Загрузка...
Книга: Богатый ребенок, умный ребенок
Назад: Глава 12 Обучение на настоящих деньгах
Дальше: Глава 14 Зачем нужны карманные деньги?

Глава 13
Другие способы повышения финансового IQ вашего ребенка

В июне 2000 года в Финиксе, штат Аризона, у меня брал интервью репортер местной газеты. Он был приятным человеком, но иногда демонстрировал скептицизм, почти на грани цинизма. Мы были примерно одного возраста и происхождения. Его отец был уважаемым судьей в Бостоне, где прошло его детство. И все же, несмотря на одинаковый возраст, социальное происхождение и академическую подготовку, мы находились на разных полюсах финансовой обеспеченности. В пятьдесят три года у него не было почти ничего, чтобы обеспечить себе старость. Он сказал мне:
— Я планировал выйти на пенсию и написать мой великий роман, но теперь, похоже, мне до конца дней придется работать внештатным журналистом только для того, чтобы выкупить закладную и обеспечить детям еду на столе.
Тогда я спросил его:
— А почему бы вам не заняться инвестированием? Почему не купить здесь, в Финиксе, пару домов для сдачи внаем, а потом спокойно сидеть и писать ваш великий роман?
И вот что он ответил:
— Хороших вариантов в Финиксе больше не найти. Это можно было сделать лет десять назад, но теперь хороших сделок просто нет. Цены на рынке взлетели слишком высоко. Поэтому, когда рухнет рынок акций, и, возможно, вместе с ним рухнет рынок недвижимости. Думаю, что сейчас заниматься инвестициями слишком рискованно.
После такого объяснения мне стало ясно, что этот человек обречен работать до конца жизни. Я предвидел, что он, скорее всего, так никогда и не отступит от своей формулы победы. Это можно было определить по его словам: раз он не изменил своих слов, то не изменит и свою жизнь.
Богатство языка
Благодаря тому, что у меня было два отца, я имел возможность подмечать, в чем сходство и в чем разница между ними. Мне было примерно четырнадцать лет, когда я начал понимать, что оба моих отца говорили на разных языках. Один говорил на языке школьного учителя, а другой — на языке бизнесмена и инвестора. Оба говорили по-английски, но совершенно разные вещи.
Я очень остро реагирую на лексику, которую используют люди. Просто вслушиваясь в слова, я могу узнать о человеке очень многое. Например, у меня есть друг, который серьезно увлекается спортом. С ним всегда интересно поговорить, но только о том, что касается спорта. Если бы меня угораздило спросить его: “Каково отношение заемных средств к собственному капиталу у твоего дома?” — его глаза тут же стали бы круглыми, хотя вопрос, по сути, элементарный. Если бы я сформулировал тот же вопрос по-другому, он бы понял меня лучше. Вместо того чтобы ставить его в тупик, спрашивая об отношении заемных средств к собственному капиталу, я мог бы спросить: “Сколько ты должен за свой дом и сколько, по-твоему, он стоит?” Употребляя эти слова, я спрашиваю его о том же самом и ожидаю того же ответа, что и в первом случае. Разница в том, что, когда я использую одни слова, он меня понимает, но когда я выражаю свою мысль иначе, тут уж извините… Вот о чем мы и расскажем в этой главе — о силе слов.
Говори своими словами — и все окажется проще простого
Оба папы учили меня никогда не пропускать мимо ушей слова, которых я не понимаю. Оба папы советовали прерывать любого человека на полуслове и просить его объяснить то, чего я не понял. Например, однажды я сидел с богатым папой в офисе его адвоката, когда тот употребил несколько слов, которых богатый папа не понял. Богатый папа прервал его и спокойно сказал: “Подождите, я не понял то, что вы сейчас сказали. Пожалуйста, объясните мне это выражение на моем языке”. Богатый папа довел эту практику до крайности, особенно со своим адвокатом, большим любителем ввернуть красивое словцо или оборот. Когда адвокат начал свою речь примерно так: “Я, право, еще не изучил…” — богатый папа перебил его: “Что, значит, вы не изучили право? У вас же диплом юриста!”
Мой умный папа как-то сказал: “Многим людям кажется, что, употребляя умные слова, которых никто не понимает, они выглядят умнее. Вся беда в том, что с такими умниками невозможно разговаривать”. Каждый раз, когда у меня возникали проблемы с финансовыми терминами, богатый папа говорил: “Говори своими словами — и все окажется проще простого”.
Многие люди попадают в финансовые передряги только потому, что употребляют слова, которых не понимают. Классическим примером я считаю определение понятий активов и пассивов. Вместо того чтобы заставить меня вызубрить определение из толкового словаря, богатый папа дал мне определение, которое я мог понять и использовать. Он просто сказал: “Активы кладут деньги тебе в карман, а пассивы вынимают деньги из твоего кармана”. Для большей ясности он добавлял: “Если ты потеряешь работу, то активы тебя накормят, а пассивы съедят”.
Если проанализировать эти определения, легко заметить, что формулировки богатого папы построены на описании физических действий, а не на абстрактных понятиях, положенных в основу определений, содержащихся в словаре Вебстера; где слово активы толкуется как “статьи балансового отчета, показывающие учетную стоимость имущества, находящегося в собственности”.
Глядя на словарное определение, перестаешь удивляться тому, что столько людей считают свои дома активами. Во-первых, большинство из них даже не думали заглядывать в словарь. Во-вторых, они готовы слепо принять на веру любое определение, когда слышат его от человека, которого считают авторитетом. Так, они верят заверениям своих банкиров или адвокатов в том, что их дом является активом. Как я уже сказал, когда ваш банкир говорит, что ваш дом — это актив, он говорит правду. Ваш банкир умалчивает лишь о том, чьим активом является ваш дом. Я также говорил, что интеллект — это способность проводить более тонкие различия. Вот поэтому использование нескольких определений — это еще один способ проведения более тонких различий. В-третьих, если вы связываете какое-то слово с вашим личным опытом, вы понимаете его намного лучше. Если вы проанализируете схему пирамиды обучения, то поймете, почему так много людей слепо принимают на веру только теоретические определения слов.
Большая часть современной системы образования после третьего класса, когда ребенку исполняется девять лет, базируется на методике чисто умственного обучения. Классы очищают от кубиков и игрушек, а учеников начинают приучать к восприятию отвлеченных знаний. Для ускорения учебного процесса от детей требуют безоговорочно верить всему, что они прочтут в учебниках или услышат от такого авторитетного человека, как учитель. На этом этапе система фокусируется на чисто умственном способе усвоения знаний. В эмоциональном плане ребенка приучают бояться ошибок, не задавать вопросов и не ставить под сомнение сказанное учителем. Физическое обучение, за исключением уроков рисования, музыки и занятий физкультурой в спортзале или на стадионе, практически отсутствует. Дети, обладающие вербально-лингвистическими способностями, делают успехи, но ученики с физическими или художественными склонностями начинают отставать. На этой стадии развития детей часто принуждают воспринимать отвлеченные понятия как истинные без всяких физических доказательств. Может быть, поэтому, когда банкир говорит: “Ваш дом — это актив”, — большинство людей только кивают и принимают это утверждение за истину, не требуя физических доказательств. Собственно говоря, этому нас учили с девяти лет.
Пирамида обучения
Сила существительных и глаголов
Мой богатый папа старался вызывать у нас физические ассоциации с каждым новым термином или понятием. Вот почему его определения активов и пассивов всегда содержали ссылку на какие-нибудь материальные предметы (например, “деньги” и “карман”) и действия (например, “класть деньги в карман”). В своих формулировках он использовал существительные типа “деньги” и “карман” и глаголы типа “класть” — слова, которые нам с Майком были понятны. Чтобы не терять попусту время, которое вы инвестируете в обучение ваших детей науке о деньгах, пожалуйста, старайтесь использовать понятные для них слова. А если они склонны к физическому обучению, пожалуйста, будьте особенно осторожны и используйте определения, которые ваши дети могут увидеть, потрогать и почувствовать, независимо от того, сколько им лет. Прекрасными инструментами обучения являются игры, потому что они вызывают физические ассоциации с новыми финансовыми терминами, которые должен усвоить ваш ребенок.
Сила слов
В начале этой главы я рассказал об одном моем интервью. Репортер оказался очень неглупым человеком, примерно моего возраста, и я получил громадное удовольствие от беседы с ним. Наши взгляды и интересы в жизни во многом совпадали, но, когда речь зашла о деньгах, наши подходы к этой теме оказались диаметрально противоположными. Меня сразу же насторожили два момента, указавшие на то, что в разговоре о деньгах мне следует тщательно выбирать слова, иначе он поймет меня неправильно. Первый момент был связан с чрезмерной эмоциональностью затронутой темы, а второй — с моим благоговейным преклонением перед силой прессы. Она может без труда возвести вас на пьедестал или стереть в порошок, поэтому мне пришлось особенно тщательно продумывать выражения, в которых я излагал мои взгляды на все, что связано с деньгами. В качестве примера приведу отрывок из интервью:
Репортер: Почему вы инвестируете средства в недвижимость, а не во взаимные фонды?
Р. Кийосаки: Вообще-то я инвестирую и туда и туда, но то, что у меня больше денег вложено в недвижимость, — это правда. Должен сказать, что каждый тип инвестиций имеет свои преимущества и недостатки. Одно из преимуществ недвижимости состоит в том, что она дает мне больше возможностей контролировать размеры налогов и сроки их уплаты.
Репортер: То есть вы хотите сказать, что люди должны искать возможность обходить налоги? Не слишком ли это рискованно?
Р. Кийосаки: Я не сказал обходить, я сказал, что недвижимость дает мне больше возможностей контролировать мои налоги.
Между тем, как определяются и как понимаются выражения обходить налоги и контролировать налоги, дистанция огромного размера. Мне пришлось битых двадцать минут втолковывать ему разницу между словами обходить и контролировать. Чтобы объяснить разницу между ними, я вынужден был сначала объяснить разницу между законами о налогах с наемных работников и законами о налогах с инвесторов, а затем — между налогами на взаимные фонды и налогами на недвижимость. Кстати, его неспособность понять меня правильно была связана главным образом с тем, что как наемный работник, он не имел почти никакой возможности контролировать свои налоги. Привыкнув не задумываться над этими вопросами, он стал воспринимать слово обходить в значении уклоняться, а большинству из нас хорошо известно, что уклонение от налогов карается законом. Поэтому, когда в моих словах “контролировать налоги” ему послышалось “уклоняться от налогов”, в мозгу сверкнул красный сигнал опасности и он воспринял мою идею в штыки. Как говорится, “чтобы изменить унцию представлений, о чем-либо, часто требуется тонна образования”. В данном случае тонна образования не потребовалась, но двадцать минут на разжевывание очевидных для меня понятий я потратил. Иначе разрядить возникшее напряжение было нельзя. А я решительно не хотел навлекать на себя гнев всесильной прессы только из-за того, что у кого-то в голове смешались два разных понятия.
Репортер: От вашего откровения мало проку, потому что возможностей приобрести недвижимость больше нет. Цены на нее взлетели слишком высоко. И, кроме того, как я смогу найти эту недвижимость, дешево ее купить, привести в порядок и продать. У меня нет на это времени.
Р. Кийосаки: Я не торгую недвижимостью. Я делаю инвестиции в недвижимость.
Репортер: То есть вы хотите сказать, что приведение собственности в порядок и продажа с целью получения прибыли — это не инвестирование?
Р. Кийосаки: Вообще-то, если рассматривать определение инвестирования в самом широком смысле, то, наверное, операцию купли-продажи недвижимости можно назвать инвестированием. Однако в мире инвестиций людей, которые покупают что-то, не планируя использовать эту собственность или владеть ею, чаще называют “торговцами”. Они покупают, чтобы продать. Инвестор обычно покупает, чтобы владеть, и использует активы для ускорения денежного потока и наращивания капитала. Это просто более тонкое различие.
Репортер: Но разве для наращивания капитала вам не приходится продавать?
Р. Кийосаки: Нет. Настоящие инвесторы прилагают все усилия, чтобы добиться прироста капитала, не прибегая к продаже или торговле своей собственностью. Видите ли, главная цель инвесторов — покупать и владеть, покупать еще и тоже владеть, снова покупать и снова владеть. Первоочередная задача настоящих инвесторов состоит в увеличении своих активов, а не в их продаже. Они могут продавать, но не ставят себе такой цели. По мнению настоящих инвесторов, на поиски стоящего объекта для инвестирования уходит столько времени, что они предпочитают купить и владеть. Торговцы покупают и продают, снова покупают и снова продают, надеясь на увеличение своего капитала при каждой сделке. Инвесторы покупают, чтобы владеть, а торговцы покупают, чтобы продать.
Репортер некоторое время сидел и недоуменно тряс головой. Наконец он сказал: “Для меня это полная абракадабра”. Затем он вернулся в старую колею и задал следующий вопрос.
Я чувствовал себя неловко, потому что мы начали углубляться в такие области, которые стоило обойти. Я изо всех сил старался говорить проще, но понимал, что это мне плохо удается. Пытаясь проводить более тонкие различия, я только больше запутывал ситуацию.
Репортер: “Интересуют ли вас запущенные дома, которые можно отремонтировать и потом выгодно продать?
Р. Кийосаки: Интересуют и такие, особенно если я могу купить их, чтобы потом владеть ими. Но, в принципе, ответ “нет”. Собственность, которую я ищу, не обязательно должна быть обветшалой и требовать ремонта.
Репортер: Тогда что же вы ищете?
Р. Кийосаки: Чаще всего я начинаю с поисков заинтересованного продавца. Когда людям нужно продать собственность как можно быстрее, они всегда готовы поторговаться и снизить цену. Или ищу банки, располагающие собственностью, на которую потеряно право выкупа.
Репортер: Это звучит так, будто вы наживаетесь на людях, которые попали в беду. Разве это честно?
Р. Кийосаки: Ну, во-первых, человеку нужно что-то продать, и он рад найти заинтересованного покупателя. И, во-вторых, разве вам никогда не хотелось избавиться от чего-то ненужного, да еще получить за это какие-то деньги?
Репортер: И все же, мне по-прежнему кажется, что вы ищете людей, на которых можно нажиться. Если бы это было не так, стали бы вы скупать заложенное имущество, на которое потеряно право выкупа? Разве люди теряют это право не потому, что оказались в тяжелом финансовом положении?
Р. Кийосаки: Я вполне понимаю, с какой стороны вы смотрите на эту ситуацию, и если повернуть дело так, то ваши выводы не лишены основания. Но, с другой стороны, банк лишает людей права выкупа за то, что они нарушили договор с банком. Ведь это не я лишил их права выкупа, это сделал банк.
Репортер: Хорошо, я понял вашу мысль, но все равно считаю, что это всего лишь еще один пример того, как богатые обирают бедных и слабых. А теперь расскажите, что еще вы обычно ищете, помимо заинтересованных продавцов и имущества без права выкупа?
Р. Кийосаки: Затем я делаю подсчеты, вывожу ВНР, внутреннюю норму рентабельности, и решаю, стоит ли овчинка выделки.
Репортер: ВНР? А какое она имеет значение?
Как только я произнес “ВНР”, то понял, что опять нарвался на неприятность. Нет, чтобы мне сказать “ПНИ” (прибыль на инвестицию). К тому же, я чувствовал, что по очкам в этой схватке репортер наступает мне на пятки. Мне нужно было срочно уходить из опасной зоны. Для того чтобы снова наладить взаимопонимание между нами, я должен был вспомнить простейшие определения, которые использовал мой богатый папа.
Р. Кийосаки: Как я уже сказал, моя цель как инвестора — покупать и владеть. ВНР очень важна, потому что она показывает, насколько быстро я смогу вернуть мой исходный капитал, который часто называют “первоначальным платежом” или “авансом”. Мне нужно вернуть мой исходный капитал как можно быстрее, потому что я хочу найти и купить на него следующий актив.
Репортер: А как же долг? Разве вы не заинтересованы как можно быстрее выплатить долг?
И вот тут я понял, что интервью провалено окончательно. Я перестал изображать из себя учителя и напрямую изложил хранящуюся у меня в голове формулу инвестирования, предоставив ему решать, что написать в своей газете.
Р. Кийосаки: Нет. Моя цель не в том, чтобы выплатить долг. Моя цель — сделать долг еще больше.
Репортер: Сделать долг больше? Но зачем?
Как я уже сказал, мне было ясно, что на интервью можно ставить крест. А когда я рассказал о налоговых рисках, связанных с убытками взаимных фондов, все стало еще хуже. Ему не понравилось то, что я сказал о взаимных фондах только потому, что все его деньги с его пенсионного счета были вложены во взаимные фонды. Пропасть непонимания между нами, вместо того чтобы сужаться, становилась все шире. Когда мы дошли до вопроса об инвестировании, я уже видел, что мы не просто разговариваем на разных языках, а находимся по разные стороны баррикад.
Тем не менее, дело кончилось тем, что он написал на удивление точный отчет о моих инвестиционных идеях, несмотря даже на свое несогласие со многими из них. Больше того, перед тем как отдать статью в редакцию, он прислал мне копию на утверждение. Я направил ему письмо с благодарностями за объективность и разрешением на публикацию. Статья была написана настолько хорошо, что мне не пришлось вносить никаких исправлений. Однако через некоторое время он позвонил мне и сказал, что его редактор не пустил статью в печать по причине, которую господин редактор объяснить не удосужился.
Почему для того, чтобы делать деньги, деньги не нужны
Меня часто спрашивают: “Разве для того, чтобы делать деньги, не нужны деньги?” Обычный мой ответ: “Нет. Деньги — это всего лишь идея, а идеи оформляются словами. Поэтому, чем более тщательно вы станете подбирать слова для формулировки ваших идей, тем больше у вас шансов улучшить ваше финансовое положение”.
Я вспоминаю выступления доктора Р. Бакминстера Фуллера в 1980-е годы. Во время одной из лекций, на которых мне посчастливилось присутствовать, Баки начал говорить о силе слов. Он сказал: “Слова — это самые мощные инструменты из всех когда-либо изобретенных человеческими существами”. После провала на экзамене по английскому в средней школе любые разговоры о словах наводили на меня глубокую тоску до того самого момента, когда я услышал, что этот великий человек говорил об их силе. Его лекции помогли мне осознать, что разница между моим богатым папой и моим бедным папой начиналась с разницы в их словах. Как я уже упоминал, мой родной отец пользовался словарем школьного учителя, а богатый папа использовал словарный запас человека из мира бизнеса и инвестиций.
Первый шаг к богатству
Когда люди спрашивают меня, что им "нужно сделать для укрепления их финансового положения в жизни, я отвечаю: “Вы сделаете первый шаг к богатству, если дополните свой словарь финансовой терминологией. Другими словами, если вы хотите стать богатым, начните с обогащения своего словарного запаса”. К этому я обычно добавляю, что в английском языке около двух миллионов слов, а повседневный словарь среднего человека редко превышает пять тысяч. Затем я говорю: “Если вы в самом деле имеете серьезное намерение стать богатым, поставьте себе цель выучить одну тысячу финансовых терминов, и тогда вы станете намного богаче тех людей, которые этими словами не пользуются”. Затем я предостерегаю их: “Но при этом вы не должны останавливаться на простом заучивании теоретических определений. Углубляйте ваше понимание, пока оно не заполнит умственную, эмоциональную, физическую, а затем и духовную сферы вашего разума. Если вы свободно владеете финансовым словарем, ваша уверенность в себе обязательно возрастет”. И напоследок я говорю: “Но самое главное в этой операции по инвестированию вашего времени заключается в том, что слова достанутся вам совершенно бесплатно”.
Слова позволяют уму увидеть то, чего не видят глаза
Интеллект — это способность проводить более тонкие различия. Провести такие различия вашему уму позволяют слова. Слова позволяют вашему уму видеть то, чего не видят глаза. Например, слово актив по значению противоположно слову пассив, но большинство людей не видит никакой разницы между ними; А простое знание этой разницы может сильно повлиять на финансовый результат жизни человека.
В предыдущих книгах я писал о разнице между тремя видами доходов: трудовыми, пассивными и доходами от портфеля ценных бумаг. Все они входят в круг значений слова доходы, но между каждым из этих трех видов дохода существует огромная разница. Говоря своему ребенку: “Учись, получай хорошие отметки и найди работу”, — вы советуете ему работать, чтобы получать трудовой доход. Этот вид дохода плох тем, из всех трех перечисленных выше он облагается самыми высокими налогами и, кроме того, не дает вам почти никакой возможности контролировать налоги. Мой богатый папа советовал мне направить основные усилия на получение пассивного налога, который является основным видом доходов от недвижимости. Он меньше остальных двух облагается налогами и предоставляет наибольшие возможности для контроля над ними. Доход от портфеля ценных бумаг — это типичный вид доходов от активов в ценных бумагах и во многих случаях второй по предпочтительности. Как видите, разница в словах не слишком велика, но разница в результатах, которые заносятся в табель финансовой успеваемости человека, ошеломительна.
Доход богатых
Если вы просмотрите финансовый отчет любого человека, то без особого труда обнаружите, какой вид доходов этот человек считает первостепенным. В качестве примера приведем образец финансового отчета из игры “Денежный поток-101”.

 

 

Работая и получая только трудовые доходы, трудно стать богатым, независимо от того, сколько денег вам платят. Если вы хотите стать богатым, научитесь превращать трудовые доходы в пассивные или в доходы от портфеля ценных бумаг. Именно этому богатые родители учат своих детей.
Цифры еще больше подчеркивают различия
Если к словам добавляются точные цифры, нагрузка на мозг резко возрастает. Большинство инвесторов в ценные бумаги знают, что между акциями, у которых отношение цены к прибыли равно десяти, и акциями, у которых это отношение равно пятнадцати, есть существенная разница. Кроме того, опытные инвесторы не станут покупать акции, руководствуясь только этим отношением, каким бы высоким оно ни было. Опытному инвестору необходимы дополнительные слова и дополнительные цифры.
Кроме того, существует громадная разница в объеме полезной информации, которую сообщает тот, кто говорит: “В прошлом месяце наш бизнес принес нам очень большие деньги”, и тем, кто говорит: “В прошлом месяце наш бизнес принес 500 тысяч долларов валовой прибыли при коэффициенте доходности в 26 процентов, что было достигнуто в результате увеличения объема продаж по сравнению с предыдущим месяцем на 12 процентов, при одновременном снижении эксплуатационных расходов на 6 процентов”. Эта информация позволит мне получить более полное представление о компании и решить, стоит ли вкладывать в нее деньги. Эти дополнительные сведения снизят инвестиционный риск и увеличат мои шансы на получение дохода от инвестиций.
Сила общения
Сила богатого финансового словаря в сочетании с умением оценивать цифры могут обеспечить вашему ребенку стремительный финансовый старт в жизни. Одна из причин, по которым лично мне было скучно в школе, заключалась в том, что мне приходилось заучивать слова, не подкрепленные цифрами. На уроках английского меня учили использовать слова, а на уроках математики — цифры. Оторванные друг от друга, оба этих предмета нагоняли на меня скуку, и, казалось, не имели отношения к реальной жизни.
Когда богатый папа начал преподавать мне науку инвестирования с помощью игры в “Монопольку”, я значительно обогатил мой словарный запас и полюбил математику. Стоило мне поставить перед цифрой знак доллара, как мой интерес к ней стремительно возрастал. Играя в “Денежный поток”, дети незаметно для самих себя приобщаются к совершенно новому для себя финансовому словарю и одновременно начинают получать удовольствие от математики.
Объединенную силу слов и цифр мой умный папа называл “силой общения”. Как человека с академическим складом ума его всегда интересовал вопрос, чем и как можно объяснить стремление людей к общению. Он обнаружил, что люди общаются особенно активно, если они используют одинаковые слова и интересуются определением различий в значениях каждого слова. Он говорил мне: “Слово общение происходит от слова общество. Когда люди получают удовольствие от одинаковых слов, они организуются в общество. Те, кто использует другие слова или не интересуется их значениями, изгоняются из этого закрытого общества”.
Сегодня все больше людей разговаривает на компьютерном жаргоне, пересыпая свою речь такими словами, как “мегабайт” и “гигабайт”. Все, кто любит и ценит байты и понимает разницу между “мега” и “гига”, становятся членами одного общества. Если вам не нравятся эти слова или вы не чувствуете разницы между ними, вас не примут в это общество. В этом и заключается сила слов и цифр. Они могут включить или исключить вас из процесса общения.
Если вы хотите обеспечить вашим детям финансовый старт, попробуйте сначала познакомить их со словами из экономического словаря и научить их определять разницу между ними. Если вам это удастся, вы повысите их шансы быть принятыми в общество финансово грамотных людей. Тех, кто не владеет словами и не старается разобраться в их значениях, могут просто исключить из этого общества.
Запомните слова моего богатого папы: “Между активами и пассивами очень большая разница, хотя это всего лишь два слова. Если вы не видите между ними никакой разницы, то это обязательно скажется на вашем финансовом отчете и на том, какую часть жизни вам придется потратить на работу”. К этому я могу добавить: “Добейтесь того, чтобы ваш ребенок усвоил разницу между активами и пассивами, — и вы обеспечите ему очень солидный старт в жизни”.
Назад: Глава 12 Обучение на настоящих деньгах
Дальше: Глава 14 Зачем нужны карманные деньги?

Загрузка...