Женское население нескольких московских районов наконец-то вздохнуло спокойно: поймали братеевского (зябликовского) маньяка. Им оказался Артур К., старший лейтенант милиции, 32-летний сотрудник ДПС.

История эта — еще одно пятно на уже изрядно испачканный мундир правоохранительных органов. Но задержали насильника, подозреваемого в совершении около десятка преступлений, его коллеги — сотрудники милиции, старший лейтенант Станислав Зиновьев, старший сержант Геннадий Малышев и младший лейтенант Сергей Токмаков. Кстати, они могли бы «заработать» на этом по 100 тыс. рублей — Артур К., пойманный на месте преступления, попытался откупиться. В ОВД по району Бирюлево-Восточное цену за освобождение подозреваемый поднял уже до полутора миллионов…

Вот такая она, наша милиция — с известными на всю страну «оборотнями в погонах» и с безвестными героями, с громкими, возмутительными случаями коррупции и с обычной, рутинной работой, без которой государство наше (символом которого пора уже считать пресловутую «хромую лошадь») не продержалось бы и недели.

Ныне милиция стоит на пороге масштабной реформы, начало которой положил декабрьский Указ Президента «О мерах по совершенствованию деятельности органов внутренних дел». Анализу нововведений профильная Комиссия Общественной палаты посвятила одно из своих открытых заседаний.

Отправной точкой дискуссии явилось выступление директора Института прав человека Валентина Гефтера. Позицию его можно кратко сформулировать, как «разделяй и властвуй» — милицию следует децентрализовать (разделить на федеральную, региональную и местную), демилитаризовать (убрать из нее внутренние войска), сократить ее функции, а руководство «органами» следует поручить гражданскому человеку, политическому назначенцу.

Столь радикальное «теоретизирование» (В. Гефтер закончил мехмат МГУ и до начала занятий правозащитной деятельностью работал в Институте высоких температур Академии наук), похоже, до глубины души поразило собравшихся «практиков», среди которых было много людей в погонах. Впрочем, следуя нынешней моде на гражданское, абсолютно все были в цивильных костюмах, включая заместителя министра МВД генерал-лейтенанта милиции Александра Смирного.

Наше постсоветское бытие показало: чем радикальней реформа, тем печальней (для простого народа) ее плоды. Воскресни сейчас Николай Гоголь, ему с избытком хватило бы материала и на второй, и на третий тома «Мертвых душ»: тут и ЕГЭ в образовании, и ОМС в здравоохранении, и «разоружение» в армии, и бюрократия в техрегулировании, и Саяно-Шушенская ГЭС в энергетике, и, наконец, огромный «ваучер» в экономике. Милиция, в некотором смысле, осталась нашим последним оплотом, сберегающим тело государства, и если в результате реформы «внутренние органы» начнут работать еще хуже, то «хромой лошади», образно выражаясь, будет уже не до участия в олимпийских скачках.

О серьезности ситуации напомнил генерал-майор милиции в отставке, доктор юридических наук, советник председателя Конституционного Суда РФ Владимир Овчинский: «Я не знаю, в чем суть нынешних реформ, кроме указа Президента, никаких других документов я пока не видел. Буду говорить о том, чего нельзя делать. Мы живем в условиях глобального экономического кризиса, впереди, по оценке экспертов, нас ждет новая волна. Есть ли у нас гарантии, что этот этап обойдется без криминального взлета?!.. Можно ли в таких условиях начинать масштабные реформы? В стране высокая террористическая активность. Северный Кавказ уже горит! Поэтому ни в коем случае нельзя ломать вертикаль управления. Все проекты по децентрализации приведут к хаосу и развалу системы, породят криминальный кризис».

Проекты по ликвидации в МВД департаментов транспортной милиции и режимных объектов также не встретили поддержки со стороны эксперта: «Передача функций этих подразделений территориальной милиции невозможна: у них нет ни кадров, ни соответствующих полномочий. В результате мы можем получить криминальные „разрывы“ на транспортных артериях и несколько Чернобылей в придачу». Система ГАИ-ГИБДД тоже, по мнению В. Овчинского, должна остаться в МВД, поскольку сейчас все операции по уничтожению криминальных банд возможны только во взаимодействии всей цепочки: «ГАИ — уголовный розыск — БХСС — ППС». Трудно назвать разумной идею ликвидации специализированных учебных заведений и подготовку сотрудников милиции в гражданских вузах, как и мысль об изъятии из МВД внутренних войск: «В мегаполисах сразу произойдет взлет уличной преступности, поскольку войска не только воют на Кавказе, но и охраняют правопорядок в крупных городах».

А вот систему показателей нужно менять. В прошлом году количество заявлений о преступлениях выросло на 7 процентов и составляет около 20 миллионов, а число зарегистрированных преступлений снизилось на те же 7 процентов, всего их около трех миллионов. Руководители правоохранительной системы почему-то решили, что каждый год преступность у нас должна снижаться. «Но это невозможно в условиях кризиса, хватит врать народу!» В. Овчинский считает, что нужно восстанавливать подразделения по борьбе с организованной преступностью, теперь уже в форме криминальной разведки. Что же касается сокращений в системе МВД (до 20 процентов численности), то здесь действительно есть резервы: «Я не понимаю, зачем нужен департамент правового обеспечения. Почему бухгалтеры и счетоводы ходят в форме генерал-полковников, полковников?»

У Александра Чекалина, в недавнем прошлом первого замминистра МВД, свой взгляд на возможный «резерв» кадровой оптимизации: «Боюсь, что будут сокращены участковые, патрульно-постовая служба, уголовный розыск, подразделения по делам несовершеннолетних, дознаватели, следователи, а начальники и обеспечивающие их службы останутся». Что же касается нововведений, то генерал-полковник милиции считает, что в МВД должны как можно скорее начать использовать систему электронного правительства, поскольку современные технологии позволяют существенно уменьшить систему «неделового» общения.

Ну а пока электронные СМИ создают искаженное представление о милиции — таково мнение еще одного генерал-полковника, председателя Комитета ГД по безопасности Владимира Васильева. Последний опрос ВЦИОМ показал, что в 2009 году население оценивает работу милиции гораздо лучше, чем пять лет назад. Однако положительная статистика не заинтересовала журналистов: «Люди не реагируют на эти цифры, они уже зомбированы тем, что все плохо». В. Васильев призвал общественность не разрушать основы, на которых держится милиция, а заняться созиданием. Если уж на то пошло, то в новейшей российской истории существовал момент, когда, сработай органы внутренних дел «правильно и по закону», рыночные отношения были бы остановлены. Чего же теперь удивляться, что милиция «заточена» на общую мотивацию — получение прибыли?! Такова цена движения к «капитализму»…

Итак, первый «консилиум» по поводу оздоровления «внутренних органов» состоялся. Пожелание одно — пусть реформой, если уже ей суждено быть, займутся профессионалы, а не «менеджеры» или мнимые интеллектуалы. Потому что к больному обычно зовут врача (в безнадежной ситуации — священника), а вовсе не сапожника или дровосека.