Книга: Доминирующий вид
Назад: Глава 1
Дальше: Глава 3

Глава 2

У Фила Розенштайна имелась куча странных привычек, например запирать двери изнутри и отключать коммуникатор, что, впрочем, не мешало Джейславу Вагошу считать его своим другом и регулярно заглядывать к Розенштайну в каждый из своих коротких визитов на станцию. В двери, в конце концов, можно было и постучать.
– Ну, как твоя поляна? – спрашивал Фил, бесцеремонно сметая с дивана лабораторные склянки вперемешку с дорогими приборами. – Все кормишь мышей?
Чак, задрав толстый полосатый хвост, бегал по Филовой лаборатории, обнюхивая углы и закоулки. По устоявшейся традиции он считал эту территорию своей.
– Как Анна?
– Хорошо. На той неделе чуть недомогала. Сейчас в порядке. Привет тебе передает.
– Когда у нее срок? – поинтересовался Розенштайн, взлохмачивая и без того лохматые волосы.
– Скоро уже. А у вас какие новости?
– У нас все в рамках программы, – пробормотал Фил, щуря блестящие глазки. – Начальство разминает языки перед визитом господина Лаграна, тренируется в лизании задниц… Садился скаф с «Аскалона»… Хочешь покурить? У меня новая партия подросла.
Фил плюхнулся в видавшее виды кресло на архаичных колесиках, выудил откуда-то самодельную сигарету и прикурил от лабораторной горелки. Джей, устроившийся на краю дивана, покачал головой.
– Как хочешь, – сказал Розенштайн, – У ван дер Роя пропал индри, – сообщил он, выпуская изо рта сизое облачко дыма. – Старик вне себя. Всю станцию вывернул наизнанку.
– Я видел Роя, – осторожно сказал Джей. – А что, собственно, случилось?
– Загадочная история, – Фил поскреб заросли щетины на толстой щеке. – Никто так ничего и не понял. Индри пропал из запертой лаборатории, из закрытого вольера. Вечером был на месте, а утром – пустая клетка.
Джей покачал головой.
– И представляешь, – Фил нагнулся вперед, натягивая объемистым животом ткань цветастой рубашки. – Камеры в лаборатории и камеры в коридоре не показали ровным счетом ничего. Ослепли! Системный сбой. Просто зависли на пять минут. Каково?
– Действительно, странная история.
– Слишком странная, – Фил стряхнул пепел в первую подвернувшуюся плошку. – Похоже на диверсию…
– Брось, – Джей даже засмеялся. – Кому нужно похищать индри у ван дер Роя?
– Нашим купольным програмщикам.
– Для чего им индри? – Джей уже ничего не понимал.
Фил пожал плечами:
– Для организации.
– Какой организации?
– Мало ли… «Лига Экстремальной Оппозиции», «Великая стена», «Анархезис». Почем мне знать? На Земле полторы тысячи незаконных группировок.
– Какое Трикстерра имеет отношение к земным тергруппам?
– Старик, – назидательно проговорил Розенштайн, – если ты полагаешь, что до нашей планеты никому нет дела, то ты наивный боба.
– Ага, – сказал Джей, – значит, «Великая стена» снарядила подпространственный лайнер с командой узкоглазых головорезов…
– Напрасно иронизируешь, – Фил откинулся на спинку кресла. – Никакого лайнера. Боевики прибыли сюда давным-давно, на вахтовых звездолетах под видом наемных специалистов, большей частью, я думаю, системных техников, лайн-тюнеров, ап-ридеров, что-нибудь в таком духе.
– Почему ап-ридеров, а не ксенобиологов?
Фил всегда был слегка сумасшедшим, но до такой степени пока не доходило.
– Потому что, если решение о колонизации будет наконец принято, дотации на науку урежут, большую часть исследовательских программ придется временно свернуть, и такие, как я, скорее всего, улетят домой, – терпеливо объяснил Розенштайн, – а ап-ридеры останутся, эти ребята нужны везде и всегда. Они останутся так же тихо и незаметно, как когда-то появились…
– …и украли индри у профессора ван дер Роя.
Фил поднялся из кресла и прошелся по лаборатории, дымя самокруткой.
– Выходит, что так, – сказал он, останавливаясь перед Джеем.
– И зачем им это надо?
– Общая дестабилизация обстановки.
Джей хмыкнул.
– Ты знаешь Анри Диаша?
Джей кивнул:
– Немного.
– Так вот, он мне настроил камеры в лаборатории так, что время от времени я могу их отключать, чтобы покурить не только в личной каюте.
– Ну и что? – Джей пожал плечами.
– А переводы? – не унимался Фил. – Я смотрел закрытые служебные файлы. Програмщики постоянно переводятся с места на место: из Люпье в Конрада, из Конрада в Ло Фэня, из Ло Фэня в Санникова.
– Ты параноик, – сказал Джей с некоторым восхищением.
– Думаешь? – Фил погасил окурок в керамической чашке. – А мне кажется, что это самая обычная конспирация. И притом не слишком умелая. А потом мы все удивляемся, почему у нас то одно не работает, то другое…
– Саботаж, – подсказал Джей.
– В том числе, – Фил взлохматил волосы и опять прошелся по лаборатории. – В том числе. Но главное, думаю, в том, что они готовят покушение, а мелкие диверсии, вроде поломки харвестеров или похищения индри у ван дер Роя, совершаются для отвода глаз. Соображаешь?
– И покушение готовится, конечно же, на Лаграна.
– Соображаешь, – удовлетворенно согласился Фил. – Он идеальная мишень: влиятельнейший эксперт, представитель панконтинентального правительства, правая рука председателя Комитета по Экспансии. Лично я бы его непременно грохнул.
– И откуда ты все это взял?
– Умение искать и находить информацию, – Фил похлопал ладонью по настольному блоку.
– Моя Анна тоже програмщик, – как бы между прочим сообщил Джей, – и в Соммерс перевелась из другого купола, но на нашей биостанции никаких диверсий не происходит, а аппаратура работает как часы.
– Это еще ни о чем не говорит, – пробурчал Фил.
Он сунул руки в карманы штанов.
– Если все так серьезно, то почему ты не пойдешь к Крайцу? – спросил Джей.
Розенштайн презрительно выпятил губу.
– Чего ради? – сказал он брюзгливо. – Директор службы безопасности за меня мою работу не делает. С чего я стану делать его?
Фил подошел к кубу термического утилизатора, высыпал в его зев пепел вместе с раздавленным чинариком и нажал ногой педаль.
– Классика, – сказал он удовлетворенно, имея в виду то ли курево, то ли терроризм. – Слушай, старик, а не посидеть ли нам в кафе? – Фил сильно оживился. – Я нашел отличное кафе на десятом. Очень уютное и кормят прилично.
– Можно и в кафе, – согласился Джей. – А к биологам позже зайду. Я Чака у тебя оставлю?
– Давай, – отозвался Фил. – Только привяжи его, чтобы не получилось, как в прошлый раз.
* * *
Лаборатория Розенштайна располагалась на самом отшибе северо-восточного сектора станции, почти у самой наружной стены, зато недалеко от магистрального коридора. Рабочий день был в самом разгаре, и в переходах шестого яруса толкалось совсем немного народу.
Широкая лента пассажирского транспортера, в простонародье – «тянучка», несла приятелей к лифтам восточного проезда. Нескончаемая вереница белых дверей с крупными оранжевыми цифрами быстро уплывала куда-то за спину. Слева бежали навстречу остроносые светлые стрелки разметки, нанесенные на темно-серую гуттаперчевую поверхность правой полосы, бойко текущей в обратную сторону.
Доехав до каньона восточного проезда, огороженного по краю никелированными перилами, приятели перешли на полосу, двигавшуюся к центру слоеного пирога. На консольных галереях, подвешенных с двух сторон от пропасти центрального проезда, было куда многолюднее, чем в периферийных коридорах яруса. Джей и Фил кивали встречным знакомым.
Немного не доезжая до центральной площадки купола, где четыре куска пирога соединились между собой широкими пешеходными мостиками, Фил сказал: «Стоп». Серая лента моментально замедлила ход и встала. Белые стрелки, очерчивающие ее с краев, деформировались, сжимаясь в одну сплошную линию. Фил и Джей перешли на твердую поверхность пола, и тянучка с облегчением побежала дальше, растягивая на ходу свою серую поверхность.
– Господин Лагран, как ни крути, очень важная шишка, – говорил Фил, направляясь к стеклянной колонне ближайшего лифта. – А может, на Земле окончательно зашли в тупик, если посылают эксперта с чрезвычайными полномочиями.
– Но ведь в Комитете по Экспансии все равно будут какие-то обсуждения, – предположил Джей.
– Необязательно. Совсем не обязательно.
Лифт гостеприимно растянул в стороны створки дверей.
– Говорят, председатель безоговорочно доверяет Лаграну… – говорил Фил, вворачиваясь в просторную кабину. – Десятый, пожалуйста…
Десятый ярус был целиком отведен под нужды здорового досуга жителей купола. Кроме бассейнов и спортивных площадок, здесь имелось несколько парков, засаженных разнообразными пихтами-кактусами, солярий, где можно было всласть поваляться под лучами трикстеррианского желтого карлика и даже молельный комплекс на любой вкус любого конфессионера. Несколько десятков небольших кафе и баров было раскидано по всему этажу. Время от времени старые кафе вдруг исчезали с привычных мест, а новые появлялись в совершенно неожиданных закоулках. Даже такие закоренелые скептики, как Фил Розенштайн, признавали, что в этом есть некоторая свежесть и интрига.
Двери лифта разъехались, и приятели вышли на полукруглую площадку, от которой разбегались в стороны несколько дорожек, выложенных светлой синтетической плиткой. За бордюром площадки по ухоженному полусинтетическому газону медленно полз маленький киберсадовник. Чуть дальше, буквально в двадцати метрах от лифта, сплошной стеной начинался выверенный по линеечке лес из японской карликовой сосны в широких низких горшках. Между горшками полз еще один робот, время от времени погружая длинную иглу манипулятора в почву.
– Нам вот сюда, – сказал Фил, затем, покосившись на объемистый зеленый контейнер Джея, поинтересовался. – На фига ты его с собой таскаешь? Не мог оставить в лаборатории?
– На обратном пути зайду к Элкинсу, – объяснил Джей, – оставлю образцы. Потом к О’Хара…
– А… да… О’Хара, – Фил потер лоб. – Совсем забыл… Фрау Марсельеза просила передать, чтобы ты зашёл, как появишься.
– Дьявол, – Джей поставил контейнер на пол. – А чего ты молчал? Когда она с тобой говорила?
Марсельеза О’Хара, к которой с подачи каких-то станционных остряков приклеилось обращение «фрау» (странная немецкая приставка к странному имени), имела невероятную способность узнавать что-либо о своих подчиненных чуть раньше, чем они узнавали это о себе сами, и Джей знал, что визиты к фрау Марсельезе лучше не откладывать.
– Да незадолго до того, как ты… Слушай, что за ерунда? – взбеленился Фил. – Ты разве обязан бежать к ней, сломя голову? Да тебя, может, и в куполе-то еще нет…
«Как же, нет…», – подумал Джей, поднимая с пола контейнер.
– Ладно, старый параноик, не психуй, – сказал он примирительно, – после в твоем кафе посидим, все равно я застрял здесь дня на три.
Фил буркнул нечто вроде: «да катись ты».
– Уже, – сказал Джей, входя в лифт. – Я к тебе вечером загляну.
* * *
Коммуникативная панель на двери директорского кабинета засветилась нежно-голубым. Цветные огоньки бежали по ее правому краю.
– Вы просили меня зайти, – сказал Джей, нагибаясь к продолговатому экрану.
– Это вы, Вагош? – живо спросила панель голосом директора по научной части. – Заходите, я вас уже час как жду.
Гладкая пластина двери отъехала, сливаясь со стеной, и Джей прошел в большой шестистенный, как большинство помещений в куполе, кабинет.
Марсельеза О’Хара сидела за своим широким директорским столом. Отчасти фрау Марсельеза напоминала небольшую хищную птицу. Изогнутый и в то же время аккуратный южно-американский нос с широкими крыльями дополнял сходство. Прозрачное выпуклое забрало служебного информатора висело перед внимательными карими глазами.
В комнате был еще один человек, очень красивая молодая женщина, смуглая, с копной вьющихся волос в стиле «безумный водопад».
– Здравствуйте, Джей, – сказала О’Хара. – Разрешите вам представить, Росария Маркес, гидролог, специалист по подводному бурению, – фрау Марсельеза слегка поклонилась в сторону красавицы. – А это Джейслав Вагош, лучший смотритель лучшей биостанции нашего региона.
«Чего это она?» – подумал Джей, делая шаг к креслу, в котором расположилась Росария.
Молодая женщина поднялась на ноги и оказалась довольно высокой, совсем не намного ниже лучшего смотрителя. Джей протянул руку и пожал ее изящную, но в то же время крупную ладонь.
– Джей, что там с вашим кроссфлаем? – как бы ненароком поинтересовалась О’Хара, глядя поверх информационной рамки.
Джэй внутренне подобрался. Директор по науке была в своем ключе.
– Небольшая авария, – сказал он подчеркнуто небрежным тоном. – Ерунда, я уже сообщил Шенье, и Ярич в курсе.
О’Хара сочувственно покивала головой. Все она знала и обо всем имела подробнейшее представление, эта женщина с лицом хищной птицы. Просто она вела какую-то свою игру, и Джей в таких случаях всегда начинал испытывать легкое раздражение.
– Надеюсь, ничего серьезного, – О’Хара тонко улыбнулась. – Мадам Маркес на днях прибыла с «Аскалона». Она и еще четверо ее сотрудников, которых сейчас, к сожалению, тут нет, будут работать у Пущина на озерном куполе.
«Какого черта? – подумал Джей. – Зачем она мне все это рассказывает?»
– Да вы поставьте свой ящик, – ласково продолжала О’Хара, – присаживайтесь к столу.
Джей опустился в кресло, выпрямился и, пристально глядя на фрау Марсельезу, ожидал продолжения. О’Хара покрутила на столе рабочий планшет.
– Видите ли, Джейслав, – сказала она доверительно. – Обстоятельства складываются так, что я должна просить вас об одной услуге.
«Уже горячее», – подумал Джей.
– Росарии и ее коллегам нужно быть на Рибейре не позднее семнадцатого, иначе полетит график бурения, – заговорила О’Хара. – Те, кого они сменяют, уже прибыли в Соммерс и уже улетели на скафе. Оба харвестера стоят в ремонтном ангаре, и получится ли починить хотя бы один к завтрашнему дню, пока неясно. Очень может статься, что придется идти на одних мотокарах. Я рассчитывала отправить Мортимера, но случилось непредвиденное, у Мортимера острый аппендицит с осложнениями, а у Баумана нет опыта.
«И ты боишься проштрафиться на глазах у крупного начальства», – подумал Джей.
– А почему вы не пошлете Николайцева? – сказал он вслух.
– Николайцев сопровождает группу Шиффо и будет дней через пятнадцать. Мы не можем столько ждать, – в голосе начальницы появились просительные нотки. – Джей, вы знаете юго-запад, как свои пять пальцев, и у вас огромный опыт. Руководство купола просит вас взять на себя сопровождение группы Шимицу.
– Я смотритель биостанции, – скрипучим голосом сказал Джей. – Собираю образцы для ксенобиологов и ксеноботаников, ставлю автономные ловушки, настраиваю метеоприборы, кроме того, провожу собственные исследования. Сопровождение групп в качестве проводника не входит в мои обязанности.
Лицо Росарии Маркес стало рассеянным. О’Хара тихо и досадливо кашлянула.
– Росария, милочка, – сказала она улыбаясь. – Вы не могли бы пока погулять по станции? Мы договорим позже.
Росария быстро поднялась и, покосившись на Джея со странной смесью интереса и удивления, вышла в коридор.
– Приятно было познакомиться, – сказала она уже на пороге.
Джей вежливо поклонился.
О’Хара подождала, пока дверь кабинета скользнет на место, затем сняла с лица инфорамку и положила на стол.
– Бросьте, Джей, – сказала она миролюбивым тоном. – Речь всего-навсего о какой-то неделе. Четыре дня туда, четыре – обратно. У вас же богатейший опыт. Даже Николайцев вам в подметки не годится. К тому времени и машину вашу починят, я сама прослежу. Полетите на свою АМК, – О’Хара быстро взглянула на собеседника. – Кстати, как там Анна?
Джей окончательно разозлился:
– Хорошо, – сказал он. – И будет совсем замечательно, если ей придется рожать в пустой биостанции. Под присмотром санитарного автомата.
– Бросьте, Джей, – фрау Марсельеза замахала руками, теряя вид хищной птицы. – Во-первых, ее срок через две недели, во-вторых, даже если не будет связи, она выпустит радиоракету, а я сразу отправлю бригаду медиков, и в-третьих, вы вернетесь намного раньше.
– Я еще никуда не уехал, – зло проговорил Джей.
О’Хара молчала несколько секунд, потом сказала вкрадчиво:
– Джей, я, конечно, слышала про трагедию на Калахари Пойнт. Но ведь вашей прямой вины в случившемся нет. К чему это самобичевание? Ведь столько лет прошло…
– А вот это, – жестко сказал Джей, – совершенно не ваше дело.
Фрау Марсельеза слегка сдулась. Она понимала, что даже узловой директор купола не может приказать Вагошу заниматься не своей работой, и это слегка выбивало ее из колеи. Конечно, она затеяла разговор не по своей инициативе. Кому бы и следовало обращаться к станционному смотрителю с подобной просьбой, так это исполнительному директору или, на худой конец, Шенье, отвечавшему за транспорт. Но узловой досконально знал способности своих замов и выбрал для этой миссии именно фрау Марсельезу.
– Извините меня, – голос у О’Хары стал беззащитным и даже просительным. – Мы тут совсем зашились. Оборудование ломается, лабораторные образцы теряются, информация исчезает, а еще ночные джетеры, – О’Хара махнула рукой. – Позавчера пропал Норега… Вышел через западный шлюз с ракетным ранцем и исчез. Весь отдел Крайца его ищет… Джей… я не могу настаивать, но все же… Поймите, мы попали в совершенно безвыходное положение…
Джею захотелось смачно, в три этажа, выругаться. В глубине души он уже понимал, что проигрывает.
– Знаете что, – предложила директриса, – Давайте так: если Ярич со своими техниками починит за ночь один из «Термитов», я пошлю Баумана и оставлю вас в покое. Идет?
Джей мрачно кивнул.
– Только не забудьте о своем обещании, – сказал он после короткой паузы.
– Насчет бригады? Конечно…
Поднявшись из кресла, Джей вынул из кармана стандартный накопитель и аккуратно, будто конфетку из упаковки, выщелкнул на стол разовый информационный модуль.
– Здесь отчеты за две недели, – сказал он и, нагнувшись, поднял с пола свой контейнер.
Джейслав был уже практически у самой двери, когда О’Хара, как будто спохватившись, сказала ему в спину:
– Еще один вопрос, господин Вагош. Вы уже слышали, что у профессора ван дер Роя исчез его псовый индри?
Джей обернулся.
– И вы, конечно, знаете, как сложно поймать индри?
– Не знаю, – сказал Джей. – Ни разу не пытался ловить индри.
О’Хара непонимающе моргнула.
– Неважно, – сказала она, выпрямляясь в кресле. – Я точно знаю, что на всем плоскогорье Койота псовый индри теперь есть только у вас. Не согласились бы вы передать его в распоряжение профессора?
– Нет, – мстительно сказал Джей. – Он приписан к моей биостанции и нужен мне самому. Ведь вы сами утверждали мою научную программу.
О’Хара подняла со стола свою рамку и дважды перевернула ее в ладонях.
– Не могу настаивать, – сказала она наконец, видимо решив не перегибать палку. – Будьте на связи.
Джей кивнул и вышел в коридор.
* * *
В половине седьмого он в общих чертах завершил все свои дела на куполе. Образцы странных созданий и странных растений были розданы по лабораториям, информация, собранная автоматическими регистраторами, перекочевала в компьютеры заинтересованных лиц, а непосредственное Соммерсовское начальство было по всей форме ублажено подробными отчетами.
Джей стоял в восточном коридоре восьмого яруса и, облокотившись на никелированные перила, смотрел вниз, в пропасть проезда, где возле служебного лифта медленно разворачивался грузовой транспортер. Отсюда транспортер походил на жука, из тех, что обычно прикидываются серым неровным камешком. В ладони Джейслава был крепко зажат син-син. Слава богу, что хоть внутри станции нет проблем со связью. Джей уже успел позвонить Филу и договориться о встрече в половине десятого на верхнем ярусе. Толстяк попытался принять оскорбленный вид, но обиды и ссоры были не его стихией.
Джей покосился на свой правый ботинок, возле которого больше не стоял объемистый ящик переносного контейнера. Чуть посомневавшись, он поднес син-син к лицу и велел установить соединение с директором Шенье, затем отменил вызов и назвал другого адресата.
Ярич ответил не сразу. Наконец, объемное лицо появилось над голоэкраном.
– А, Славик, – сказал Ярич не слишком приветливо. – Извини, мы тут все в трудах.
– Я не задержу, – поспешно сказал Джей. – Что там с «термитами»? Будет до завтра хоть один?
Ярич почесал шрамы над бровью:
– За резервный, которого манта помяла, мы еще и не брались, но там работы до жопы. А другой, может быть, и успеем починить, если какие-то проблемы не повылезут. А ты что, за «шмеля» своего беспокоишься?
– Нет-нет, – поспешно проговорил Джей. – Работайте, не буду отвлекать.
Он отключился, постоял еще пару минут, глядя, как ловкие паучки разгружают транспортер, и опять поднял син-син.
Центральный пункт связи на девятом ярусе ответил почти сразу.
– Да, господин Вагош, – сказал оператор. – Нас предупреждали… Да, связь есть, даже с Миленцем (он назвал самую далекую автономную станцию сектора) и даже картинка вполне устойчивая. Заходите прямо сейчас… Ждем…
Джей спрятал син-син в карман, еще раз поглядел вниз, на транспортер, и вызвал лифт.
– Девятый, – сказал он, входя в кабину.
Назад: Глава 1
Дальше: Глава 3