Глава 37
Гондурас: ЦРУ наносит удар
Я прилетел в Панаму в 2009 году, сразу после свержения демократически избранного президента Мануэля Селайи в результате государственного переворота. Мне хотелось лично встретиться с влиятельными лицами Панамы и теми, кто хорошо знаком с тонкостями латиноамериканской политики.
Я беседовал с предпринимателями, государственными и общественными деятелями Аргентины, Колумбии, Гватемалы, Панамы и Штатов. А также с учителями, таксистами, официантами, владельцами магазинов и профсоюзными активистами. Большинство считали, что Селайю свергли, потому что он ратовал за 60 %-ный рост минимальной оплаты труда, что привело в ярость американские компании Chiquita Brands International (бывшая United Fruit) и Dole Food Company.
Солнце почти скрылось за мачтами кораблей, ожидавших входа в Панамский канал; я сидел в уличном кафе с «Джоэлом», панамским бизнесменом, который согласился побеседовать со мной анонимно. Он интересовался своим кумиром — Омаром Торрихосом, который погиб, когда Джоэл учился в пятом классе. В тот вечер горечь и раскаяние терзали меня с новой силой. Джоэл сказал, что они с друзьями знали, как и большинство латиноамериканцев, что крушение самолета, в котором летел Торрихос, организовано ЦРУ, и возненавидели Соединенные Штаты.
— Но многое изменилось, — добавил он. — Вы простили Японию и Германию, а мы простили вас. — Он потупил взгляд. — А теперь Гондурас… навевает воспоминания, пробуждая старую неприязнь.
Джоэл рассказал, что его друга из МВФ направили в Гондурас уговорить Селайю изменить политический курс.
— Мой приятель такой же, как и те — в вашей книге. Все перепробовал. Предлагал кредиты Всемирного банка, чтобы утопить страну в долгах и провести проекты, которые принесут деньги самому Селайе и его друзьям. Когда это не сработало, он перешел к запугиванию… — Джоэл не отрывал взгляд от своего пива. — Селайе стоило послушаться. Но он отказался. Тогда в игру вступили шакалы, как вы их называете. — Наши взгляды встретились. — По крайней мере, они не убили Селайю. Торрихосу повезло меньше. — Он натянуто улыбнулся. — Дело ведь не только в Гондурасе. Американские управленцы знают, что если поднимется почасовая оплата труда в Гондурасе, то же самое произойдет во всех странах Латинской Америки. Гондурас и Гаити устанавливают планку минимальной оплаты. Никто не станет платить меньше.
Мы обсудили либеральную политику Гондураса в период более чем трехлетнего правления Селайи. Это и субсидии мелким фермерам, и бесплатное образование и питание для детей из бедных семей, и сокращение процентной ставки на ипотеку, и кредиты местному бизнесу, а также бесплатное электричество для тех, кто не в состоянии оплачивать его, и повышение минимальной оплаты труда. Эти нововведения принесли результат; уровень бедности в стране сократился примерно на 10 процентов.
Джоэл взглянул на корабли, стоящие на якоре.
— У американцев короткая память, — сказал он. — В отличие от Латинской Америки. Мы не забыли, что ваш президент, Тедди Рузвельт, украл — он подчеркнул это слово — те земли в 1903 году, чтобы построить канал для прохода ваших кораблей. Мы не забыли, какую роль ваши корпорации и Вашингтон сыграли в политике нашего континента. Ваше правительство, ваш бывший госсекретарь Генри Киссинджер признали, наконец, свою ответственность за перевороты и убийства, хотя и отрицали это столько лет. Мы всегда знали то, что стало теперь общеизвестным фактом, — что демократически избранный президент Гватемалы Хакобо Арбенс был свергнут в 1954 году ЦРУ, потому что противостоял United Fruit; что переворот, осуществленный ЦРУ с целью свержения демократически избранного президента Чили Сальвадора Альенде в 1973 году, был инициирован ITT (International Telephone and Telegraph, одной из самых могущественных глобальных корпораций в то время). — Он махнул рукой в сторону кораблей. — Мы не забыли Гренаду, и Гаити, и Аргентину, и Бразилию, где ЦРУ ставило своих диктаторов, а еще Гватемалу, Никарагуа и Эль-Сальвадор. Мы не забыли Торрихоса, Рольдоса и неудачную попытку в 2002 году убрать президента Чавеса. — Он взглянул на меня. — Продолжать?
Я сказал, что знаю обо всем этом, и добавил:
— Именно по этой причине я пишу книгу, именно по этой причине я сейчас здесь, в Панаме.
— И еще, — сказал он, — вам, конечно, известно, что переворот в Гондурасе возглавил генерал Ромео Васкес, очередной выпускник вашей небезызвестной школы ЦРУ.
— Школа двух Америк.
— Да, или как назвал ее Торрихос, — школа убийц. — Он снова показал на Канал. — Раньше она была там, в зоне Канала. Пока Торрихос не выгнал их. Теперь она где-то в Штатах.
— В Форт-Беннинге, штат Джорджия, — сказал я.
* * *
Вернувшись в свой номер после встречи, я зашел в Интернет и прочитал несколько статей на испанском языке, подтверждающих слова панамского бизнесмена. Рост минимальной оплаты труда на 60 процентов радикальным образом отразился бы на всех корпорациях — владевших шахтами, гостиницами, магазинами и ресторанами или торгующих товарами, которые произведены на фабриках и заводах в любом месте континента. Эти факты напомнили мне слова того сейсмолога, с которым я ужинал в первые дни своей работы в Корпусе мира в далеком 1968 году, — слова, которые не выходят у меня из головы: «Эта страна принадлежит нам».
Ведущие американские СМИ, принадлежащие корпоратократии, ограничились лишь обвинениями в адрес Селайи: они утверждали, что переворот был спровоцирован попыткой президента внести изменения в конституцию, что позволило бы ему баллотироваться во второй раз. Селайя предложил провести референдум, но, судя по тому, что я читал и слышал в Панаме и в испаноязычных СМИ, переворот был связан не с реформой конституции, а с твердым решением президента повысить минимальную оплату труда.
Вернувшись из Панамы в Соединенные Штаты, я обнаружил, что и на английском все же можно было найти достоверную информацию о событиях в Гондурасе, несмотря на игнорирование реальных фактов официальными СМИ. Британский Guardian заявлял:
«Двое из главных советников временного правительства Гондураса тесно связаны с американским госсекретарем. Один из них — Денни Дэвис, влиятельный лоббист, личный адвокат президента Билла Клинтона, а также сторонник Хилари… Второй — эксперт, нанятый временным правительством, опять-таки связан с Клинтоном, — лоббист Беннетт Ретклифф».
Democracy Now! сообщала, что компанию Chiquita представляет вашингтонская юридическая фирма Covington&Burling; что генеральный прокурор президента Обамы, Эрик Холдер, был партнером Covington и защищал Chiquita, когда компанию обвинили в найме «террористических групп» в Колумбии; и что во время судебных разбирательств Chiquita признала, что нанимала организации, которые состоят в списке террористических групп, составленном американским правительством. В Колумбийском суде Chiquita была признана виновной и согласилась выплатить штраф в размере 25 миллионов долларов. Когда корреспондент Democracy Now! Эми Гудмен брала интервью у Мануэля Селайи 21 мая 2011 года, бывший президент сказал:
«Заговор организовали тогда, когда я присоединился к ALBA, Боливарианской альтернативе для стран Латинской Америки. Против меня началась подлая психическая война. Ее инициатором стал Отто Рейх (бывший посол США в Венесуэле и помощник госсекретаря по делам Латинской Америки). Бывший заместитель госсекретаря США Роджер Норьега, Роберт Кармона и Arcadia Foundation, созданная ЦРУ, примкнули к правому крылу вместе с военными группировками, они и устроили этот заговор. Объявили, что я коммунист и угрожаю безопасности континента».
В декабре 2009 года я спросил Говарда Зинна, как, на его взгляд, свержение Селайи повлияет на Эквадор.
— Что ж, — задумался он, — на месте Корреа я бы почувствовал себя следующей жертвой.
Его слова оказались пророческими.
Говард умер от сердечного приступа 27 января 2010 года в возрасте 87 лет, и ему не довелось увидеть попытку переворота с целью свержения эквадорского президента Рафаэля Корреа 30 сентября 2010 года. Его возглавил выпускник Школы двух Америк, налицо были все признаки участия ЦРУ. Однако, в отличие от других латиноамериканских переворотов, этот спровоцировала полиция, а не военные. В решительном бою на улицах Кито полиция столкнулась с военными. Солдаты одержали верх. Корреа остался у власти.
Многие наблюдатели считают, что неудавшийся переворот — это предупреждение, а не настоящая попытка свержения президента. Как бы то ни было, Корреа практически сразу развернул свою политику в сторону крупных нефтяных компаний. Он объявил, что выставляет на аукцион огромную территорию ливневых лесов.
В те дни я часто вспоминал Говарда. Мне так хотелось услышать его мнение о событиях в Эквадоре. Его ум и юмор всегда превращали самые катастрофические новости во вполне сносные. Лишившись его, мир потерял блестящего мыслителя — мудрого наблюдателя и проницательного толкователя уроков истории. Я потерял друга и наставника, источник вдохновения. С удвоенной решимостью я стал следовать его советам.