Загрузка...
Книга: Как стать законченным неудачником в жизни, в работе и во всем остальном. 44 1/2 шага к стойкой неполноценности
Назад: Шаг двадцать девятый Не ходите в кино
Дальше: Шаг тридцать первый Не спрашивайте: «Как вы это делаете?» Не ведите себя «как будто». И не будьте наивными

Шаг тридцатый

Не переставайте вести себя как неразумное животное

Цитата, которую следует игнорировать

Если бы собаки могли говорить, это отравило бы всю радость их владельцам.

Эндрю А. Руни

Разве не смешные люди эти ученые? Взять Ивана Павлова. Ну как вам это нравится: проснуться однажды утром с такими мыслями: «А я знаю, чем мне сегодня заняться. Возьму-ка я несколько собак (так уж вышло, что как раз в это время у него оказалось несколько штук под рукой) и посмотрю, нельзя ли выстроить условно-рефлекторную бессознательную цепочку „стимул – реакция"?» Павлов взял голодную собаку, дал ей кусок мяса и в тот же самый момент нажал на звонок. В среднем, для того чтобы выстроить цепочку «стимул – реакция», ему требовалось проделать этот трюк пять раз. А когда он хотел проверить наличие условного рефлекса, он не давал собаке мяса, а просто звонил в звонок, тем не менее и при этом у собаки выделялась слюна. Его открытие заключалось в том, что у собак имеются уши (спасибо Эдди Изарду за эту шутку). Нет, если серьезно, он обнаружил, что теперь звонок имеет для собаки новое значение и ассоциируется с пищей.

Но тут вы можете спросить: «Стив, какое это имеет отношение к нашим проблемам?» Как вам сказать, в каком-то смысле все мы тоже собаки. Если вы давно знакомы с каким-то человеком, у вас, без сомнения, скопилось по отношению к нему множество неосознанных ассоциаций (большинство из которых, как правило, негативные). Или возьмем музыку. Если вы состоите в браке, наверняка найдется музыкальное произведение, вызывающее у вас вполне конкретные ассоциации со свадьбой. Помните, как вы со своей ненаглядной отплясывали первый танец под, скажем, «You are the wind beneath my wings»? Эх, да что там говорить! И вот годы спустя вы едете на машине, как вдруг по радио звучит «ваша» песня.

Моментально, даже не задумываясь об этом, вы начинаете испытывать вполне определенные чувства, особенно если в настоящий момент вы уже разведены. Запах – это еще один мощный раздражитель, который у многих из нас вызывает условные рефлексы. Помню, пошел я в ресторан со своей женой Кэнди. Она учуяла запах какого-то необычайно свежего оливкового масла и мгновенно перенеслась в израильский кибуц, в котором когда-то проработала шесть месяцев (я до сих пор дожидаюсь ее возвращения домой).

Эти чудаки, работающие в рекламном бизнесе, до тонкостей разбираются в том, как сформировать условные рефлексы у нас, доверчивых покупателей. Дополните, например, следующие высказывания: «Один „Mars“ в день помогает вам работать, отдыхать и…» или «Нежная зеленая… „Fairy“». Ответы, разумеется, будут «играть» и «жидкость» (кстати, наши американские друзья почему-то используют «Fairy» только для мытья посуды).

Дело в том, что самые лучшие мастера своего дела умышленно пользуются условными рефлексами для приведения себя в «боеспособное» состояние. Почему теннисисты всегда бесцельно крутят в руках теннисную ракетку перед приемом подачи? Потому что это помогает им «собраться». Впрочем, теннис не имеет к нам никакого отношения, так что какая нам разница?

 

 

Собаки также помогли доказать существование такой вещи, как «приобретенная беспомощность». Так вот, из всех имеющихся у вас убеждений это, без сомнения, самое деструктивное и вредное. Изучение и понимание приобретенной беспомощности признается фактически одним из самых важных психологических прорывов за последние 100 лет. Главный эксперимент, впервые подтвердивший существование этого феномена, имел место в 1960-х годах и проводился доктором Мартином Селигманом из университета Пенсильвании. Доктор Селигман, наблюдая за поведением нескольких собак при получении ударов электрическим током, заметил, что некоторые из них не реагируют, а просто ложатся на пол, скулят и терпят боль. (Прежде чем защитники животных поднимут крик до небес, надо сказать, что доктор Селигман проводил такие эксперименты с надеждой найти способ борьбы с депрессией.)

Чтобы понять, почему некоторые собаки перестают сопротивляться, Селигман провел чрезвычайно изобретательный двухступенчатый эксперимент. На первой стадии этого эксперимента собаки из группы А получали электрошок средней силы. Собаки могли выключить ток, нажав мордой на пластину, и скоро научились это делать. Собаки из группы Б получали электрошок такой же силы, но не имели возможности избавиться от него. Собаки из группы В вообще не получали электрошока. На следующий день проводилась вторая стадия эксперимента. Собак по одной помещали в специальный ящик, который Селигман называет «шаттл», разделенный на две секции невысоким барьером посередине. Одна сторона ящика была электрифицирована, вторая – нет. Собак помещали в то отделение, где они испытывали постоянный небольшой электрошок. Чтобы избавиться от болевых ощущений, собакам просто требовалось перепрыгнуть через барьер, чтобы попасть на другую половину. И вот что случилось. Собаки из группы А (которые могли контролировать электрошок) и группы В (не получавшие шока) почти моментально понимали, что могут перепрыгнуть через барьер и избавиться от шока. Но собаки из группы Б (те, которые не могли контролировать шок на первой стадии) даже не пытались что-то предпринять. Они просто ложились на пол и скулили.

Доктор Селигман (а вслед за ним и многие другие) обнаружил, что у этих собак пропала мотивация к действию. Так вот, как я уже говорил, все мы – тоже собаки. Фактически мы даже еще хуже. Угадайте, сколько попыток надо сделать человеку, чтобы научиться быть беспомощным?

В одном эксперименте группу добровольцев поместили в небольшую комнату с несколькими дверями. Все двери заперли, и после этого в комнату начали транслировать оглушительный шум. Добровольцы немедленно попытались выбраться из комнаты, но, обнаружив, что все двери заперты, просто сели на свои места и смирились со страшным грохотом. Втайне от них, сразу после того, как они попробовали открыть двери, ученые потихоньку отперли замки. Вся фишка заключается в том, что ни один доброволец не поднялся и не попробовал открыть двери по второму разу. Они прекрасно научились беспомощности с первого захода. Как и большинство людей, они были убеждены, что, если наши действия ни к чему не приводят, то зачем напрасно дергаться. По моим наблюдениям, от приобретенной беспомощности страдают и многие организации. Она давно подкосила под корень все их попытки мотивировать людей или вводить эффективные перемены.

Если вы уже научились быть беспомощными, то самое худшее, что с вами может приключиться, это осознание собственного положения, поскольку оно может поощрить вас совершить еще одну попытку. Чтобы не попасть в подобную ловушку, неплохо было бы усвоить кое-что, непосредственно связанное с приобретенной беспомощностью, а именно: ваш успех, или в нашем случае – неудача, будет в основном определяться тем, как вы объясняете события, происшедшие с вами, или реагируете на них. Доктор Селигман называет это «стилем изложения». Вот два основных элемента вашего стиля изложения.

Постоянство

Люди, которым что-то не удается и которые легко опускают руки, считают, что все причины произошедших с ними неприятностей остаются неизменными. Они не могут подняться над своими нынешними обстоятельствами. В то время как целеустремленные, счастливые люди, сталкиваясь с проблемами, поступают совершенно противоположным образом – они убеждены, что причины неудач временны. Их девиз: «Все пройдет».

СЧАСТЛИВЫЕ ЛЮДИ, сталкиваясь с проблемами, считают причины неудач временными.

Проблема становится всеобъемлющей

Беспомощность может также развиться от того, что вы позволили проблеме непомерно разрастись. Разумеется, порой проблемы оказываются довольно серьезными, но оптимисты не позволяют им влиять на прочие аспекты своей жизни. Они огораживают проблему забором и удерживают ее внутри. Как говорит доктор Селигман: «Одни люди могут аккуратно засунуть свои беды подальше и продолжать жить, даже если один из важных жизненных аспектов – например, работа или личная жизнь – ущемлен. А другие истекают кровью по любому поводу. Они воспринимают все вокруг в катастрофическом свете. Когда обрывается одна нить, начинает рваться вся материя их жизни. Все сводится к следующему: люди, дающие универсальные объяснения своим неудачам, сдают все свои позиции, когда неудача случается на каком-то одном направлении. Люди, дающие конкретные объяснения, могут стать беспомощными в какой-то одной сфере своей жизнедеятельности, но продолжать решительное движение во всех остальных направлениях».

То, чего не следует делать

Не надо по собственной инициативе анализировать, что приводит вас в плохое настроение. Не надо также думать о том, что приводит вас в хорошее настроение, – например о любимом музыкальном произведении или о дорогом воспоминании. Не создавайте разрыв между стимулом и реакцией (например, считать до 10, прежде чем решить, как надо отреагировать и что прочувствовать).

Если вы уже многократно пробовали что-то, у вас ничего не получилось и вы сдались, понимая, что успех невозможен, ни в коем случае не предпринимайте еще одну попытку. Вы можете случайно обнаружить, что сегодня это вам по силам. Если вы считаете свои неудачи неизменными («ничто никогда не изменится») и всеобъемлющими («все начальники несправедливы»), вы постоянно будете заражены пессимизмом. Если вы считаете неудачу временной («всегда будет завтрашний день») и локальной («босс сегодня в плохом настроении»), вы будете оптимистом. Так кем же хотите стать, вы – прекрасная, большая и глупая собака, исходящая слюной?

Назад: Шаг двадцать девятый Не ходите в кино
Дальше: Шаг тридцать первый Не спрашивайте: «Как вы это делаете?» Не ведите себя «как будто». И не будьте наивными

Загрузка...