Книга: Тропою испытаний. Чужой мир
Назад: Глава 6. Время перемен
Дальше: Глава 8. Игра

Глава 7. Убегай

 - Вставай, лежебока! - пропел над ухом мамин голос, и Полдин лениво потянулся. Серый свет утра едва пробивался сквозь мутное стекло единственного окна в помещении.
 - Полдин, ну же! Я сама не справлюсь!
 - Угу, - согласился королевский постельничий и опустил босые ноги на морозно-холодный гранит пола. Хочешь, не хочешь, а вскочишь.
Еще одно ненавистное утро. Когда же он будет вставать по своей воле, а не чуть только свет? Этим вопросом маленький слуга задавался сколько себя помнит.
 Ворча, он начал надевать чулки, штаны и крепкие башмаки, ёжась от холода и пытаясь одним глазом - другой что-то не спешил раскрываться - найти остальные вещи.
 Ему еще повезло, что его мать - одна из распорядительниц службы королевских покоев. Вот на кухне его друзьям-поварятам гораздо хуже приходится. С них Толстомяс три шкуры спускает, если к моменту его появления на кухне те еще спят.
 А затем потянулась рутина. Наведавшись к королю и выяснив, что тот еще спит, Полд некоторое время провел с матерью, помогая складывать и убирать в шкафы множество свежевыглаженного и отбеленного белья. Потом сбегал на кухню, где Пышка под присмотром Толстомяса готовила легкий завтрак для короля. Уставившись вечно красными от вина и постоянного чада кухни глазами на Полда, главный повар проворчал:
 - Явился... Стой тут и не плещи языком, а то эта корова опять ложку в чан с кашей уронит! Кухарка покраснела еще сильнее, чем обычно. Впрочем, в водянистых глазах не отразилось никакого возмущения - уже привыкла. Да и Толстомяс не терпит у себя в Пирожковом королевстве никаких строптивцев. Последнего, кто ему возразил, почему-то пробрал понос на двое суток. Случайно, конечно же. Этот бедняга-поваренок так уже и не вернулся на кухню.
 Его друзья пошли другим путем. Они неизменно выказывали главному повару все уважение, какое только тот желал от них увидеть. Но за его спиной они проворачивали такие дела, что если бы повар узнал бы о них, вмиг бросил бы их в чан вместо говядины. Они подпиливали нитки, удерживающие пуговицы на его одежде. Ушивали его поварской колпак так, чтобы он держался на самой лысине толстого тирана. Перекладывали его любимый нож каждый раз на другую полку. Словом, отводили душу как могли. Остальные помощники повара все об этом знали, но так как искренне сочувствовали поварятам, смотрели на их игры сквозь пальцы. Поэтому озлобленное ворчание главного повара от вечно срывающихся пуговиц и потерянного ножа веселили всю королевскую кухню.
 А прямо сейчас его друзья махали ему издалека, трудясь в поте лица над утренними пирожными, которые были так любимы почти всеми дутыми хлыщами, постоянно ошивающимимся в замке и называющих себя знатью. Впрочем, трое друзей тоже их любили, и ели каждый раз, когда выдавалась свободная минутка и можно было поболтать. Керни и Шерт вот уже полтора года готовили это лакомство. Неудивительно, что часть пирожных каким-то образом оказывалсь у них в карманах. Махнуть в ответ Полд не рискнул, так как Толстомяс постоянно косился на него.
 Наконец Пышка справилась. Толстомяс оттер ее с места, ловко сгрузил заправленную фруктами - и это зимой! - овсяную кашу на широкую тарель. Поставив ее точно в центр серебряного подноса с уже приготовленными приборами, он осторожно передал ее Полду.
 - Только посмей уронить! - напутствовал постельничьего главный повар.
Это было традицией. Если бы он так не сказал, Полд бы усомнился в своем рассудке.
 Войдя в королевские покои, Полд обнаружил короля уже бодрствующим. Тот как раз утирал рот салфеткой.
 "Снова кашлял" - подумал Полдин и поспешил на помощь.
 - Доброе утро, Ваше Величество! Ваш завтрак.
Увидев, как король медленно поворачивает лицо к нему, Полд внутренне содрогнулся. Запавшие, казалось, внутрь черепа глаза подернулись какой-то поволокой и не сразу разглядели юного слугу.
 - Лекар... ство, - выдохнул король.
Еще никогда Полд не бегал к архимагу с такой скоростью. Миг - и он уже стучит в большие двери и как всегда приветливый голос архимага разрешает ему войти.
 - Король! - задыхаясь от бега, пропыхтел Полдин. - Король очень плох, просит лекарство!
 Встревоженный маг подхватил бутыль с зельем и они оба поспешили обратно в королевские покои. Едва посмотрев на короля, дерр Гесси тут же налил в первый попавшийся кубок зеленого лекарства и сам напоил короля. Аббрин отдыхал, а архимаг, усевшись на край ложа, мрачно сверлил взглядом стену. Потянулись тягучие минуты ожидания. Полд не смел лишний раз вздохнуть, вытянувшись в струнку у входа и обильно потея.
 Наконец король вздохнул глубже, натужно приподнялся на постели и уставился на архимага. Ни тот, ни другой не отводили взгляда.
 - Помоги, Амин.
Гесси поиграл желваками и ничего не ответил.
 - Если ты мне еще друг и не собираешься меня предать... Помоги моему мальчику. Молю тебя...
 - Море крови. Вот что будет, если я пойду у тебя на поводу!
 - Она... Все равно прольется. Лишь бы не напрасно.
 - Ты так веришь в своего бастарда? Ни разу не увидев его и не поговорив?
 - Я это просто знаю.
 - А корона, значит, пока полежит, подождет твоего незаконнорожденного отпрыска?
 Король насупился, и медленно ответил:
 - Ее... Нужно спрятать.
 - Всего-то? Как же я сам не догадался! - воскликнул архимаг. - Ты уже все продумал, дубовая башка?!
 Король возмущенно закашлялся, шаря рукой в поисках салфетки. Полд не выдержал и подбежал, бережно вытер кровь и замер у ложа, снова обратившись в камень. Дерр Гесси глянул на него как будто впервые.
 - Он... Понесет, - промолвил Аббрин. - Он хороший мальчик и сделает все, что я скажу.
 - Даже если так. Почему я должен так поступить?
 В ответ король на секунду замер, насупился и начал совершать слабые попытки сесть на кровати. Более-менее утвердившись и решительным жестом отвергнув помощь постельничьего, король уперся взглядом в глаза архимага и вдруг заговорил совсем другим голосом.
 - Потому что я тебя прошу. Потому что я твой друг. Потому что тем, чего ты достиг, ты обязан мне. Своему королю. Потому что, хъярн подери, ты обещал!! Обещал мне служить верой и правдой! Что, это были лишь слова?!
 - Успокойся, Аббрин...
 - Исполняй! Мою! Волю! - закричал король, надсаживаясь. Упав на подушки, он некоторое время хватал ртом воздух. Дерр Гесси сидел, понурив голову.
 Через некоторое время он глянул на короля.
 - Мне надо подумать.
Аббрин на это ничего не ответил. Не хотел или не мог. Он лишь устало закрыл глаза.
 - Полдин. Пойдем со мной.
У юного слуги от страха ноги чуть не подогнулись, но он послушно последовал за архимагом.
 Они вернулись в башню, где дерр Гесси упал в свое большое кресло.
 - Закрой дверь.
Полд, обмирая, выполнил приказ.
"Это ведь про меня сказал король. Сказал, что я понесу ее. Теперь мне крышка".
 - Все, что ты услышал в королевской опочивальне... Должно умереть вместе с тобой.
 Полдин не удержался на ногах и осел на пол. Все, отбегался Полд-быстроног! Не есть ему теперь пирожных с друзьями. Не бегать по замку ночью, изображая привидений. Все, конец!
 - И вот этому неженке король решил доверить судьбу королевства? - кудахтающе рассмеялся архимаг.
 Полдин в ответ поднял на него взгляд и вдруг понял, что ему... Обидно. Настолько, что он вдруг возразил самому архимагу:
 - У короля нет слуги, преданнее меня! - сказал и испугался еще больше.
 - Да что ты говоришь! - язвительно прокомментировал дерр Гесси и вдруг задумался.
 - Преданный слуга... Так-так, - архимаг вскочил на ноги и начал мерить шагами кабинет. Время от времени он что-то бормотал про себя. Потом подошел к карте, висящей на одной из стен и долго водил пальцем по ней. Полд поразился перемене, произошедшей с магом. Тот так увлекся, что совсем забыл про слугу, все так же исправно собирающего пыль своей пятой точкой. Вдруг махнув рукой, архимаг заставил из ничего появиться большому столу, изрядно заставленному всякими флаконами, банками и непонятными предметами, среди которых он начал увлеченно рыться, что-то выбирая и складывая отдельно. Наконец, сосредоточенно кивнув, архимаг повернулся к Полдину.
 - Ты все еще здесь, дружок? Беги исполнять свои обязанности.
Постельничий не поверил своим ушам. Неужели?
 - Давай-давай. У меня много работы. И вот что, Полд: ты ничего не слышал, понял?
 - Да, господин архимаг! - выпалил вставший на ноги мальчик.
 - И еще. Любой, кто будет спрашивать про короля, должен услышать все тот же ответ. И ответ этот...
 - Королю плохо, кашляет, жалуется, что мало лекарства, - подхватил Полд.
 - Верно. Запоминай, кто будет спрашивать. Уведомишь об этом меня.
 - Да, господин! - и Полдин убежал, перескакивая то ли со страху, то ли от облегчения сразу через пять ступенек.
***
 Вместо того, чтобы вернуться к королю, Полд побежал сразу к матери, до сих пор разбирающейся с бельем. Ей помогала тетка Натти, как всегда ворча по любому поводу.
 - Прибежал, негодник? А мне пришлось вместо тебя твоей матери помогать, - поздоровалась тетка, сноровисто складывая выбеленные простыни. Возражать ей не было смысла. Полд просто молча присоединился к нудному занятию. Тетка тотчас ушла по своим делам.
 Выполняя работу четкими движениями, заученными годами постоянной практики, Полд изо всех сил старался не думать о той роли, которую для него определили двое самых великих людей страны. Поэтому, как только он начинал представлять, что ему предстоит, его руки начинали трястись как листья осины на ветру. Из-за этого белье складывается неправильно, а за косые складки он получит по заднице розгами. Так что юный постельничий прилагал большие усилия, дабы выкинуть из головы утренний разговор.
 - Полдин, - вкрадчивый голос матери заставил его вздрогнуть.
 - Да, матушка? - будничным, как ему казалось, тоном отозвался Полд.
 - Ты почему так хмуришься? И вид у тебя какой-то растерянный...
 - Да нет, все в порядке, - быстро ответил мальчик, не поднимая взгляд и продолжая возиться с бельем.
 - Полдин, не лги мне, своей матери! Я все вижу. Ты всегда прячешь глаза и хмуришься, когда лжешь.
 Полдин постарался скрыть свой испуг, и посмотрел ей в глаза.
 - Что-то случилось с королем? Старик Гесси приходил? - не спуская требовательный взгляд с сына, спросила Лайен.
 Полд настолько не был готов к такому прямому вопросу, что выдал первое, что ему пришло на ум.
 - Королю плохо, кашляет, жалуется, что мало лекарства, - выпалил он и почувствовал, что предательсякая краснота разливается по лицу.
 Лайен прищурилась, испытующе глядя на него. Ее губы слегка дрогнули, и наконец сложились в мягкую, понимающую улыбку.
 - Я знаю, - сказала матушка, возвращаясь к прерванной работе. - Ты очень переживаешь за короля. Я воспитала тебя хорошо, Полдин, и могу тобой гордиться!
 Полд молчал, ощущая, как сюртук, до этого удобный и теплый, вдуг стал тесным и мокрым от пота.
 - Вот что, сын. Сбегай к королю, проверь, все ли у него в порядке. Все равно будешь ерзать на месте, непоседа. Заодно и постель ему сменишь, - Лайен отобрала из сундука стопку готового белья и вручила сыну.
 - Да, матушка, - деревянным голосом ответил Полдин.
 - Если королю худо или сам не справишься, не стесняйся, зови меня. Хорошо, сынок?
 - Да, матушка, - повторил Полд.
 - Беги, Полд-быстроног! - рассмеялась Лайен, провожая взглядом сына.
***
 Вылетев быстрее молнии за дверь, Полдин сразу побежал в королевские покои, но уже через два пролета остановился и сел прямо на грубую каменную ступень. Ему требовалось отдышаться и привести мысли в порядок.
 Он не мог поверить, что его мать стала допытываться про здоровье короля точно так, как это делали подхалимы из своры принца Рингарра. Но, может это просто совпадение? Ведь многие челядинцы печалятся нынешним состоянием своего господина. Ведь ничего дурного в этом нет, верно? Даже на кухне то и дело судачат о том, что король вовсе плох, раз им приходится готовить такую щадящую пищу. И постоянно переспрашивали его, не желает ли король чего-нибудь кроме каши и овощей?
 Уже почти убедив себя, что ничего страшного и подозрительного в словах матушки нет, Полд встал, чтобы продолжить свой путь наверх, в королевские покои. Перехватив поудобней стопку белья, он вдруг услышал тихие, но очень знакомые шаги.
 "Матушка", - недоуменно подумалось Полду. Но ведь работы было еще немало, что она делает в этом проходе? Ведь этот путь ведет не к службам, а к покоям, занимаемых родовитыми дворянами.
 Крадучись выглянув из-за массивных перил лестницы, Полд увидел свою мать. Она торопливо прошла в одно из ответвлений коридора ниже того места, где притаился он, и скоро скрылась из виду.
Некоторое время постельничий боролся сам с собой, не решаясь следить за собственной матерью. Но потом, все же решившись, тихо последовал за ней.
 Осторожно выглянув за угол, он увидел в полутемном коридоре силуэт матушки, как раз скрывающийся за поворотом. Передвигаясь перебежками, будто он какой-то вор из Грязного города, Полд проследил за матерью до двери в роскошные покои.
 Осторожный стук в дверь и она открылась, впуская посетительницу и тут же закрываясь. Полд осторожно приблизился. Чья это дверь? Кажется, сына старого Лостера. А маркиз-то матушке зачем?
 Полд прислонил ухо к двери.
***
 - Лайен, милая, неужели есть новости? - оживленно спросил маркиз. - Я как раз собирался уходить. Так что, если это какая-то чепуха, то лучше не серди меня.
 - Господин, - присела в низком книксене старшая горничная. - Я бы не осмелилась отрывать вас от дел по пустячному поводу.
 - Продолжай, - благосклонно кивнул маркиз.
 - Мой сын вернулся от короля сам весь не свой. Я давно его таким не видела. А так как своего сына я знаю отлично... Королю осталось недолго жить на этом свете!
Лайен застыла в ожидании похвалы за проделанную работу, как это случалось прежде. Тем более она была обескуражена ответом этого высокородного ублюдка.
 - Недолго? Сколько раз ты мне говорила почти то же самое? Мне не нужны догадки, Лайен! Посмотри на меня!
Лайен со страхом помотрела в глаза маркизу.
 - Ты. Должна. Быть. Уверена! Ясно? Сделай уже что-нибудь, наконец!
 - Да, господин, - служанка брякнулась на колени, молитвенно сложив руки на груди. - Я все поняла, господин. Не извольте гневаться, господин!
 - Убирайся! И не смей показываться на глаза, пока старик не издохнет!
***
 Когда Лайен, грубо выброшенная за порог, наконец скрылась из его виду, маркиз подошел к одному из окованных сталью сундуков. Отперев даже на вид надежный замок без признаков замочной скважины одним лишь касанием, он достал красивую шкатулку из чрева сундука. Нажав на потайные завитки хитрой резьбы, он открыл ее, и осторожно извлек украшенный большим рубином и покрытый вязью магических символов амулет. Мощная штучка! И дорогая до ужаса. Имперский переговорник, рассчитанный на связь даже за пол-мира. Немногим больше десятка дворян по всему Арру могут похвастаться подобным изделием. Ну и еще несколько толстопузых торгашей из больших домов. Даже слабых искорок Дара молодого наследника кронгерцога хватало, чтобы ощущать мощь, заключенную в кристалл.
 Осторожно нажав большим пальцем на особый рычажок на боку амулета, маркиз активировал связь. Спустя долгие пол-минуты из амулета донесся далекий и приглушенный, но все же четко слышимый голос:
 - Маркиз?
 - Да, наместник. Похоже, пора начинать подготовку вторжения.
 - Вы уверены? Мы бы не хотели встретить более ожесточенное сопротивление, чем то, на которое рассчитывает Император.
 - К моменту вашей атаки принц будет деморализован и не удержит власть в своих руках.
 - Договоренности остаются в силе? - вкрадчиво поинтересовался собеседник Лостера. Даже расстояние в семьсот лиг не помешало донести до его уха алчные нотки в голосе наместника.
 - Да, графства Стральм-Тур и Люток станут вашими.
***
 Архимаг хмуро смотрел на Полдина, барабаня пальцами по столешнице стола. Только что убежавший постельничий прибежал снова, абсолютно бестолково и путано рассказывая об созревшем заговоре против короны! По его словам выходило следующее.
 Как только король умирает, маркиз с неким безымянным имперским наместником организовывают акт внешней агрессии на территорию Арра, а именно графств крайнего юго-востока страны. При этом, опять-таки, если верить мальчишке, маркиз будет всеми силами подрывать власть принца. Куда Вагрант смотрит? Совсем мышей не ловит! Придется ему теперь побегать!
 Не то чтобы Арр был не готов к проискам багнорцев. Те уже давно ищут новые цели для захвата. Но пока их аппетиты удавалось сдерживать.
 - Ты абсолютно уверен, что слышал именно то, что мне рассказал? - еще раз переспросил дерр Гесси.
 - Абсолютгно, Вхаше махичество! - гнусаво ответил Полдин, потирая рапухшую переносицу: в момент, когда его мать была выкинута из покоев маркиза, ему не посчастливилось спрятаться как раз за дверью.
 Архимаг продолжал буравить взглядом поникшего паренька, но больше для острастки. Бедный постельничий даже не понимает, во что он оказался втянут...
 - Ты понимаешь, что по твоим собственным словам, твоя мать является доносщицей, в конечном итоге работающей на имперцев?
В ответ маленький слуга еще более поник головой. И этому ребенку Аббрин хочет доверить корону? Счастье, что с такой матерью, оказавшейся личным подсылом младшего Лостера, он вообще вырос таким бесхитростным и преданным человеком!
 - Ладно, Полдин, - вздохнул архимаг, - Возвращайся к работе. Но! Ничего не говори королю, ты меня понял?
 - Да, Вхаше магичество! - тут же поклонился постельничий.
 - Ты понимаешь, почему нельзя так делать?
 - Потому как нельзя волновать короля сверх его сил, - подумав, ответил тот.
 - Верно. Кроме того, я настоятельно попрошу тебя не подавать виду, что тебе что-то известно о заговоре... Если он вообще есть, - сомневающимся тоном произнес дерр Гесси. Паренек в ответ уставился на него с обидой. "Эх, лучше бы с разочарованием", - подумалось архимагу. Он поверил пареньку сразу. Но не стоит этого показывать ему прямо сейчас. Он должен быть под его полным контролем.
 - И еще. Вот это, - маг достал из выдвижной полки стола невзрачный камешек на веревочке, - носи всегда при себе. Так я буду знать... Все ли с тобой в порядке.
 - Да, господин архимаг, - мальчик послушно надел на шею данный магом артефакт слежения.
 - Беги обратно. Помни, болтать тебе никак нельзя! Я узнаю.
Гесси волевым усилием открыл дверь и паренек тотчас убежал.
 А первый маг королевства Арр задумался.
 Теперь он понимал опасения Аббрина, и видел, что трон королевства действительно опасно шатается. И не только потому, что принц ведет себя как наемник, приехавший с войны. Его "лучший друг" затевает измену с целью превратить кронгерцогский род в королевский. И, положа руку на сердце, дерр Гесси мог бы сказать с полной уверенностью, что младший Лостер был бы куда лучшим королем, нежели принц, хъярн его дери, Рингарр. Вот так мир и покой всей страны катятся под хвост грифону только потому, что наследник от невеликого ума раздает преференции в торговле своим дружкам, отбирая их у именитых торговых домов, ставя их этим в весьма неприглядное положение. Тоесть, раком. Но и с этим можно было бы справиться. Люди есть люди - вчера ратуют за что-то, завтра будут возмущаться этим же. Все можно было бы переиначить к общей пользе... Но маркиз пошел дальше принца. Тот в откуп за помощь отдает имперцам пограничные с их землями графства, которые стоят тем как кость в горле, потому как регулируют два главных прохода в Скалистых горах. А значит и торговые пути для имперцев на запад.
 И что же можно предпринять прямо сейчас? Оповестить гарнизоны названных графств? Можно и нужно, но, судя по складывающимся обстоятельствам, они не смогут собрать достаточно сил для отражения атаки багнорцев. А то, что войско будет сильным, дерр Гесси не сомневался.
 Просто и грубо устранить маркиза? Это, возможно, воспрепятствует вторжению войск империи. А может, и нет. Плюс много вони по поводу такого самоуправства с его стороны. А накалять обстановку лишний раз ой как не хочется.
 С другой стороны, доказательства могут быть получены, если схватить шпионов маркиза и допросить под заклятием Истины. Представленные широкой публике, полученные в результате допроса знания позволят действовать более быстро и жестко. Если добытые сведения прямо укажут на маркиза, его можно будет лишить прав и казнить за измену.
 Но все это лишается смысла, если не будет проведено в присутствии всех высших родов Арра. Только их общее согласие на суд над изменником поможет вырвать ядовитые зубы заговорщикам. И, если будет на то воля Уснувших, не придется ничего выдумывать с похищением короны.
 Таким образом, пусть все действующие лица продолжают считать, что их замысел идет своим ходом, а архимаг тем временем найдет способ призвать их всех к ответу.
***
 Скрипнула открывающаяся дверь, и Полдин вошел в королевские покои. В нос ударил тяжелый запах болезни. Полд как мог боролся с ним, но пока безуспешно.
 Король не спал.
 - Это ты, мой мальчик?
 - Да, Ваше величество, это я. Пришел сменить постель.
 - Аа... А я думал, ты кубок вина мне принес.
Полдин несмело улыбнулся в ответ на простую шутку короля.
 - Как там дела идут, Полдин?
 - Ваше Величество?
 - Как он справляется? Мой... сын.
 - Принц Рингарр в добром здравии, прямо сейчас охотится в Королевском лесу...
 - Ну конечно, - проворчал старик, - развлекается... Ладно, приступай к своей работе.
Больше король не проронил ни слова. Когда Полдин закончил, король, кажется, задремал. Тихо притворив дверь, постельничий вышел.
 В последующие несколько дней все оставалось без изменений, разве что велась подготовка к очередному большому приему. Кто-то опять решил устроить дворянское столпотворение. Естественно, работы стало больше.
 Полд, верный данному слову, ни словом не обмолвился даже друзьям-поварятам. Больших усилий ему стоило вести себя  с матерью как обычно. Как он ни старался, она все же заметила его отчужденность и все допытывалась о причине. Полд неожиданно для себя решил свалить все на короля. "Я переживаю за нашего господина" - каждый раз отвечал он. И эта отговорка работала исправно.
 Но на самом деле, более всего Полда угнетало то, что он врал королю. Врал, смотря в глаза, когда тот спрашивал о новостях. Он уже много раз порывался открыть ему правду, но вовремя одергивал себя. Из-за этого мальчик стал бывать у короля все чаще, немудреными рассказами из жизни дворцовой прислуги стараясь скрасить старику последние дни жизни. Аббрин внимал, и мальчику становилось немного легче на душе.
 Но в день накануне большого приема Полд неожиданно нос к носу встретился с тем, кого с удовольствием забыл бы навсегда. На той самой лестнице, что ведет в королевские покои, ему повстречался сам маркиз Лостерский. Перегородив дорогу Полду, тот, сощурив глаза, подозвал его.
 - Ты ведь тот паж, прислуживающий королю, верно?
 - Да, господин, - выдавил из себя Полд. Меньше всего он хотел общаться с этим мерзавцем, желающим смерти его настоящему господину!
 - Как поживает король? Все ли хорошо?
Полдину показалось, что от возмущения он сейчас лопнет. Этот ублюдочный предатель интересуется здоровьем короля в таких выражениях?! Полд быстро подавил гнев и почти с вызовом заявил:
 - Да, сегодня много лучше, чем вчера. Хорошо бы нашему господину выздороветь...
 Маркиз лишь слегка изменился в лице, однако Полд не зря вырос в дворце, и знал, как выглядят скрытые за бесстрастной маской истинные чувства. Герцогский сынок раздвинул губы в неестественной улыбке, похвалил Полда и удалился восвояси.
 Полд только потом понял, что его слова были тем самым толчком, которые обрушили лавину будущих событий.
***
 Полдину опять не спалось. Почти все сливки общества уже собрались в замке, и слуги сбивались с ног, дабы удовлетворить все их немалые запросы. Набегавшись за день так, что не смог уснуть, Полд вот уже второй час пялился в темноту. Матери рядом не было - видимо работа не отпускала старшую горничную на покой.
 "Как там король?" - в очередной раз задумался Полдин и вот уже он, как по волшебству, снова одет и спешит в королевские покои. Такие прогулки стали для него не редкостью в последние дни. Иногда Полд просто приходил подержать за руку своего спящего господина.
 Замок спал. В эти тихие часы в коридорах не было ни души. Мерно светили магические светильники, разгоняя мрак длинных переходов. Полд иногда любил бродить по замку в такое время. Нет дневной суеты, нет топота ног, и приказов никто не отдает.
Такая обстановка воздействовала на него умиротворяюще.
 Дойдя наконец до покоев короля, Полд был немало удивлен, увидев выставленную у двери охрану. Двое королевских гвардейцев сонно переминались у двери. Заметив Полдина, стражники недоуменно переглянулись.
 - Эй, парень, ты отчего это в такое время здесь? - спросил один из них.
Полд даже растерялся на миг.
 - Я королевский постельничий. Пришел поухаживать за королем, - наконец выдавил из себя Полд.
 - Ты ведь Полд-быстроног, верно? - слегка улыбнулся другой, усатый стражник. - Зря пришел! Твоя матушка только вошла в опочивальню. Сказала, ты спишь, и она решила сама обиходить короля.
 Лицо Полдина вытянулось, а серце сдавила страшная догадка. "Мама никогда не ходила вместо меня к королю!". Постельничий метнулся к двери.
 - Мама, не смей! - кричал он, пока один из стражников ловил его. - Мама, не трогай короля!
 Стражникам передалась тревога, написанная на лице маленького слуги. Пока один из них удерживал извивающегося Полда, другой уже врывался в королевские покои. Едва он открыл дверь, им всем открылась ужасная картина.
 Старшая горничная, навалившись всем весом, прижимала подушку к лицу слабо сопротивляющегося короля. Едва завидев стражников, Лайен оскалилась словно хищная ласка и метнула подушку в первого из них. Взметнувшаяся рукотворная пурга из пуха и перьев на миг скрыла за собой неудачливую убийцу короля. И вот уже усатый стражник удивленно разглядывает стилет, воткнутый твердой рукой служанки прямо ему в сердце. Другой, отмахнувшись от перьевой завесы, уже схватил ее за вооруженную руку. Но и тут Лайен оказалась проворнее стража. Ее острая коленка быстро врезалась прямо в пах ее противнику, и тот, сдавленно охнув, выпустил ее.
 Метнув на сына отчаянный взгляд, Лайен опрометью выбежала из покоев. Стражник, морщась от боли, пустился за ней вдогонку. Когда топот удалился, Полдин перевел взгляд на хрипящего короля. Тот был так слаб, что едва дышал.
 - Ваше Величество! Ваше Величество! - Полд постарался приподнять худое тело короля, как он это делал во время тяжелых приступов кашля. Но король лишь хрипел и шарил руками вокруг.
 - Моя... Корона, - вдруг расслышал Полдин.
 - Где, Ваше Величество?
 - Здесь...
 - Где? - расстерянно спросил растерянный Полдин. Отчего-то мир стал искажаться в глазах и мальчик понял, что плачет. Король не отвечал, и дышал все реже.
 - Мой... Сын... Шандрис... Отнеси...
Тело короля вдруг потяжелело. Напряжение ушло из черт его изможденного болезнью лица. Король Аббрин умер.
 Как только Полдин понял это, он заплакал еще пуще. Его героя не стало. Маленький слуга не знал, сколько времени он провел, уткнувшись в грудь мертвого короля и плача навзрыд. Весь мир обрушился.
***
 "Хватит реветь, как девчонка!" - в какой-то момент сказал сам себе Полдин, и сердито вытирая слезы, глянул на короля. Немного помедлив, он встал и обратился к Аббрину, будто он вовсе не умер:
 - Я исполню Вашу волю, мой король!
Следующие десять минут Полд переворачивал все кверху дном в поисках заветной короны. Но ее нигде не было. Полдин совсем отчаялся. Вот-вот поднимется суматоха, и тогда исполнить долг перед королем он уже не сможет. Что, если рассудок Аббрина был настолько замутнен близостью смерти, что он не смог точно сказать, где она? Ведь он обыскал все - от шкафов и сундуков со столом до прикроватной тумбочки.
 - Так, спокойно! - вслух сказал Полдин, стараясь отстраниться от горя и раздражения, мешающих мыслить ясно.
 - Корона здесь. Корона. Здесь, - бормотал он. Что-то он упустил. Что-то, что для метвого короля значило "здесь". Взгляд на тело короля чуть все не испортил, Полдин снова стал расстраиваться. Он отвесил сам себе пощечину. Помогло. И тут он подумал: "Здесь. Где король провел последний год? В кровати. Вот дурень!".
 Посмотрев под кровать, Полд ничего не нашел. Под одеялами искать глупо - сколько раз он их перестилал!.. Матрац! В этот раз ему наконец улыбнулась удача. Прощупав весь матрац, он наконец нащупал что-то прямо в изголовье. Вытянул из-за пояса маленький ножик, всегда носимый с собой, он надрезал плотную ткань матраца и достал из прорехи корону. Всего секунду полюбовавшись на ее великолепие, мальчик быстро замотал ее в ворох белья и выбежал из покоев короля.
***
 Услыхав в отдалении топот ног и тревожные крики, Лостер забеспокоился. Что-то шло не так.
 Маркиз был одет и не спал, ожидая отчета от Лайен. Теперь же он сорвался с места. Бегом преодолевая коридоры и пролеты лестниц, он вдруг нос к носу столкнулся с беглянкой. Она остановилась, совершенно сбитая с толку, потому как Лостер загородил ей путь. Она повернулась, чтобы пробежать в другой проход, но в это время прибежал безусый гвардеец с мечом наголо, и этот путь тоже оказался отрезан. Она снова повернулась к Лостеру, взглядом моля о помощи. И маркиз не растерялся. Быстро оглянувшись и не увидев больше никого, кто бы мог стать свидетелем происходящего, он рывком отнял все еще зажатый в руке Лайен стилет. Гвардеец наконец схватил прислужницу, выкручивая ей руки и благодарно глядя на маркиза. А тот быстро подкинул нож, перехватывая его за острие и почти без замаха всадил его стражнику прямо в правый глаз.
 Когда тело осело на пол, Лайен с неверящей улыбкой повернулась к Лостеру. А тот почти нежно обхватил ее лицо, будто для поцелуя... И свернул ей шею.
Назад: Глава 6. Время перемен
Дальше: Глава 8. Игра