Книга: Огненный мститель
Назад: 17
Дальше: 19

18

Начинало темнеть, когда мы с Миззи и Экселем поднялись из подводной лодки в темное, заполненное водой здание и на ощупь добрались до маленькой лодки мстителей. Когда все уселись, Миззи нажала кнопку на своем мобильнике, и подлодка безмолвно ушла в глубину.
Я не был уверен, насколько действенно нам удается скрываться от Регалии, надеясь лишь, что наши предосторожности, по крайней мере, не позволят ей обнаружить точное местонахождение нашей базы, даже если ей станет известно о самой подводной лодке. Взяв весла, мы включили подсветку мобильников и двинулись по затопленной улице.
Прошло два дня после совещания, на котором мы составили план по убийству Регалии. К тому времени, когда мы достигли населенных крыш, солнце уже почти село. Мы выбрались из лодки, и Эксель бросил бутылку с водой старику, который наблюдал за нами с одной из соседних лодок. Пресную воду в городе трудно было достать – ее приходилось добывать из ручьев на другом берегу, в Джерси. Бутылка воды стоила немного, но достаточно, чтобы служить своего рода валютой для оплаты мелких услуг.
Остальные уже выбрались на крышу, но я медлил, глядя на заходящее солнце. Большую часть своей жизни я провел во мраке правления Стального Сердца. Почему жители Новилона выходили наружу лишь ночью? Они наверняка прекрасно знали, что такое дневной свет, но предпочитали темноту. Неужели они не понимали собственного счастья?
Солнце опустилось за горизонт, словно гигантский кусок масла, плавящийся на хлебном поле Нью-Джерси. Нет, брошенный город скорее напоминал шпинат, чем хлебное поле. Так что солнце опускалось в шпинат Нью-Джерси.
И Новилон ожил.
Граффити вспыхнули яркими цветами. Под моими ногами расцвела невидимая при свете солнца мозаика – изображение луны, подписанное чьим-то именем большими белыми буквами внизу. Должен признаться, во всем этом было нечто величественное. В Ньюкаго не было граффити – там оно считалось символом мятежа, а мятеж карался смертью. Само собой, в Ньюкаго за символ мятежа могли счесть что угодно, вплоть до ковыряния в носу.
Я поспешил за Миззи и Экселем, чувствуя себя голым без винтовки, хотя в кармане у меня лежал пистолет Меган, а на мне была куртка мстителя, что на самом деле означало: Проф поделился со мной частью своего защитного поля. Я не знал точно, зачем Миззи и Эксель позвали меня с собой на разведку. Впрочем, я особо не возражал – что угодно, лишь бы выбраться на открытый воздух, – но все же мне казалось, что для встреч с информаторами и интерпретации полученных от них данных куда лучше подошла бы Вэл.
Мы шагали по мостам, люди, шедшие нам навстречу, несли корзины со светящимися плодами. От их дружелюбных кивков мне становилось не по себе. Почему они не шли, потупив взор и боясь, что любой встречный может оказаться эпиком?
Я понимал, что мысли, приходившие мне в голову, не вполне уместны. В Ньюкаго в течение нескольких месяцев после падения Стального Сердца я пытался помочь построить город, где люди могли бы жить без постоянного страха. А теперь меня беспокоило, что местные жители ведут себя открыто и дружелюбно?
Однако инстинкт подсказывал мне – что-то тут не так. Мы пересекли невысокую крышу, миновав группу новилонцев, которые праздно сидели, болтая ногами в воде. Другие лежали на спине, поедая светящиеся плоды, как будто их совершенно не волновало происходящее вокруг. Неужели они не слышали, что сотворил Разрушитель на окраине города всего лишь пару дней назад?
Идя по очередному веревочному мосту, я взглянул вниз. Под нами со смехом проплыла группа подростков. Да, жителям этого города незачем было опасаться любой тени, как в свое время обитателям Ньюкаго, но здоровая доза паранойи, на мой взгляд, никому бы не помешала.
Миззи заметила, что я смотрю на плещущихся купальщиков.
– Что? – спросила она.
– Они выглядят так…
– Беззаботно?
– По-идиотски.
Миззи улыбнулась:
– В Новилоне живут в свое удовольствие.
– Верно, – согласился шедший впереди Эксель. – Можно даже сказать, это своего рода религия – культ Светозара.
– Светозар, – повторил я. – Это что, эпик?
– Может быть, – пожал плечами Эксель. – Все считают, что пищу и свет им дает Светозар. Никто точно не знает, кто это или что это.
– Явно какой-то эпик, – сказал я, глядя на здание, за разбитыми окнами которого светились плоды. Однако в моих заметках про подобного эпика ничего не было. Меня сбивала с толку сама мысль, что я каким-то образом упустил из виду столь важную персону.
– Так или иначе, – продолжал Эксель, – многие здесь просто живут своей жизнью. Какой смысл постоянно вспоминать об эпиках? С ними все равно ничего не поделать. Многие предпочитают просто наслаждаться жизнью, мирясь с тем, что эпики могут завтра их убить.
– Глупо, – заметил я.
Эксель удивленно оглянулся.
– Если люди мирятся с существованием эпиков, – сказал я, – значит те победили. Вот почему никто не сражается.
– Видимо, да. Но ведь в том, чтобы немного расслабиться, нет никакого вреда?
– Есть, и немало. Расслабившись, человек ни на что не способен.
Эксель пожал плечами. Треск! Он говорил почти так, будто сам верил во всю эту чушь. Я решил с ним не спорить, хотя тревога моя нисколько не уменьшилась. Дело было не только в дружелюбных улыбках людей, мимо которых мы проходили, – я чувствовал себя полностью беззащитным, открытым любой опасности. С крыш и из разбитых окон меня с легкостью подстрелил бы снайпер. Я не мог дождаться, когда мы наконец доберемся до информаторов. Они, по крайней мере, предпочитали закрытые двери и потайные комнаты.
– Кстати, – спросил я у Миззи, когда мы свернули на очередную крышу и шагнули на очередной мост. На одной его стороне сидели дети, в унисон болтая ногами и хихикая, когда мост медленно раскачивался из стороны в сторону. – Вэл на последнем собрании говорила что-то про… спирил?
– Им пользовался Сэм, – тихо ответила Миззи. – Специальное устройство, которое мы купили у компании «Ночной сокол».
– Какое-то оружие?
– Ну… не совсем, – сказала Миззи. – Оно имитирует способности эпиков. Спирил манипулировал водой. Сэм выстреливал струей воды и взлетал в воздух, с легкостью перемещаясь по городу.
– Вроде водяного реактивного ранца?
– Угу, вроде того.
– Водяной реактивный ранец. И никто им теперь не пользуется? – ошеломленно спросил я. – Слушай… а может, я…
– Он неисправен, – ответила Миззи, прежде чем я успел закончить. – Когда мы нашли Сэма… – Она на мгновение замолчала. – В общем, когда мы принесли его назад, в спириле не хватало мотиватора.
– Что это?
Она непонимающе взглянула на меня:
– Мотиватор? Не знаешь? С его помощью работают технологии, основанные на способностях эпиков.
Я пожал плечами. Технологии, основанные на способностях эпиков, были для меня в новинку с тех пор, как я стал мстителем. Хотя мое защитное поле и болеотвод и не были настоящими, у нас имелись и другие технологии, не связанные со способностями Профа. Считалось, что их изначально разработали на основе генетического материала, полученного из трупов эпиков. Убивая их, мы часто брали образцы клеток и использовали их в качестве ценной валюты для сделок с торговцами оружием.
– Ну так воткни туда другой мотиватор, – сказал я.
– Нет, так не получится, – рассмеялась Миззи. – Ты что, и правда ничего не знаешь?
– Миззи, – сказал шедший впереди Эксель, – Дэвид – боец. Он отстреливает эпиков, а не чинит снаряжение в мастерской. Для того нам и нужны такие, как ты.
– Что верно, то верно. – Миззи закатила глаза. – Спасибо. Отличная лекция. Просто класс. Дэвид, каждый мотиватор закодирован на конкретное устройство, – возбужденно заговорила она. Похоже, на эту тему ей доводилось немало читать. – Мы заказали у «Ночного сокола» замену, но все это происходит не так быстро, как хотелось бы.
– Отлично, – сказал я. – Как только эту штуку починят, я первый ее испытаю.
– Уверен, что хочешь этого, Дэвид? – засмеялся Эксель. – Чтобы пользоваться спирилом, придется как следует поплавать.
– Я умею плавать.
Оглянувшись, он удивленно поднял бровь:
– Что же ты по пути в город так смотрел на воду, будто она тебя вот-вот укусит?
– Пистолеты я тоже считаю опасными, – ответил я, – но один у меня сейчас с собой.
– Как скажешь, – бросил он, отворачиваясь от меня и продолжая движение.
Я уныло последовал за ним. Как он сообразил насчет меня и воды? Неужели это так очевидно? Я даже не догадывался о своей водобоязни, пока не оказался в затопленном городе. Вспомнилось ощущение, как я иду ко дну… Как смыкается вокруг меня вода… Как подступают темнота и паника, а вода заливает нос и рот… И еще…
Я поежился. В воде ведь живут акулы? Почему эти купальщики их не боятся?
«Они сумасшедшие, – напомнил я себе. – Эпиков они тоже не боятся».
Что ж, мне вовсе не хотелось, чтобы меня сожрала акула, но плавать научиться было надо. Нужно придумать что-нибудь против акул. Может, шипы на ногах?
Наконец мы остановились на нижнем конце моста, уходившего высоко в небо к светящейся крыше.
– Пришли, – сказал Эксель и начал подниматься. Я с любопытством последовал за ним. Может, информаторы прячутся в джунглях внутри здания? Поднимаясь, я услышал донесшийся сверху странный звук. Музыка?
Это и впрямь оказалась музыка, окутывавшая меня со всех сторон по мере того, как мы подходили ближе, – барабаны и флейты. Неоновые фигуры сновали туда-сюда в раскрашенной аэрозольной краской одежде, и на фоне музыки слышались голоса.
Я остановился на мосту, вынудив остановиться и Миззи, шедшую впереди меня.
– Что это? – спросил я.
– Вечеринка, – ответила она.
– И там наши информаторы?
– Информаторы? Ты о чем?
– Те, с которыми собирался встретиться Эксель. Чтобы купить информацию.
– Купить… Дэвид, мы с тобой и Экселем просто смешаемся с людьми и поговорим с ними. Может, чего и выясним.
– Ох.
– Ты чего? – спросила она.
– Ничего.
Я двинулся дальше по мосту в сторону крыши, обогнав Миззи.
Вечеринка. Что мне делать на вечеринке?
Мне вдруг показалось, что в воде среди акул я чувствовал бы себя намного лучше.
Назад: 17
Дальше: 19