переходы, обеспечивая войско всем необходимым. Припасами, оружием, свежим подкреплением. Поэтому в бою нас берегли как зеницу ока, постоянно держали в кольце охраны, не подпуская противника близко и давая возможность сосредоточиться.
Тем не менее на войне нужно быть ко всему готовым, поэтому в академии нас учили и размахивать, и швырять, и сосредоточиваться в любых, даже самых сложных условиях.
Именно поэтому к портальщикам и приставили одного из лучших армейских командиров. Магистр Мара, понимая всю ответственность и сложность возложенной на него миссии, страдал, морщился, глядя на наши потуги, но упорно продолжал драть три шкуры, обещая к выпуску сделать «из убогих калек почти нормальных людей».
Помимо активной боевой и физической подготовки магистр придавал огромное значение теоретическим знаниям, неутомимо делясь с нами информацией об армии предполагаемого противника.
Драконов в их звериной ипостаси он рассматривал не как разумных существ, а скорее как живое оружие, поэтому на занятиях мы усердно записывали в особые тетради ТМХ ДО – тактико-магические характеристики дракона обыкновенного. Тетради нам выдавались специальные, заговоренные, выносить их из аудитории не разрешалось, и мы, жертвуя свободным временем, оставались после занятий, чтобы впихнуть в свои бедные головы «строго секретные» сведения.
Начальная скорость… Боевая скорострельность… Прицельная дальность…
Головы пухли.
Шпаргалки не помогали. Магистр их каким-то особым, шестым чувством распознавал, мгновенно находил и строго наказывал. Чтобы неповадно было.
– Некоторые адептки прячут шпаргалки во всякие интересные места, а потом шепчут так призывно: «Ищите», – вещал он, криво усмехаясь. – Я бы, конечно, поискал. С большим удовольствием. Но не в служебное же время. Поэтому предупреждаю сразу: доставать сами будете. Здесь же. На глазах у всех.
Сегодня у нашего славного Гортея намечался праздник – экзамен во вверенном ему подразделении. Вообще-то, если уж говорить точно, в расписании значился вовсе не экзамен, а всего лишь зачет. Но, как заявил еще в начале учебного года магистр: «Наш зачет для краткости назовем экзаменом». Мы не спорили. Поспоришь тут, как же, себе дороже.
По поводу знаменательного дня Мара даже парадную форму надел и сиял ярче собственноручно начищенной им пряжки. Чего нельзя сказать о нас. Мы уныло переглядывались и косились на группу боевиков четвертого курса, которых сегодня пригнали, чтобы поохотиться на нас. В полном смысле этого слова.
– Равняйсь! – гаркнул магистр.
Боевики тут же послушно вытянулись. Мы тоже подобрались… Как умели.
– Как стоите… Ну как стоите… – огорченно посетовал Гортей. – Я же учил: видеть грудь третьего человека. А вы что? Адепт Фрасан…
– Но я вижу, – попытался возразить сокурсник.
– Это не ваша заслуга, Фрасан, а адептки Ройз, – хмыкнул магистр. – Ее грудь способен разглядеть даже последний и самый слепой в вашем строю. Особо не напрягаясь.
По рядам боевиков прошел заинтересованный шепоток.
– Отставить разговоры! – не поворачиваясь, рявкнул на них Мара. – Объясняю задачу, – это опять нам. – Поле. На поле контрольные пункты, отмеченные красным. Ваша цель – короткими точечными порталами в произвольном порядке обойти их все и добраться до противоположного конца полигона. Они, – кивок в сторону боевиков, – будут вам мешать. Не больно. Но обидно. Десять попаданий – экзамен не сдан. Все ясно? Тогда начали.
И мы начали. А что оставалось делать?
Развлекались все. Боевики, которые с азартом, а порой и с обидными шуточками охотились за бедными нами. Магистр, с невозмутимой серьезностью наблюдающий за всем этим безобразием. Он старался сдерживаться, но его выдавали пляшущие в глазах лукавые искорки. Только нам было не до веселья.
Боевиков Мара не одергивал, видимо, считал их действия и насмешки дополнительным тренировочным стимулом.
– В бою всякое случается, – назидательно повторял он.
А вот нам доставалось по полной. Над полигоном, перекрывая шум, несся магически усиленный голос Гортея:
– Адепт Кехур! Чтобы избежать ранения, нужно не прыгать, как беременная самка богомола, а летать мухой… Мухой, вы меня слышали? И не сонной, а голодной и злой.
– …Адептка Аризима! Вы с драконами в бою тоже собираетесь заигрывать и вот так томно замирать? Или надеетесь расстрелять их кокетливыми взглядами? Вынужден огорчить, на ящериц они не действуют.
– …Адепт Башар! Куст – это не укрытие, за которое можно при необходимости спрятаться и там отсидеться. А четкая, неподвижная мишень и… прямое попадание… Ну, что я вам говорил? Убиты, адепт. Экзамен не сдан.
– …Адептка Ондо! Если вы продолжите так призывно взвизгивать всякий раз, как вам попадают по задни… гм… пониже спины, эти охламоны оставят другие жертвы и полностью сосредоточатся на вас. Поверьте, перед таким приглашением ни один мужчина не способен устоять. Ни на войне, ни в мирное время.
Свой забег мы начинали четверками. То есть должны были, во-первых, ускользнуть из-под удара, во-вторых, постараться не столкнуться с товарищем по несчастью. А боевики не только не помогали – с огромным удовольствием мешали. Если мальчишкам они метили в ноги и корпус, то девчонок очень обидно жалили молнией в то самое место, о котором на все поле вещал магистр.
Особенно досталось Куаре Ройз. Каждый из боевиков считал своим долгом лично приложиться к ее пятой точке – хотя бы вот так, молнией на расстоянии. Но Куара славилась не только своим выдающимся бюстом и роскошной гривой рыжих волос до талии, но и талантом портальщика. Так что дистанцию – пусть не без потерь – все же прошла. Под наши восторженные вопли и разочарованный ропот противников.
Вот и верь после этого в ученическую солидарность.
Ну ничего, мы не злопамятные, но память у нас хорошая… крепкая такая, тренированная. Лично каждого в лицо запомним. Попросят они у нас потом хлебушка в голодный день… порталом в лагерь подкинуть. Ха!
– Адептка Вингнор! – разнеслось над полем.
Ну, вот и моя очередь настала.
– Адептки Леа и Теа Андрик!
Ага, а это близняшки.
– Адептка Ракт!
И Марта.
К первой линии мы подошли одновременно. За близняшек я не боялась, справятся, а вот по поводу Марты переживала. Благодаря связующему заклятию, Тени передавалась часть способностей ее Дагвина, и учились они всегда вместе. Но часть – это всего лишь часть, как ни крути, и портальщиком Марта оказалась слабеньким.
Подруга поймала мой озабоченный взгляд, подмигнула украдкой. Шепнула одними губами:
– Прорвемся.
– Готовы? – прокатилось над полем.
Мы слаженно кивнули.
– Вперед!
Прыжок…
Портал…
Прыжок…
Следующий портал…
Я сосредоточенным зайцем скакала по полю, бросая под ноги нужные фигуры и перестраивая вектора. Губы торопливо шептали заклинания, один контрольный пункт сменялся другим, вот уже и половина пути позади. Пару раз в меня попали, но это почти не считалось. Пока мне успешно удавалось справляться с задачей.
Еще прыжок…
На предпоследнюю точку, находившуюся на краю оврага, я выскочила очень неудачно – как раз против солнца, и на миг зажмурилась, ослепленная полуденными лучами. Яркими, настойчивыми и такими же искристо-золотыми, как пламя, что билось в глазах одного знакомого дракона.
Неуместное воспоминание о Тейдже тут же выбило меня из сосредоточенного состояния. Заставило замедлиться на долю секунды. Этого хватило боевикам, чтобы меня достать.
В спину ударили сразу три молнии, я покачнулась, не удержалась на ногах и полетела прямехонько в овраг. С коротким вскриком и мысленными проклятиями:
«Хостов Тейдж… Все из-за тебя… Все… Ух, подвернулся бы ты мне сейчас под горячую руку, я бы…»
Меня перевернуло… Мотнуло в сторону… Основательно приложило о торчащий из склона толстенный твердый корень…
Попыталась ухватиться хоть за что-нибудь – не удалось. Комья твердой земли и пожухлая трава выскальзывали из-под пальцев.
«У-у-у… драконище… Чтоб тебя еще хуже скрючило… Ой… Ай… Чтоб тебе собственным хвостом подавиться…»
Нет, я, конечно, понимала, что сама виновата – отвлеклась, в самый ответственный момент думала непонятно о чем. Вернее, о ком. Но надо же кого-то ругать, а себя, любимую, ну очень не хотелось. Особенно сейчас, когда и так все плохо и… И больно. В конце концов я уже пострадала – морально и физически. Побитая, несчастная…
И что там с экзаменом, пока неизвестно. Десяти попаданий не набралось, поэтому формально я не провалила испытание, но с дистанции все-таки сошла, и, судя по тому, как ломит бока, надолго. С Мары станет упереться и отправить на пересдачу. И пока остальные адептки с азартом и воодушевлением начнут готовиться к большому балу в честь Новогодья, мне придется грязной и уставшей козой, высунув язык, усердно скакать по полигону.
А кое-кто, наглый и чешуйчатый, в это время будет сидеть в уютной, теплой гостиной у камина и кормить очередную доверчивую курицу пирожными. Теми самыми, которыми так заботливо угощал меня.
Неприятная в своей откровенности картина развернулась перед мысленным взором.
В старом камине весело потрескивают дрова… Языки пламени взмывают вверх и выхватывают из полумрака два силуэта… Девицу я почти не различаю, а вот Тейджа вижу очень даже отчетливо… Он берет гостью за руку, наклоняется к ее лицу… Тьфу, бабник…
Меня подбросило на огромной узловатой коряге, и я окончательно разозлилась. На несправедливость судьбы в общем и на одного нахального дракона в частности. За то, что никак не хочет мирно уйти из воспоминаний, а постоянно норовит напомнить о себе, хотя его об этом совершенно не просят.
Если бы он только оказался сейчас рядом… Все бы ему высказала, не стесняясь в выражениях. Ну, почти не стесняясь. Да!
По глазам ударила резкая вспышка, меня ощутимо тряхнуло, и я покатилась быстрее.
Еще быстрее…
Еще…
Небо и земля менялись местами так стремительно, что голова закружилась, а я все катилась и катилась…
Сколько можно? Я прекрасно помню этот овраг – крутой, да, почти отвесный, извилистый и довольно глубокий. Но не бездонный же! А сейчас такое ощущение, что я давно миновала поверхность земли и вот-вот провалюсь во владения Самого Главного Хоста, прямо к нему в пасть. Или мне с перепугу чудится?
Но все-таки, когда это безобразие закончится?
Стоило подумать, как все, собственно, и кончилось. Меня неожиданно мягко, даже плавно швырнуло на землю. Совсем не каменистую, даже не особо холодную и подозрительно ровную для оврага.
Попыталась встать, но тут же со стоном рухнула обратно. Судя по ощущениям, у меня ни одной целой косточки не осталось. Преувеличиваю, конечно, но тело болело страшно, в ушах звенело, перед глазами все плыло. Нет, так просто не подняться.
Впереди, шагах в десяти, виднелись какие-то кусты, и я поползла к ним, чтобы ухватиться и с их помощью…
– Вот интересно, – раздалось сзади задумчивое. – Почему всякий раз, как мы встречаемся, вы обязательно куда-то ползете? Причем не ко мне, а, что самое обидное, от меня. Что за нездоровое пристрастие к такому странному способу передвижения?
При первых звуках знакомого голоса я сначала оцепенела, потом резко дернулась вперед, и…
– Лежать! – прогрохотало рядом повелительное.
Послушно замерла. Не потому, что я такая покладистая и безответная, просто что еще делать? Бежать я не могла. Сразу открыть портал из такого неудобного положения – тоже. А ползти дальше было просто глупо. Оставалось только выполнить команду.
Но обидно стало… да.
Других Тейдж у камина выпечкой закармливает, любезничает с ними, комплименты нашептывает – пусть лишь в моем воображении, – а меня как только видит, сразу все слова забывает, кроме одного: «Лежать». Единственное приветствие, которое у него нашлось.
Гложут смутные подозрения, что драконий магистр – родственник нашего Мары, причем не дальний, а самый что ни на есть ближайший. Лежать… Стоять… Равняйсь… Упал-отдался… тьфу ты, отжался… Прямо близнецы-братья, честное магическое. Или все военные такие… одинаковые?
Настроение совсем испортилось.
– Не каждый раз, – буркнула я, обращаясь к маячившему перед самым носом кусту.
– Что? – удивились откуда-то сбоку.
– Говорю, ползаю я не каждую нашу встречу, – пояснила нелюбезно, принципиально не поворачиваясь в сторону Тейджа. – На завтрак к вам я пришла, если вы еще не забыли.
– Ну что вы, – в голосе магистра появились доверительно-хрипловатые нотки. – Разве такое забудешь? Вы тогда так очаровательно смущались, краснели и просили показать дракона. Он… гм… дракон то есть, обрадовался, можно сказать, воспрянул, а вы, обнадежив беднягу, взяли и бесследно скрылись. Уползли, даже не попрощавшись, коварная моя.
Ничего я не уползла. Кто в здравом уме ползком портал создает? Хотя еще минута, и, клянусь, попробую. И кстати…
– Я попрощалась.
– М-м-м… Да?
– Да. Просто вы не услышали… Наверное, в силу возраста…
– У меня прекрасный слух, – отчеканили сверху. – Но вы совершенно правы, чтобы моя старческая глухота в дальнейшем не помешала нам общаться и лучше узнать друг друга, я постараюсь не выпускать вас больше из виду. По крайней мере, пока не получу исчерпывающих объяснений. Поднимайтесь!
Объяснения ему понадобились. Да еще и исчерпывающие. А у меня, как назло, голова разболелась. Попробуй в таком состоянии придумай на ходу эти самые объяснения.
Вдруг отчаянно захотелось домой, в свою безопасную спальню, под одеяло – чтобы непременно нырнуть туда с головой и подоткнуть со всех сторон. А еще дынного мороженого с орехами, шоколадку и на ручки. Можно в любой последовательности.
Давно я не испытывала такого желания, пожалуй, лет с пяти. Ровно с тех самых пор, как восьмилетний Ал, не удержав, уронил меня в заросли крапивы. А теперь внезапно размечталась. Чтобы меня подняли, прижали к себе, утешили, заботливо подули на содранные локти и коленки, приговаривая, что скоро все непременно заживет.
Как в детстве.
Вообще-то я не против трудностей и невзгод. Говорят, они закаляют и все такое. Но вот конкретно сейчас не хотелось никакой закалки. Однако я гордо стиснула зубы и попыталась встать.
Я не собиралась стонать – честно. Думала вскочить на ноги – хорошо, пусть не вскочить, а, придерживаясь за ветку, осторожно подняться, – расправить плечи, надменно задрать подбородок. Не получилось. Спину прострелила резкая боль, я еле слышно охнула…
И моя мечта мгновенно сбылась.
Нет, я не перенеслась в свою комнату и мороженого не получила. Зато меня тут же подхватили на руки, быстро, легко и очень бережно. Прижали к горячему телу, окутывая ароматом свежести, ветра, яростной зимней грозы, и взволнованно спросили:
– Райлин?.. Что случилось, девочка моя? Что с тобой?
Не успела ничего ответить, Тейдж всмотрелся в мое лицо и совсем помрачнел.
– Откуда у тебя этот синяк? – Его взгляд почти ощутимо, щекотно пробежался от лба до скулы. – И тут… И здесь… – Брови мужчины грозно сдвинулись. – На тебя напали? Покушались?! Где?! Кто пос-с-смел?
Низкий голос почти сорвался на шипение, потом – рычание. Зрачки вытянулись, и темные глаза затопило расплавленным золотом.
Ой, мамочки!
– Боевики, – с ходу сдала наглых четверокурсников, но потом чувство справедливости все-таки взяло верх, и я честно добавила: – Сначала они, на полигоне. Потом уже я сама, когда упала в овраг и покатилась… Ой…
Руки магистра как-то особенно сильно сжались на моих многострадальных боках, и я не сдержалась.
– Достаточно… Потом расскажешь.
Тейдж стиснул зубы и быстро зашагал вперед.
– А… куда это вы меня несете? – осторожно поинтересовалась я через минуту.
– Лечить, кормить и знакомить с драконом, – пояснили мне коротко и совершенно невозмутимо.
– С дра… – Я поперхнулась воздухом. – Драконом?
– Да, а что вас так смущает? Вы ведь хотели его увидеть? Дракон тоже жаждет с вами встретиться. Можно сказать, мечтает. Грезит… Особенно ночами… Но это потом, – успокоили меня. – Сначала – в целительское крыло. Лечиться.
И вот тут как-то очень своевременно вспомнилось, что я скорее всего уже не в родном Асавайне, а, судя по тому как уверенно двигался Тейдж, на территории противника, в хостовой драконьей академии. Значит, и целители будут драконьи.
Нет, я, конечно, не против, чтобы в меня влили что-нибудь укрепляющее, избавили от ссадин, кровоподтеков, проверили, нет ли вывихов и повреждений. Но ведь начнут осматривать, снимут одежду, и обнаружат на шее, вместе со связкой самых разнообразных амулетов на все случаи жизни, личный жетон, который выдается всякому адепту Асавайна.
А вот это уже проблема.
Хвала Создателю, на полигон мы надеваем простую тренировочную форму, без опознавательных знаков. Брюки, не стесняющая движений рубашка с длинными рукавами и глухим воротом, невысокие сапоги, простая темная куртка. Такое везде носят. Ни нашивок, ни эмблемы – никаких доказательств, что в славную драконью академию проник вражеский лазутчик. И его нужно немедленно схватить, допросить…
Гм… Ну, схватить-то меня, положим, и так уже схватили. И допрашивать, по всему видно, намереваются с пристрастием. Но пока дракон не знает, откуда я, у меня остается маленький шанс на снисхождение.
– Магистр, – произнесла нарочито бодро, прекратив изображать умирающую лебедь, несчастную, но по-прежнему прекрасную. – А может, не надо к целителям? Зачем их беспокоить из-за нескольких царапин и ушибов? Я уже себя совсем хорошо чувствую… То есть почти хорошо. Правда-правда…
– Это их работа. – Тейдж даже с шага не сбился.
Вот ведь…
– А вы…
– Что я? – поднялись вверх четко очерченные брови.
– Вы не могли бы сами… – Я совсем смешалась под пристальным, ироничным взглядом.
– Сам, говорите? – протянул мужчина с такой многообещающей хрипотцой, что по моей спине, набирая скорость и громко цокая копытами, лихо пронесся целый табун мурашек. – Интересная идея. Заманчивая…
– Я имею в виду, не могли бы вы просто дать мне какую-нибудь мазь от синяков? – поспешила исправиться.
Поздно.
– Что ж, пожалуй, так действительно лучше.
В глубине его глаз взметнулось золотое пламя, и магистр резко свернул в сторону, меняя направление.
Шаг… другой…
Тейдж неожиданно наклонился к самому моему лицу, лукаво шепнул:
– Попалась, ящерка…
И ко мне пришло осознание, что вырваться из его загребущих рук непросто – куда сложнее, чем из-под надзора целой армии хорошо обученных целителей.
Назад: Глава 4
Дальше: Глава 6